Грани Чести

Глава 13

Как я уже говорил – всё пошло не так с самого начала!

Во-первых, я сильно нервничал. Можно даже сказать, что мандражировал. И само собой такое моё состояние не осталось без внимания. Домашние его заметили и устроили бабий бунт. А именно – решили запретить мне выходить из дома. В итоге я сильно разозлился, а потом и вовсе сорвался, указав охамевшему бабью его место. Нет, ну в самом деле, как бы они не относились к Маркусу, кем бы его не считали, но он как-никак боярич.

В итоге, построив всю женскую часть моего дома, к капищу богини я шёл не в самом лучшем настроении. А ещё мне постоянно казалось, что за мной следят. Подумал даже, что это Эльза всё же не послушалась, и решила тайно сопроводить боярича. Но сколько не проверялся, заметить так никого и не смог. Либо соглядатай умеет отводить глаза, либо у меня разыгралась паранойя. И любой из этих вариантов хорошего настроения не добавлял. К тому же бок, без лечебного артефакта, с каждым шагом болел всё сильнее и сильнее.

А затем было капище и ритуал. Хотелось бы сказать, что всё прошло хорошо, но пришлось бы соврать.

Вначале дёрн на нужной мне поляне никак не хотел нормально сниматься. А потом выяснилось, что небольшое воздействие Силой на землю, на которое должно было хватить даже совсем небольшой пропускной способности моих каналов, раз за разом срывается и не даёт нужного результат. И пришлось мне трамбовать землю ногами. Целый час прыгал по поляне как дурак. В итоге кое-как получилось. Но и в самом деле – кое-как. Руны на такой вот утрамбованной земле приходилось выводить очень тщательно, призвав при этом всё своё терпение и выдержку.

А вот после начала самого ритуала я почти сразу же почувствовал внимание богини. И, если честно, то сам не мог понять, хорошо это, или плохо. С одной стороны – конечно же хорошо. Это всё-таки именно то, чего я и добивался. А вот с другой… Похоже я подсознательно всё же надеялся, что богиня не отзовется и ритуалу не суждено быть исполненным. Короче, страшно мне было! Очень страшно! Но и останавливаться было поздно. Мало ли как Жива на это отреагирует. Ведь получается, что в место её Силы приперся какой-то человечишка, разбудил её, творит тут всякое странное, а потом – раз, и всё закончил. Типа: простите, я передумал. После такого и обычный бы человек обиделся. А про богиню вообще молчу.

В общем, ритуал я довел до конца, хоть это было и не просто. А в тот момент, когда решил поделиться с богиней своей жизненной силой, тем самым показывая, что вверяю свою судьбу в её руки, внимание Живы сменилось Присутствием. Незримым, конечно, но тем не менее! И страх, который до сих пор заставлял трястись поджилки, ушёл. Потому что богиня не гневалась. Я понял это абсолютно точно. Осознал! Ей было любопытно. А ещё, почему-то, весело.

И стоило мне подумать, что такое вот веселье не к добру, как реальный мир исчез.

Какое-то время я словно висел в пустоте. Ощущение было до боли знакомым. Именно в таком месте я беседовал с Торсоном. И именно после той беседы я оказался в чужом мире и в чужом теле. И вот снова…

А что если на этом моё пребывание в этом мире закончится? Будь я в реальном мире, а не в этой пустоте, то уверен, что сердце бы уже колотилось как бешеное. Но сейчас я не чувствовал своего тела, поэтому было лишь предвкушение. Не чего-то плохого или хорошего. Нет. Предвкушение перемен.

Я ждал, что вот-вот покажется тот, кто подселил меня в тело Маркуса Дёмина. Ждал… Но время шло, а ничего не происходило. Совсем ничего. Я оказался заперт в этой пустоте наедине со своими мыслями.

Спустя неопределённый срок ждать Торсона я перестал. И стал ждать Живу. Логично ведь! Именно на месте силы этой богини я провёл ритуал. И непонятно почему сразу же не сообразил, что именно ей я обязан своему пребыванию здесь. Где бы это «здесь» не находилось.

Но спустя… Черт его знает сколько минут или часов спустя, так никто и не появился. Я даже попробовал мысленно обратиться к Живе. Спросить какого… В смысле – доколе?! Но ответа не было. Как не было вообще ничего. Только я. Или же не я сам, а моё сознание.

Как там говориться: «Мыслю, значит существую»? Так вот – к демонам такое существование! Уж лучше раз и навсегда сдохнуть.

