Кольцо дракона

ГЛАВА 15

Маленькая комната, скромно обставленная — это единственное, что я вижу уже в течение двух часов. Кровать, стул и небольшой столик, на котором стоит небольшой стеклянный кувшин с водой и такой же стакан, вот и всё моё окружение. Сплошная темнота за зарешеченным окном и запертая дверь так же не придавали моему настроению благодушия. Хорошо, что тут есть магические светильники, пусть и от них немного толку — тусклый свет не даёт полной картины и все же.

Кто меня сюда притащил? Почему? Хотя есть кое-какие догадки, однако никто не спешит меня навестить и это несколько напрягает. Едва мы поговорили с Ником, как я почувствовала, что на меня сверху упало что-то вроде мелкой сетки, только очень прочной. Я хотела снять это с себя, отмахнуться как от паутины, но ничего не вышло. Это тонкое нечто внезапно стало тяжелым, словно вес увеличивался по мере моего нахождения в нём. Силы закончились, голос пропал, ноги сами собой подогнулись, и я упала, опираясь руками в песок. Успела увидеть, как что-то подобное происходит и с Ником, только он ещё и дымился вдобавок, а потом всё, темнота поглотила.

Очнулась уже тут, в абсолютно незнакомом месте на неизвестно чьей кровати. Шум в голове постепенно затих, и я смогла сесть, оглядеться. Спустя какое-то время попыталась выйти, но бесполезно. Хотела построить портал, но тут тоже сплошное разочарование, ничего не вышло. Вероятно, виной всему магия, которой несёт даже от стен.

Заперта, но зачем?

Никаких особых врагов не успела заиметь, если только завистница Элинор, так теперь она своё получила сполна. Кир.

Это имя болью отозвалось в сердце, распуская ядовитые стрелы по всему организму. Оказывается, я действительно люблю его, надо же. Окончательно осознала это именно сейчас, когда от горьких воспоминаний едва не задыхалась. Ник мог оправдывать Кира сколько угодно, если бы не одно НО… мозг, раз за разом подкидывать ту самую картинку, где касается груди этой гадины, поглаживает её ногу…

Слёзы сами собой полились по щекам от воспоминаний, от неизвестности положения, в котором я оказалась. Дрожащей рукой налила воды в стакан, преподнесла его к губам и остановилась. Дел'яр в честь нашего знакомства подарил мне маленькое золотое колечко в форме обвивающей палец змеи. Бриллиантовый глаз рептилии обычно был белым, но теперь он сиял, наполненный краснотой. Это могло означать только одно, вода не чиста, а что там в ней, лично мне на себе проверять не хотелось. Я вылила воду на скатерть и уселась на кровать, наблюдая, как капли стекают с тряпки революционного цвета на пол. Когда это процесс замедлился, раздался скрип отпираемого замка с другой стороны, и я непроизвольно обняла себя руками. Небольшие спрятанные ножны прижались к телу, но уверенности это не придало. От волнения я встала, но бежать-то некуда!

На пороге стоял незнакомый дракон. Высокий, с огненно — рыжей шевелюрой, по человеческим меркам ему можно было бы дать лет сорок-сорок пять. Вполне интересный, даже какой-то суровый, если бы не его взгляд. Тяжелый, давящий, что я непроизвольно сделала шаг назад.

Мне не нужно было представлять этого монстра, потому что под подобное описание из всех знакомых мне драконов подходил только один.

Красный Леон.

Мы стояли, молча, меряя друг друга взглядами. Мужчина, прислонившийся спиной к полуоткрытой двери и я, гордо вскинувшая подбородок и презрительно разглядывающая своего неожиданного пленителя. Было ли мне страшно? Да, было и ещё как. Но это не повод лить слёзы перед непонятно кем.

— Принцесса Селена, — произнёс дракон, растянув свои губы в улыбке.

— Правительница, — поправила я его, уловив в ответ только ехидный блеск глаз. — А вы, не иначе Красный Леон?

— Он самый, — усмехнулся дракон, — добро пожаловать в гости.

— В гости? — мой язвительный тон трудно было не распознать, да и молчать не было желания. Уж слишком много всего произошло за последнее время, включая это самое моё заточение. — С каких это пор гостей держат за железными решетками и поят отравленной водой.

— Не отравленной, — он поморщился, уставившись на результаты моих стараний, — вы потеряли много силы и там был отвар для восстановления.

