Искупление (СИ)

Глава 3

Результатом моей бессонницы стало тяжелое и неохотное пробуждение. Ласковый поцелуй Найяра я приняла ворчливо и попыталась снова сбежать в сон. Герцог не обиделся и разбудил по свойски, так что с последним стоном, я уже была бодра, хоть и не слишком добра. Впрочем, этот нюанс я спрятала за слегка фальшивой улыбкой, памятуя о пленнике и своих намерениях.

В умывальне меня сегодня оставили в одиночестве, и я некоторое время просто наслаждалась приятной теплой водой, обдумывая, как мне стоит начать разговор, и как объяснить ночное отсутствие на ложе. Ему не понравится, что я бегала к узнику, и что Тор меня пропустил. Но меня видели другие охранники. Жаль, мы не обговорили с Торсоном единую версию событий, но он умный мужчина, может, и сам сделать верный вывод, что нужно сказать.

— Сокровище мое, завтрак уже подали, ты там долго? — Най спрашивал из-за двери.

— Сейчас выйду, милый, — ответила я и вылезла из лохани.

— Тебе помочь? — голос герцога неуловимо поменялся, в нем появились бархатистые нотки.

— Най, однажды ты израсходуешь свои силы на страсть, — усмехнулась я.

— Рядом с тобой мне сложно сдержаться, — весело ответил он, но я постаралась пресечь его возможную попытку вторжения:

— Я уже одета и выхожу. А страсть лучше придержать до дворца.

— Я в корне не согласен, Сафи, но буду послушным мальчиком, — последовал ответ. — Тарганна ведь не оставит без внимания мои старания?

— Тарганна не оставит, — пообещала я и вышла из умывальни, тут же попав в объятья герцога.

— Я скучал, — мурлыкнул он и ненадолго завладел моими губами.

Завтрак прошел в молчании. Найяр больше смотрел на меня, чем ел, и это очень нервировало. Заметив, что я уже недовольно посматриваю на него, герцог чуть виновато улыбнулся:

— Не могу насмотреться на тебя. До сих пор не верится, что ты снова рядом.

— Най, мы не были вместе всего сутки, — ответила я, промокнув рот салфеткой.

— Вечность, — вздохнул мужчина. — Целая вечность, любимая.

Улыбнувшись, я встала из-за стола и направилась на выход, не дожидаясь его.

— Так, где ты была ночью, сокровище мое? — догнал меня в дверях вопрос герцога.

— Кормила узника, — ответила я, останавливаясь. — Отнесла ему наш ужин. Надеюсь, Торсон передал мальчику.

Найяр промокнул губы и подошел ко мне. Его взгляд был испытующим.

— Он стрелял в нас, — без тени улыбки произнес его сиятельство. — Это убийца.

— Ты тоже убийца, — я пожала плечами, — но аппетит ведь у тебя от этого не пропадает. Да и едешь ты верхом, а не бежишь связанным за лошадью. Он почти еще ребенок, милый, какой из него убийца.

— Я в его годы уже участвовал в сражениях, — недовольства в голосе прибавилось. — Поверь, убивать юный возраст не мешает.

— Ты у меня вообще непобедимый зверь, — усмехнулась я и взлохматила приглаженные герцогские волосы. — Ты посмотри на него, ему далеко до холодного и жестокого убийцы.

Най поправил волосы и приобнял меня за талию, ему было приятно. Не так часто я употребляла выражения «мой», «ты у меня», потому «зверя» он пропустил мимо ушей.

— И все же он стрелял в нас, — достаточно мягко возразил герцог и усмехнулся. — Ты хочешь его у меня отнять, сокровище мое?

— Мне жалко этого паренька, — я накрыла пальцы Найяра своей ладошкой. — Если он не агрессивен, я хочу взять его себе.

— И что ты собираешься с ним делать? — в синих глазах вновь плескалось веселье.

— Обучу премудростям любви, — с придыханием прошептала я, глядя в глаза герцога, и его рука сильней прижала меня к крепкому герцогскому телу. — Мне нужен помощник, секретарь.

— Тебе мало моих людей? — Най снова проявил недовольство.

— Мне таскать за собой твоих таргов? Впрочем, почему бы нет, их взгляды очень часто обещают мне сладкие минуты близости, — я была серьезна, как никогда, говоря все это.

Всякий смех исчез из глаз герцога, сменившись ревностью и даже злостью, не на меня. Он и сам прекрасно видел те взгляды, которые зачастую бросали на меня его советники и придворные. Кроме взглядов на большее они не решались, особенно после случая, когда герцог кинул вызов таргу Мэртину, после его двусмысленного комплимента. Тарг пытался избежать поединка, отговаривался, извинялся, но через полчаса отбивался от яростных атак его сиятельства. Най по праву считался одним из лучших фехтовальщиков герцогства, и связываться с ними не желали не только из-за его титула. Тарга Мэртина унесли с арены истекающего кровью, а все, кто еще пытался мне намекать на свои желания, заткнулись и какое-то время старались вообще в мою сторону не смотреть.

— Хорошо. Допрошу, там посмотрим, — ворчливо ответил Найяр.

— Я буду вместе с тобой на допросе, — безапелляционно заявила я. — Не хочу, чтобы ты сильно помял моего помощника.

— Ты так уверена, что он достанется тебе? — насмешливо спросил герцог.

— Ты же не будешь жадничать? — подмигнула я и доверчиво взглянула в глаза его сиятельства.

— Лиса, — засмеялся Най. — Вертишь мной, как хочешь. Хорошо, возьму тебя с собой в допросную. Обещаю его сильно не портить.

— И пусть едет верхом, до столицы еще не близко, — и вновь открытый доверчивый взгляд.

— А не много ли ты себе позволяешь? — прохладно ответил герцог и скривился, глядя на мою обиженную его словами мордашку. — Хор-рошо! Посадите этого на лошадь! — гаркнул Найяр, указывая на паренька. И уже Хэрбу. — Можешь целовать ноги моей госпоже, я бы волоком протащил тебя до пыточной.

После этих слов на герцога изумленно посмотрели все, кто их услышал.

— Най…

— Я не оговорился не единой буквой, — отчеканил он.

— Если ты будешь меня называть так и при дворе, ты разворошишь змеиный клубок, — я покачала головой. — Оставь слово «госпожа» для спальни.

— А у кого-то есть сомнения в твоем настоящем статусе и моем отношении к тебе? — сухо спросил герцог.

— Нет, милый, конечно, нет, — поспешила заверить я.

Если его сиятельство разойдется, с него станется объявить через герольдов, что тарганна Сафиллина Тиган признанная им госпожа, еще и всеобщего поклонения мне потребует. Невольно фыркнув, я передернула плечами, представив последствия этого необдуманного поступка. Наемники кивнули, подтверждая, что герцог сказал все верно, и он немного успокоился.