Спустя ещё какое-то время пришла мысль, что именно о таком Ничто говорила как-то Йонель. И именно его она ужасно боялась. Или там у неё не Ничто было? Блин, не помню точно!

Вот же странно! Всё что в данный момент у меня есть – это мои мысли и моя память, а я всё равно не помню! И медитировать не получается. Может быть это из-за того, что у меня нет тела? Причем ни одного тела! Вот же фигня какая. По идее – у меня в запасе их целых два должно быть. Моё собственное и Маркуса. А по факту ни одного. Вешу тут… Думаю…

Некоторое время и целый океан мыслей, я понял, что долго так не выдержу и свихнусь. Ну а что ещё остаётся? В здравом уме выдержать весь этот кошмар невозможно. Уж лучше бы меня физически пытали, или какие кошмары насылали…

Стоило мне подумать о кошмарах, как тьма вокруг (или в глазах) мигнула и пропала, а я оказался… Нет, нигде я не оказался. Тела как не было, так и нет. Зато пришли видения. Но отнюдь не кошмарные. Просто отрывочные мгновения из жизни светловолосого и голубоглазого мальчонки лет пяти. В котором я практически сразу узнал Маркуса.

Интересно! Это же получается его воспоминания? То, что он не мог вспомнить, и я, соответственно, тоже? Ух ты!

Только радовался я преждевременно. Хоть эти воспоминания и не были кошмаром, в привычном его понимании, но и приятного в них было мало.

Стоит начать с того, что они были цикличны.

Вот Маркус бегает на лужайке перед каким-то то ли дворцом, то ли замком. Причем бегает не один, а в компании таких же детишек. Мелкие, нарядно одетые… Они играют в догонялки.

Тут же картинка сменяется, и эти же самые малыши с недетской яростью бьют лежачего Маркуса, выкрикивая кучу обидных слов, среди которых преобладает «ублюдок».

Картинка снова неожиданно меняется. Я вижу всё того же Маркуса, только теперь он старше. Лет семь-восемь. И в этот раз он не играется с детьми, а тащит большую и, судя по всему, очень для него тяжелую, бадью с помоями. Отчетливо виден задний двор большого строения. Возможно всё того же замка.

Картинка снова сменилась, и вот уже Маркус лежит в вонючей луже. Рядом валяется та самая бадья, только пустая. А кругом стоят дети. Четверо мальчишек лет десяти. Одеты в какие-то лохмотья. Стоят и хохочут злым и обидным смехом. А затем один из них спрашивает:

– Вы не ушиблись, Ваше высочество? Может быть кликнуть слуг, что бы принесли вашу парадную одежду для чистки свинарника?

И снова злой хохот. И слёзы обиды, которые пытается сдержать Маркус.

И вот эти несколько моментов из предыдущей жизни приёмыша повторялись раз за разом. И ладно быть хоть было что-то понятное. А так лишь какие-то обрывки, которые оставляли после себя кучу вопросов и ни одного ответа.

Когда мне всё это окончательно осточертело, и даже появилась мыслишка, что лучше уж Ничто, чем вот эта вся хрень, картинка снова сменилась.

Маркуса в этот раз я не видел. Но лишь потому, что сейчас воспринимал мир его глазами.

Я стоял в большом и богато обставленном кабинете. А напротив, за огромным столом из тёмного дерева, в мягком кожаном кресле сидел мужчина. Блондин лет сорока, со светло-голубыми, словно две ледышки глазами и лицом, которое было очень похоже на то, что я каждый раз видел в зеркале, после того, как оказался в этом мире. Разве что у Маркуса никогда не было такого вот презрительно осуждающего взгляда.

– Я разочарован в тебе… – начал говорить мужчина. А затем всё исчезло, а я снова оказался в пустоте.

Чёрт! Чёрт! Чёрт! Это же издевательство какое-то! Первый раз мне показали что-то стоящее. Что-то, что, возможно, смогло бы пролить свет на прошлое Маркуса… И оборвалось на самом интересном месте! Да как так-то?!

А мне теперь снова висеть в этой пустоте, ждать непонятно чего, и гадать, что же сказал Маркусу отец. А то, что это отец, я почти не сомневался. Слишком большое сходство во внешности у этого мужика и Дёминского приёмыша.

И ещё я почему-то уверен, что это был решающий момент в жизни Маркуса. Не знаю, откуда пришло это знание. Оно просто было. И казалось мне очень важным. А тут…

Додумать я не успел. Пустота снова исчезла, но на этот раз никаких видений не было. Перед глазами (или чем я там сейчас смотрю на мир) сверкнула нестерпимо яркая белая вспышка, а в следующее мгновение я осознал, что у меня снова есть тело. И это тело лежит на травке.

