Викинг. Книга 4. Ход конем

Глава 12

Не успела охрана проводить делегацию, как в зал, через открытые окна, ворвались звуки далеких орудийных выстрелов и вторящие им выстрелы крепостных орудий, а через минуту появился дежурный офицер, лейтенант морпех, и еле сдерживаясь от распирающей его радости, доложил – императорский флот на подходе к Ла-Валлетте! Ровно в полдень!

Поблагодарив лейтенанта, я присел на трон и насладился минутой расслабленности. Никто из бойцов, конечно, не показывал вида, но все, и я не исключение, ждали прибытия флота на остров. Ведь одно созерцание его мощи, давало плюс сто очков к боевому духу. Хоть у нас и имелся в распоряжении немаленький корабль, наличие под боком полсотни вымпелов и сорока тысяч твоих людей, сразу окружает любое место, где ты присутствуешь, ощущением безопасности, делает его будто домом. И, конечно, же прибытие подкрепления позволит, наконец, взять под контроль весь город и закрыть вопрос с невольничьим рынком. Даже если до работорговцев дошли какие-то тревожные слухи, сбежать с живым товаром они не могли, их корабли в гавани, закрытой на замок. Ну, а сбежит кто-нибудь налегке в рыбацкой лодке, так тому и быть, все равно они без своего бизнеса никто.

Обнаружив среди людей барона Ленца, отдыхающих во дворце, лоцмана, который позавчера заводил «Троицу» в гавань, я отправил его с отделением морпехов встречать флот, передав через командира отделения указания адмиралу – швартовку флота поручить одному из старших офицеров, самому немедленно прибыть во дворец!

В ожидании Седерстрёма, я решил осмотреть сокровищницу магистра, до которой никак не доходили руки. Надо сказать, что Кощей оказался еще той белочкой. Не знаю пока, как там с финансами в орденской казне, но у него здесь добра собрано на многие миллионы. Несколько здоровенных шкатулок с драгоценными камнями и украшениями, десяток сундуков с золотыми и серебряными монетами (по моим прикидкам тонны на полторы драгметаллов), а уж различной посуды, кубков и оружия, отделанных золотом, серебром и камнями было просто немеряно.

Особенно впечатлил стоящий на почетном месте, украшенный золотом, эмалью и драгоценными камнями, комплект из меча и кинжала, который судя по гравировке на испанском, где я разобрал имена и дату, подарил Великому магистру Жану Паризо де ла Валетту король Испании Филипп Второй в память победе над турками в 1565 году.

***

Через полчаса появился Седерстрём и сразу приступил к докладу, но я остановил его, подошел поближе и посмотрев в глаза неуловимо изменившемуся, заматеревшему адмиралу, поинтересовался:

– Ну что хищник, утолил жажду крови?

– Да, Ваше Величество, точнее и не скажешь! – покачал он головой.

– Хорошо Рудольф, детали сражения обсудим по пути в Стамбул, сейчас только основные моменты!

– Конечно, Ваше Величество. В районе Лампедузы разгромлен объединенный испано-орденский флот. Захвачено восемнадцать кораблей и около восьми тысяч пленных. Испанский адмирал Альваро де Басан скончался от полученных ранений, командующий флотом госпитальеров адмирал Пинту да Фонсека тяжело ранен. Наши потери – двадцать шесть убитых и шестьдесят восемь раненых, повреждения кораблей устранены в движении. Чтобы успеть к установленному сроку, я разделил флот и прибыл с тридцатью кораблями и частью пленных. Контр-адмирал Торденшельд со второй частью флота осуществляет буксировку трофеев. Расчетное время прибытия завтра к заходу солнца!

– Великолепно, поздравляю Рудольф. Великая победа! Нужно будет обязательно отчеканить медаль для всех участников сражения. Если есть особо отличившиеся, подготовьте списки на поощрение. Сразу после швартовки раненых в госпиталь, всех без разбора, их встретят, а десант с пленными в крепость, полковнику фон Клаузевицу я поставлю задачу сам. Вы занимайтесь флотом, кэптен Эриксон здесь уже все знает и введет вас в курс дела. Да, напомните ему взыскать с портовой стражи взятку за перестановку «Троицы», в тройном размере!