Ехали мы по-прежнему на одной лошади, вторую вели, чтобы сменить первую, когда та устанет. Хэрб трясся на старенькой кляче, руки его были связны, рядом скакал охранник, но мальчик оказался сообразительным и не делал никаких попыток к бегству, только украдкой бросил на меня благодарный взгляд и более ничем не выдал нашего с ним знакомства.

Найяр молчал. Он поглаживал мое бедро, на котором покоилась его рука, и все о чем-то думал. Я поглядывала на него, пытаясь понять, что творится в герцогской голове. Наконец, не выдержала и спросила.

— Что-то не так?

— Не дает кое-что покоя, — ответил он и крикнул. — Торсон! Ко мне.

Я едва заметно усмехнулась и вгляделась в синие глаза. Най сохранял на лице отстраненное выражение. Наемник подъехал к нам и поклонился, бросив на меня взгляд из-под кустистых бровей.

— Да, мой герцог, — Тор распрямился и посмотрел на своего повелителя честным взглядом.

— Тор, а вы передали еду мальчика, которую я принесла? — спросила я с прохладной, но вежливой улыбкой. — Прости, милый, я влезла в ваш разговор. Просто мне жалко нашего юного пленника.

— Тор, свободен, — вздохнул Най.

— Торсон, — позвала я.

— Да, тарганна Сафи. Как вы велели. Зашел и дал парню поесть, — с поклоном ответил наемник. — Он, как волк на мясо накинулся. Потом опять связал и забрал посуду. Утром отдал вашей прислуге.

— Благодарю вас, Торсон, — улыбнулась я. — Милый, а зачем ты звал Торсона?

— Я уже все услышал, — усмехнулся герцог. — Сокровище мое, почему ты отказываешься от участия в советах? Твоя лисья хитрость мне бы очень пригодилась. Ты половине моих советников нос утрешь.

— Нет, Най, политика для меня слишком запутана и непонятна. К тому же я сплю на твоих советах, — ответила я, прижимаясь щекой к его плечу.

— Лиса, — вновь повторил Найяр, и тема с ночным ужином для узника была закрыта.

В столицу мы вернулись ближе к вечеру. Городская стража склонилась в поклоне, но стоило нам проехать, как вслед метнулись любопытные взгляды. Заметив, что я наблюдаю за ними, стражники потеряли к нашему маленькому отряду всякий интерес. Вперед вырвался один из наемников.

— Его сиятельство, герцог Таргарский! — выкрикивал он, и горожане складывались пополам, пропуская нас мимо. — Его сиятельство, герцог Таргарский!

В столице наемники взяли нас в клещи, закрывая с четырех сторон. Най не смотрел по сторонам, сейчас ему не требовалось приветствовать свой народ. Я нацепила уже въевшуюся в кожу маску бесстрастности и полного равнодушия. На людях я обычно выглядела именно такой, холодной и неприступной стервой. Зато никто не решался связываться. На выкрики, которые по началу преследовали меня, стоило покинуть дворец, реагировала моя охрана. Раньше это были таргарцы. Думаю, теперь Най расщедрится на своих наемников.

У ворот дворца нас встретил тарг Грэир. Он поклонился герцогу, взгляд, который я поймала, был пристальным и неприязненным. На меня тарг взглянул совсем странно. Мне показалось, что при виде меня, он выдохнул с облегчением. Впрочем, с начальником дворцовой стражи я перемолвилась за два года, что он занимал пост, всего несколькими словами. Отвечал он всегда вяло и неохотно, стараясь быстрей закончить разговор. Для меня такая реакция была неудивительна, и я перестала обращать на мужчину внимание.

— Этого в допросную, пусть там ждет, — велел герцог, кивнув на Хэрба.

— И поаккуратней с ним, — добавила я.

— Любимая, он все еще мой, — подмигнул герцог.

— Но мне его жалко, — напомнила я. — И ты обещал взять меня с собой.

— Не слишком много внимания какому-то сопляку? — в голосе Ная проскочила ревнивая нотка, и я рассмеялась.

— Милый, тебя мне вполне хватает, — сказала я, слегка щелкнув его сиятельство по носу.

— Потому ты бегала к Тигану, — проворчал он, но в глазах мелькнули молнии.

— Най, я занималась этим с мужчиной, который должен единственный обладать мной, — молний в синих глазах прибавилось. — Ты ведь тоже жену не забываешь.

— Сафи, — скривился герцог и тему Руэри оставил.

— Хватит ревновать, ваше сиятельство, — я миролюбиво посмотрела на него. — Ру ты упек под арест в его поместье, больше никто не решится подойти ко мне. И покажи, наконец, наши новые покои, хочу посмотреть на этот безвкусный кошмар.

— Сафи! — возмутился Найяр.

— Что Сафи? В прежних покоях можно было жить только после того, как я к ним руку приложила. — Нагловато заявила я и вывернулась из его рук, скользнув в руки одного из наемников.

Тот поспешно выпустил меня, испуганно взглянув на своего господина. Герцог спешился следом, приобнял меня за талию, не забыв наградить наемника тяжелым взглядом, и мы поднялись во дворец. Придворные кланялись, дамы приседали в реверансах, и все без исключения сверли меня любопытными взглядами.

— Тарганна Ольвия, глаза сломаете, — походя заметил герцог, когда фрейлина герцогини уставилась на меня пристальным взглядом. — Как ее сиятельство?

— Грустит, ваше сиятельство, — ответила тарганна с тяжким вздохом.

— Передайте, я пришлю ей новый молитвенник, — усмехнулся Найяр.

— Думаю, вам лучше лично навестить супругу, — не удержалась я от шпильки. — Вы хорошо умеете избавлять дам от скуки.

— Сафи, — фыркнул герцог и ядовито добавил. — Хватит ревновать.

— Это всего лишь забота о моей герцогине, — я склонила голову.

— Стерва, — усмехнулся Найяр. — Даже не рассчитывай переложить заботу о своем герцоге на сутулые плечи герцогини.

Он распахнул двери новых покоев.

— Давай, издевайся. Потом все сломаем и пойдем пытать моего мальчика, — учтиво предложил герцог.

— Допрашивать, милый, всего лишь допрашивать. Возможно, пытки не понадобятся. Если, конечно, ты не хочешь заставить его признаться в собственных грехах, — возразила я, входя в покои. — Ужасно, ваше сиятельство. Это все ужасно! — Затем обернулась к нему и подмигнула. — Пока твоего мальчика. А теперь давай поедим и вызовем тарга Идра, завтра же сменим обивку стен в нашей спальне. Спать в этом жутком желтом цвете я не буду, у меня случится мигрень, и тебе придется навестить жену. Далее…

Я ходила по комнатам, цепляясь к мелочам. Он с усмешкой наблюдал за мной, останавливаясь в дверях. Обойдя все комнаты, я горестно взмахнула руками:

— И как быть, Най? Я уже не помню и половины, хоть заново начинай весь этот поход. Мне просто необходим помощник, чтобы он записывал за мной и выполнял поручения!