Первая мысль была: я вернулся на поляну. Но пошевелившись и приподняв голову, понял что ошибся. Практически надо мной возвышалась статуя. И сомнений в том, кому эта статуя принадлежит не оставалось, потому что Присутствие Живы в этом месте ощущалось каждой клеточкой тела. А ещё я снова чувствовал её эмоции. И, честно говоря, они мне не очень понравились.

Нет, никакой кровожадности или жажды расправы не было. Было веселье… Или лучше сказать – озорство! Словно Жива задумала какую-то пакость… Нет, даже не задумала, а… Как же лучше сказать? Воплощает? Или, если совсем по-простому – делает. В общем, богиня прямо сейчас творит какую-то хрень, которая её очень веселит. И как-то от всего этого мне не по себе. Шутки богов – они чреваты для простых смертных.

Все эти мысли пронеслись в голове за долю секунды, а потом я внезапно успокоился. Пришло понимание, что её шутка направлена не на меня.

Настроение резко скакнуло вверх. И даже не из-за того, что богиня против меня ничего не замышляет, а по той причине, что Жива со мной общается. И пусть это общение вот такое странное, но общение же! Много ли есть людей на свете, которых успокаивает кто-то из богов? Значит, чем-то я ей глянулся. А ещё это значит, что мой ритуал прошел успешно.

За всеми этими мыслями я не заметил, как в зале со статуей появился ещё один персонаж. Монашка! Хотя нет, это же храм Живы. Значит послушница, или жрица… Впрочем – неважно. Важно то, что именно на эту, весьма симпатичную девушку, и направлено веселье богини. Ну а раз так, то надо ей подыграть. Хотя бы из благодарности.

За что благодарить? А за то, что я излечился. Бок не болел. Совсем. А когда я пару раз сам себя ударил, то выяснил, что и болевые ощущения у меня теперь нормальные. Нет гиперчувствительности! Ура!

В общем, мы на пару с богиней немного поизде… то есть поприкалывались над монашкой, потом я уговорил её дать поносить плащик и вышел на улицу. Но, как Карлсон, обещал вернуться. И что-то мне подсказывает, что без этого обещания жрица так просто меня бы не отпустила.

А на улице только-только наступал вечер. Странно – это получается, что с начала ритуала прошло лишь несколько часов? А по ощущениям вечность.

Впрочем, что было, то прошло. И если у Живы такова плата за лечение, то и ладно. Главное, что я здоров. ЗДОРОВ! Е-ХУ! Хотелось петь и танцевать. Радость от того, что всё получилось, просто переполняла. А тело, здоровое тело, надо заметить, было полно энергии. Правда ещё и жрать хотелось. Но это мелочи.

Само собой ни петь, ни танцевать, ни как-то ещё выражать свои эмоции я не стал. На меня и так прохожие косились. Что и не удивительно. Плащик жрицы хоть и был с капюшоном, который я сразу же посильнее натянул на голову, но коротким. Да и в целом маловат. Приходилось поддерживать его полы, чтобы не расходились. Но босые волосатые ноги привлекали слишком много внимания. Будь дело в моём родном мире, и меня бы либо санитары забрали, либо менты приняли. А так на меня всего лишь оглядывались прохожие, и в их взглядах сквозило неодобрение.

– Эй ты! – раздался сзади повелительный оклик.

Обернувшись, я увидел двух конных стражников и понял что сглазил. А ещё понял, что в местную кутузку в таком виде попадать нельзя. Особенно в таком виде! Это же какой позор для рода! Да и просто позор. Чёрт! И что же делать?

Я покрутил головой, но ничего кроме высоких заборов, за которыми прятались почти все дома на этой улице, не увидел. Может тогда через забор и огородами? Хм…

– Стоять! – рявкнул вслед один из стражников, стоило мне припустить бегом в сторону забора. И галопом поскакал следом. А вот второй отвернул коня в сторону и помчался в сторону переулка. Окружают, черти!

– Стоять, я сказал! – повторился крик.

Добежав до забора, я подпрыгнул и единым слитным движением его перемахнул, оказавшись по другую сторону. Ловко так. Видимо сказались спортивные занятия Маркуса. В своём настоящем теле такой вот фокус у меня вряд ли бы получился. Даже не из-за того, что недостаточно занимался спортом, а из-за массивности в целом.