Попрощавшись с командующим, я отдал необходимые указания, подготовил для комбрига морпехов письменную инструкцию (чтобы потом не отвлекаться), быстро пообедал и начал готовиться к беседе с братьями-рыцарями, которая не обещала быть легкой. Они хоть и пошли вчера на капитуляцию под угрозой смерти, но такие вещи быстро забываются. Сегодня им может показаться, что они вправе рассчитывать на сохранение своих порядков или еще на что-нибудь. Сломать или зачистить их в ноль, не проблема, но, как и в случае с местными, самый легкий путь, не означает самый правильный в перспективе. А мне нужно приучать себя к игре в долгую, только так я буду принимать стратегически выверенные решения, не бросаясь на блеск сиюминутной выгоды.

***

– Добрый день господа. Рад видеть всех в добром здравии. Присаживайтесь! – поприветствовал я рыцарей и показал на табуреты, принесенные с первого этажа дворца и расставленные недалеко от трона магистра, – Брат Роган, окажите любезность, представьте собравшихся. Вчера было немного не до этого!

– Конечно, Ваше Величество! – поднялся главный медик и начал перечислять пришедших справа налево, – Столп Прованса и Главный казначей Огюст де Мармон, Столп Арагона и Главный интендант Альварес де Толедо, Столп Германии и Великий Бальи, он же Главный фортификатор ордена Франц фон Тотлебен и командор Буаредон де Рансуэ!

Рыцари поприветствовали меня и вернувшись на места замерли, внимательно вперившись взглядами мне в район солнечного сплетения. Что ж, понимаю, сейчас будет решаться их судьба.

– Господа, вы видимо ждете от меня каких-то слов, – обвел я собравшихся внимательным взглядом, – но для начала я хотел бы услышать их от вас. Вот вы, командор де Рансуэ, в чем сейчас видите смысл существования ордена?

Командор был настоящим богатырем, может быть чуток поменьше Доброго, поэтому, когда он поднялся с табурета, пространства в зале ощутимо стало меньше. Усадив его обратно на жалобно скрипнувшую мебель, я приготовился услышать короткую, но пламенную речь, и рыцарь не обманул моих ожиданий:

– Да простит меня господь всемилостивейший, но я не буду выбирать выражений. Разрази меня гром, если я не прав, но мы превратились в пиратскую шайку! Конечно, еще со времен легендарной обороны Родоса, одни из нас славили Свет, а другие боролись с Тьмой, спасая свои заблудшие души. Но сейчас мы лишь жалкая тень прежнего величия, о какой борьбе может идти речь, когда мы даже сердце ордена защитить не смогли!

Возражений не последовало и выждав небольшую паузу, я снова взял слово:

– Благодарю вас командор, вы чрезвычайно точно выразили мое видение на этот вопрос и сэкономили нам массу времени, избавив от необходимости убеждать в этом ваших братьев. Думаю, что в ваших устах, правда прозвучала намного весомей. От себя добавлю, что беда ордена в том, что он застыл в своем развитии, в отличии от окружающего мира, поэтому и потерял смысл своего существования. В сложившейся ситуации, самым простым и логичным выходом было бы просто распустить его и считать эту страницу истории прочитанной, но я не ищу легких путей, поэтому вижу только одно решение – я стану Великим магистром и вдохну в жизнь ордена второе дыхание!

Тишина в зале еще сильнее сгустилась, а я наблюдал за происходящим на лицах братьев-рыцарей. Командор сидел расслаблено, видимо уже все решил и, скорее всего согласен и даже рад. Финансист и интендант аккуратно переглядывались, будто пытались обменяться мыслями. За этой парочкой следует присмотреть повнимательней, тут попахивает коррупционными связями, ведь такая смычка обладает огромными возможностями по незаконному обогащению. Немец, с известнейшей в России военно-инженерной фамилией, смотрел на окружающее с эмоциями баллистического вычислителя, видимо даже здесь занимаясь виртуальным совершенствованием оборонительных сооружений, а вот брат Роган долго не раздумывал и тут же задал вопрос, но не про дальнейшую судьбу госпиталя, как я себе надумал, а про веру:

– Э…, Ваше Величество, но вы же не католик?