— Я уже все понял, сокровище, — Найяр широко улыбнулся. — Ты решила меня извести, да? Хорошо, идем в допросную. Так ты успокоишься?

— И даже отблагодарю, — я подмигнула и направилась к дверям.

Меня тут же поймали загребущие герцогские длани.

— Аванс, — потребовал он.

— Полный расчет по окончанию сделки, — непреклонно ответила я.

— Маленькая скряга, — обозвал меня герцог, взял за руку и потащил на выход. — Размер оплаты не зависит от тяжести преступления. Возьму много.

— Коронованная хапуга, — обозвала его в ответ.

Най резко развернулся и крепко прижал к себе.

— Я сдохну без тебя, Сафи, просто сдохну, — после вновь развернулся и потащил в допросную.

Под очередной порцией изумленных взглядов мы промчались в левое крыло и спустились в подземелье, где располагались допросные и пыточные камеры. Охрана, как и придворные, с любопытством вывернули нам вслед головы. Я не удержалась и закричала, добавляя в голос надрыва:

— Нет, Найяр, нет, я ни в чем не виновата, не надо меня пытать!

Герцог даже спотыкнулся, после обернулся, ошарашено глядя на меня, затем перевел взгляд на охрану и грозно свел брови:

— Молчи, неблагодарная, ты мне все скажешь. И куда из казны делись три тысячи гольдеров, и что от тебя хотел посол Аквинтина?

— Как ты узнал про гольдеры? — фальшиво изумилась я. — Тарг Военор уверил меня, что никто не узнает!

— А посол? — продолжал веселиться его сиятельство.

— Как что? Замуж звал, — нагло заявила я, и за спиной что-то громыхнуло.

Мы с герцогом посмотрели назад, стражник стремительно поднимал секиру. Герцог оставил меня в покое и направился к нему, более всего сейчас напоминая барса на охоте.

— Вас что-то смутило, тар?

— Да… Нет, ваше сиятельство, — ответил бледнеющий стражник.

— Так да или нет? — почти ласково уточнил герцог.

— Нет, ваше сиятельство, — уже тверже и уверенней ответил мужчина.

— Тогда отчего оружие покидает руки стража? Тар решил вздремнуть на посту? — Най вцепился в бедолагу мертвой хваткой, и мне стало его жаль, тем более это моя выходка привела к данным последствиям.

— Ваше сиятельство, — позвала я.

— Тарганна Тиган, о ваших шашнях с казначеем мы поговорим позже, — отчеканил Найяр.

Сдавленный вскрик отвлек его от стражника. Я тоже посмотрела в сумрак коридора, там стоял тарг Военор собственной персоной. Его взгляд метался с герцога на меня и обратно. Его сиятельство тут же оставил, закованную в доспехи, жертву и направился к высокому и утонченному казначею. Тарг Военор невольно попятился, но быстро опомнился и остановился. Он бросил на меня беспомощный взгляд, я виновато развела руки. В данный момент герцога останавливать было бессмысленно, если бы не видел, за что зацепиться, не пошел бы.

— Тарг Военор, — добродушно протянул его сиятельство. — Какая встреча. И что мой казначей забыл в подземелье?

— Доброго дня, ваше сиятельство, — тарг уже взял себя в руки и склонился в изящном поклоне. — В казне обнаружена недостача трех тысяч гольдеров, — при этих словах я поперхнулась, стражник вновь чуть не выронил секиру, а герцог обернулся ко мне, насмешливо приподняв бровь. — Я присутствовал на допросе одного из служащих казначейства, которого подозревал в краже.

— Не знал, что я еще и провидец, — усмехнулся Най. — И что же подозреваемый?

— Клянется в своей непричастности, — ответил главный казначей.

— Задержитесь, я чуть позже присоединюсь к вам, — кивнул ему герцог и уже направился обратно ко мне, когда тарг Военор запоздало воскликнул:

— Ваше сиятельство, у меня нет шашней с тарганной Сафиллиной.

Найяр тут же остановился и развернулся на каблуках. Он приблизился вплотную к казначею и задал неожиданный вопрос:

— А хотелось бы?

Благородный тарг вновь побледнел, тяжело сглотнул и в растерянности брякнул:

— Тарганна Тиган привлекательная женщина.

Секира все-таки полетела на пол, я повторно поперхнулась, а тон герцога стал ледяным.

— Задержитесь, Эбер, непременно задержитесь.

Я поймала взгляд казначея и покрутила пальцем у виска, он выдохнул, потупился и направился в ту камеру, из которой вышел. Найяр прошел мимо стража, уже поднявшего свою секиру:

— Это был последний раз, когда ты, мой мальчик, подслушивал чужие разговоры.

Секира полетела на пол третий раз, его сиятельство перехватил и тяжело вздохнул.

— Идиот, — печально произнес Най и вернулся ко мне. — А мы ведь всего лишь валяли дурака. Идем, мое сокровище.

Мне было неприятно, вроде бы невинная шутка обернулась для двух человек непредсказуемыми последствиями. Страж во дворце не останется, это уже ясно, но что ждет казначея, я не бралась предсказать. Его необдуманные слова затронули ту область, в которую герцог никого не допускал.

— Най, ты же не будешь наказывать Эбера Военора за его слова? Ты ведь понимаешь, что он был напуган и сказал, не подумав? — спросила я, останавливаясь перед дверями камеры, где Хэрб ожидал своей участи.

— Потому и сказал правду, — буркнул герцог.

— И что теперь? Будешь его наказывать за неосторожные слова? — хмуро спросила я.

— А с чего это ты за него так рьяно заступаешься? — с подозрением спросил Найяр.

Я закатила глаза и вошла в камеру. Ну, его. Молчание — благо. Чем меньше слов, тем здоровей бедолага казначей. Решив больше не вмешиваться, я переключила свое внимание на Хэрба, утирающего кровь с разбитой губы.

— Ну, зачем! — воскликнула я.

— Да, почему без меня начали? — обиделся его кровожадность.

Я с возмущением посмотрела на наемников, после на герцога и уже под конец на юношу. Он взглянул исподлобья на его сиятельство, после на меня и кинулся тому в ноги:

— Мой герцог, не виноватый я, совсем не виноватый! — заголосил Хэрб. — То Черный бог вмешался, не иначе. Я тренировался, из лука стрелял, никого не было. Ветер стрелу отнес и коня вашего убил. А конь ладный, в жизни коней красивше не видал. Простите меня, мой герцог, я отработаю! Хоть навоз убирать, а хоть и на службу пойду. Не специально я, видят боги не специально. Простите меня, ваше сиятельство! И вы тарганна простите, — он пополз в мою сторону, но Най придавил парня ногой к полу.

Каблук герцогского сапога заметно давил Хэрбу на поясницу, и парень зашипел. Най легко поднял узника за шиворот и откинул обратно к тому месту, где он стоял. Юноша не устоял на ногах и болезненно упал на руки. Я с укоризной посмотрела на его сиятельство.

