Искусство быть эгоистом

Человек, довольствующийся тем, что получает за свою работу только деньги, ведет жизнь, от которой нельзя ожидать ни счастья, ни настоящего удовлетворения.

Чтобы быть по-настоящему счастливым, а не обходиться незначительной частью всего, чего мы могли бы достичь, нужно уметь гармонично соединять в своей жизни как можно больше решающих факторов.

Этими факторами являются:

1) соответствие нашей работы нашим внутренним представлениям и эмоциональным потребностям;

2) гармоничное соотношение естественных противоположностей: успеха и поражения, напряжения и расслабления, тела и души;

3) умение смириться с поражением.

Человек, не понимающий этих взаимосвязей, не должен удивляться, что никогда не добьется истинного удовлетворения. Его жизнь будет односторонней и однообразной, потому что он избегает захватывающего приключения, заключающегося в том, чтобы принять вызов и потом одержать победу.

Человек же, понимающий эти взаимосвязи и живущий в соответствии с ними, имеет все предпосылки провести жизнь, каждый День которой наполнен истинной радостью.

Глава 19. О том, почему необходимо делать то, что доставляет нам радость

В этой главе речь пойдет о понятии, которому вы, скорее всего, придавали в прошлом мало значения. Этим понятием является общая гармония.

Ее можно определить так: все, что мы делаем и кем мы являемся в этой жизни, может доставить нам ощущение счастья, только если оно станет гармоничной частью целого. Целое – это мы: наше тело, наш дух, наши чувства, наша работа и наша личная жизнь. Это каждый отдельно взятый день и вся жизнь.

Понятие общей гармонии означает, например, что ваша работа или досуг могут принести вам удовлетворение, только если они соответствуют вашим внутренним представлениям и находятся в гармонии с вашими чувствами. Хочу показать вам это на следующем примере.

Секретарша пишет письмо для шефа. При этом она думает: «Если бы я не нуждалась в зарплате, то никогда не занималась бы этим. Терпеть не могу писать письма».

Она ненавидит писать письма, и это мешает ей сконцентрироваться на работе и отождествиться с ней. Из-за этого она допускает ошибки. Может быть, ей придется один-два раза начать письмо сначала. Это усиливает ее ощущение недовольства.

Может случиться, что она не заметит ошибку. Начальник, увидев это, скажет: «Моя дорогая, такого случаться не должно».

Секретарша исправит ошибку, но ее негативное отношение к написанию писем распространится теперь и на начальника, создавшего ей такие сложности, да еще и задевшего ее гордость.

Как вы видите, в этом случае нет гармонии между деятельностью секретарши, ее внутренним настроем и ее чувствами. И это распространяется на другие области ее жизни.

Например, она, скорее всего, вернется домой в плохом настроении. Известно, что люди, недовольные своей работой, подсознательно прячутся за усталостью и изнеможением. Заменой не полученному удовлетворению становится жалость к себе. Секретарша сядет ужинать в плохом настроении. Она будет думать об отговорках и при этом без всякого удовольствия проглатывать пищу. Ее желудок будет напряжен так же, как ее мысли и чувства. Поэтому желудку будет тяжело переварить едва пережеванную пищу. Человек, чьи мысли где-то далеко, жует менее тщательно, чем тот, кто едой наслаждается.

Мы видим, что дисгармония между работой, мыслями и чувствами действует также на организм человека и его органы.

Другая сторона заключается в том, что человек, работающий без удовольствия, с трудом справится со своей работой вовремя. Неприятную работу он будет откладывать до последнего и потом сделает ее наспех. Тем самым он заранее сделает невозможным получение от нее глубокого удовлетворения.

Я хотел бы рассказать вам сейчас об английском фотографе по имени Дик Мортон. Двадцать лет назад, когда я с ним познакомился, ему было 58 лет.

В то время я, находясь в Лондоне, прочитал статью в газете о нем и его работе. Статья была проиллюстрирована одной из его фотографий. Она покорила меня необычным спокойствием, которое буквально излучала. В ней все было гармонично. Она была идеальной.

Я сам тогда намеревался стать фотографом и решил познакомиться с этим мастером своего дела. Нашел я его не в Англии, а в стареньком деревянном домике около городка Косюр-Монтрё в Швейцарии.

