Искуси меня

Глава 23: Ник

Я появился на пороге ее квартиры практически с утра, радуясь, что сегодня меня не беспокоили на работе, а все дела я выполнил заранее. Крис еще спала, когда я собрался и вышел из нашей квартиры, которую когда-то считал крепостью. Теперь же я просто сбегал, чувствуя, как эта атмосфера, пропитанная ложной идиллией, давила на меня, буквально заставляя сбежать из этого места. Странно. Слишком странно. Но я не верил в мистику и в существование рая или ада.

Однако я верил в судьбу в виде длинноногой блондинки в шелковом халатике, которая встретила меня у дверей своей квартиры.

– Ждала?

– Нет, – игриво ответила она. Знал, что предвкушала нашу встречу, видел это по ее глазам.

– Ты забыла свой приз, – вручил ей выигранное на аукционе кольцо. Мне не без труда пришлось уговорить Кристину уступить этот лот Лике. С огромной затратой денег. Но это стоит жертв. Стоит ее искрящегося взгляда и искренней, красивой улыбки. Еще вчера я заметил, как она загорелась этим украшением. Как блестели ее светлые глаза в предвкушении. А мне просто хотелось увидеть этот взгляд гораздо ближе, чем в дальнем конце зала.

– Спасибо, Ник, – шепнула она и, подойдя ко мне ближе, оставила на губах легкий поцелуй, от которого шла не похоть, а благодарность.

Однако он продлился недолго. Совсем чуть-чуть. И мне этого оказалось недостаточно. Я, перешагнув порог квартиры, прижал ее к своему телу, а затем накрыл пухлые губки поцелуем. Медленно и нежно, лаская лишь ее губы, а затем углубил, не доводя до той грани, после которой я вряд ли смог бы себя контролировать. Как же я скучал. До невозможности. До одури.

Скучал…

– Будешь завтракать? – оторвавшись от моих губ, пропела она. И как она поняла, что я ни крошки со вчерашнего аукциона не ел?

– С удовольствием, – шлепнув Лику по упругой попке, я направил ее на кухню, да и сам последовал за ней, стараясь отстать всего на пару шагов. Почему? Мне хотелось запомнить этот образ домашней Лики, впитать его в себя и вспоминать, когда почувствую одиночество.

Странно…

Точно так же я пытался когда-то запомнить Кристину, когда заставал ее в комнате общежития в одних трусиках и длинной футболке. Тогда мне нравилось все, что делала моя будущая жена. Как готовила, как двигалась, как неловко пыталась заправить за ухо длинные волосы, которые вскоре постригла, и не меняла прическу по сей день. И куда это пропало? Где та девушка в рваной, старой футболке, которая заваривала мне чай одноразовым пакетиком, использованным по назначению до меня еще раза два? Куда подевалась та, в которую я влюбился? Она исчезла два года назад. Любящая жена перестала быть любящей, играя чаще на публику, нежели показывая свои чувства ко мне.

И тут я задался вопросом. А любил ли я когда-то Крис? Что испытывал к ней? Скорее всего, да. Любил. Безумно. Даже не пытался изменить ей, ибо мне всего хватало в родных стенах, из которых теперь я стараюсь как можно чаще сбегать, оказываясь в совершенно другом месте. С другой женщиной.

С Ликой.

Сидя на высоком стуле за стойкой, я наблюдал за плавными, грациозными движениями блондинки. За тем, как она включала кофе-машину, за ее фигуркой, за движениями шелкового халата по ее стройному телу. Вновь на меня нахлынули пошлые мысли, вновь захотелось взять ее здесь и сейчас, однако, в отличие от предыдущего прихода, когда я застал ее в состоянии полной апатии, сейчас во мне играло какое-то другое чувство. Я не просто хотел взять ее и бесконечно слушать сладкую музыку стонов. Мне нужна она сама. Целиком. Душой и телом. Я хотел узнать ее вкусы, ее предпочтения в музыке, увлечения, привычки. Хотел понять ее внутренний мир, который постоянно находился под замком. Взглянуть одним глазком в эту неизвестность, таившуюся под взглядом небесно-голубых глаз, миловидного личика и пухлых губок, которые она периодически поглаживала пальцами, стоило ей поставить на стол две чашки кофе и мельком посмотреть на меня. Кажется, я нашел одну ее привычку.