— Ты обещал не сломать мальчика, — напомнила я.

— Сокровище мое, так не ломают, — усмехнулся Най, сел на край стола и устремил на Хэрба пристальный холодный взгляд. — Полное имя, сословие, откуда родом, полных лет, — отчеканил он.

Парень поднялся с пола, тряхнул взлохмаченной рыжеватой гривой и снова утер кровь из потревоженной при падении губы.

— Хэрбет Огал, ваше сиятельство, — заговорил он, глядя на герцога открытым и честным взглядом. — Сын Дагра Огала, село Волчье логово, что стоит между Кэбром и Дэбром. Мне полных девятнадцать лет. — И после некоторой заминки, с явным недовольством, Хэрб добавил. — Крестьянин.

— Читать, писать, считать умеешь? — Най с насмешкой взглянул на меня, я осталась невозмутима.

— Читаю по слогам, — с удивлением ответил паренек. — Грамоте не обучен, считаю до двадцати.

— А вот тебе и отсутствие сельских школ, — я посмотрела на Ная. — Я давно говорила, что на округу должны быть одна-две школы обязательно. И устройство городов… Но об этом позже, продолжайте.

— Благодарю, — герцог склонился в поклоне. — Значит, тренировался в стрельбе из лука?

— Точно так, — кивнул паренек.

— Зачем? — мягко полюбопытствовал Найяр.

— Мой отец воин, ваше сиятельство. Это он уже три с лишним года, как пахарь, но воином быть не перестал. Если война, я хочу попасть к Таргарским лучникам.

— Ты хотел бы воевать? — мне не понравилась дружелюбная улыбка, скользнувшая по губам герцога.

— Мужчина должен защищать свой дом, — чистые синие глаза Хэрба зажглись энтузиазмом, а я еще сильней ощутила беспокойство. — Отец говорит, что война прибыльное дело. После последнего похода он построил новый дом.

— Значит, твой отец недоволен затянувшимся миром? — Най буквально излучал добро и внимание.

— Ну, — мальчик немного стушевался, — отец был бы не против снова принять участие в войне.

— И ты? Ты хотел бы обогатиться так же, как отец? Наверное, и девушка есть на примете, для которой тоже хочется построить дом?

— Деньги всем нужны, — тихо ответил Хэрб, — Земля не дает столько денег, сколько…

— Мародерство, это-то понятно, — негромко засмеялся его сиятельство. — А девушка у тебя есть? Ты не ответил.

— Ну, нравится одна, — немного ворчливо произнес парень. — Я подумывал о свадьбе…

— Значит, и ты недоволен затянувшимся миром? — и вновь добродушная улыбка.

Хэрб неуверенно кивнул, затем поднял на герцога взгляд и расслабился, наш правитель не излучал угрозы. Но вот я ясно почувствовала подвох и беспокойно заерзала. Най бросил на меня короткий взгляд.

— Скажи мне, Хэрбет Огал, а что народ говорит про отсутствие походов? Ропщут, так?

— Есть немного, — вздохнул мальчишка.

— И кто же по их вине виноват в этом? — Найяр снова улыбался, само дружелюбие и только.

И вот тут я подобралась, понимая, что Хэрб уже одной ногой в силках, расставленных Найяром Таргарским. Герцог снова бросил на меня короткий взгляд и едва заметно покачал головой, не позволяя заговорить. Узник невольно бросил на меня взгляд, но вслух произнес:

— Да, разное говорят.

— А что говорят чаще всего? — его сиятельство чуть склонил голову к плечу. — Ведь есть же тот, кого винят больше всего. — Хэрб опять посмотрел на меня, и Най довольно кивнул. — А ты бы хотел убрать помеху?

Очередной короткий взгляд парня в мою сторону, и герцог встал со стола. Неспешно двинулся к пленнику, все так же мило улыбаясь.

— Ты ведь хотел устранить причину затянувшегося мира, мальчик? Ее? — он не глядя, указал на меня. — Ты хотел убить ее? — и добродушный герцог на глазах превращается в хищника.

Он наотмашь ударил парня, и тот отлетел к стене, больно приложившись головой.

— Най! — я вскочила с места.

— Выйди, Сафи, — потребовал герцог.

— Если только из дворца, — холодно отозвалась я и села на место.

Он метнул на меня полный ярости взгляд, но проглотил угрозу и обернулся к незадачливому убийце. Хэрб уже успел отползти от стены и теперь вновь стоял на коленях, глядя на своего господина.

— Я не понимаю, о чем вы, — всхлипнул юноша. — Я всего лишь тренировался. Вы тихо ехали, и то, что моя стрела попала в кого-то я узнал только после ржания коня и криков.

— Ты бежал, — Най склонился над ним.

— Я испугался! А кто бы не испугался, когда кричат: «Покушение на герцога!»? — горячо заговорил Хэрбет.

— Ловко лжешь, я бы поверил, Хэрбет, сын Дагра, если бы не умел читать по лицам. Ты ждал нас и стрелял в нее, — ледяным тоном ответил герцог.

— С чего вы так решили, мой герцог?! — воскликнул юноша, продолжая размазывать по лицу кровь.

Найяр размахнулся, и новый ослепляющий удар опрокинул парня.

— На определенные вопросы ты ответил взглядом, — равнодушно пояснил его сиятельство. — Кто виноват в мире? Взгляд на тарганну. Ты хотел избавиться от виновника — взгляд на нее. Хэрб, ты изначально мне врал.

— Тарганна очень красивая, я никогда не видел таких красивых женщин! — закричал юноша, закрывая голову руками. — Я всего лишь любовался ею!

— Най, хватит! — я вскочила и стремительно приблизилась к ним. — Ты же видишь, он говорит правду. Неужели ты убьешь его за случайную стрелу? Пощади, ради меня, прошу тебя! Ты обещал, милый.

— Сафи! — герцог рявкнул и тут же взял себя в руки. — Сокровище мое, покинь камеру, будь любезна.

— Ты же просто хочешь выколотить из мальчишки те признания, которые считаешь верными, — я начала заводиться, потому пришлось прикрыть глаза и глубоко вдохнуть. — Отдай его мне.

— Хочешь взять к себе убийцу? — он сузил глаза и зло посмотрел на меня.

— Я три года живу с ней бок о бок! — закричала я. — И где гарантия, что уже завтра она не доведет свои намерения до конца? Зачем ты привязался к этому юноше? Отпусти, я не хочу крови, Най!

— Что ты будешь с ним делать? Он же неграмотный, — герцог был взбешен, но тоже упорно пытался держать себя в руках.

— Научу писать, а пока будет на посылках, — уже спокойно ответила я. — Пощади его, прошу.