Учитывая мое отношение к заморочкам реформации, не имеющим никакого отношения к вере в Бога, я в эту сторону даже и не смотрел, упустив этот момент. А ведь для ревностных католиков, которыми наверняка являются рыцари, это должен быть ключевой вопрос. Что ж, хорошо, значит сразу и расставим все точки над «ё», подумал я, и улыбнувшись, ответил:

– Насколько я понял, господа, больше препятствий для реализации моего плана нет. Хорошо, давайте обсудим церковный вопрос, чтобы уже больше к нему не возвращаться. Не знаю, знакомы ли присутствующие с романом «Путешествия Гулливера», поэтому коротко озвучу один эпизод. В книге описан конфликт между двумя ветвями одного народа, произошедший по совершенно абсурдной причине – люди не сошлись во мнении, с какого же конца правильно разбивать вареное яйцо, с острого или тупого? Кстати, так они себя и называли, остроконечники и тупоконечники. И что характерно, готовы были убивать всех несогласных с их, единственно верной, точкой зрения. Господа, вам это ничего не напоминает? И в католических, и в протестантских, и в православных церквях молятся одному богу, только у одних семь таинств, у других два, у одних есть иконы и священники, у других нет. Но по моему мнению, это всё дела человеческие и к Богу отношения не имеют. Лично я уважаю любую веру и мне нет дела, каким способом человек обращается к Богу. Главное, чтобы он не пытался навязать свой взгляд мне. Еще раз повторю, мир изменился и к таким вещам следует относиться терпимее!

Пока братья приступили к перевариванию моей, с точки зрения Святого Престола, жесточайшей ереси, в разговор включился финансист ордена Огюст де Мармон:

– Ваше Величество, а каким вам видится дальнейший статус ордена и источники его финансирования?

Кто про что, а вшивый про баню, усмехнулся я про себя, и решил сразу закрыть все возможные вопросы:

– Господа, наверное, это прозвучит удивительно, но я не из тех монархов, которые делают вид, что знают ответы на все вопросы на свете, и готового рецепта для ордена у меня нет. Время покажет. Сейчас я могу предложить только борьбу с Тьмой. На самом деле, на Мальте я оказался случайно, заглянув по пути. Моя цель Стамбул, который я собираюсь вернуть в лоно христианского мира. Поэтому, если вы согласитесь, все боевое крыло ордена отправится со мной на войну с османами и вновь получит возможность спасти свои заблудшие души, а госпиталь продолжит свою работу, как прежде!

– Истинно братья, – вскочил с места командор, вскидывая вверх руки, – недавно у меня был сон, в котором я бился с сарацинами на высоких стенах и это были не стены Ла-Валлетты. Значит всё же Константинополь. Вот он, наш шанс на спасение души!

После эмоционального спича командора, обладавшего, видимо, серьезным авторитетом у братьев-рыцарей, принципиальных вопросов больше не возникло. Оставалось решить только один технический вопрос. Великий магистр избирался пожизненно, поэтому при наличии предыдущего, выборы нового главы ордена провести было невозможно. Это был вердикт «обжалованию не подлежит» под ранее вынесенным мной смертным приговором бывшему великому магистру ордена Мальтийских рыцарей Франсиско Хименесу де Техада за организацию пиратства и работорговли.

Что ж, первую сегодняшнюю встречу можно считать удавшейся на все сто. Хоть в этот раз, при защите своей крепости, рыцари и наемники показали себя не с самой лучшей стороны, в их боевых качествах я не сомневался. Во все времена они успешно бились с турками при десятикратном и более численном превосходстве последних. Поэтому пара тысяч таких бойцов мне точно не помешают, главное, как всегда, правильная мотивация. Для рыцарей и младших членов ордена перспектива спасения души, а для наемников звонкая монета.

Рыцари отправились готовить коллегию выборщиков, в которую помимо Столпов, включались по какой-то мутной схеме рыцари, имеющие боевой опыт и орденский стаж не менее тринадцати лет. Но это были их проблемы, мне же нужно было готовиться к очередному заседанию.

***

После долгих раздумий, я решил в этот раз сразу загрузить клиентов и уйти, оставив их наедине с мыслями. Упрашивать и заставлять я никого не собирался. Если услышат мои аргументы, значит всем повезло, а если нет, то бог им судья. Сейчас я, конечно, ничего с ними делать не буду, но после решения вопроса с турками, все равно зачищу местную поляну. Потому, как тупые олигархи, которые дальше своего носа не видят, мне здесь нахрен не сдались. Как говорится, свято место пусто не бывает. Найду кого переселить на остров.

