Жестокий трон

Глава 21 Дар монстра

Мони

Лео шагнул дальше в шатер.

Воздух изменился.

Он сгущался, становился острым, как стекло, и давил на мою кожу.

У меня перехватило дыхание, и я сунула руки в глубокие карманы платья, где покоились два пистолета — мои линии жизни.

Присутствие Лео не просто ощущалось, оно поглощало все пространство. С каждым его шагом по земле гулко ударяли начищенные кожаные сапоги, а сапфировая мантия закручивалась вокруг него, словно бурное море.

Он двигался с той уверенностью, которая говорила, что его ничто не коснется, потому что ничто и не коснется.

Он остановился всего в футе от меня и повел острым взглядом по моему облику, по сапфировой короне, по платью, по меху, спадающему с моих плеч.

Он не торопился, разглядывал меня так тщательно, что от этого по моим рукам побежали мурашки.

Лучше бы без новых испытаний, Лео, иначе я тебя застрелю. Хотя…

Медленно я обхватила пальцами рукоять одного из пистолетов, и холодный металл стал для меня якорем, удерживавшим от дрожи, разрывавшей грудь.

Может, мне стоит застрелить тебя прямо сейчас.

Эта мысль пронеслась у меня в голове, как дым, темная и опасная.

Что если я сделаю это? Что будет тогда?

И перед глазами развернулись десятки возможностей.

Моя рука могла бы рвануть в одно мгновение, выхватить пистолет, направить на него, нажать на курок, закончить этот кошмар, закончить его.

Одна пуля.

Вот и все, что было нужно.

Он был достаточно близко, и у меня был элемент неожиданности.

Но даже когда эта мысль пускала корни, мои инстинкты кричали во мне.

Лео был быстрым.

Слишком быстрым.

Он был не просто сильным, он был хищником, отточенным десятилетиями выживания, человеком, пережившим, наверное, больше покушений, чем я могла представить.

Люди куда сильнее, умнее и безжалостнее меня пытались его одолеть, и я была готова поспорить, он побеждал их всех. И уж наверняка он ждал бы от меня малейшего признака колебания, мельчайшего движения.

Он заметил бы это раньше, чем я успела поднять пистолет.

Он бы выбил его из моей руки?

Развернул и прижал к моему собственному виску?

Я напряглась.

Что он сделает со мной, если я проиграю?

Задыхаясь от дрожи, я заставила пальцы разжаться.

Пистолет выскользнул из моей ладони, словно неохотное прощание.

Нет… я не могла рисковать. Не сейчас.

Острый взгляд Лео поднялся и встретился с моим, словно он уловил отблеск моих мыслей. Его губы тронула жестокая, знающая усмешка, такая, которая ясно говорила, что он играл в эту игру слишком много раз раньше.

Я с трудом сглотнула.

Не сейчас.

Он, возможно, не знал, как близко я была к тому, чтобы нажать на курок, но знание этого жгло меня изнутри.

Его губы изогнулись в улыбке, в той самой улыбке хищника, которого забавляет его добыча.

— Посмотри на себя, Моник.

Его голос стал низким.

— Мой маленький монстр теперь совсем взрослый..

Я сглотнула еще раз.

Мой маленький монстр. Опять эта херня. Но… не дрогни.

Я подняла подбородок и встретила его взгляд в упор.

— Я не твой монстр, Лео. Я твоя дочь.

Линия его челюсти дрогнула.

Движение было настолько незначительным, что его легко было бы пропустить. Но я заметила. На миг блеск в его глазах померк, словно мои слова прорвали его броню хоть на секунду.

А потом это исчезло.

— Называй себя как хочешь, — мягко сказал он, делая шаг ближе. — Но правда в крови, Моник. И в насилии. В смерти. Ты показала Востоку, кто ты есть на самом деле, прошлой ночью.

В его голосе звучала гордость, но услышанное вывернуло внутри меня что-то темное и омерзительное.

Он слегка наклонил голову.

— Ты хоть понимаешь, что сделала? Как великолепно было наблюдать, как ты проливаешь их кровь, видеть твои твердые руки, когда ты вершила их приговор одного за другим? Ты почтила меня.

