Женаты против воли

Глава 18

Три дня спустя

— Что ты собираешься делать дальше?

Питер нашел меня у обрыва.

Я стояла у самого края, обхватив плечи руками, и, устремив взгляд вдаль, думала…

Да ни о чем я не думала, если честно, просто наслаждалась приятным утром и готовилась к новому дню и новым испытаниям.

Солнце еще не достигло зенита, и поэтому до удушающей жары было еще далеко. Я ненавидела сидеть взаперти, но здесь по-другому не получалось. Из-за палящего солнца выходить погулять получалось лишь утром либо вечером. И то далеко уйти не получалось.

— Уж точно не прыгать. Отсюда открывается потрясающий вид на степь. Не правда ли? — нейтрально произнесла я.

Но мужчина отказался поддерживать светскую беседу.

— Я про Хоторна. Что ты собираешься с ним делать?

Хоторн.

За эти три дня мы практически не виделись. Если случалось пересечься на лестнице или в общем зале, то мы играли роль совершенно незнакомых людей. Никаких обменов взглядами и тихих вздохов украдкой.

В его поведении ничего не напоминало о той ночи, сумраке и разговоре, от которого до сих пор внутри все переворачивалось.

Но он был, и мне предстояло с этим жить.

Я медленно обернулась, щурясь от солнца, которое било прямо в глаза.

— Ничего.

— Почему?

Питер шагнул ко мне, и я снова отвернулась.

— Ты же сам сказал, что мне стоит забыть приказ главы и просто наслаждаться неожиданным отпуском. Вот этим я и собираюсь заняться.

Наклонившись, я сорвала травинку, которая через пару секунд осыпалась между пальцев. Немногое выживало в этой жаре.

— Слышала, здесь есть одно очень красивое место. Каньон Духов. Как ты думаешь, я могу туда съездить? — спросила я, стряхивая соринки с пальцев.

Питер встал рядом. Так близко, что край рукава его рубашки касался рукава моего платья. Я чувствовала его, ощущала запах ароматной воды с нотками свежести, но реакции не было. С таким же успехом я могла стоять у куста с розанами.

— Одна?

— Отчего же. Я была бы не против сопровождения. В твоем лице, разумеется. Мы же жених и невеста. Думаю, наш отъезд ни у кого не вызовет подозрений.

Мужчина на мои слова не отреагировал.

— Ты встречалась с ним?

— Я сейчас должна угадать, кого ты имеешь в виду? — насмешливо переспросила я, убирая тонкие пряди, которые упали на лицо от очередного порыва горячего ветра.

Жара набирала обороты. Кажется, пора возвращаться назад в башню и сидеть там до вечера, прячась от палящего солнца.

— С Хоторном. Ты встречалась с ним? Разговаривала?

— Нет.

Ложь легко слетела с губ. И я о ней не жалела.

«Я привязал себя к тебе. Привязал крепко. Так. что вздохнуть не могу…»

— Почему? По прибытии сюда ты была более решительна.

— Все меняется. Зачем мне сопротивляться и строить козни? Коннор Хоторн уже дал понять, что ему нужно.

«Я сделаю то, что развяжет войну между нашими семьями. Я убью Питера и увезу тебя. Туда, где никто и никогда не найдет».

— И ты позволишь ему заключить второй брак со Снежей? — все еще не мог поверить Питер.

Я удивленно взглянула на мужчину:

— А ты хочешь ему запретить? И как ты себе это представляешь. Питер? Мы должны подойти к Хоторну и заявить, что его действия незаконны? Что он по приказу Императора вот уже почти пять лет женат на Айрин Монрей и должен хранить ей верность? Так?

— Почти.

Я лишь хмыкнула, качнув головой.

— Ничего не выйдет. Станет только хуже. Кроме того, мы получим новых врагов в лице степняков. Они довольны этим союзом. Ты же видел их реакцию. Если мы вмешаемся, то станет только хуже. Нам хуже, Питер. Поэтому нет. Я вмешиваться не стану. И тебе не советую.

— Если ты в этом так уверена, — с сомнением произнес бывший жених.

— Абсолютно. Если Хоторн собрался заводить вторую жену, то пусть с ним разбирается глава. Так как насчет небольшой экскурсии к каньону? — улыбнулась я, давая понять, что разговор окончен.

И бывший жених сдался.

— Хорошо. Я буду только рад сопроводить тебя. Но выбираться туда лучше на рассвете, пока не слишком жарко. Можно завтра договориться о повозке.

— Отличная идея.

Я перевела взгляд на светло-голубое небо.