К назначенному времени в зале собралось человек около тридцати, которых рассадили на специально приготовленные лавки, и я тут же перешел к интеллектуальному прессингу:

– Господа, хочу сразу внести ясность в дальнейшее обсуждение. Думаю, что все видели корабль на котором я пришёл в Ла-Валлетту позавчера. Это бывший испанский флагман, который я захватил неделю назад в Тулоне, вместе со всем французским флотом и еще десятком испанских кораблей. Сегодня в гавань пришла только часть моего флота, а завтра придет вторая, которая приведет захваченные в бою у Лампедузы испанскую эскадру и флот ордена. Так, что испанцев, французов или еще кого-нибудь на этом острове не будет никогда, это мой остров. Но мне ваша земля не нужна. Моя империя огромна по территории и главный интерес для меня представляют люди, но это мои заботы. Теперь перейдем к вашим. Орден Мальтийских рыцарей прекращает свою деятельность на острове и я, находясь в своем праве, включаю Ла-Валлетту и Великую гавань в состав империи. Здесь будет база моего флота. Что же касается остальной территории острова, то у нее есть два пути. Первый, это когда дальше каждый сам по себе. Я, конечно, буду защищать весь остров от набегов мавров или еще кого-нибудь, но не более того. Как я уже говорил утром господам из Мдины, все что мне понадобится для базы, я завезу с Сицилии. И учтите, что работорговли здесь больше не будет, а всех, замеченных в этом преступном промысле, ожидает смертная казнь!

Я сделал паузу, чтобы мои последние слова чётче отпечатались в их мозгах, и продолжил:

– И второй путь. Войти в состав империи на общих основаниях и получить полноценную защиту, местное самоуправление, гражданские права, поставки зерна по приемлемым ценам, стабильную финансовую систему, всеобщее начальное образование для детей, лечение в госпитале, работу для местного населения на базе, а также возможность бесплатного обучения юношей в военно-морском кадетском корпусе и дальнейшего поступления на службу в императорский флот!

Собравшиеся в зале островитяне принялись шушукаться, разбившись на три кучки, и только один человек сидел и смотрел в мою сторону, не принимая участие в обсуждении. Это был аббат Альферан де Буссан.

– Ваше Величество, позвольте вопрос? – поднялся с лавки аббат и получив добро, поинтересовался, – Могу я узнать, в каком качестве вы пригласили меня?

– Господа! – хлопнул я по подлокотнику, привлекая внимание собравшихся, – Представляю вам главу правительства герцогства Мальта, аббата де Буссана. Думаю, что все присутствующие в зале с ним знакомы. Аббат, вот вам конституция республики Корсика, которую я освободил от французской оккупации неделю назад, по пути сюда, – передал я документ стоящему с выпученными глазами аббату, – сделайте по ее образцу конституцию герцогства, с учетом местных особенностей. С сего момента я добавляю титул герцога Мальтийского к своему титулу. Господа, как закончите обсуждение и примете правильное решение, вас проводят. Аббат, завтра в полдень встречаемся с вами в госпитале, организуем взаимодействие с братом Роганом!

С последними словами я встал с трона и вышел из зала, оставив народ в полной растерянности. Идя по коридору, я оценил свое выступление и посчитал, что все прошло, как и планировалось. Правда, тема с герцогством была чистой воды импровизацией, но вроде нормально зашло. Ничего, я империю провозгласил, никто не вякнул, а тут обычное герцогство, одним меньше, одним больше, зато с титулом заморочек не будет. А то сделаешь какую-нибудь автономную область и получишь в итоге абракадабру – Император Скандинавии, король Швеции и прочая и прочая и начальник ЕврейскойМальтийской автономной области. Нормальные пацаны не поймут.

***

Целый день словоблудия вымотал меня до предела и долго беседовать с маркизом я не собирался. Нет, значит нет, без него разберусь, у меня там еще несколько тысяч пленных испанцев, а офицеры на флоте всегда были из высокородных семей, кто-нибудь да поведется на предложенные перспективы. Поэтому, пройдя вниз и сделав себе, как всегда, шавуху из лепешки и мяса с овощами, я спокойно наслаждался едой и когда появился маркиз, не спешил задавать ему вопросы. Пусть сам начинает. И маркиз не подкачал. Присев напротив меня за стол и выждав, ерзая на лавке, полминуты, он спросил:

– Ваше Величество, от вашего ответа на мой вопрос будет зависеть мое решение. Как вы планируете поступить с пленными испанцами?

– Никак не планирую, мне они совершенно без надобности. Если пойдут с вами на Стамбул, прекрасно. Захотят домой, скатертью дорога, как говорят русские. Я даже отдам вам пару кораблей, у меня все равно пока экипажей столько нет, – вздохнул я тяжело, – представляете маркиз, взял за последние две недели сорок кораблей в качестве трофеев, тут никаких команд не напасёшься!