Там он жил вот уже восемь лет. При встрече он так рассказал о себе: «Тридцать лет своей жизни я провел в погоне за деньгами и всевозможной бессмысленной роскошью. Каждый мой день был наполнен стрессом, потому что мне казалось, что я чего-то могу не успеть. Это продолжалось до тех пор, пока я не понял, что тем самым только удаляюсь от истинного счастья. И вот здесь я, наконец, нашел счастье, о котором даже не мечтал. Здесь я задумался о себе самом и о своей жизни. Здесь я делаю то, что мне действительно нравится. И радуюсь всему, что делаю».

И так он жил, пока не умер в возрасте 71 года.

Конечно, все мы не можем переехать в старенькие домики в Швейцарии, чтобы делать там то, что нам нравится. Но радость от того, что мы делаем, не зависит от обстановки, в которой мы живем. Эта радость зависит только от нас.

Когда Дик Мортон, специалист по пейзажам, бродил с камерой по лесам в поисках подходящего мотива, он ясно сознавал, что может сделать действительно хорошую фотографию, только если создаст «гармонию между собой и объектом».

Он объяснял мне это так:

«Я вижу объект. Он вызывает у меня разные мысли о том, кто мог бы купить у меня эту фотографию и сколько он мог бы за нее заплатить. Если у меня возникнет ответ на этот вопрос, то останется только установить камеру и нажать на кнопку. Здесь фотография, там деньги. Так я думал раньше. Сегодня я знаю, что такой настрой оставит неудовлетворенными мои важные потребности. Желания моей души будут неисполненными, фантазия умрет, мое мышление сведется к шаблонам. Тем самым моя деятельность потеряет свой смысл».

Поэтому когда он находил мотив, то не фотографировал его сразу. Он старался, как он говорил, «установить с ним глубокую связь, полностью настроившись на него».

Например, он ощупывал старое дерево, отламывал кусочек коры и исследовал его. Он пытался понять, почему на дереве больше нет листьев. Повредили ему жуки или, может быть, снежные бури? Он давал волю своей фантазии и пытался представить себе возможную причину. Эти мысли усиливали его восприимчивость. Он так увлекался, что не замечал ничего вокруг. Если он не знал, что это за дерево, то бежал домой и смотрел в книгах. Он хотел все знать.

«Чем больше я занимаюсь моим объектом, тем более усиливается связь между мной и им, – говорил Дик Мор-тон. – Когда мне кажется, что я знаю все необходимое, когда этот объект завладевает мной полностью, тогда я автоматически выбираю правильный угол зрения и нажимаю на кнопку. Только так моя работа приобретает смысл, приносящий мне удовлетворение. Оно означает для меня так много, что деньги, которые я за эту картину заработаю, уходят на второй план. Это помогает мне жить в постоянной радости».

Дик Мортон рассказывал мне обо всем этом так, как будто это было самой простой вещью в мире. И я уверен – так оно и есть. Но что делаем мы, или, по крайней мере, большинство из нас?

Мы склонны к тому, чтобы рассматривать каждую сферу деятельности, которой мы занимаемся, отдельно от всего остального. Для нас главное – деньги, независимо от того, приносит нам работа радость или нет. Мы говорим: «Работа – это работа, а удовольствие – это удовольствие».

Понятно, что с таким настроем никто не сможет долго быть счастливым. Почему? Потому что он не понял, что счастье – это сумма многих потребностей, которые должны находиться в гармонии друг с другом.

Глава 20. О том, что стоит получать от выполняемой работы больше, чем только деньги и признание.

Вернемся еще раз ненадолго к отношению Дика Мортона к своей работе. Его пример может послужить поводом к размышлению для многих из нас.

Фотограф пришел к выводу: «Если я приведу мои мысли и чувства в гармоничное соответствие с тем, что я делаю, работа не только будет доставлять мне удовольствие, но и станет более качественной. Ведь каждому понятно, что радость тем сильнее, чем лучше мы выполнили задание».

Вместо того чтобы сказать: «Это моя работа, и она должна быть сделана, независимо от того, нравится она мне или нет», Мортон говорил:

«Чтобы работа доставляла мне как можно больше удовольствия, я должен применить для ее исполнения все свои силы, свой ум, свою фантазию и свои знания. Тогда результатом автоматически станет радость, которая, ко всему прочему, улучшит качество работы».

По-моему, этот аргумент настолько убедителен, что остается только удивляться, почему каждый из нас не действует в соответствии с ним. И все-таки мы этого не делаем.