– Угощайся, – Лика поставила рядом со мной тарелку с бутербродами. Ничего особенного, никакого изыска или дороговизны, однако я поглотил завтрак с огромным удовольствием, периодически замечая легкую улыбку на ее пухлых губах.

– Спасибо, Лика, – я посмотрел в глаза Лики с благодарностью. С искренностью. Понимая, что счастливее и спокойнее моментов в моей жизни не происходило давно. Я наблюдал за желанной девушкой, за ее взглядом, обращенным на меня, за жестами и нетерпеливым перебиранием пальцев. Такой она мне нравилась больше. Домашней. Беззаботной. Хотя закрытость все же присутствовала.

– У тебя красивая жена.

Вот и настал тот момент, которого я не желал. Не хотел, чтобы он наступил в принципе. Не хотел обсуждать свою жену, тем более после их первой встречи. Реакция Кристины показалась мне довольно странной, однако я не знал, чего ожидать от Лики. Она не упоминала Крис, а если такое происходило, то очень редко.

– Насколько я знаю, раньше ты не изменял ей, – вновь ее слова открывают недавно зажившую язву. Мой организм, казалось, восстановился в этой квартире, однако стоило Лике напомнить мне о прошлой жизни, о той, что ожидает мне вне этих удобных и комфортных стен, я ощутил слабость. И боль. От напоминания о наших отношениях с Крис.

– Ты права.

– Тогда почему?

– Все очень сложно, Лика. Давай не будем об этом, – возможно, я бы мог поведать Лике свое желание обрести полноценную семью, рассказал бы о сложностях зачатия, о ссорах с женой, о двух годах, растянувшихся на все десять, которые потрепали нам обоим нервы. Однако чувствовал, что эта девушка, та, которая сейчас сидела передо мной, смотря на меня любопытным взглядом, не должна быть замешана в эту сторону моей жизни. В темную и беспросветную. В ту, где с одной стороны меня ждали чертовы будни, ссоры с женой и крики на подчиненных за криворукость, а с другой – светлый образ длинноногой блондинки, которую я ласкал в постели.

Лика никак не отреагировала на мой отказ, просто пожала плечами в знак согласия. Я был ей очень благодарен за отсутствие лишних вопросов. Потому что сам не понимал, как правильнее преподнести на них ответы.

Мы быстро расправились с едой, так и не нарушив молчание. Оно не казалось каким-то натянутым или напряженным, а я не думал больше о затеянном ею разговоре. Потому что не хотел. Не желал. А мое внимание привлекло что-то гораздо более значимое.

Я не сразу заметил, как тонкий халатик чуть распахнулся, открывая взор на такого же цвета ночную сорочку. Тонкая материя хоть и не обтягивала ее прекрасную фигурку, однако мой взгляд успел уловить чуть напряженные просвечивающиеся сквозь ткань горошинки сосков. Чувствую, как нарастает возбуждение, стоит мне только представить, как я буду ласкать ее, как эта девчонка будет стонать в моих руках. Как она будет выгибаться мне навстречу во время игры с ее желанной грудью и острыми, напряженными сосками.

А ее взгляд…

Он будто говорил: «Возьми меня». Будто гипнотизировал. А легкое покусывание полных губ только раззадорило мою фантазию. Я бы тоже укусил ее губу. Потянул бы ее чуть на себя, а затем долго ласкал бы ее языком. Нежно. Проникая им внутрь. В рот. Ох, блядь. Только эта блондинка умеет заводить так быстро. С полуоборота. Заставляя разум покинуть мое тело, а вожделению и страсти занять его место.