– Я согласен Ваше Величество и постараюсь убедить испанцев последовать за мной. Могу я задать еще один вопрос? Ваш ответ уже не повлияет на мое решение, я дал слово, но мне нужно знать! – возбужденно начал маркиз и получив добро, продолжил, – Это ведь «Сантисима-Тринидат», тот корабль на котором вы пришли. Ваше Величество, что с её экипажем, мой младший брат ходил на нем юнгой?

– Ну теперь понятно, откуда весь этот сыр-бор, – усмехнулся я, – корабль я захватил без боя в качестве трофея в Тулоне, а что с экипажем понятия не имею, я их вообще в глаза не видел, их всех высадили в порту. Так, что причины для волнений нет, ваш младший брат, наверняка, давно дома!

Маркиз после моих слов успокоился и мы еще минут двадцать поболтали, выпив по чашке чая. А потом я отправился посмотреть, как там разместился прибывший десант, узнать о выполнении поставленных задач, ну и бдительность караулов проверить никогда не помешает.

***

С утра пораньше я собрался во второй раз посетить госпиталь, но теперь с более масштабной задачей, чем пристроить нескольких раненых бойцов на лечение. Понимая, из предыдущих разговоров, что несмотря на деятельность под крышей католической церкви, местные доктора проповедуют весьма продвинутый взгляд на медицину и проводят довольно смелые исследования, я хотел закинуть им парочку перспективных тем для проработки. Именно об этом я собирался пообщаться со светилами науки, решив перед этим осмотреть по дороге главные орденские церкви – собор Святого Иоанна, названный в честь небесного покровителя ордена святого Иоанна Крестителя, и собор Святого Павла.

Замеченное мной ранее несоответствие между внешней простотой и богатым внутренним убранством местных зданий, приняло на примере соборов совсем уже гротескные формы. Соборы просто кичились роскошью отделки и золотом утвари, чего только стоили серебряные статуи двенадцати апостолов в человеческий рост и огромное золотое поликандило (центральный подсвечник со множеством свечей)в соборе Святого Иоанна, весом, по моим прикидкам, в пару центнеров. Это, по моему скромному мнению, был уже перебор. Подсвечник должен просто освещать помещение, хотя золото, конечно, по сравнению с бронзой попрактичней будет в эксплуатации.

Однако, просто взять и обнести церкви я себе позволить не мог, по крайней мере в открытую. Но и пройти мимо, в то время, когда космические корабли бороздятя собираюсь в поход против Османской империи, а впереди мне предстоит всерьез схлестнуться с французами, австрийцами и дальше по списку…, жаба мне не позволяла. Значит, к этому вопросу необходимо подойти творчески, чтобы и бюджет пополнить и верующих не расстроить.

Записав для себя очередную интересную задачу, я направился в «Сакра инфермерия», где меня встретил, как всегда любезный, брат Роган. В этот раз я не сильно торопился и он провел со мной небольшую обзорную экскурсию, оказавшуюся весьма познавательной. Ведь под огромным главным залом, в котором я побывал вчера, скрывался еще один точно такой же зал, только потолки в нем были чуть пониже. Здесь оборудовали различные склады, а также больничные палаты еще на сотню коек, только теперь уже для преступников и рабов, которых кормили отнюдь не с серебра. Окон в этих палатах, естественно, не было, но оказалось, что и это не самые худшие условия. Ведь еще ниже, на втором подземном уровне, находилась небольшая лечебница для душевнобольных, с вырубленными в скале четырьмя десятками лежанок.

Не знаю, специально освободили оба уровня к моему приходу или так карты легли, но никакого желания знакомиться с клиентами лечебницы у меня не возникло. Туда даже здорового человека посади на месячишко, крыша съедет гарантированно. Гуантанамо отдыхает, однозначно.

Закончив экскурсию, мы прошли на кафедру хирургии и анатомии, где возле стола с человеческим телом со вскрытой грудиной нас встретил совсем молодой врач, которого Роган представил, как светило медицины европейской величины:

– Ваше Величество, позвольте вам представить кавалера Джузеппе Заммита, Микеланджело от хирургии!

Молодой человек засмущался от такого внимания, не зная куда при этом деть руки, которым наверняка было бы удобней сейчас держать скальпель, прицеливаясь, какую часть моего организма отчекрыжить. Учитывая, что у меня на сегодня были запланированы еще встреча с аббатом, а также проведение казней во второй половине дня, я не стал тянуть кота за причиндалы и сразу перешел к делу:

– Доктор, скажите, что вы знаете о человеческой крови и кровообращении? Коротко!

