Колбасная эмиграция

Немного о войне

Не только в очередях, но и на улицах, в быту, евреи могли услышать: «Неблагодарные евреи! Красная армия спасла вас от Гитлера, а вы уезжаете в Израиль.» Мой тесть и мой отец оба были ветеранами войны с немцами. У обоих награды. У тестя — «Медаль за отвагу».

Красная армия — армия освободительница. Неся огромные потери и ценой небывалого героизма, Красная армия спасла мир от фашизма. Память об этом не сотрётся.

Спасала ли Красная армия евреев? Да, спасала. Но она не воевала ради евреев, а спасала Россию и все народы Европы. В составе Красной армии воевали сотни тысяч евреев. Евреи были среди генералов, офицеров и солдат. Кого спасали они? Героизм еврейских солдат подтвержден непропорционально большим количеством орденов и медалей, полученных в награду за подвиги. Еврейские солдаты тоже спасали всех: и евреев, и русских, и всех других. Нет, не должно быть отдельной благодарности еврейского народа русскому народу за спасение евреев. Это неправильное отражение истории.

Согласно военной статистике в армии США воевало даже больше евреев, чем в Красной Армии. Тысячи евреев воевали в армиях Канады, Австралии, Новой Зеландии. В этих христианских странах высшие военные награды имеют форму креста. Евреи, заслужившие золотые кресты за героизм, носили их с гордостью.

По рассказам отца во время войны в Красной Армии особого антисемитизма не было. То же рассказывала и моя мама о жизни в эвакуации: антисемитизма в народе тогда не было. В блокадном Ленинграде проявления антисемитизма были редки. Это свидетельство того, что антисемитизм — это часто карта, разыгрываемая политиками в политических играх.

Вот справка из Википедии:

Отца призвали в армию в 1940 году, ещё до войны. Мой отец родился и жил в еврейском местечке в Западной Украине, тогдашней Польше. Русские войска оккупировали эту часть Польши в 1939 году. «Освободили Западную Украину по просьбе местного населения», — так писала газета «Правда» того времени. Местное западно-украинское население понятия не имело для чего и от кого их надо было освобождать. Русских восприняли, как захватчиков.

Безусловно, эта советская оккупация и насильственное присоединение Западной Украины к СССР породило бандеровщину, принесшую много зла самим украинцам и, конечно же, евреям. Бандеровцы воевали против русских. Затем они присоединились к гитлеровцам. Здесь была создана дивизия «СС Галычина». Жертвами бандеровцев становились и украинцы. За сотрудничество с советской властью лесные люди могли убить сельского учителя, почтальона, милиционера.

В базовом документе ОУН (Организации украинских националистов) указывалось:

Помню, детьми мы бродили по Черному лесу за Тернополем. Даже в 60-х годах натыкались на пустые землянки — курени лесных бандитов. Мы собирали гильзы. Послевоенная земля была усеяна гильзами, но попадались и целые патроны. Этим увлекались многие пацаны. Для кого-то эти игры оканчивались плачевно.

Сейчас в Тернополе центральную улицу Ленина переименовали в улицу имени Степана Бандеры. На этой улице живет мой хороший школьный друг Коля Николаенко. Конечно, Ленин не имеет к Тернополю никакого отношения. Но и, посылая Коле письмо, с трудом заставляю себя писать имя Степана Бандеры на конверте.

Сегодня в Украине чествуют бандеровцев, как героев Украины, но, думаю, что современные украинцы не за Бандеру. Они против России. Украина не хочет быть Россией. И это её право.

В 1940-м году отец, естественно, попал в часть, сформированную из местных западных украинцев. Там, в русской армии, его еврейское имя Янкель заменили на русское Яков. Говорил он по-польски, по-украински и на Идиш. Русский язык выучил в армии.

Началась война. Солдаты — западники не хотели воевать за Россию, начались дезертирства. Это в какой-то мере спасло моему отцу жизнь. Их часть сняли с передовой и отправили на Дальний Восток в противостояние с Японией. Там отец увидел евреев Биробиджана. Еврейская автономная область со столицей городом Биробиджан — это сталинский вариант решения еврейского вопроса. Фактически это была ссылка. Хотя евреи и там приспособились и жили относительно нормально.

На передовую отец попал только в 1944-м. У меня и сейчас хранятся его медали. Среди них медаль «За взятие Будапешта». В современном Будапеште проходят шествия фашистов-чернорубашечников с лозунгами «Гитлер был прав!». Они имеют в виду, что Гитлер был прав по отношению к евреям. По отношению к венграм, пострадавших от немцев, конечно Гитлер был не прав. Прав был мой отец, спасавший венгров.

Вспомнил, как однажды уже в Америке, очень пожилой еврей-хасид из Венгрии, закатив рукав рубахи, показал мне синий татуированный номер, сделанный ему в немецком концлагере, когда он был еще мальчишкой.

Мой тесть, тоже Яков, дошел с победой до Берлина. Мать, эвакуировавшаяся с родителями в первые дни войны из белорусского города Витебска, спаслась в далёкой Мордовии. Там и похоронила моих деда и бабу. Тетя Аня, лучшая мамина подруга, осталась в блокадном Ленинграде. Она выжила. Мой дядя Лазарь с женой и шестью детьми жил в Вильнюсе. Мама говорила, что они все погибли в немецком концлагере.

Мама моей супруги с сестрой Цилей выжила в еврейском гетто, созданном румынскими войсками в городке Бершадь на территории Украины. Румыны евреев не убивали. Вернее, убивали, но меньше, чем немцы. Газовых камер у румын не было.

В 1944 году солдаты Красной Армии освободили этот лагерь. Среди них был Яков Моисеевич, мой тесть. Прямо там в освобожденном лагере он и женился на освобожденной им девушке Фане, будущей матери моей жены. Фаня ждала Якова Моисеевича, пока тот вернется с фронта. Объединились они уже в Черновцах.