Например, упомянутая секретарша могла бы сказать себе: «Моя работа заключается в написании писем. Вместо того чтобы жалеть себя, я постараюсь предпринять все, чтобы получить от нее наибольшее удовольствие». И ей осталось бы только делать то, что делал Дик Мортон, снимая пейзажи на фотопленку.

Она могла бы начать интересоваться людьми, которые получат ее письма. Кто они? Чем они занимаются? Как нужно составить письмо, чтобы склонить их к тому, чего ты хочешь от них добиться? Я знаю отличных секретарш, которым шеф говорит только пару ключевых слов с просьбой: «Сформулируйте письмо сами, вы это умеете лучше, чем я». Такие секретарши с уверенностью садятся за компьютер, и их мысли полностью направляются на то, чтобы выполнить задание как можно лучше. Окончив работу, они испытывают радость.

Есть некоторые предрассудки, мешающие нам получать радость от исполняемой работы. Они осели в нашем сознании, потому что нам их постоянно повторяли, и мы не раздумывая ориентируемся на них, несмотря на то что они постоянно приносят нам проблемы.

К таким предрассудкам относится мнение, что работа должна быть связана с трудом, самопреодолением и напряжением. Если человек рад своей работе, то это часто кажется другим подозрительным.

Один из моих друзей занимает должность топ-менеджера большого немецкого концерна. Он несет ответственность за средний годовой оборот в размере 100 миллионов марок1. Однажды я спросил его: «Тебе, наверное, доставляет. огромное удовольствие сознавать в конце года, что ты снова справился с этой задачей?» Он посмотрел на меня непонимающим взглядом и ответил почти обиженным тоном: «Удовольствие? Да ты себе даже не представляешь. В моей работе для удовольствия нет места. Я работаю целый год, как сумасшедший. Иногда у меня даже не остается времени на нормальный отпуск. Не говоря уже о выходных, в которые моя семья меня не видит».

Поскольку у него нет времени, чтобы получать удовольствие от своей работы, он мне, естественно, также не мог объяснить, зачем он вообще эту работу делает. Правда, он ответил: «Из-за хороших денег, которые я за нее получаю». Но такие часто используемые фразы обычно являются поверхностными оправданиями, поэтому что отсутствие удовлетворения не может компенсироваться даже с зарплатой топ-менеджера.

В 2002 году, когда Германия перешла на расчеты в евро, 1 DM равнялась примерно 0,5 евро.

Что же мешает этому человеку радоваться своей работе и успехам? Это что-то неразрешимое? Что-то, что стоило бы ему нечеловеческих трудов?

Ни в коем случае. Ему было бы достаточно принять одно-единственное главное решение и заменить старую схему, к которой он привык, новой.

До этого он говорил: «Самое важное для меня – это деньги и признание. Чем больше я работаю, тем больше я за это получу. Для этого я должен пожертвовать большой частью моих чувств, моих жизненных представлений и желаний. Может быть, я найду для них время когда-нибудь позже».

Вместо этого он мог бы сказать: «Самое важное в моей жизни – это гармония между работой и чувствами, моими желаниями и реальностью. И ничто не удержит меня от того, чтобы найти необходимые силы и время для создания этой гармонии. Причем не когда-то в далеком будущем, а сейчас, каждый день и на любой работе».

Глава 21. О том, почему необходимо смириться с тем, чего мы больше всего боимся.

Совет смириться с поражением может удивить вас. Разумеется, для вас совсем не сложно «смириться» с успехом. Поражений же вы стараетесь избегать, насколько это в ваших силах.

Объясняется это тем, что успех приносит вам желанное признание. А поражение обычно влечет за собой пренебрежение со стороны окружающих. Его вы боитесь. Поэтому вы избегаете мыслей о нем. Особенно когда вы только что добились успеха, вы меньше всего думаете о поражении, ведь для этого, кажется, нет никакого повода.

На самом же деле это самый удачный момент, чтобы заранее смириться с мыслью о поражении. Почему? Потому что поражение – это необходимая составляющая успеха. Это как день и ночь, душа и тело, солнце и дождь. Вся наша жизнь – это постоянная смена противоположных явлений.

За каждым взлетом следует падение, причем с неизбежной последовательностью, которую мы не в силах изменить. Мы можем противиться этому и строить иллюзии и надежды. Все будет бесполезным. Самое разумное, что мы можем сделать, – это смириться с обоими полюсами этих противоречивых явлений.