Кавалер задумался, видимо, прикидывая, как объяснить чайнику такие тонкие материи и обреченно вздохнув, ответил:

– Э…, человеческое сердце является своеобразным насосом, перекачивающим кровь по двум замкнутым кругам кровообращения, а сама кровь, по моему мнению, является вместилищем жизненной силы!

– Хорошо, уверен, что мои слова будут вам понятны. Про жизненную силу, в целом, верно, но все объясняется немного проще. Без чего не может прожить человек? Воздух, которым мы дышим, вода и пища. Вода, кислород из воздуха и питательные вещества из пищи попадают в кровь и переносятся к внутренним органам, а обратно кровь забирает всё ненужное, углекислый газ и прочие отходы жизнедеятельности. Если представить артерии и вены, как русла рек, то кровь будет одновременно и водой и кораблями с грузом. Погрузка, разгрузка, переход к другому порту. Пока все ясно?

Кавалер утвердительно помотал головой и я продолжил:

– Если река пересохла, жизнь вдоль реки будет чахнуть, а потом совсем замрет. Так и с человеком, без крови сразу смерть. Здесь сразу на ум приходит кровопускание и его, скажем так, сомнительность, как способа лечения. Ведь организм больного и так ослаблен, а мы еще и забираем у него жизненную силу, заставляя организм восполнять потерю крови, вместо того, чтобы бороться с недугом. Но это вам господа информация к размышлению. Меня же больше волнуют боевые действия. В бою, если смерть не наступила мгновенно, основных угроз для жизни солдата две – болевой шок и кровопотеря. Ну с шоком мы пока ничего поделать не сможем, а вот с потерей крови бороться нужно и можно! – достал я кровоостанавливающий жгут, которым были обеспечены все мои спецназовцы и морпехи.

Со способами остановки кровотечения присутствующие были знакомы, поэтому быстро показав, как работает жгут, я, уже под восхищённый взгляд итальянца, продолжил:

– Но остановить кровотечение мало, очень часто, чтобы спасти человека, без восполнения её потери не обойтись. Согласны?

После этих слов, кавалер с сожалением вздохнул и разведя руки, ответил:

– Согласен Ваше Величество, только эдиктом Святого престола от 1675 года опыты с переливанием крови между живыми существами, к сожалению, запрещены!

– И в этом, что удивительно, Святой престол совершенно прав, – усмехнулся я, – без знаний о группах крови, это преступление. Но у нас есть шанс разобраться с этим вопросом. У вас есть микроскоп?

– Да, конечно, великолепный микроскоп Левенгука. Я уже проводил некоторые наблюдения и сейчас изучаю красные частицы, плавающие в прозрачной жидкости, видимо они придают цвет крови! – ответил он.

– Отлично, вы на верном пути. В крови много чего намешано, но сейчас нас интересуют именно красные частицы. Вся человеческая кровь делится на четыре группы, каждая из которых еще на два вида, но главное группа. Человек с первой группой, может отдать свою кровь всем, но сам примет только свою группу или умрет. А человек с четвертой группой наоборот. Но самое верное, это переливать человеку кровь такой же группы, как у него самого. И здесь мы возвращаемся к красным частицам. Я не знаю подробностей, но если они не подходят друг другу, то должны слипаться. А остановка кровотока – это смерть. Значит вы должны научиться определять группу крови человека!

– Но… Ваше Величество, откуда у вас такие сведения? – вмешался в разговор, смотревший на меня с выпученными глазами, главный инфермемарий.

– Это совершенно не важно брат Роган, важно только то, что разобравшись с этим вопросом, вы спасете множество жизней и поставите свои имена в один ряд с Гиппократом и Авиценной. Я издам указ, по которому каждый житель острова будет обязан сдать кровь на исследования. Только медицинские инструменты следует кипятить, а перед применением обрабатывать инструменты и кожу самым крепким алкоголем. А то устроите мне тут эпидемию!

Оставив кавалера, по лицу которого было видно, что мысленно он уже погрузился в исследования, мы прошли в кабинет брата Рогана, где я добил его предложением начать изучение бактерицидных свойств плесени, для получения прообраза пенициллина, а после поставил задачу первостепенной важности по созданию мобильной медицинской группы, укомплектованной самым опытным персоналом, для действий в составе экспедиционного корпуса и переоборудованию для этих целей линейного корабля в госпитальное судно.