Глаза Ная сверкнули бешенством, он вплотную приблизился ко мне, глядя сверху вниз, и в какой-то момент мне показалось, что он меня сейчас ударит. Рука герцога взметнулась вверх, и я невольно отшатнулась. Но ладонь легла мне на затылок, и ярость вылилась в жаркий, но грубый поцелуй. Я зарылась пальцами в его волосы, сжала их и слегка потянула назад. Он откинул голову, глядя на меня затуманившимся взором.

— Все хорошо, милый, — прошептала я и нежно погладила герцога по щеке. — Я с тобой.

— Со мной, — эхом отозвался он и отпрянул. — Хорошо, забирай. Но если только он даст мне повод…

— Не даст, — уверенно ответила я и сама потянулась к властным губам, сейчас сжатым в жесткую линию.

Найяр на мгновение прижал меня к себе, но быстро отстранил. И, уже не говоря ни слова, стремительно покинул камеру. Я охнула, вспомнив о казначее, но кричать вслед не решилась, как и догонять, чтобы не спровоцировать новую вспышку. После обернулась к Хэрбу и кивнула на дверь.

— Идем, его сиятельство помиловал тебя.

— Спасибо, тарганна Сафиллина! — горячо прошептал паренек, и я устало улыбнулась.

— Идем, о твоем будущем поговорим за пределами камер.

Он поднялся на ноги, поморщился от боли, но, более не проронив ни звука, послушно направился за мной.

Когда мы проходили мимо камеры, где должен был находиться казначей и его допрашиваемый, до нас долетел крик, наполненный болью. Зажав уши, я поспешила миновать узкий сырой коридор, Хэрб передернул плечами, явно оценив, чего избежал и догнал меня, еще раз выдохнув:

— Спасибо!

Слабо улыбнувшись, я провела паренька мимо охраны. Мы поднялись во дворец, и я поймала одного из слуг.

— Отведите юношу к ключнику, пусть определит ему комнату. И к кастеляну, нужно выдать полотенца, постельное белье. Когда приведет себя в порядок, проводите ко мне. — Лакей поклонился, но я задержалась и пристально взглянула на мужчину. — Не задирать, ясно?

— Да, тарганна, — лакей поклонился и увел оглядывающегося Хэрба.

Я ободряюще улыбнулась ему и направилась к новым герцогским покоям. Мысли возвращались к крикам из камеры, и я потерла виски, голова начинала болеть. Нужно зайти к лекарю, взять отвар и что-нибудь от головы. Я ненадолго остановилась, вдруг обожгла мысль, что действие последнего отвара, который я принимала, чтобы избежать беременности, должно было закончиться еще позавчера днем. Тар Лаггер строго рассчитывал время действия, и принимать снадобье нужно было не чаще одного раза в неделю. Позавчера неделя истекла. Проклятье… Ночные развлечения с Руэри и с Найяром были позже. Хоть бы обошлось.

С этими мыслями я продолжила подъем наверх. Уже ближе к концу лестницы я столкнулась с герцогиней, которая спускалась в сад, сопровождаемая тремя фрейлинами. Они обступили свою госпожу, но герцогиня отодвинула женщин и, поравнявшись со мной, остановилась и зашипела в лицо:

— Крутишь им, гадюка, все крутишь, как хочешь. Ничего, однажды твое время закончится. Только я не собираюсь долго ждать, когда он тобой наиграется.

— Травить будете? — спокойно поинтересовалась я.

— Есть много разных способов, — усмехнулась ее сиятельство и, вздернув подбородок, с достоинством продолжила свой путь.

— Ты сдохнешь, шлюха, — прошипела вслед за госпожой одна из фрейлин.

— Благородная тарганна слишком устала от дворцовой жизни? — с милой улыбкой полюбопытствовала я.

Она отшатнулась от меня и поспешила за герцогиней. Более умные фрейлины со мной уже не связывались, не желая покидать теплое местечко. Обмывали мне кости, плели сплетни, но все за спиной, в лицо предпочитали вежливо кланяться. Я усмехнулась и направилась в сторону покоев лекаря. Но тара Лаггера не оказалось на месте, и я решила позже послать Габи.

Моя служанка ждала меня в покоях. Она поклонилась и закидала вопросами, как я себя чувствую, как меня нашел герцог, не ругал ли, не обижал ли. И вообще она была мне рада, это было приятно. Улыбнувшись ей, я попросила принести мне перекусить, ужинать мы будем вместе с Наем, он не любит, если мы едим порознь.

Габи исчезла, а я прошла в умывальню. Лохань была наполнена остывающей водой, но мне и это было хорошо, хотелось смыть неприятный липкий осадок после подземелья и встречи с герцогиней. Очень не хотелось, чтобы сейчас пришел наш правитель. Мне настоятельно требовалось немного тишины и покоя. На мгновение представила, что он будет прикасаться ко мне руками, которыми исторгал из человеческого горла тот жуткий крик, и меня передернуло.

— Тарганна Сафи, — Габи постучалась в умывальню. — Принесли перекусить, и дегустатор тоже пришел.

— Я сейчас выйду, Габи, без меня еду не проверять, — отозвалась я и поморщилась, голова болела все сильней.

Дегустатор стал постоянным приложением к столу. После второго отравления Найяр приставил его ко мне, не желая слушать возражений. Я особо и не возражала, умирать мне упорно не нравилось. Поначалу, назначенный на роль подопытной жертвы, мужчина с явным содроганием пробовал приготовленные для меня блюда, но травить меня перестали, и он как-то привык и уже спокойно выполнял свои обязанности.

Габи вошла, помогая мне вытереться и одеться. Я пожаловалась на головную боль, и девушка расплела мне волосы, стало немного легче. Пока дегустатор проверял гренки и сок, Габи умчалась к герцогскому лекарю и вернулась уже с пилюлями от головной боли. Одну из них дегустатор тоже проглотил. Мы немного подождали, мужчина выжил. Он поклонился и покинул покои, оставив меня наедине с моим скудным подобием ужина, но аппетит он перебил.

— Тарганна Сафи, там какой-то юноша…

— Впусти его, Габи, — кивнула я.

Хэрб вошел, несмело озираясь по сторонам. Был он помыт, но одежда осталась та же. Волосы парень более-менее привел в порядок, но им по-прежнему требовался хороший гребень. Он переминался с ноги на ногу и на меня бросал быстрые короткие взгляды.

— Присаживайся, — улыбнулась я, указав ему на стул. — Как тебя разместили?

— Спасибо, хорошая комната, — юноша склонил голову в поклоне.

— Я дам тебе денег, завтра прогуляешься по лавкам и купишь себе одежду. И, да, обязательно купи гребень и ремешки для волос, — он с готовностью кивнул. — Но, прежде чем мы обсудим твои обязанности, я хочу поговорить, пока нас не слышит наш сиятельный. — Я заметила, как парень напрягся и метнул в меня исподлобья то ли хмурый, то ли виноватый взгляд. — Как ты нас выследил?