Именно с обоими полюсами, а не только с тем, к которому мы стремимся. Если мы с самого начала думаем лишь об успехе и не думаем о поражении, мы тем самым заранее лишаем себя сил, которые нам понадобятся позже, чтобы справиться с поражением.

Мы утешаем себя мыслью, что поражение для нас невозможно. Мы говорим: «Со мной этого не случится». Или успокаиваем себя тем, что «до сих пор ведь это всегда удавалось». Тем самым мы снижаем свою готовность к обороне. Внезапное поражение застает врасплох.

Многие неустанно гонятся за успехом лишь потому, что убегают от поражения. Представление о том, что они не вынесут поражения, подгоняет их, заставляя их превосходить самих себя. Вполне позитивный аспект, скажете вы. Вы правы. Но человек, живущий по такому принципу, вынужден после каждого достигнутого успеха стремиться к следующему. Его подстегивает страх, принуждающий ко все новым достижениям.

Пока поражение, от которого он изо всех сил старался убежать, в итоге не настигнет его.

Тогда вполне возможно, что он не сможет это, поражение перенести. Оно свалит его с ног. Может быть, он больше никогда не придет в себя. Его уверенность в себе будет полностью разрушена. Он будет считать себя несостоявшимся человеком, потому что в его представлении весь смысл жизни – в успехах.

Поэтому необходимо заранее смириться с мыслью о поражении и рассматривать его как то, чем оно является на самом деле – необходимым противоположным полюсом каждого успеха. Нечто, от чего нельзя убежать. Нечто, чего не нужно бояться.

Я надеюсь, вам поможет следующая установка: «Когда я побеждаю и нахожусь на самом верху, я всегда думаю о том, что теперь дорога может повести меня только вниз, где меня ждет низшая точка. Она не принесет мне славы. Люди, которые мне сегодня аплодируют, будут поносить меня. Но я готов к этому, потому что знаю – когда я окажусь в самом низу, дорога снова поведет наверх. Раз уж я не могу изменить эту жизненную закономерность, я смирился с ней. Я ожидаю победы и поражения с одинаковым спокойствием. С одной стороны, это предохраняет меня от заносчивости. С другой стороны, это спасает меня от отчаяния в случае поражения».

Не знаю, кто написал эти строки. Я случайно прочитал их на страничке, вырванной из какой-то записной книжки.

Кем бы ни был этот человек, выработавший для себя такую жизненную позицию, он должен быть человеком счастливым. Он умеет жить в гармонии не только со своими успехами, но и со своими поражениями.

Мы все могли бы избавить себя от многих разочарований и мучительных страхов, если бы следовали его примеру. Вопрос только в том, как научиться смиряться с мыслью о поражении. Ответ можно сформулировать одной фразой: нужно уделить поражению достаточно внимания.

Иногда на нашем жизненном пути встречаются люди, которые ведут себя не так, как мы ожидаем. Поэтому мы их не любим или боимся. Однако если мы познакомимся с ними поближе, мы поймем, что с ними можно прекрасно ужиться.

Я лично пытаюсь смириться с мыслью о возможном поражении, произнося следующие слова.

• Я знаю, что успех и поражение, продвижение и отступление, надежда и разочарование являются составляющими естественной жизненной цикличности. Ни одно из них не может существовать без другого. Они сменяют друг друга. И я не могу это изменить.

• Поэтому было бы бессмысленным стремиться только к одному и отрицать другое. Наилучшее решение для меня заключается в том, чтобы смириться с обоими: как с успехами, так и с поражениями.

• Когда моя жизнь успешна, я не забываю, что следующим шагом в условиях изменчивости жизни будет падение. Если я уже сейчас вспомню об этом и смирюсь с мыслью о нем, то мне потом будет легче его пережить.

• Когда наступает поражение, я готов к нему. Я не паникую. Я не ищу оправданий. Мне не нужно жалеть себя. Я могу заняться поиском новых решений.

Несмотря на то что это мой рецепт, я надеюсь, он сможет послужить толчком для размышлений каждому человеку. По его примеру каждый может самостоятельно найти в себе ту гармонию, которая спасет его в случае поражения.

Глава 22. О том, почему так важно использовать естественный ход вещей вместо того, чтобы бороться с ним.

Как мы знаем, искусство быть эгоистом состоит в основном в том, чтобы самостоятельно планировать свою жизнь по своим меркам и сознательно действовать в соответствии с ними. При таком жизненном настрое необходимо больше прислушиваться к своему внутреннему голосу, чем к тому, в чем нас хотят убедить окружающие.