Я сглотнула подступившую к горлу тошноту, но не позволила себе отвести взгляд.

— Я делала это не ради тебя.

Он снова улыбнулся, ничуть не поколебленный.

— Разве нет?

— Я делала это ради Лэя и моих сестер.

— Разве я не твоя семья тоже?

— Ты заставил меня убивать. Играл с моей головой. Накачал меня наркотой, так что нет…

На миг в его глазах мелькнуло нечто иное, не высокомерие и не гордость. Это было мимолетно, появилось и исчезло раньше, чем я успела уловить.

Это было… боль? Грусть? Удивление?

Но мысль эта не принесла мне того удовлетворения, на которое я рассчитывала.

Он шагнул еще ближе, так близко, что я уловила тяжелый запах марихуаны в его дыхании и смогла рассмотреть замысловатую вышивку на сапфировой мантии.

— Понимаю. — Его взгляд скользнул вниз к моим губам и задержался там на мгновение, прежде чем вернуться к глазам. Это взволновало меня сильнее любой угрозы. — Мой монстр наконец-то отрастил коготки.

Наконец-то?

Это слово отозвалось во мне, как сбивающая с толку загадка.

— Ты видела, как Восток превозносил тебя по телевизору?

— Видела.

— Ты довольна?

— Я просто хочу, чтобы мои дни и ночи были нормальными.

— У тебя есть власть. Нормального больше не будет.

— Но разве все должно работать именно так?

— Посмотрим, Моник. Посмотрим. — Он сделал шаг назад, оставив между нами столь нужное пространство. — Однако я не хочу, чтобы ты злилась на меня. Мне жаль за прошлую ночь. Пожалуйста… прости меня.

Эти слова повисли в воздухе.

Его взгляд опустился к футляру в руке.

— Чтобы извиниться, я принес тебе подарок.

Я посмотрела на него подозрительно.

— Почему ты решил подарить мне что-то?

— Как я сказал… чтобы извиниться.

— Это не может быть единственной причиной.

— Ну… еще и потому, что сегодня твой особенный день, и я хочу, чтобы ты всегда помнила меня. На случай, если сегодня окажется моим последним днем.

Я стиснула зубы.

На случай? Лео… ты должен умереть этой ночью.

Он поднял небольшой бархатный футляр, медленно поворачивая его, словно показывал нечто священное.

Мое сердце пропустило удар.

К этому моменту я уже знала, что не стоит доверять ему или какому-либо подарку в его руках.

Я вспомнила последний его «подарок». Когда я открыла коробку, там оказалась голова его дочери, и ее мертвые глаза смотрели прямо на меня.

Я напряглась, каждая мышца в теле стала твердой, как камень.

Лео, должно быть, заметил это, потому что его улыбка смягчилась, почти насмешливо.

— Не выгляди так испуганно, маленький монстр.

— Лео, перестань называть меня так.

— Это тебе идет.

Я скривила губы.

— Теперь я Хозяйка Горы, так что если уж тебе нужно меня называть, называй меня так.

Он моргнул, а потом, дюйм за дюймом, его улыбка растянулась шире.

— Мне нравится тон твоего голоса. Такой властный. Такой… пропитанный ядом. Хорошо, Хозяйка Горы. Я постараюсь держаться этого титула вместо нашего прозвища.

Нашего? Нет уж. Это не наше.

Он продолжил, как всегда, невозмутимый:

— Сегодня — момент истории. И ты, Моник, находишься в ее центре. Первая Хозяйка Горы Востока, выкованная в крови и коронованная смертью.

Он протянул мне коробку, но я не двинулась.

Мои ноги будто вросли в пол.

— Возьми, — его голос стал гладким, как шелк. — Это твое.

Я медленно покачала головой.

— Что в коробке?

— Ничего такого, чего ты бы не заслужила. — От его слов холод пробежал по моему позвоночнику.

Я уставилась на коробку.

— Ты уже подарил мне более чем достаточно, Лео. Нет, спасибо.