— Если прорывов не будет.

— Пока все тихо. Мы отслеживаем каждый всплеск. Но, судя по всему, твари затаились. Может, они специально выманили нас в эту богами забытую степь, а сами хотят нанести удар в другом месте.

— Не знаю. Как ты думаешь, Залика поедет с нами?

— Сомневаюсь, — коротко рассмеялся он. — Сестра ненавидит природу и все, что с ней связано, и обожает комфортную жизнь. Провести целый день в пыльном каньоне? Для нее это сущее наказание.

— Не скажу, что буду слишком расстроена, — ответила я.

— Пора возвращаться. Становится слишком жарко.

Питер протянул мне руку, и я, недолго думая, приняла ее.

Путь до башни занял немного времени, но под палящими лучами минуты тянулись до бесконечности.

— Не представляю, как здесь можно жить, — вздохнула я. — Жара просто невыносимая.

— Люди ко всему привыкают. Когда мы были на Севере, тоже думали, что жить там невозможно. Но это не так. Каждое место по-своему уникально.

— Все-таки мне по душе привычный климат.

— Поверь мне, во время путешествий я часто по нему скучаю. Одна радость — ты и Залика здесь.

— Жаль, что нам осталось радовать тебя не так долго, как хотелось бы. Через пять дней мы возвращаемся.

— Целых пять дней, — улыбнулся Питер, сжимая мою руку. — Их можно провести с пользой.

Мы распрощались с ним у входа в башню. Его позвал кто-то из группы, а я не стала ждать и вошла внутрь.

И тут же наткнулась на Снежу.

Эти дни мы почти не разговаривали. Сложно общаться с той, которая вольно или невольно заняла мое место.

— Госпожа Лирин, — почтительно склонив голову, произнесла девушка. — Доброе утро.

— Доброе, — сдержанно отозвалась я и направилась в сторону лестницы.

Не дошла.

— Госпожа Лирин, прошу прощения, можно с вами поговорить?

Пришлось остановиться и попытаться изобразить на лице дружелюбную улыбку.

— Что-то случилось?

Снежа замялась, комкая в руках полотенце.

— Вы злитесь на меня?

— Злюсь? Почему я должна злиться?

Девушка глубоко вздохнула, потом еще раз. Пытаясь подобрать слова.

Я молчала и ждала, осторожно изучая ее и пытаясь понять: почему она? Почему Коннор выбрал именно ее?

Красивая? Возможно. Я не сильна в женской красоте. Смуглая от постоянного пребывания на солнце, черноволосая и темноглазая. Скуластое лицо, женственная фигура, упрямый подбородок.

Но самое главное другое. Снежа ни капли не была на меня похожа. Ничего в ее внешности, манерах и движениях не было моим.

Если Хоторн решил забыть меня в ее объятьях, то выбрал странную кандидатуру. Или, наоборот, хорошо, что мы с ней совершенные противоположности.

Ох, я совсем запуталась.

Нет, я все равно не понимала, почему она!

— Вы же Монрей.

— Не только я. В башне много представителей нашего рода.

— Но вы женщина. Вы… вы встречали ее? — понизив голос, спросила Снежа.

— Кого? — нахмурилась я, пытаясь понять, что же она от меня хочет.

— Айрин Монрей, — выдохнула девушка. — Первую жену Коннора.

«Она его по имени называет. Да еще имеет наглость вспоминать обо мне».

Внутри все вспыхнуло от злости, обиды и зависти к этой ни в чем не повинной девушке. Ведь, по сути, не Снежа устроила эту неразбериху.

— Не первая, а единственная жена, — холодно отозвалась я. — Айрин Монрей — единственная законная жена Хоторна. Знаю, что здесь иные законы, и я не собираюсь идти против вас… Но Коннор Хоторн женат И вам стоит об этом помнить, чтобы потом не страдать.

Не дожидаясь ответа, я развернулась, ступила на лестницу и коснулась перил.

— Я люблю его, — тихо произнесла Снежа, вновь заставив меня застыть. — Давно. С тех самых пор, как впервые услышала о великом герое. Но все мои фантазии померкли, когда я увидела его.

— Тогда что вы хотите услышать от меня? — сжав перила, спросила у нее. — Получить благословение? Так оно вам точно не нужно. Я всего лишь одна из рода Монрей. И только.

— Знаю, но мне важно, чтобы вы меня поняли.

— Почему я?

— Мне кажется… не знаю. Я запуталась, — сказала она.

— Что ж, хорошо. Если вы действительно его любите, то будьте счастливы. И не обращайте внимания на остальных, — ответила я и продолжила путь по лестнице. — Иногда стоит бороться за свое счастье.