Это изменение фокуса внимания – возможно, самая важная перемена, которую вызывает в нас искусство быть эгоистом. Она – начало увлекательного приключения, в котором мы открываем все новые области и возможности самореализации.

Позвольте привести один пример, чтобы лучше объяснить это утверждение.

Перед рождением нашего второго ребенка моя жена очень беспокоилась. Первые роды прошли не без осложнений, и она боялась, что проблемы могут возникнуть и на этот раз.

Это как раз было время, когда все больше людей интересовалось методом аутогенной тренировки. Моя жена слышала об этом. Она обратилась к специалисту в этой области и попросила его объяснить ей этот метод, чтобы она могла с его помощью преодолеть свои страхи.

Когда начались схватки, моя жена прилегла дома на полчаса, чтобы полностью расслабиться с помощью аутогенной тренировки, как она этому училась.

Потом мы вместе поехали в клинику. Медсестра в клинике сказала, что она уже давно не встречала такой радостной и спокойной роженицы.

По рассказам моей жены, роды прошли почти безболезненно и без всяких проблем. Вокруг нее плакали и кричали другие женщины, а она пережила все спокойно и смогла расслабиться в момент схваток.

Если человек, который раньше никогда не занимался никакими техниками сознательного самовлияния, за короткое время смог научиться управлять своими нервами, кровообращением, страхом, мускулами и, наконец, своими болями, то на что он окажется способен, если будет постоянно концентрировать свое внимание на себе!

Моя жена просто-напросто подготовилась к предстоящей боли. Она приняла ее как вполне естественное явление. Она поддалась ей и смогла «расслабиться, погружаясь в боль», как она выражалась.

Тем самым она сделала противоположное тому, что другие обычно делают в подобных ситуациях, – они пытаются задержать естественный процесс. Они борются с ним. Они. мобилизуются в попытке чему-то противостоять или до- " биться силой того, что никогда не достигается применением силы.

• Например, они не хотят признавать неопровержимого факта собственного старения.

• Они с горечью говорят: «Если бы я в двадцать лет знала, что меня ожидает в сорок, то я бы все сделала по-другому».

• Они нетерпеливо пытаются достичь поставленной цели, перепрыгивая через важные фазы развития.

К этой же категории относятся действия многих родителей, пытающихся уберечь своих детей от ошибок и опыта, вместо того чтобы дать им возможность этот опыт приобрести. То же самое касается намерений многих борцов за лучшую жизнь уберечь других людей, группы или целые народы от прохождения обязательных этапов развития, связанных с жертвами и борьбой.

Чуть больше пятнадцати лет тому назад в кругу коллег мы размышляли о типичной тогда в США тенденции навязывать так называемым малоразвитым странам американский образ жизни, выделяя им большое количество долларов. Затем нас пригласили в Соединенные Штаты на конгресс, посвященный этому аспекту внешней политики США.

Мы пришли к логичному, но тогда еще очень малопопулярному выводу: бессмысленно навязывать кому-то уровень благосостояния, соответствующий нашим собственным представлениям, если этот кто-то не чувствует себя столь плохо, чтобы стремиться к изменению ситуации.

Или, иначе говоря, перемены происходят на определенном этапе развития, и только естественный переход к следующему этапу может привести к весомым результатам.

Однако поскольку мы здесь занимаемся проблемами не общественными, а сугубо личными, то не будем дальше углубляться в эту тему. Я упоминаю ее только для того, чтобы показать, насколько много параллелей существует между глобальными мировыми проблемами и проблемами каждого отдельного человека.

Мы можем заметить, что вся наша жизнь, наши действия и наши попытки достичь поставленной цели происходят в соответствии с неким естественным ритмом. Если мы постараемся перепрыгнуть через отдельные необходимые фазы развития или будем бороться с ними, то нарушим гармонию процесса. В повседневной жизни это особенно распространяется на:

□ воспитание детей;

□ совместную жизнь с другими людьми;

□ оформление нашего жизненного пространства;

□ сексуальную жизнь.

□ В этих областях, список которых можно продолжить, мы подвергаемся постоянному искушению достичь цели быстро, не учитывая законов гармонии, которым подобные процессы следуют.