— Был к Кэбре, когда вы проезжали мимо. Поехал напрямки и опередил, дорога-то одна, — ответил Хэрбет. — Тарганна Сафиллина, — я взглянула на него, — простите меня, мне очень стыдно за свои мысли и свой поступок.

Я махнула рукой.

— Не ты первый, Хэрб, не ты последний. Сегодня мне уже пообещали очередную порцию смерти, — я усмехнулся, а юноша изумленно посмотрел на меня. — Это еще один момент, который я хотела с тобой обговорить. Если ты захочешь вернуться домой, я не буду удерживать. Тем более, ты говорил, что у тебя там невеста.

— Вы так спокойно говорите о том, что вас хотят убить, — недоверчиво произнес юноша. — Вам не страшно?

— Хэрб, меня ненавидит все герцогство, мне приписывают все неурожаи и беды. Или черные ритуалы, — я негромко засмеялась, и он потупил взгляд. — И что мне делать? Наложить на себя руки или спрятаться в подземелье? Я жить хочу, мальчик, и собираюсь это делать столько, сколько мне отмерили боги. Если мне написано на роду умереть завтра от стрелы или от яда, я умру. А если моя смерть так далека, что все угрозы превращаются в ничто, то зачем же мне трястись? Но предосторожности не помешают, — усмехнулась я, глядя на пустую тарелку. — Итак, вернемся к делу. Ты можешь вернуться домой, если хочешь, а можешь остаться здесь и помогать мне, исполняя разные мелкие поручения. Писать я тебя научу. Но учти, рядом со мной может быть опасно. Как видишь, мне прислуживает только Габи, больше я никому не доверяю. Думаю, ты понимаешь, чем обусловлен мой приказ не задирать тебя, — юноша кивнул. — Решение принимать тебе.

Он ненадолго задумался, а после решительно посмотрел на меня.

— Я останусь с вами, тарганна Сафи.

— Почему? — не удержалась я от вопроса. На самом деле, я ожидала, что он захочет вернуться в родную деревню.

— Вы… — Хэрб помялся, подбирая слово. — Вы хорошая, только одинокая.

Я усмехнулась и провела пальцами по краю стола.

— Все верно, мальчик, все верно. — Затем вскинула на него взгляд. — Только учти, если пойму, что ты готов предать мое доверие, мы попрощаемся.

— Вы спасли мне жизнь, — очень тихо произнес юноша, — как я могу предать вас? Я хотел забрать вашу, а вы спасли мою…

— Только никому не вздумай сказать об этом, Хэрбет Огал, — строго велела я. — А теперь иди на кухню, Габи тебя проводит и велит накормить. Там тебе объяснят, когда кормят прислугу. Да, Хэрб, — он уже поднялся, но снова сел, — а как же невеста?

— Она не моя невеста, я для нее слишком беден, — улыбнулся парень.

Я кивнула, принимая ответ, и позвала Габи. Девушка стрельнула глазками в моего подопечного и повела его на кухню. Посидев еще немного, я решила сходить в библиотеку и взять книгу на вечер… если удастся почитать. Покинув покои, я прошла мимо охраны. Четверо наемников уже ждали меня. Найяр, хоть был занят, но про охрану не забыл.

— Я до библиотеки, — остановила я их.

— Мы с вами, тарганна Сафи, — упрямо произнес один из них.

Не став спорить, я направилась, куда и собиралась, мужчины шли рядом, окружив меня со всех сторон. Меня двое-то охранников нервировали, а уж четверо и вовсе привели в дурное расположение духа. Ощущение, что я узница, было крайне неприятным. Но, вспомнив угрозу герцогини, я немного успокоилась. Подосланным убийцам придется иметь дело сначала с моими мальчиками, напоминавшими медведей больше, чем людей.

— Герцог еще занят? — спросила я, чтобы нарушить молчание.

— Да, тарганна Сафи, — кивнул один из наемников. — Там столько всего вскрылось.

— А тарг Военор? Что с ним? — скрывая тревогу, поинтересовалась я.

— Он вместе с его сиятельством, — последовал ответ, вовсе меня не удовлетворивший.

Тарг Эбер Военор был одним из немногих, кто ко мне относился вполне сносно, даже дружелюбно. Мы мило болтали, когда я приходила к нему с письменным разрешением от герцога на выдачу мне сумм для моих предприятий. Эбер демонстративно вздыхал, отсчитывая мне требуемую сумму, но с улыбкой встречал и провожал. И он, один из немногих, кто не плел обо мне сплетен, и даже пресекал, если в его присутствии кто-то порочил мое имя. Этого тарга кое-кто «благочестивый» начал за глаза называть прихлебателем шлюхи. Это я знала достоверно. И мне будет искренне жаль, если с ним что-то случится.

— Най его пытает? — спросила я, затаив дыхание.

Мужчины пожали плечами. Их судьба главного казначея не волновала. Книгу долго не выбирала, мысли были заняты совсем иным. И кроме казначея, меня по-прежнему тревожила мысль о том, что постельные шалости происходили в то время, когда я не была защищена. Неприятно осознавать, что за те сутки мной обладали двое мужчин, и если я мое чрево уже не пустое, то отца мне не определить. Ох, если бы Най так быстро не нашел меня, я бы точно знала, что беременна, как должно, от своего мужа, а не от любовника. Проклятье! О чем я думаю? Всего день без снадобья, все один день, а я уже терзаю себя подобными мыслями. Сегодня выпью отвар, и сомнения исчезнут.

Зажав книгу подмышкой, я решительно направилась к тару Лаггеру. Охрана тут же окружила меня, как только я оказалась в коридоре. Придворные и слуги, попадавшиеся нам на пути, шарахались в сторону и старались не вставать на пути у столь грозного конвоя. Я машинально отвечала на осторожные приветствия, не особо обращая внимания на тех, кто произносил их.

Лекарь сидел в своих покоях. В число его комнат входила маленькая лаборатория, где он занимался поисками противоядий и новых лекарств. Противоядиями тар начал заниматься после второй попытки отравить меня, сам. Он пытался создать снадобье, которое защитило бы меня от всех видов известных ему ядов разом. Пока не очень удачно, но лекарь не сдавался.

— Тар Лаггер, — я постучалась и вошла, не дожидаясь разрешения.

— Тарганна Сафи, — лицо мужчины, изборожденное морщинами, озарилось доброй улыбкой, — как же я рад снова видеть вас.

— Приятно слышать, тар Лаггер, — я искренне улыбнулась. — Как ваше здоровье?

— Все замечательно, благодарю вас, моя госпожа, — лекарь склонился в изящном поклоне.

Не смотря на степенный возраст, тар Лаггер был еще крепким мужчиной. Хоть он и было из простого сословия, но воспитание имел отменное, да и многолетняя жизнь при дворе добавили мужчине лоску. Мне иногда казалось, что тар более благороден, чем многие тарги.

— Какая нужда привела вас ко мне, Сафи? — он мог себе позволить опустить обращение, положенное при разговоре с дамой, стоявшей выше него по рождению, и я никогда не возражала против такой фамильярности.