— Но ты должна. На самом деле… позволь я помогу. — И прежде чем я успела отступить, он щелкнул замком и раскрыл коробку.

Мои глаза расширились.

О-кей…

Внутри лежало кольцо, более прекрасное, чем я могла себе представить. Сапфир размером с птичье яйцо сиял в центре, глубокий и без изъяна, словно кусочек ночного неба, застывший во времени. Вокруг камня сверкали мелкие бриллианты, обрамлявшие его и разбрасывавшие по воздуху искры огня и льда.

Он дарит мне… кольцо?

Я моргнула, пораженная его красотой.

— Это было кольцо моей жены, — мягко сказал Лео, не сводя с меня глаз. — В тот день, когда я создал титул Хозяйки Горы, я подарил ей это кольцо.

Мой взгляд резко поднялся к его лицу.

Зачем он хочет, чтобы я носила ее кольцо?

Я снова опустила глаза на драгоценность и вгляделась в это бесценное украшение. Оно сверкало и лежало спокойно в своем бархатном плену. На миг его красота была настолько завораживающей, что у меня перехватило дыхание.

И все же я была уверена, что в сапфире скрывались тайны, которые я даже не могла начать разгадывать.

Зачем Лео дарит мне это? И почему именно сейчас?

Лео никогда не действовал без цели. Он был человеком, который просчитывал десять шагов вперед, пока все остальные делали лишь один.

Каждый жест, каждое слово, каждая улыбка имели свою цену, и это кольцо — этот подарок — не стало исключением.

Я сжала пальцы в кармане платья и коснулась краев спрятанного пистолета. Холодный металл удерживал меня в равновесии, даже когда разум метался.

Это шахматный ход. Но какой именно?

Я подняла взгляд на него.

Он просто стоял, ожидая. Легкий наклон головы выдавал его терпение, словно он бросал мне вызов, разгадать настоящую игру.

Я заставила свой голос звучать ровно:

— Что значит это кольцо для тебя, Лео?

По его лицу скользнула тень эмоции — гордость, возможно.

Или удовлетворение.

С ним всегда было трудно понять наверняка.

— Это кольцо — символ. Символ, что связывает того, кто его носит, с титулом и со всем, что идет вместе с ним.

Со всем, что идет вместе с ним?

Эти слова повернулись во мне, как нож.

Что он имеет в виду?

Я пыталась мыслить ясно, но пространство казалось слишком тесным, воздух — слишком тяжелым, а сияние сапфира выглядело словно ловушка, манившая меня ближе, даже когда мои инстинкты кричали отступить.

Лео наблюдал за мной.

— Ты должна принять его.

— Почему?

— Тебе не нравится, мой маленький монстр?

— Мне не нравится то, что может быть связано с ним.

— И что же это может быть?

Думай, Моник. Думай.

Если это была шахматная партия, то Лео только что поставил ферзя на всеобщее обозрение, и уже одно это сбивало меня с толку. Он никогда не раскрывал свои карты так явно, если под поверхностью не зрело что-то гораздо большее.

Кольцо было не просто кольцом.

Не могло быть.

Это претензия на собственность? Нет. В этом нет смысла. Это игра на власть, чтобы представить меня его наследницей в глазах Востока? Или нечто хуже? Зачем он хочет связать меня с наследием своей жены?

Я заставила себя смотреть дальше очевидного, искать нити, которые Лео специально оставил, чтобы я могла за них потянуть.

Что он умалчивает?

Я снова посмотрела на кольцо. Бриллианты ловили тусклый свет и разбрасывали его на хрупкие осколки. Оно было красивым, да. Но в мире Лео красота ничего не значила, если ее нельзя было использовать как инструмент для манипуляций.

Чем дольше я думала, тем яснее понимала, этот ход был рассчитан на то, чтобы загнать меня в угол. Чтобы сформировать из меня то, что ему нужно.

Я просто не знала, какой именно облик ему требовался.

Я с трудом сглотнула.

Лео уже забрал у меня слишком много, кровь на моих руках, новые кошмары в моей голове, насилие, въевшееся в мои кости.