Не выдержав больше этой игры в фантазию, я подскочил со своего места и, обойдя столешницу, резко прижался своими губами к ее, чувствуя моментальный отклик. Словно знала, что именно так я буду действовать. Именно сейчас стану целовать ее губы, гладить руками прекрасное тело, освобождая ее от лишней одежды. А через несколько мгновений подхвачу ее на руки и потащу в сторону кровати, дорогу к которой знал наизусть.

Я чувствовал, что мне вновь сносило крышу. Не мог удержаться и не приласкать эту девчонку. Всегда рядом с ней чувствовал себя сумасшедшим извращенцем, как вчера, так и сейчас. Всегда.

Положив ее на мягкую кровать, я приподнялся и схватил одну из ее прекрасных ножек. Я ласкал их медленно, не спеша, стараясь не пропустить ни один участок ее нежной кожи. Сначала ступни, поднимаясь выше к лодыжке. По голени. Все выше и выше к коленке. Улавливая ее возбуждения и легкие стоны. Совсем тихие. Смотрю в ее загоревшиеся глаза, в которых пылал пожар. Усмехаюсь. Ведь именно я стал причиной такой реакции. Именно я доводил ее до исступления, заставлял громко стонать и плавиться под моими ласками.

– Ты скучал? – тихий вопрос прозвучал из ее уст, когда я подобрался чуть выше коленки, подняв обе ножки.

– Скучал, – поцелуй под левой коленкой. – Дико скучал, – на внутренней стороне бедра правой ноги.

Выше.

Еще выше.

Не прерывая зрительного контакта. Она не смела закрывать глаза, а я не отрывался от темно-синего пламени еще долго, пока не дошел до запретной постороннему глазу зоны. Только я не был для этой девушки чужим, а вход туда заказан довольно давно. С удовольствием обнаружил отсутствие нижнего белья. Успела снять перед моим приходом, как только консьерж оповестил Лику о моем появлении? Очень интересно.

Еще один поцелуй, практически рядом с клитором заставил эту страстную блондинку прогнуться в спине, а сладкие губки чуть приоткрылись в протяжно-недовольном тоне. Не нравится, что я не начал действовать сразу. Не коснулся ее плоти. Захотел слегка подразнить. Но и это продлилось недолго. Я разорвал зрительный контакт и, смотря на влажные розовые складочки моей любовницы, которые ласкал когда-то с огромным удовольствием, принялся выполнять задуманное.

От каждого моего легкого удара языком по клитору, от каждого прикосновения пальцев к лону, которые то входили внутрь, то выходили на свободу, Лика стонала все громче и громче. Каждый ее стон становился более протяжным, нежным. Сладким. В отличие от других встреч, сейчас я ловил каждую ее эмоцию, каждый вздох, каждый стон из ее пухлых губ. Я готов расцеловать ее всю, лишь бы ей было хорошо. Лишь бы она получила удовольствие. Тут уже речь не о нашей общей страсти, а только о ее. Когда я был столь заботлив в постели? Когда так щекотливо относился к сексу? Никогда. Я сумасшедший? Наверное, так оно и есть.

Я схожу с ума от нее. От этой девчонки. От ее красоты, от ее стонов, от гладкой кожи, которую хочется все время ласкать. И мне это нравится. Я не боюсь показать ей свои чувства здесь, в постели. Это гораздо важнее слов. Они имеют больший вес, чем летящие по воздуху звуки. Более весомы. Неоспоримы. И она прекрасно понимает, как я нуждаюсь в ней.

Хочу войти в нее. Хочу побыстрее оказаться в теплых складочках, которые с радостью примут меня, но все равно продолжаю доставлять удовольствие Лике в попытке довести ее до грани, но не позволить кончить. Хочу, чтобы она ощущала то же самое, что и я.

Ее тело начинает подрагивать. Вот-вот она достигнет пика. Только я не позволяю ей пройти эту сладкую грань, отстраняясь от ее лона, и прикасаюсь своими губами к ее. Она разочарованно стонет, однако не отказывает в поцелуе. Никогда не отказывала. Люблю чувствовать ее губы на своих, люблю ловить ими ее стоны.