И всё бы хорошо, но уже приземлившись на ноги, я услышал треск. Гадский плащ за что-то зацепился и порвался. Да что там – он попросту разошелся на спине на полосы. И теперь я не только ногами сверкал, но и голым задом.

Всё это обдумывал на бегу, потому что первый стражник, прямо с коня, перепрыгнул забор вслед за мной.

Промчавшись по небольшой лужайке, я перелетел небольшой кустарник, и побежал вдоль стоявшего здесь дома. Свернул за угол и, не задумываясь, втиснулся в довольно узкую щель между двумя сараями. И застрял! Чёрт! Что же делать-то?!

В голову не пришло ничего лучше, чем скастовать на себя заклинание «Хамелеон». Видимо от безысходности и страха быть пойманным, я даже не задумался о том, что не хватит толщины энергоканалов. И лишь когда стражник пробежал мимо, в упор меня не заметив, пришло понимание – получилось. У меня получилось скастовать хоть простенькое, но заклинание! Как?!

Прикрыв глаза, я внутренним взором осмотрел свои энергоканалы и выяснил то, о чём с робкой надеждой мог лишь мечтать. Они выросли. Стали шире. И хоть толщину нынешних энергоканалов не сравнить с той, что была у меня раньше, в моём мире, радости от этого меньше не стало. Я теперь могу магичить! И пусть мне до заклинаний уровня «Архимага» как ползком до Китая, но ведь совсем недавно не было и этого. А ещё это значит, что я смогу и дальше развивать энергоканалы. Главное понять, как это у меня вообще получилось. Дар богини? Или…

Ухватившись за мысль, я взглянул внутренним взором глубже, туда, где располагалась Искра Маркуса, и уже без удивления констатировал, что она выросла. Не сильно. Чуть-чуть. Но это значит, что успешно проведя ритуал, я взял первый ранг. То есть, по идее, я теперь стал быстрее, сильнее и выносливее, чем был ещё вчера. А бонусом к этому ещё и энергоканалы выросли!

Офигеть! Эта новость была даже более радостной, чем об исцелении. И если бы не шнырявшие вокруг стражники, которых, к слову, стало уже четверо, то я бы точно не сдержался и завопил от восторга.

Но увы – стражники оказались упорными, и продолжали искать нарушителя. Они тут, похоже, более ответственно относятся к своей работе, чем полиция из моего мира. Те бы уже давно рукой махнули. Мало ли что за тип тут бродит в халате…

Выждав ещё немного времени, я скастовал «Невидимость». Правда, мгновенно активировать заклинание не стал. Всё же пропускная способность энергоканалов оставляет желать лучшего. Поэтому вначале я «закачал» в структуру заклинания некоторый запас маны, и лишь потом деактивировал «Хамелеона» и врубил «Невидимость». А затем тихо и спокойно, стараясь ничего не задеть, покинул приютивший меня двор.

Дорога до дома была… Интересной. Я проводил эксперименты, выясняя, что могу на данный момент.

Результаты были так себе. Заклинания, так называемого, первого уровня, вроде «Светлячка», «Фонарика», «Вспышки» или же слабенького «Телекинетического Толчка» получались легко и просто. Толщины энергоканалов вполне хватало для практически бесконечного поддержания и выполнения всего вышеперечисленного.

С заклинаниями второго уровня было сложнее. Большинство из них, включая ту же «Невидимость», были самоподдерживающимися. То есть после создания они сами тянули манну из резерва, чтобы продолжать работать. Но, видимо, толщины каналов всё же было недостаточно, и заклинания сбоили.

«Невидимость», с учетом того, что я сразу же влил маны с запасом, проработала минуты две. А потом начала «моргать». Если смотреть со стороны, то я, наверно, появлялся и пропадал с интервалом секунд в тридцать. Слава всем богам, что она засбоила после того, как я скрылся из поля зрения всех стражников.

Заметив проблемы в работе заклинания, я его деактивировал и попробовал скастовать «Ускорение». Оно хоть формально и относилось ко второму уровню, но было более манозатратным. И проработало всего лишь десять секунд. Правда я за это время успел отбежать довольно далеко от настырной стражи.

Так я дальше и развлекался. В людных местах кастовал «Невидимость». В менее оживленных – «Ускорение». А потом пришлось ещё и лечиться «Малым Исцелением», так как на скорости запнулся о выпиравший из мостовой камень, и чуть не сломал себе большой палец на ноге. Да и локти расшиб, когда «приземлялся».