Шаг за шагом. Как можно дальше от счастливой Снежи.

Чтобы никто не видел моего состояния. Чтобы никто не догадался, как же мне больно сейчас.

Послезавтра состоится церемония. И будь я проклята, но я там буду! Буду стоять и смотреть, как мой муж связывает свою жизнь с другой!

Коннор Хоторн

— К церемонии почти все готово, — произнес Рейн, подходя к другу.

Коннор стоял у окна, скрестив руки на груди, и молчал.

— Завтра вечером, на закате, в присутствии толпы свидетелей, Снежа станет твоей второй женой.

— У меня есть и будет только одна жена, — отозвался Хоторн. — Та, которую мне навязал император и Монрей. А Снежа… они просто узаконят нашу связь. И только.

— Ее это устраивает, — заметил Рейн. — А тебя?

Коннор промолчал, продолжая всматриваться в бесконечную степь.

— А мне все равно.

Рыжеволосый мужчина еще некоторое время стоял рядом с другом, а потом произнес:

— Если ты пытаешься отследить их, то Каньон Душ в другой стороне. Повозку отсюда не видно. Да и уехали они давно. Наверняка уже достигли Каньона.

— С чего ты взял, что меня это волнует?

— А почему нет? Эта светлая тебе нравится, — пожал тот плечами.

— Неужели? Интересное замечание. У нее есть жених, у меня — жена. Кроме того, завтра вечером я официально возьму в сожительницы другую, а ты мне рассказываешь о чувствах к светлой? — съязвил Коннор, поворачиваясь к другу.

— А ты хочешь, чтобы я соврал? Сказал, что все отлично и твое равнодушие — это верная реакция на происходящее? Ты сам на себя не похож.

— Вы можете придумать что-нибудь другое? Одна и та же фраза по двадцать раз.

— Что поделаешь, если ты на эту фразу никак не реагируешь, — пожал плечами тот. — Может, стоит поговорить с ней?

— Рейн, не вмешивайся, — рыкнул мужчина.

— А ты прекрати сам себя обманывать, Коннор. Скажи мне вот что. Если бы не было Питера. Если бы она была не Монрей, то что бы ты стал делать? Держу пари, что не Снежа ждала бы завтра церемонии. Хотя завтра слишком долго. Ты бы увез эту девчонку с собой еще месяц назад, сразу после того, как оживил. И не надо мне говорить, что я не прав.

— Но Питер никуда не делся, а Лирин — Монрей.

Рейн смотрел на спину друга секунд пять, а потом вдруг тихо произнес:

— Ты привязал ее к себе.

— Нет Я привязал себя к ней, — спокойно сказал Коннор. — Понимаешь, в чем разница?

Рейн молчал пару секунд, а потом выдохнул:

— Ты дурак!

— Сам знаю.

— Я молчу о том, что ты не должен был привязывать ее к себе. Но если уж сделал это, то обязан был раскидать на двоих и не вешать все на себя!

— Лирин не будет отвечать за мою ошибку!

— Посмотри на себя, — покачал головой рыжеволосый. — Ты уже рискнул всем ради нее. Что будет дальше?

— Ничего.

— Ты сам-то в это веришь?

— Ничего не будет После церемонии Лирин не захочет меня видеть.

— Ты ради этого все затеял? Сломаешь ведь Снежу. Жену она может и переживет, но эту светлую — нет.

— Снежа ничего не узнает, — спокойно отозвался Хоторн.

— Это ты так думаешь. Она тебя любит и точно заметит твой интерес к другой. Уже замечает.

— И что ты предлагаешь? Отменить все?

— Поговори со Снежей. Расскажи все.

— Нет, это не выход, — покачал головой Коннор и вдруг напрягся, сжимая в руке кулон. — Ты чувствуешь?

— Что? — переспросил Рейн и тоже прислушался.

Тишина.

Даже ветер за окном смолк.

— Купол. С ним что-то происходит.

— Прорыв? — Мужчина вскочил с кресла и бросился к окну. — Почему не сообщили? Маги же отслеживают активность тварей. Они должны были заметить?

— Или твари бездны научились маскироваться. Это прорыв. И не один. Труби тревогу. Скоро начнется.

— Но пока ничего нет. Купол на месте, — возразил Рейн.

— Это пока, — отозвался Коннор и закрыл глаза.

Мгновение, и он громко выругался, бросаясь к двери.

— Что случилось?

Рейн поспешил следом.

— Каньон! Прорыв будет в Каньоне Духов! — крикнул на бегу Хоторн.