Люблю быть с ней…

– Хочешь, чтобы я вошел? – наклонившись к ушку, украшенному знакомыми серьгами, которые я подарил ей, прошептал вопрос, зная заранее ответ на него.

– Да…

Протяжный ответ из ее пухлых губок, опаляющий кожу, сводил с ума еще больше. Теперь уже не шло и речи о том, чтобы потянуть время или подразнить эту девчонку еще немного. Хватит! Довольно! Резко вхожу в нее, ощущая привычную, но такую приятную теплоту внутри. Сразу задаю быстрый темп, хватаясь руками то за ее объемную грудь, то за упругие бедра.

Как же хорошо…

Мы двигались в унисон, наши дыхания слились в одно целое, сердце колотилось, как бешеное, а взгляд был устремлен только на нее. Только на эту девушку, нагло стонущую мне в губы. То протяжно и нежно, то громко и коротко. Но меня устраивал любой вариант, лишь бы ей было хорошо. Хотя мне кажется, ей понравится все, что я предложу. Абсолютно.

Пика мы достигли вместе, выкрикивая что-то нечленораздельное. Мы не вслушивались в слова друг друга, не воспринимали их всерьез, прекрасно понимая, что доставили друг другу удовольствия сполна. По крайней мере, я точно знал, что сейчас Лике хорошо, судя по блаженной улыбке и чуть просветлевшему взгляду. Так происходило всегда, когда она кончала. Так произошло и сейчас. И как я запомнил эти признаки? Ответ на этот вопрос останется для меня загадкой.

Свалившись на соседнюю половину кровати, я обнял расслабленное тело Лики, почувствовав, как нежная рука опустилась на мою грудь. На левую сторону. Туда, где бешено стучало сердце. Будто хотела прочувствовать мое сердцебиение. В такие моменты я понимал, насколько мне хорошо с ней. С моей Ликой. Насколько сильно я привязываюсь к ней, как нуждаюсь в ней. Ну и пусть. Я хочу в ней нуждаться, хочу все время обнимать это стройное тело, вдыхать этот сладкий аромат, к которому привык. Как к жене… к ней я тоже привык. Отличие между этими женщинами в том, что Крис больше не подкидывает дрова в наш камин, в то время как Лика делает это постоянно. Всегда. Где бы она не находилась. Казалось, выбор между ними очевиден, но меня что-то останавливало. Всегда.

– Все очень сложно, Лика, – неожиданно начал я, прервав повисшее между нами молчание той же фразой, что и завершил тот разговор на кухне. Я ощутил, как Лика подняла голову на меня, внимательно рассматривая удивленными глазами, будто не верила в происходящее. Ведь совсем недавно я не хотел разговаривать о своей жизни с женой, но сейчас чувствовал обязательство перед ней. Или же просто хотелось излить кому-то душу. Кому-то родному. Тому, кто выслушает и поймет. – Мы были счастливы, пока не поняли, что имеем трудности с зачатием ребенка. Постоянное посещение врачей, бесконечные анализы и поездки за границу. Все это подбило нас, рассорило.

С каждым произнесенным словом мне становилось легче, словно маленькая толика камня на сердце спадала. По маленькому кусочку. Раз за разом. Пока он полностью не освободил мой орган. Да, я часто делился со Стасом своими переживаниями и проблемами с Крис, но не испытывал ничего подобного, ничего близкого к тому спокойствию, которое ощущаю сейчас.

– В какой-то момент я устал от наших ссор, устал тащить все на своих плечах. Потом появилась ты. Мне будто крышу снесло, давно не было так хорошо с кем-то, даже с Кристиной. Ты помогла мне пережить трудные дни, до сих пор помогаешь, – я открывался ей. Открывал самого себя. Возможно, сейчас она вряд ли захочет искать со мной встреч, но я уже поставил себе задачу заполучить ее.