Конечно, вы можете взять кредит в ближайшем банке, найти архитектора, строительную фирму и сделать заказ: «По истечении такого-то срока я хотел бы получить у вас ключи от готового и обставленного нового дома». Вам этот дом построят и обставят. Может быть, он будет соответствовать вашим представлениям. Или, по крайней мере, представлениям тех людей, на которых вы хотите произвести впечатление.

Вопрос заключается только в том, ваш ли это дом на самом деле. После того как вы выплатите все долги, это будут ваши деньги, на которые вы этот дом купили. Но может ли сознание этого заменить все, чего вы были лишены только потому, что не хотели утруждать себя и принимать активное участие в оформлении вашего жизненного пространства?

Вы лишили себя продумывания деталей, развития фантазии, участия ваших чувств – всего того, что после напряженного процесса приводит к исполненному удовлетворения расслаблению, когда вы наконец можете сказать: «В этом доме все сделано в соответствии с моими представлениями». А не так, как это представляют себе какие-то люди, на которых все равняются, или дизайнер интерьера.

Без путаницы и задержек, конфликтов, кульминаций и кризисов, которые и создают напряжение, удовлетворение и следующее за ним расслабление, в жизни чего-то не хватало бы. Большинство людей утеряли понимание необходимости этой драматургии. Они избегают напряжения. Поэтому их способность находить в напряжении радость и удовлетворение постепенно сходит на нет. Неудивительно, что их жизнь протекает однотонно и неинтересно. Так же как – если привести пример из другой области – физическая близость с партнером, видящим в ней привычное обязательное упражнение для быстрого удовлетворения физической потребности.

Как и в других областях, здесь мы также склонны к тому, чтобы недооценивать важность гармонии физического процесса с нашими чувствами и внутренними представлениями.

Мы ожидаем максимального сексуального удовлетворения, но с минимальной затратой чувств, фантазии и без напряжения, которое приводит к истинному удовольствию.

Не нужно глубоко изучать вопрос сексуальности, чтобы понять, что сексуальное удовлетворение – это не вопрос техники или потенции, а результат способности каждый раз заново давать волю своим чувствам и своей фантазии.

Глава 23. О том, почему никто не может избавить вас от важного жизненного опыта.

Все, что было до сих пор сказано об общей гармонии, сводится к одному: к способности вырваться из привычных оков – из комплексов и табу, страхов, навязчивых идей и бесконечной суеты – и зажить полной жизнью. Повторю: полной жизнью.

Зачем нам это нужно? Чтобы свободно развивать все, на что мы способны. Приложить все силы, чтобы быть счастливым. Каждый день заново открывать для себя свои небывалые силы и себя самого. Преодолевать ограничения, налагаемые на нас другими людьми.

Надеюсь, что вы правильно понимаете меня. Речь идет не об одной способности, которой мы по воле случая обладаем или которую с трудом приобрели. Излишняя концентрация на ней одной обычно приводит к неудовлетворительным результатам. Возлагая все свои надежды на исполнение одного-единственного желания путем эксплуатации одной способности, мы забываем о том, что мир гораздо шире и многообразнее.

По этой же причине многие из нас довольствуются самосовершенствованием в одной определенной области. В том состоит единственная радость нашей жизни. Это наше оправдание того, что мы отказываем себе в большом, всеобъемлющем жизненном счастье. Совсем недавно один чрезвычайно успешный бизнесмен жаловался: «В постели я уже ни на что не способен. Я потратил все свои силы на бизнес».

Так ли это на самом деле? Я не думаю. Просто на работе для него является само собой разумеющимся использовать все свои способности для преодоления препятствий. Дома же, если речь заходит о его сексуальных потребностях, он не готов к этому. Он довольствуется отговоркой: «Я просто импотент. Что поделаешь?»

Домохозяйки день изо дня мучают себя домашней работой, в глубине души проклиная ее. Все, что они предпринимают против своих безрадостных будней, – это обвиняют других в своих бедах. Они хотели бы исполнить свои мечты, но боятся связанного с этим риска.

Практически не существует людей, которые не стремились бы к разнообразию, приключениям и связанным с ними напряжению и возбуждению. И что, вы думаете, они делают для того, чтобы испытать это напряжение? Ищут приключения? Отнюдь. Они обходят их за километр. Они переживают все, что хотели бы пережить, «из вторых рук» – через книги, статьи в газетах, в фильмах. Пассивное сопереживание с безопасного расстояния – вот скромное волнение, которым они довольствуются.