«Рин. Там Рин…»

Айрин

— Это невероятно, — прошептала я, стоя на краю скалы и рассматривая раскинувшийся внизу невероятный пейзаж.

Слов не было, чтобы описать его должным образом, лишь один безудержный детский восторг. Я даже морю не так радовалась, как этому великолепию.

После того как мы несколько часов передвигались на старенькой повозке, я уже пожалела о том, что вообще согласилась на это путешествие.

И чего мне в башне не сиделось? Уютно, прохладно и спокойно.

На мое предложение воспользоваться пегасами и пролететь это расстояние на них Питер ответил отрицательно.

— Здесь так не принято.

— Но там намного быстрее.

— Быстрее, но пегаса нельзя вызывать только для того, чтобы сократить время поездки, — пожурил меня мужчина. — Представь, что мы израсходуем всю энергию на игры и развлечения, и вдруг случится прорыв. Кто будет защищать наш мир от угрозы?

— Сам же сказал, что прорыва пока не ожидается.

— Ситуация изменчива, Айрин, — отозвался Питер, осматриваясь.

— Рин. Называй меня Рин, — тут же попросила я.

Родное имя, несомненно, было дороже, но конспирацию никто не отменял.

— Мы здесь одни.

А вокруг только голая степь, одинокие кустарники и палящее солнце. Не представляю, где здесь может быть таинственный Каньон Духов. Не из воздуха же он материализуется?

— Все равно не стоит так делать. Можешь проболтаться в самый ответственный момент. И тогда нам точно несдобровать. Далеко еще?

— Нет, осталось немного.

Я, закрыв рукой солнце, снова осмотрелась.

Все та же рыжая степь на горизонте.

Как здесь вообще можно ориентироваться? Даже дороги нет нормальной.

— А ты уверен, что мы не заблудились? — с сомнением уточнила я, взглянув на Питера.

Обижать его не хотелось, но и погибать тоже.

— Совершенно. Я рад, что мы с тобой остались наедине.

— Питер, не надо, — взмолилась я, потянувшись за фляжкой с водой. Сделав всего один глоток, чтобы промочить пересохшее горло, добавила: — Мы же с тобой давно все обсудили.

— Ты не думала о том, чтобы отказать главе?

— А это разве возможно? Сомневаюсь, что дядя знает слово «нет».

— Но он не сможет принудить тебя, если ты откажешься.

— Уверена, что у дяди найдутся рычаги воздействия. На меня, на тебя, на кого-либо другого из рода Монрей. Каждому из нас есть что терять. Каю намекнули о том, что, если я не подчинюсь, его свадьбу с Заликой отменят.

— Я этого не допущу, — тут же вскинулся Питер.

— А тебя не спросят. Есть твой отец, и он принимает решения. Уверена, что у главы и для него есть нужный рычаг. Так что мой возможный бунт изначально обречен на поражение. С этим стоит смириться и жить дальше.

— Но я не хочу с этим мириться, — вдруг с жаром заметил мужчина. — Не теперь. Ты никогда не думала поступить так же, как Хоторн?

— Ты сейчас про что? — удивилась я.

— Заключить второй брак у степняков?

Я коротко рассмеялась, решив, что Питер шутит.

— Второй муж? Серьезно? Я и с первым не знаю, что делать. Зачем мне второй?

— Но все-таки, — не отступал мужчина.

— Я никогда не думала об этом, — призналась ему. — И не уверена, что стоит об этом думать. Хоторну простят такое своеволие, пожурят, прочитают речь, но простят. Он же мужчина. А вот мое падение будет громким и сокрушительным.

— Но у тебя буду я.

— Кхм. — Я заерзала на неудобной скамейке. — Не думаю, что это то, чего я хочу в данный момент. Спасибо, конечно, за предложение, но я так не смогу. И против воли дяди не пойду. Может, он и сам передумает, когда узнает, что его план провалился.

— Верится с трудом, — отозвался Питер, даже не думая скрывать разочарование. — В любом случае хочу, чтобы ты знала, что я всегда рядом и поддержу тебя.

— Спасибо.

— Мы, кстати, на месте.

— Да? — искренне удивилась я, глядя перед собой.

Степь и небо.

И все?

Правда, линия горизонта стала значительно ближе.

Питер остановил повозку, быстро слез и протянул мне руку.

— Давай спускайся. Тебе понравится.

— Сейчас, только шляпку надену, — засуетилась я, завязывая ленту на подбородке и беря с собой фляжку с водой. — А повозку мы так и оставим тут?