Только все равно я разрывался между своей женой и любовницей…

– Тогда почему мы не разорвем эту связь, раз тебе стало легче? – я чувствовал, с какой горечью она произносит эти слова. Внешне ее взволнованность ничем не выказывалась, она так же спокойно лежала рядом со мной и смотрела на меня, однако я чувствовал, как ее дыхание чуть участилось, как и сердцебиение.

– Я не могу отказаться от тебя, – подняв ее миловидное личико за подбородок, прошептал ей в губы, а затем прижался к ним, оставляя едва ощутимый поцелуй. Как это делает чаще всего она.

Я не врал, когда признавался в нужде, не пытался обмануть или скрыть свои чувства. В любом другом случае с любой другой женщиной я бы ни за что не признался ей вот так прямо в собственной слабости перед ней, однако Лика являлась исключением. Я открылся ей в надежде, что она сделает то же самое. Так оно и произойдет. Кстати…

– Скажи, что тебя связывает с Захаровым? – вспомнив, как этот молокосос лапал мою Лику, поинтересовался я, стараясь не сжимать от неприятных воспоминаний кулаки, понимая, что она все поймет.

– Ты о Дане? Он мой бывший.

– Почему вы расстались?

– Он уехал покорять Америку, а я не захотела ничего менять, – легко проговорила она, будто он для нее ничего не значил. Этот тон кардинально отличался от того, которым она спрашивала о нашей связи и возможности ее разрыва. Может, этот малолетка действительно не столь существенен в ее жизни, в отличие от меня. В глубине души я готов был радоваться, словно мальчишка, а на деле лишь чуть сильнее прижал к себе Лику. – Ты ревнуешь? – с легкой улыбкой на лице спросила она, забравшись на меня сверху.

Ее обнаженная фигурка со следами от моих пальцев смотрелась прекрасно в свете дня, а яркие, озорные глаза только подначивали меня пойти на поводу у этой хитрой соблазнительницы. Я начал трогать ее прекрасные ножки, поднимаясь все выше и выше по попке, чуть сжимая выступающую часть тела. По талии. Прикасаясь к вершинкам груди, которые уже успели напрячься. Она закинула голову наверх, получая удовольствие от моих действий, однако надолго в такой позе не задержалась, стоило мне завести руку ей за спину и резко потянуть на себя. Если бы не реакция Лики, травм не избежать, хотя я рассчитывал, что смогу удержать ее на нужном расстоянии. Так и случилось.

Лика практически лежала сейчас на мне, прикасаясь идеально гладкой кожей к моему торсу. Я чувствовал ее тепло, ее мягкость, ощущал дыхание из ее пухлых уст. И только насладившись этим видом сполна, впитывая каждое движение ее прекрасных ресниц, прошептал:

– Ревную, – и впился в ее губы глубоким поцелуем. – Всегда буду ревновать, – вновь шепчу, прервав наш поцелуй. – Ты моя! – перевернув ее на спину, я набросился на нее с поцелуями. Влажными. Вызывающими мурашки на столь желанном теле. – Только моя, – она часто дышала, тело подрагивало от предвкушения, а пухлые губы жадно отвечали на поцелуй. Я просто не смог сдержаться и вновь не взять ее.

Лика сводила меня с ума. Каждый раз. Каждый раз я слетал с катушек. Ее запах, ее кожа, ее сладкие стоны. Она срывала крышу с моей головы, делала это так искусно и незаметно, что я ни о чем не подозревал. Не увидел ту грань, которая разделяла меня на двух личностей: на верного мужа и страстного любовника, изменяющего своей жене. Но сейчас мне плевать на эти факты, плевать на эту чертову грань. На все плевать, пока она в моих объятьях.

Я понял, что влюбляюсь в нее. Стас оказался прав, указывая мне на это. Лика нужна мне не физически. Она нужна мне вся. Но что ждет нас дальше? Будущее остается для меня неизвестным.