— Пришло время принимать новую порцию снадобья, — ответила я, усаживаясь в облюбованное мною кресло.

Лекарь без лишних слов прошел в комнату, заставленную множеством склянок и начал отмеривать травы. Через полчаса он вынес мне чашку и подал, предупредив, как обычно, что отвар горячий. Пока он остывал, мы мило болтали ни о чем, и я немного расслабилась. Тревожные мысли отошли на второй план. Этот мужчина всегда воспринимался мной кем-то вроде отца, он и относился ко мне обычно, как к дочери. Был добр и заботлив.

— Тар Лаггер, какова вероятность понести, если действие снадобья закончилось, а близость между женщиной и мужчиной была? — все же не могла я не спросить.

— Если тело женщины было готово к зачатию, то подобное могло произойти, — ответил он.

— А есть ли возможность это проверить?

— Сафи, — лекарь мягко улыбнулся, — такого способа нет. Только признаки беременности могут дать точный ответ. — Он серьезно посмотрел на меня. — Вы подозреваете, что подобное могло произойти? Если это случилось, и вы не желаете дитя, то есть травы, которые помогут прервать беременность.

— Я не думаю, что боги были ко мне так жестоки, — ответила я, запоминая слова мужчины. — Но буду иметь это ввиду. — Отвар как раз достаточно остыл, и я выпила его. — Благодарю, тар Лаггер.

Я попрощалась с герцогским лекарем и вышла из его покоев, успев увидеть исчезающую спину тарга Военора. Не могла упустить его и поспешила следом. Радовало уже то, что он идет своими ногами. Наемники удивленно посмотрели на мой стремительный шаг, едва ли не бег, и тоже ускорились. Куда я бежала, не их дело, их задача не отставать ни на шаг, и с этим мужчины справлялись замечательно.

Тарг Военор скрылся за дверью своего кабинета, и я тоже свернула к нему, на всякий случай оглянувшись.

— Мне нужно переговорить с казначеем, — сказала я своей охране, — а вы постойте в стороне.

— Почему? — спросил один из мужчин.

— Чтобы благородный тарг и дальше мог с гордостью носить свою умную голову, — проворчала я.

Наемники усмехнулись, но понятливо кивнули и отошли за угол. Я поблагодарила их взглядом и вошла в кабинет, не предупреждая о своем визите. Надолго задерживаться я не собиралась, только убедиться, что с казначеем все в порядке. Эбер Военор стоял, упершись кулаками в стол и склонив к нему голову. На звук моих шагов он резко обернулся и выпрямился. Выглядел мужчина уставшим и каким-то замученным. Но ни ран, ни ссадин, ни даже синяков я не заметила.

— Зачем вы здесь? — спросил тарг Военор.

— Хотела убедиться, что с вами все в порядке, — ответила я, немного ошеломленная резкостью его тона.

— Вы волновались обо мне? — мужчина сделал несколько шагов в мою сторону, взгляд, направленный на меня, был испытующим.

— Конечно, — сказала я. — Все так глупо вышло. Зачем вы сделали мне комплимент? Вы ведь знаете, он бесится даже от взглядов, направленных на меня.

Эбер некоторое время сверлил меня взглядом и вдруг стремительно приблизился. От неожиданности я отшатнулась и уперлась спиной в дверь, от которой так и не успела отойти. Руки мужчины опустились по обе стороны от моей головы.

— Я не смог солгать на его вопрос, — прозвучал ответ. — Да, Сафи, я хотел бы оказаться на месте герцога. Не на троне, а рядом с вами.

— Что вы такое говорите, Эбер? — я неуверенно улыбнулась, ожидая издевательского смеха, язвительного подтекста или просто усмешки, что дало бы понять, что он говорит не серьезно.

Но казначей склонил голову, прижимаясь лбом к моему лбу. Теперь его глаза были так близко, что я не могла уловить их выражение.

— Сначала я вам просто сочувствовал, — заговорил Военор. — Потом восхитился силой, которая оказалась скрыта в этом хрупком теле. Вы не сломались, дали отпор и заставили вас опасаться. Я искренне восторгался вашей выдержкой, с которой вы переносите все эти грязные сплетни, несправедливые обвинения, всеобщую ненависть и зависть придворных. А однажды вечером не мог не думать ни о ком и ни о чем, кроме вас. Ночью, в своих снах, я обладал вами, а утром с ужасом понял, что вы мне небезразличны. И знаете, что я еще понял? Если бы я был на месте Тигана, я бы тоже не отказался от вас. Правда, я бы вел себя более решительно и изобретательно еще тогда, когда Таргарский Дракон не давал вам проходу.

— Эбер…

— Молчите, дайте мне высказаться. Я знаю, что мне не на что надеяться, и я даже не прошу воспринимать мои слова всерьез, но я устал таить это в себе. Сегодня герцог умудрился случайным вопросом вытащить наружу мою тайну. И он понял это, я видел по его глазам, но, к моему счастью, вор, висевший на дыбе, под пытками, которым подверг его взбешенный Дракон, начал рассказывать такое, о чем я даже не догадывался, и его сиятельству стало не до меня. И все же однажды он вспомнит о моем ответе на его вопрос.

— Тарг…

— Я еще не закончил. — Теплая мужская ладонь прикрыла мне рот, но сразу соскользнула, огладила линию подбородка, большой палец очертил контур моих губ, и Эбер почти прошептал. — Я люблю тебя, Сафи. Если тебе понадобится моя помощь, только скажи, я все для тебя сделаю.

Ответить я не успела, губы Эбера Военора накрыли мой рот, и мужчина тихо застонал. Я не отвечала на поцелуй, но и не отталкивала, ошеломленная его словами и искренностью, прозвучавшей в них.

— Пожалуйста, — прошептал он, и горячее дыхание обожгло кожу, — всего один раз.

Мои ладони обняли лицо этого мужчины, в котором я всегда чувствовала молчаливую поддержку и участие. Мгновение я всматривалась в его глаза, а потом поцеловала. Руки тарга Военора обвили меня, вжали в его тело, удерживали меньше минуты, а после безвольно соскользнули, и мужчина сделал шаг назад.

— Если только я буду нужен тебе, — повторил он, и я кивнула в ответ.

Затем развернулась и покинула его кабинет, так и не произнеся ни слова. Пылающие щеки могли выдать мое волнение, если Найяр увидит, и я решила сначала пройтись по улице, чтобы остудить голову. В голове был хаос, мысли метались, обгоняя одна другую. Сначала я поразилась, почему никогда не замечала настоящего отношения казначея к себе. Затем испугалась за него, а потом до меня дошло, что у меня во дворце есть союзник и не из слабых. Не служанка и не лекарь, а благородный тарг, который занимает важную должность. Такого надо беречь, как зеницу ока беречь! Думаю, я смогу утихомирить гнев Ная, если он вдруг начнет задирать Эбера Военора. Он теперь под моей защитой.