— Да. Ну же, Рин, быстрее.

Питер взял меня за руку и повел.

И чем ближе мы подходили, тем шикарнее открывался перед нами вид.

— О Боги! — ахнула я.

— Нравится?

— Это невероятно.

Мы стояли на краю скалы, а вниз раскинулся каньон.

— Когда-то, много лет назад, здесь протекала река. Видишь, как она изгибалась, создавая причудливые зигзаги и петли? — спросил Питер.

— Да, — восторженно закивала, пытаясь разом захватить все картину, но взгляд скользил туда-сюда, не в силах остановиться на месте.

— Река пробила в породе себе дорогу, образуя причудливые ущелья, гроты, пещеры. Она давно высохла, а каньон остался. Высота скал в некоторых местах достигает сотни метров. Хочешь спуститься?

— А это возможно?

— Конечно. Держись! — произнес мужчина и сам схватил меня за талию.

Я только и успела взвизгнуть, когда мы рухнули вниз.

Продолжая вопить, я зажмурилась и вцепилась в Питера руками и ногами, мысленно прощаясь с жизнью.

Но уже через мгновение за его спиной выросли крылья, и мы медленно спустились на дно каньона.

«Интересно, почему мои не сработали? Эфри?! Куда ты пропала?»

Пегас все еще дулась и не могла простить моего самоуправства, когда я едва не погибла. И за то, что связалась с Хоторном, тоже злилась. Я нарушила правила, когда показала ее Коннору.

Вот и сейчас я услышала лишь фырканье.

Все ясно: она знала, что все хорошо, риска нет, поэтому ничего делать не стала.

Но все равно неприятно.

— Мог бы и предупредить, — с трудом разжимая скрюченные судорогой пальцы, ответила я и отступила.

— Испугалась?

— Немного.

— Но твои крылья… — начал Питер, и я его тут же перебила:

— Эфри, в отличие от меня, поняла, что угрозы нет, поэтому и не стала реагировать. Но это все равно не снимает с тебя ответственности.

— Хорошо, — рассмеялся он. — Как тебе?

— Снизу все выглядит иначе, — задрав голову вверх, произнесла я. — Необычно и очень красиво. А почему его называют Каньоном Душ?

— Раньше это было излюбленное место для самоубийц.

— Что?!

— Они приходили сюда и бросались вниз. Красиво и эффективно.

— Жуть какая, — ответила я, поежившись.

Каньон как-то сразу утратил радужные краски.

Я ожидала услышать какую-нибудь романтичную легенду сказку. Но реальность оказалась далека от идеала.

— Но это было давно. Еще в те времена, когда здесь была река.

— Все равно неприятно, — заметила я, подходя к одной из скал и касаясь пористого рыжего камня, из которого было все вокруг.

— Давай я проведу для тебя экскурсию, — предложил Питер. — Покажу интересные пещеры. Там можно будет укрыться от жары.

— Давай.

Но исследовать у нас получилось только одну.

Мы уже довольно долгое время были внизу, когда вдруг раздался легкий звон.

Сначала я решила, что это у меня в ушах звенит.

Повернувшись к Питеру, я уже хотела ему рассказать обо всем, но увидела его лицо.

— Что?

— Прорыв, — севшим голосом произнес он.

Звон был каким-то странным и неправильным, непохожим на тот, который я слышала на море. Там был явный треск, а здесь звон.

— Сейчас? Тебе надо возвращаться?

— Нет. — Питер взглянул на меня. — Не надо. Прорыв здесь.

— Что значит здесь? — прошептала я, задирая голову вверх, но, кроме свода пещеры, ничего не увидела.

— Над нами.

— И что теперь?

Истерику устраивать я не собиралась. Сразу подобралась, расправила плечи и принялась размышлять, что делать дальше. В принципе, я готова была прикрыть Питеру спину.

— Тебе надо уходить, — вдруг произнес Питер, хватая меня за руку. — Сейчас же.

— Ты с ума сошел! Никуда я не уйду. Я тебя не брошу.

— Ты не понимаешь! Это не просто трещина! Ты же слышишь?

— Слышу, но не уйду, — упрямо повторила я.

— Они здесь, Айрин. Давно здесь. Мы прозевали прорыв, — вдруг произнес мужчина.

Я вырвала руку и отшатнулась, отказываясь верить в то, что он говорит.

Это не может быть правдой.

Все знали, как проходят прорывы. Их нельзя упустить и не заметить. Это невозможно.

Но в следующую секунду все изменилось.

Заметив краем глаза какое-то движение сбоку, я обернулась и замерла.