Это распространенный жизненный принцип, типичный для миллионов людей, – они удобно сидят в зрительном зале и смотрят на то, что происходит с другими. Однако их переполняет неутолимое, страстное желание хоть раз самим оказаться в эпицентре событий.

Но никто не сможет устроить свою жизнь по своему желанию, если будет избегать опыта, который для этого необходимо приобрести. Потому что только в этом опыте и состоит настоящая жизнь.

Представьте себе, что вы идете в театр, начинается пьеса, – а потом, после антракта, сразу следует ее счастливый конец. Все, что привело к этому счастливому концу, от вас утаивают: все хорошее и плохое, что герою пришлось испытать в жизни, все напряжения и кризисы, из которых он в итоге вышел победителем.

В театре для нас это было бы неприемлемо. А в нашей собственной жизни мы постоянно мечтаем, чтобы происходило именно так. Мы ищем самый удобный и быстрый путь к удовлетворению, без груза переживаний, без которых не обойтись на пути к истинному исполнению какого-либо желания.

Может быть, вы скажете: «Ах, у меня и так довольно забот, зачем я буду еще усложнять себе жизнь?»

Вопрос, однако, заключается в том, нужны ли вам вообще эти заботы. Или они у вас есть только потому, что вы ожидаете, что другие избавят вас от всякого опыта. Эти другие доставят вам прямо на дом окончательный продукт. Поскольку вы этого ожидаете, вы не готовы к решению проблем, доставляющих вам заботы. Хотите вы это слышать или нет, но наша жизнь – не рай. Это постоянная борьба с тысячей препятствий, которые возникают на нашем пути благодаря другим людям и нам самим. Самый простой способ справиться с ними – это не игнорировать их, иначе они вырастут до размеров неподъемного бремени. Гораздо проще их вовремя преодолеть.

Если вы предпочтете справиться с проблемой, а не прятать голову в песок, как страус, то сможете выиграть и получить от этого удовлетворение. Поэтому избавить вас от этого опыта никто не может. Даже если он утверждает, что делает это.

Мне хотелось бы привести отрывок из интервью человека, на которого я имел удовольствие работать несколько лет. Можно с уверенностью сказать, что жизнь не пощадила его ни в чем. Хотел бы он, чтобы этого опыта в его жизни не было? Наоборот. Он сам каждый раз бросал вызов судьбе и делает это до сих пор. Но прочитайте, что он по этому поводу говорит.

Вопрос: «Если проследить за событиями вашей жизни, можно заметить вашу чрезмерную склонность к риску, не правда ли?»

Ответ: «Да, это так. Ведь то, что не связано с риском, по сути, неинтересно. Что мне нравится в риске, это именно момент напряжения: удастся дело или нет. Если ты любишь риск – а подружиться с ним может каждый, ты опережаешь других людей. Ведь ты делаешь вещи, на которые другие никогда бы не решились именно потому, что боятся риска».

Вопрос: «Что дает вам такую уверенность в себе?»

Ответ: «Я просто не боюсь. Никого не боюсь. Поэтому не бывает такого, чтобы я сказал: этого я сделать не могу, это слишком сложно для меня, это может меня сломать. А другие люди постоянно кого-нибудь и чего-нибудь боятся».

Вопрос: «Как вам удалось сформировать такое отношение к жизни?»

Ответ: «Я имел счастье вырасти в эпоху национал-социализма и быть несогласным с этой системой. Я имел счастье рано попасть в тюрьму. В пятнадцать лет меня впервые посадили по политическим мотивам. Нахождение в тюрьме имеет большое преимущество для молодых людей, потому что оно делает человека сильным. Мне еще не было девятнадцати лет, когда меня приговорили к смерти. Что опять же имело для меня огромное преимущество, потому что заставило меня задуматься о жизненных основах. Ведь если ты чувствуешь, что жизнь скоро закончится, то находишь ее гораздо более прекрасной, чем если ты с этим чувством не знаком. Если тебя этот опыт не сломал, то будь уверен, что теперь тебя уже не сломает ничто».

Мог бы этот человек достичь такой мудрости, если бы избежал всего этого опыта? Конечно, нет. Этот опыт – составляющая его жизни и его счастья. Он дает ему силу и дальше не избегать риска в ситуациях, которые кажутся ему важными. Каждый отдельный рискованный случай, вне зависимости от того, будет он иметь счастливый или неудачный исход, является для него необходимой и неизбежной составляющей его счастья.