— Боги… — я остановилась и взглянула на небо.

Возможно, он сможет устроить мне побег. Тут же отмахнулась от этой мысли. Найяр все равно догонит, а казначей лишится головы. Нет, я не хочу его крови. Военор мне может принести иную пользу.

— Тарганна Сафи, его сиятельство, — шепнул мне один из наемников, и я спешно убрала с лица следы своего смятения.

Герцог приближался быстрым шагом, он шевельнул ладонью, и моя охрана отошла в сторону, оставив меня одну. Найяр сразу обнял меня, коротко поцеловал и зарылся лицом мне в волосы.

— Я так устал, Сафи. И голоден, как волк. Идем домой, — сказал он.

— Идем, — согласно кивнула я.

Герцог положил мне руку на талию и бросил на ходу моей охране:

— Свободны пока.

Наемники удались, а мы с Наем направились к дворцу.

— Чем занималась? — спросил он, кивая на приветствие тайного советника, тарга Гаяна.

— Обустроила Хэрба, помылась с дороги, перекусила, сходила к тару Лаггеру, потом была в библиотеке, — я продемонстрировала книгу. — Затем решила прогуляться перед сном.

— И все?

— Ах, да, пообщалась с вашей дражайшей супругой, — усмехнулась я.

— И? — в голосе герцога появилось напряжение.

— Ничего нового, все то же самое, — я посмотрела на его сиятельство, была любопытна его реакция.

— Оскорбляла? — хмуро спросил Най.

— Угрожала, — ответила я, и герцог поморщился:

— Она ничего не может тебе сделать. Дегустатор проверяет еду, мои наемники даже мухи близко не подпустят.

— Ну-у, — я возвела глаза к потолку, — можно отравить одежду, духи, книги. Подрезать подпругу. Выстрелить из-за засады. Да, мало ли, что может придумать эта благочестивая женщина. Ей ведь все можно, это только я перехожу границы, когда говорю о ней.

Не могу объяснить, что меня вдруг так разозлило, но я скинула руку герцога со своей талии и почти бегом направилась в сторону покоев. Он быстро догнал меня, снова обнял и сильно прижал уже не позволяя вырваться.

— Что на тебя нашло, сокровище мое? Так задели угрозы? Что ты услышала нового? — проворчал Най.

— Вот именно, ничего нового. — Отрезала я, неожиданно понимая, что по щеке катится слеза.

С чего вдруг? Я около двух лет не плакала, умела подавить эмоции, удержать в себе переживания, с чего вдруг расчувствовалась? Найяр заметил мое состояние, но промолчал, пока мы не дошли до покоев. Лишь когда за нами закрылась дверь, он бросил Габи отрывистое: «Вон», — и развернул меня к себе.

— Накипело? — спросил он серьезно.

Молча кивнув, я закусила губу, чтобы не расплакаться, и герцог привлек меня к своей груди.

— Плачь, — тихо сказал он. — Поможет.

Плакать я не собиралась. Слезы — это слабость, а я поклялась быть сильной. Решительно мотнув головой, я отошла от Найяра. Он протянул руку, пытаясь меня поймать, но я увидела засохшую кровь на его рукаве и тут же вспомнился тот ужасный крик. Я отшатнулась от него. Герцог нахмурился.

— Что? — спросил он.

Затем перевел взгляд на рукав и опустил руку.

— Тебе не стоило спускаться в подземелье, — сказал его сиятельство.

Отойдя от него к окну, я прислонилась лбом к холодному стеклу и прошептала:

— Мне не стоило рождаться, действительно, не стоило.

Най оказался за моей спиной, его напряжение я отлично почувствовала. Герцогские ладони осторожно легли мне на плечи, и я взорвалась.

— Не трогай меня! — заорала я. — Не трогай меня, чудовище!

— Все сказала? — тихо спросил Найяр.

— Нет! — крик продолжал разрывать мою грудь. — Все ты, это ты во всем виноват! Зачем ты пришел в наш замок? Зачем увидел меня? Зачем притащил сюда?! Я устала, Най! Я до смерти устала быть ведьмой и шлюхой! — Герцог попробовал меня обнять, но я отбежала и запустила в него первым, что попалось под руку. — Отстань от меня! Отстань! Ненавижу!!! — крик перешел в истеричный визг.

Герцог уворачивался от всего, что я швыряла в него, но уже не пытался не приблизиться, не что-либо ответить. Дверь открылись, и вбежала Габи.

— Лаггера, — коротко приказал Найяр.

Габи исчезла, а моя истерика только набирала обороты. Я носилась по покоям, уничтожая их, а герцог отшвыривал в стороны все, чем я могла навредить себе или ему. И когда сил на крик не осталось, я упала на пол и все-таки разрыдалась. Най рискнул приблизиться. Он опустился рядом и обнял меня.

— Не трогай меня! — взвизгнула я, пытаясь снова вскочить, только его объятья стали подобны капкану.

— Мой герцог, — лекарь стоял в дверях, держа в руках пузырек с очередным настоем.

— Быстро, — его сиятельство протянул руку, и тар Лаггер сунул ему пузырек, предварительно открыв его.

Найяр махнул ему рукой, и мужчина помог удержать меня, сам же герцог разжал мои зубы и влил содержимое флакона. Настой потек в горло, я закашлялась. Лекарь покинул покои, а Най снова прижал меня к себе, гладил по волосам, качал, как младенца, и молчал, давая мне выплакаться. Постепенно истерика сошла на нет, а может это подействовал настой тара Лаггера, но я начала успокаиваться. И теперь только прерывисто вздыхала и хлюпала заложенным носом. Герцог достал платок, осторожно промокнул мне слезы, подставил к носу и потребовал:

— Сморкайся.

Я забрала платок, высморкалась и снова затихла, прижимаясь к его груди. Сердце Найяра, стучавшее, как сумасшедшее еще совсем недавно, теперь замедляло бег, успокаиваясь вместе со мной.

— Легче? — спросил он, приподнимая мое лицо к себе и целуя в уголок рта.

— Не знаю, — тихо ответила я. — Кажется, да.

— Нельзя все держать в себе, иногда нужно выпускать пар, — сказал Най, снова целуя меня. — Мы будем покидать иногда дворец, обещаю. Хочешь, мы отправимся в замок «Око дракона»? Ты же знаешь, он находится прямо над морем, там красиво. Долго там жить не сможем, но ты немного отдохнешь. Хочешь?

— Хочу, — кивнула я. — Вообще убраться из Таргара хочу. Я так устала был общим врагом. И сколько бы я добрых дел не сделала, меня все равно будут винить во всех бедах.

— Из Таргара не получится, — Най улыбнулся.

— Очень жаль.

Освободившись от его объятий, я поднялась с пола и ушла в спальню. Так и легла, не раздеваясь, на кровать, а вскоре провалилась в сон. Как Найяр раздевал меня и укрывал, я уже не слышала.