Как подружиться с зАмком

Глава 40

Дворец. Незадолго до покушения.

В допросную, в которой кроме Александра находился и главный королевский дознаватель, ввели Марка, арестованного сегодня утром. Выглядел он не так безупречно, как всегда: костюм был мятым, волосы растрёпаны. Однако, несмотря на это, нахальный взгляд, полный самолюбования, так и остался с ним. Он дерзко оглядел присутствующих. Под действием артефакта правды у него не оставалось шанса соврать, и в ходе допроса, длившегося несколько часов, все узнали подробности мерзкой истории, в которой был замешан не только он:

Дядя Марка и дальний родственник леди Олли, барон Карим Саливанов, по совместительству двоюродный брат Ирэн, где-то раздобыл старинную, пыльную книгу, в которой, среди прочих заклинаний и обрядов, описывался ритуал передачи власти от одного правителя к другому. Книга была написана на древнем языке, и Кариму пришлось потратить немало времени, чтобы расшифровать её содержание, но он это сделал. Так как короля поддерживает сам мир, напитывая и закольцовывая магические потоки, то просто сместить правителя с трона будет недостаточно, а ему это очень хотелось. Нужно именно заставить мир перенастроить потоки на другого человека. В случае наследования это делается автоматически. А вот если действовать в обход законной передачи власти, то в этом и мог помочь этот ритуал. Только проводить его надо на месте силы, а это, как всем известно, был Охтарон. Подробно изучив вопрос, Карим занялся изучением замка. Он изучал его планы, историю, легенды, связанные с ним, пытаясь найти ключ к силе. А заодно решил воспользоваться ситуацией и прибрать к рукам деньги замка. Почему бы и нет, раз так получилось. Запугать управляющего было парой пустяков. После отставки предыдущего управляющего Кариму легко доверили курировать этот вопрос. Оставалось только дождаться парада планет, который должен был состояться завтра. И задача представлялась довольно лёгкой, пока не появилась Лика, и замок не проснулся. Появилась призванная, и это спутало все карты. Олли отодвинули на второй план, но совсем из дворца не убрали, на всякий случай. На первый план вышел Марк. Именно он должен был сделать всё, чтобы Лика погибла.

— Когда я подстроил обвал в лесу, я ещё и место покрасивее выбирал, чтоб приятней с тобой там торчать было, и наёмника я прислал — хвастаясь и веселясь, рассказывал Марк, — Но потом передумал избавляться от девчонки. Решил оставить её себе, — наслаждаясь моим бешенством, продолжал откровенничать он, — А когда ты сказал, что на землях замка будет безопасно, я решил похулиганить и активно мешал тебе устанавливать стационарный портал, а ты этого даже не заметил. Как я веселился в это время! Представлял себе, как ты будешь мучиться, пытаясь понять, что же не так.

Несмотря на то, что принца накрывали бешенство и ярость, он пытался сохранить хладнокровие, правда, не всегда успешно. Его руки сжимались в кулаки, а скулы ходили ходуном. Обязательно нужно было узнать все детали задуманного. Было даже страшно подумать, что творилось у него за спиной.

— Так ты подтверждаешь, что всё сказанное здесь, правда, и вместе с тобой в заговоре против королевской семьи и покушениях на призванную леди Лику виноваты леди Олли и барон Карим? — спросил Александр тогда, когда все моменты были уже понятны. Он старался говорить спокойно, но его подвел голос.

— Да! — истерично ответил Марк, понимая, что его игра проиграна.

— Ну что ж, раз так, то за ваши преступления вас ждёт смертная казнь, — сухо и уже без эмоций постановил Александр, — всех троих.

— Нет! — ошарашенно вскричал ещё совсем недавно довольный Марк. — Ты не можешь так поступить! Пересмотри решение!

Мужчина явно не ожидал такого исхода. Он надеялся на давнюю дружбу и снисхождение и не мог поверить, что Александр способен на такую жестокость. Смертная казнь уже много десятилетий не применялась на Миране.

Видя, что принц не собирается менять решение, он предпринял последнюю попытку:

— А если я помогу спасти жизнь Лики?

— Лики?! — Александр резко повернулся к нему — Что ты знаешь? Говори!

Ирэн, закутанную в плотные покрывала, словно хрупкую фарфоровую куклу, со всеми предосторожностями принесли к ней в комнату и осторожно уложили на кровать. Как объяснил Александр, проклятие, словно паразит, впиталось в женщину и больше не было опасно ни для кого, кроме неё самой. Оно стало частью её существа, отравляя её изнутри. Состояние женщины менялось на глазах. Кожа приобрела нездоровый, землистый оттенок, волосы потускнели и стали ломкими, а глаза потеряли свой блеск. Сама жизнь покидала её тело.

В Охтарон срочно были вызваны Криста и Тарий, которые привели с собой главного королевского целителя и лучшего мага, работающего с проклятиями. Они осмотрели Ирэн, использовали все возможные заклинания и зелья, но результата не было. Маги только пожимали плечами и виновато отводили глаза, признавая своё бессилие.

— Эта дрянь очень прожорливая и ничто на неё не действует. Никакое воздействие извне ей не вредит. Грубо говоря, эта чёрная штука двигается внутри и уничтожает всё, до чего дотягивается, — пояснял Артур, главный лекарь королевства, с горечью в голосе. — Мы об этом только читали в книгах и никогда не сталкивались в реальности. Ничем помочь ей уже не получится.

Слушая эти объяснения, у меня где-то на краю сознания мелькнула какая-то мысль, но ухватить я её не успела. Она, как появилась, так и пропала, оставив после себя ощущение чего-то важного и упущенного.

Мы все находились в апартаментах Ирэн. В её гостиной, буквально за стенкой от неё, где она лежала без сознания. Атмосфера была наполнена отчаянием. Криста сидела на кресле и безмолвно плакала, её плечи дрожали от рыданий. Она даже не пыталась вытирать слёзы, а платок, который ей подал Тарий, судорожно теребила в руках. Сам король стоял рядом с женой, опустив одну руку ей на плечо в поддержке, а второй устало тёр свой лоб. Существовало очень мало ситуаций, в которых он был бессилен, и эта была одной из таких.

— И что, ничего нельзя сделать? — отказываясь верить в эти фатальные слова, спросила я, цепляясь за последнюю надежду.

И Артур, которого я уже знала, и незнакомый маг по проклятиям очень выразительно промолчали, обмениваясь тяжёлыми взглядами. Их молчание было хуже любых слов.

Кир и Бяда находились в отведённых нам покоях под присмотром Гвен. Ребёнок очень беспокоился о Ирэн и хотел помочь ей хоть чем-нибудь. Однако, на всякий случай, во избежание опасности, его попросили пока не подходить к ней близко. Гвен старалась отвлечь его разговорами и играми, но это было невозможно.

Александр сразу же после того, как от Ирэн вышли Артур и маг и озвучили свой вердикт, отошёл к окну. Он стоял спиной ко всем нам и смотрел в окно, за которым сгущались сумерки, окрашивая небо в багровые и фиолетовые оттенки. И, по-моему, вообще ни разу не пошевелился. Общаясь с Тарием и Кристой, я время от времени смотрела на него. Каждый случившееся горе переживал по-своему.

В конечном итоге я не выдержала, решительно подошла к нему и крепко обняла, прижавшись к его спине. Он вначале напрягся, а потом, когда понял, что это я, расслабился, и его руки обхватили мои, которые я сцепила у него на животе.