А теперь он хотел и этого.

Кольцо.

Символ.

Оковы, замаскированные под подарок.

В чем твоя конечная игра, Лео?

Я осмелилась поднять на него взгляд.

Его лицо было непроницаемым, но я знала его достаточно хорошо, чтобы уловить тихое удовлетворение в изгибе его губ.

Он ждал, когда я пойму.

Ждал, когда я приму это.

И я ненавидела его за это.

Вдалеке послышался гул вертолетов, становящийся все громче с каждой секундой. Моя грудь сжалась от звука, и сквозь тревогу пробилось чувство надежды.

Лэй.

Мой любимый должен был быть в одном из этих вертолетов. Я чувствовала, как он приближается, словно сила притяжения, его присутствие удерживало меня на земле, даже когда буря игр Лео кружила вокруг меня.

Соберись, Мони. Держи ум ясным. Возьми это чертово кольцо, чтобы добраться до Лэя. Когда будешь рядом с Лэем, смысл этого кольца перестанет иметь значение.

Голос Лео прорезал гул лопастей:

— Ты знаешь, что значит носить это кольцо, Моник?

— Просвети меня.

— Это значит, что ты не просто игрок в этом мире. Ты та, кто будет им править.

Тяжесть его слов повисла между нами.

Править.

Эта мысль должна была вызвать во мне трепет, должна была разжечь во мне что-то темное и могущественное.

Но вместо этого она заставила меня дрожать.

Потому что правда была в том, что Лео никогда не давал ничего, не ожидая чего-то взамен.

Я опустила взгляд на коробку, на сверкающий сапфир, который больше походил на петлю, чем на корону, и поняла, что он на самом деле имел в виду.

Он не давал мне власть. Он вручал мне ответственность, которая навсегда привяжет меня к нему.

Или я сходила с ума?

Я не твоя жена, Лео. Я не твое наследие… так что же ты делаешь?

Но я не сказала этого вслух. Пока нет.

Потому что это все еще была его игра, и мне нужно было играть осторожно.

Вертолеты взревели над головой, сотрясая стены шатра, и я позволила этому звуку накрыть меня, как спасительной линии.

Лэй был там, где-то рядом, и скоро — скоро — я вернусь к нему.

Мне нужно было лишь пережить этот момент.

Лео смотрел на меня с терпением хищника и вынул это прекрасное украшение из коробки.

— Надень кольцо, Моник.

Я сделала то, что должна была сделать.

Я подняла руку, сохраняя лицо каменно-неподвижным, и позволила ему надеть кольцо на мой палец. Холодный металл скользнул по коже, гладкий и тяжелый, и я вздрогнула, когда он окончательно лег на место.

— Да. Так идеально, мой маленький монстр.

Я вздрогнула.

— Я думал об этом прошлой ночью, я представлял это.

Я пристально всмотрелась в него.

Взгляд Лео задержался на моей руке.

— Оно тебе идет.

Не отводя глаз, он осторожно поднял мою руку и затем медленно, почти благоговейно, склонил голову и коснулся губами пальца с кольцом, поцеловав его.

Какого блять хуя?!

Жест был настолько неожиданным, что я на мгновение могла только моргать, ошеломленная.

Его губы были теплее самой кожи, теплее любого кольца власти. Мягкое прикосновение его рта породило разряд электричества, пронзивший меня с такой силой, что я застыла.

Я резко выдернула руку, сердце колотилось в груди.

Так, стоп. Я точно знаю, что ты не целуешь пальцы своей дочери вот так. Хотя… ты убил свою дочь, так что я и правда не знаю, как ты к ней относился. Но все равно…

Я отступила назад.

— Что ты делаешь?

Лео продолжал смотреть на меня, но не двинулся с места. Однако в его глазах мелькнуло что-то незнакомое, ощущение победы, которое не требовало слов, чтобы быть признанным.

— Игра изменилась, Моник, — сказал он тихо, пока гул вертолетов стихал вдалеке и над нами не опустилась тревожная тишина.

Кольцо тяжело давило на мой палец, и я уставилась на него, ощущая, как в животе сворачивается нечто, похожее на ужас.

