Князья Шуйские и Российский трон

Глава III Образование великого княжества Суздальско-Нижегородского

Как уже говорилось, занятие великокняжеского стола Михаилом Ярославичем Тверским почти совпало по времени с наследованием Московского княжества Юрием Даниловичем, начавшим буквально с первых дней ожесточенную борьбу с Михаилом Тверским за великое княжение Владимирское. Женившись на сестре ордынского хана Узбека — Кончаке, Юрий сумел взять верх над Михаилом, и по его наветам последнего казнили в Орде в 1318 г. Однако Юрий недолго праздновал победу и был убит в 1325 г там же, в Орде, сыном Михаила Дмитрием Грозные очи, также поплатившимся за содеянное собственной жизнью. Суздальское княжение после смерти в 1309 г. Василия Михайловича наследовал его старший сын Александр Васильевич. В период его правления из-за неоднократных набегов татар, приводимых сыновьями Александра Невского, княжество экономически ослабло. Чтобы как-то спасти положение, Александр Васильевич вынужден был продать Юрию Даниловичу Московскому село Весьское и деревню Кощеево, расположенные в 7 и 14 км от Суздаля, т. е. в самом центре княжества[49].

Но в 1328 г. обстоятельства изменились к лучшему. Ордынский хан Узбек, боясь чрезмерного усиления Владимирского княжества в правление Ивана Даниловича Калиты, сменившего убитого в Орде Юрия, произвел раздел этого княжества. Он оставил Ивану Калите лишь Кострому и Новгород Великий, а Владимир вместе с Суздалем, Городцом и Нижним Новгородом отдал Александру Васильевичу. В. А. Кучкин почему-то считает этого князя «ничего не значившим в политическом отношении», но в дальнейшем противоречит себе, говоря 6 его активной, если не главной, роли в организации в Орде в 1330 г. убийства стародубского князя Федора, с целью захвата его княжества[50].

Нельзя не отметить и такое важное событие во внутренней жизни княжества, имевшее и общерусское значение, как постройка в Нижнем Новгороде монастыря Вознесения, более известного под названием Нижнегородско-Печерского монастыря. Этот монастырь, сыгравший в дальнейшем очень большую роль в истории русского летописания, был построен архимандритом Дионисием не без содействия князя Александра Васильевича незадолго до смерти.

Умер Александр Васильевич в 1331 г. После его смерти Иван Калита, владевший громадными средствами, сумел добиться от хана возвращения под его власть не только Владимира, но и Городца с Нижним Новгородом[51]. В годы правления Ивана Калиты экономическая мощь и политическое влияние Московского княжества, поддерживаемого ордынским ханом, настолько выделяли его из числа остальных княжеств Северо-Восточной Руси, что Калита решил превратить Москву не только в политический, но и в религиозный центр страны, предложив митрополиту Киевскому и всея Руси переехать на жительство из Владимира в Москву. Специально для митрополита Калита построил в Москве храм Пречистые богородицы[52]. Это был очень важный политический шаг.

Умершего вскоре митрополита Петра причислили к лику святых и Москва стала местом паломничества и поклонения для всех русских людей.

Кроме того, Иван Калита применяет и в области генеалогии прием, имевший впоследствии очень большое значение для его потомков. Поскольку Александр Невский после чуда, происшедшего с его телом перед захоронением, был также объявлен святым, Калита воспользовался этим, чтобы выделить себя и потомков из среды всех других Ярославичей. Уже с 1326 г. он стал называть себя внуком блаженного Александра, не упоминая больше, как было принято в прежнем титуловании, своего прадеда Ярослава Всеволодовича. В последующие годы этот генеалогический козырь широко использовался его потомками в случаях споров с другими Ярославичами о правах на великое княжение.

Но как ни симпатизировал татарский хан Ивану Калите, Орду не могло не тревожить слишком быстрое усиление Москвы. В результате, после смерти Калиты, Нижний Новгород с Городцом и Унжей были изъяты из состава великого княжества Владимирского и отданы во владение Константину Васильевичу Суздальскому, получившему княжение после смерти старшего брата[53]. Константин отличался от брата как энергией и честолюбием, так и дипломатическими и организаторскими способностями. Побывав в 1342 г. в Орде у нового хана Джанибека, сына Узбека, он понял, что сложившаяся обстановка неблагоприятна для открытого борения с Москвой за великое княжение Владимирское, а поэтому выбрал другой путь борьбы за усиление могущества своего княжества. Получив во владение богатый торговый центр Нижний Новгород, расположенный на границе с малонаселенными мордовскими землями, он перенес туда столицу княжества из Суздаля и начал энергично расширять свои владения; ему удалось захватить значительные территории плодородных мордовских земель и заселить их русскими людьми.

В 1347 г. Константин добивается учреждения отдельной Суздальской епископии, первым епископом которой стал Нафанаил[54]. В 1350 г. был заложен, а в 1352 г. закончен нижегородский каменный храм Боголепного Преображения, ставший главной святыней Низовской земли. В храм перевели древний образ Спаса, писанный в Греции и находившийся до того времени в Суздале[55]. Так возникло четвертое по счету великое княжество Северо-Восточной Руси с обширной территорией и, что особенно важно, с правом непосредственных сношений с Ордой. Территорию княжества составляли: Нижний Новгород, Городец, Суздаль и три пригорода (Бережец на устье Клязьмы, Юрьевец на Волге и Шуя на Тезе), а также все Поволжье от Юрьевца до устья Суры[56].

Нижний Новгород стал вторым по богатству русским городом после Москвы. В нем поселились ремесленники таких сложных по тому времени профессий, как литейщики колоколов, золотильщики по меди, архитекторы и каменщики. Нижний вел обширную торговлю с Востоком и стал вторым городом Северо-Восточной Руси, в котором началось строительство каменного кремля, где при Спасском соборе в княжение Константина Васильевича начались первые занятия летописанием. Новое княжество (в том числе и его столица) оказалось одним из самых значительных на русском северо-востоке,[57] а нижегородский князь стал играть видную роль не только на Руси, но и во всей Восточной Европе. Его сын Борис был женат на дочери великого князя Литовского Ольгерда,[58] одна из дочерей вышла замуж за тверского князя, другая — за ростовского. К нему тяготела и знать Новгорода Великого, недовольная слишком активным вмешательством московских князей в новгородские дела.