«Малое Исцеление» сработало как надо. Раны на локтях моментально закрылись, а опухший палец за пару минут пришел в норму и вернул первоначальный цвет.

Уже покинув оживленные городские улицы, но ещё не доходя до Китайской, я, оказавшись на каком-то пустыре, попробовал скастовать простенькую, но тем не менее, относящиеся к третьему уровню «Молнию» и «Огненный шар». К моему удивлению – получилось даже лучше, чем с заклинаниями уровня предыдущего. А всё дело в том, что создав магоструктуру этих заклинаний, в неё надо закачать манну, и лишь потом активировать. Вся проблема в том, чтобы эту магоструктуру «удержать». Чем больше силы вкладывается в заклинание, тем больше вероятность того, что оно сорвется и сработает рядом с кастующим. У меня в первый раз так и получилось. И пришлось снова лечиться «Малым Исцелением» от молниевых ожогов. В последующие разы я такого не допускал, активируя заклинания прежде, чем они начинали выходить из-под контроля.

Немного не дойдя до Китайской улицы, я присел на примеченный пенек и снова скастовал «Невидимость». Но сразу не активировал, а закачал побольше манны, чтобы хватило хотя бы минут на пять работы заклинания. Не хотелось показываться соседям в таком виде. Пусть даже я пока ни с кем из них и не знаком.

Под действием «Невидимости» спешно дошел до своего дома. Была надежда, что смогу проскользнуть в свою комнату никем не замеченным. Но, к сожалению, входная дверь была заперта. А на меня после создания последнего заклинания неожиданно свалилась сильнейшая усталость. Не магическое истощение, конечно, но что-то вроде. Видимо тело Маркуса начало протестовать против совершенно непривычных ему нагрузок. Да и в целом тот ещё денёк был. Вон – темнеет уже.

Поэтому помявшись перед закрытой дверью с десяток секунд, я деактивировал «Невидимость» и постучал.

Открыла мне Эльза. И, почему-то, очень сильно удивилась. Хотя, удивилась, наверное, не то слово. На лице немки за несколько секунд сменилась целая куча эмоций. Удивление, радость, озабоченность, а затем, почему-то, сильное огорчение.

– Боярич… – как-то жалобно выдохнула Эльза, спустя какое-то время. – Прости, но я обязана доложить Ивану Васильевичу.

В ответ я лишь пожал плечами, особо ничего не понимая. Да и не хотелось мне вникать в её проблемы. Хочет она кому-то что-то доложить? Да ради бога! Флаг в руки и барабан в зубы. Устало вздохнув, я чуть сдвинул Эльзу со своего пути и поплелся к лестнице на второй этаж, краем глаза отметив, что младшая ключница выскочила из дома.

– Маркус! – этот вопль, в котором присутствовала очень насыщенная эмоциональная гамма, нагнал меня на середине лестничного пролета. – Ты где был?! И что на тебе за тряпье?! Ты пил, что ли, всё это время?! Эй! Я с тобой разговариваю, придурок!

Выкрики сводной сестрицы остались позади. Останавливаться я не стал. Наоборот – поспешил к своей комнате и быстренько захлопнул дверь. Не знаю, что нашло на Василису, но вступать в перепалки или отвечать на какие бы то ни было вопросы было лень.

Оказавшись в своей комнате, я наконец-то скинул ненавистную мантию и оделся. Вообще, по-хорошему, не мешало бы вначале принять душ. Но оказавшись дома, почувствовал, что просто умираю с голоду. Интересно, тётя Ирина уже приготовила ужин? Если нет, то согласен даже на кусок сырого мяса.

Домечтать о мясе я не успел, потому что дверь слетела с петель от сильнейшего удара, и в комнату, вместе со снежным вихрем, ворвалась разъяренная сестра.

– Ты чего запираешься, идиот?! – снова начала ругаться она. – Ты знаешь, что тут вообще творилось, пока тебя не было?! Весь род на ушах стоял, разыскивая одного кретина. А ещё к нам в дом приходили люди деда Ивана и обыскивали твою комнату и подвал! Ничего не хочешь объяснить?!

– Что я могу тебе объяснить, если сам ничего не понимаю? – опешил я от такого количества обвинений. В другое время может и попытался оправдаться, или наехать в ответ. Но сейчас на это попросту не было сил. – Да и причем тут вообще моё отсутствие? Подумаешь, погулял полдня.

– Полдня?! – снова завопила Васлиса. – Тебя неделю не было, придурок!