— Что ты имеешь в виду, Лео, когда говоришь, что игра изменилась?

— Это трудно объяснить.

— Ты же мастер игры…

— И все же даже мастер оказывается удивлен, когда игра идет в другом направлении.

— И в каком же?

Он подарил мне печальную улыбку.

— В сторону хаоса.

В комнату вошел Сонг, его брови сошлись, а губы сжались в тонкую линию, когда на лице проступила ярость.

— Ты должен был дождаться, пока я все подготовлю, Лео. Тебе не следовало сюда входить.

— Я хотел побыть наедине с нашей новой Хозяйкой Горы. — Напряжение в комнате натянулось, как лопнувшая струна. Лео повернулся к нему. — Почему? Что случилось?

Взгляд Сонга метнулся ко мне, он отметил мех, платье и — на миг — кольцо на моем пальце. Его хмурый вид только углубился.

— Нам нужно двигаться. Сейчас.

Лео вскинул бровь, ничуть не обеспокоенный.

— Терпение, Сонг. Время еще есть. Я не закончил разговор…

— Ты закончил…

— Мне нужно время…

— У тебя его нет…

— Это еще кто сказал?

Голос Сонга стал напряженным:

— Лэй здесь, и он уже убил Гуана и Цзетана.

— Что!

Мои глаза расширились.

Сонг продолжил:

— У меня не было времени остановить его. Лэй только что сошел с вертолета и перерезал им обоим глотки Парящей Драгоценностью. Сьюзи потеряла сознание. Кровь брызнула, еще до того как я успел моргнуть.

Спокойствие Лео рухнуло.

— Какого черта он это сделал!

— Он закричал, что Моник должна была стоять перед ним и что он закончил играть…

— Да кем он, блять, себя возомнил?

— Лэй также сказал, что у нас есть десять минут, чтобы привести Моник на пир и поставить ее рядом с ним, иначе он будет убивать наших лучших людей одного за другим. И при этом Чен и Дак наставили мечи на меня, когда он это произнес.

— Они с ума сошли? Мы их наставники! И я не позволю, чтобы меня подгоняли!

— Брат… пора вернуть Моник Лэю. Я не собираюсь терять еще людей этой ночью.

Лео не возразил, но его взгляд, брошенный в сторону Сонга, был острым и опасным.

Я приподняла брови.

На мгновение двое мужчин смерили друг друга глазами.

Затем Лео отвел взгляд и повернулся ко мне.

— Хорошо.

Я моргнула.

— Ты готова… Хозяйка Горы?

— Да.

Лео протянул мне руку.

— Тогда пойдем. Настало время твоего большого дебюта.

Я замялась, каждое нервное окончание в моем теле кричало, чтобы я отпрянула, но ноги предали меня, понесли к нему, словно я была куклой на ниточках.

— Д-да. Я готова.

Он смотрел на меня с терпением хищника, уголки его рта изогнулись в едва заметной усмешке, словно он уже ощущал вкус своей победы.

— О, но нам нужно исправить одну вещь в твоем платье, Хозяйка Горы.

— О чем ты говоришь? — мои слова прозвучали резче, чем я хотела, но я не могла скрыть ужаса, сворачивающегося внутри меня.

Прежде чем я успела среагировать, Лео двинулся.

Быстро.

Слишком, блять, быстро.

В одно мгновение он оказался прямо передо мной, его широкая грудь вжалась в мою, заставив меня отступить на шаг, пока его присутствие поглощало каждую пядь пространства.

Он снова сократил дистанцию, прижавшись ко мне всем телом. Его запах — густой, пряный, с резкой ноткой марихуаны — жег мне ноздри, затрудняя дыхание.

— Лео, отойди от меня.

— Одну минуту. — Его руки медленно скользнули вниз по моим бокам, нарочито неторопливо, словно у него было все время мира.

Голос Сонга взвился в воздухе:

— Что ты делаешь!

— Облегчаю ношу нашей Хозяйки Горы. — И Лео сунул пальцы в мои карманы.

Нет.

Я застыла.

Его руки, теплые и пугающе уверенные, скользнули по ткани, обтягивавшей мои бедра, и нашли пистолеты.

Черт возьми.

— Убери от нее руки. — Шаги Сонга загрохотали все ближе. — Довольно.

Я ощущала все, давление его прикосновения, тяжесть его доминирования, когда он наклонился глубже и вытащил оружие.

Лео вдохнул меня.

— У нее оружие, брат. Я просто избавляю ее от него.

Сонг остановился рядом и расширил глаза от шока.

— Моник, как у тебя оказались пистолеты?

Я сжала губы.

Оскверненная.

Я чувствовала себя оскверненной.

Мои легкие сжались, грудь сковало, словно невидимые цепи оплели меня, превращая в пленницу собственного тела.

Он все время знал, что у меня оружие. Блять. Он был бы готов.

Мое сердце с силой билось о ребра, рвалось вырваться, бежать, сделать хоть что-то, но все, что я могла, это стоять беспомощной под его руками.

Он вытащил пистолеты из моих карманов.

Усмехнулся еще шире.

— Лео. — Мой голос дрожал. — Пожалуйста, верни их. Я чувствую себя в безопасности, когда они при мне…

— Ш-ш. Я здесь. Позже Лэй тоже будет рядом с тобой. Ты будешь в безопасности.

— Но все же нет причины, по которой у меня не должно быть оружия…

— Никто не будет иметь оружия на этой битве, кроме Лэя и меня. И потом, мы ведь не хотим никаких случайностей этой ночью, правда? — Он перевернул пистолеты в руках, рассматривая их, словно трофей, пока мое сердце разлеталось на осколки.

Он знал все это гребаное время. Больной ублюдок.

Моя отчаянная попытка уравнять шансы оказалась для него не более чем детской игрой.

Та надежда, за которую я цеплялась, маленькая и хрупкая, рассыпалась в прах.

Он положил пистолеты на кровать.

Я попыталась в последний раз:

— Я твой маленький монстр.

Он поднял на меня взгляд.

— Ты не доверяешь мне, хотя именно я создал тебя?

— Не доверяю, потому что теперь начинаю понимать: я слишком хорошо справился с задачей сделать из тебя монстра. Скажи мне вот что. — Он наклонил голову. — Ты собиралась использовать эти пули против меня?

Я стиснула зубы.

— Тогда нет, я тебе не доверяю. И, кстати… — Его взгляд скользнул по моему телу. — Тебе тоже не стоит доверять мне.

Его слова были как лезвие, прорезавшее последние остатки моей защиты.

— Довольно. — Голос Сонга разнесся, разбив момент, как стекло.

Лео отступил лишь настолько, чтобы дать мне пространство, но его глаза не отрывались от меня, пригвождая к месту.

— Ты готова теперь, Хозяйка Горы?

Я хотела закричать. Я хотела сорвать пистолеты с кровати и навести их прямо на его самодовольное, неуязвимое лицо.

Но я не сделала этого.

Потому что в тот момент я поняла, Лео уже выиграл этот раунд.

Он лишил меня всего, осквернил последнюю крупицу контроля и оставил дрожащей.

Сонг все еще смотрел на него со смесью ярости и отвращения, его кулаки были сжаты так крепко, что казалось, он вот-вот ударит.

— У нас нет времени на твои игры, брат.

Лео медленно повернулся к нему.

— Мои игры — это то, на чем построена эта империя, Сонг. Не забывай об этом.

Сонг не отступил.

— И именно они станут твоей смертью.

— Возможно. — Лео усмехнулся и снова повернулся ко мне. — Идем?

У меня не было выбора.

Я заставила дрожащие ноги двинуться и положила руку ему на локоть.

Пистолеты так и остались лежать на кровати, сверкая, словно рухнувшие обещания.

Когда Лео вывел меня из шатра, его смешок эхом отдавался в ушах, такой низкий, жестокий и торжествующий.

— Мой умный маленький монстр, — пробормотал он себе под нос.

В этот момент я ненавидела его сильнее, чем могла себе представить.