— Не оценила заботу, пардон, — моя улыбка получилась кривой, ну да ладно. Я не собиралась производить благоприятное впечатление на этого дракона. — Обычно я знаю, что пью.

— Понимаю, — лицо Леона перестало выражать благодушие, сменившись холодной маской. — Принцесса, прошу следовать за мной. Ужин, а потом разговор. Согласны?

— Вполне, — я решила не выпендриваться и как следует подкрепиться. Находясь в стане врага (этого самодовольного дракона с жесткими чертами лица по-другому просто не воспринимала), неизвестно когда придется поесть. Аппетит не ахти, но попытаться что-нибудь проглотить стоило.

— Разумно, — улыбка вновь расплылась по самодовольному лицу, и захотелось её стереть. Желательно туфлёй на шпильке. — Прошу, — наглец предложил мне свою руку.

— Благодарю, — я демонстративно решила не замечать этого и проследовала по незнакомому мрачному коридору.

Леон, напустив на себя полное равнодушие, шагал рядом. Редкие светильники давали мало света и, чтобы не отстать от своего пленителя, приходилось ускоряться. Потому что один его шаг равнялся двум моим. Но мрачный коридор вскоре закончился резной дубовой дверью, открывшийся в совсем другую часть каменной твердыни. Свет, льющийся из массивных серебреных люстр, высокие окна в готическом стиле, длинный деревянный стол с огромным количеством стульев по бокам, гобелены, закрывающие внушительные стены, которым наверняка не одна сотня лет… Все тут было внушительно, включая обслугу, сновавшую туда-сюда.

Он галантно отодвинул мой стул, помог сесть и только после этого отправился на своё место, к радости сказать находящееся на противоположном конце стола, метров так за десять от меня. Блюда появлялись и сменялись то ли по взгляду хозяина, то ли по чьему-то указу, но всё было отточено идеально и на вкус сверх всяких похвал. За исключением одного — моей причины появления тут.

И всё же тягостный ужин, пошедший в абсолютной тишине, закончился.

— Принцесса, — обратился ко мне Леон, — приглашаю вас прогуляться по саду, чтобы поговорить, а заодно подышать свежим воздухом.

— А разве у меня есть особый выбор? — Съязвила я. И от него вовсе не укрылась моя усмешка, потому что на красивом лице появился жесткий оскал. Думаю, он нравится женщинам. Но только до определенного момента, а я не из их числа.

— А разве нет? — Он остановился около настенного светильника, выполненного в форме драконьей головы, от чего рыжие волосы и желтые глаза гневно полыхнули. — Разве я вас хоть к чему-нибудь принудил или тронул пальцем?

— Нет, — пришлось признать, — пока нет. Но ведь я пленница, не так ли? Или я что-то не поняла?

— Не пленница, — подтвердил он, жестом руки показав продолжить наш путь, — но настоятельно прошу погостить у меня. И, если не ошибаюсь, вы в этом нуждаетесь?

— Нет, не нуждаюсь, а потому прошу вернуть меня к моим родителям.

— К родителям, — ухмылка отразилась на лице дракона и я была готова поклясться, что в этот момент он подумал о моём муже (думаю, что информация о нашей с Киром свадьбе давно добралась до красных), но промолчал. — Верну, непременно. Но не сегодня.

Мы вышли из замка, но вопреки моим ожиданиям многочисленные фонари распугали всю темноту. Пение птиц, журчание воды, всё призывало расслабиться и отдохнуть, подумать о хорошем. Раскидистые рододендроны с редкими запоздалыми цветами нависали над выложенными булыжником дорожками, образуя подобие свода. Было довольно красиво, и я даже могла бы восхититься вслух, если бы не чувствовала себя пленницей, вовлеченную в игру.

— Прогуляемся по парку? — Предложил мне Красный дракон, и я, молча, согласилась, слегка кивнув головой в ответ. Пока Леон расположен общаться, пусть будет так. Но если он будет выходить за рамки приличий… За себя не ручаюсь и за последствия тоже.

— Мне будет позволено написать родителям? — Задала я интересующий меня вопрос. Несмотря на довольно теплую погоду, ощущался запах осени, вступающей в свои права. Прохладный ветерок неприятно холодил мои руки, шею, но я отмахнулась от этих ощущений. Не до того.

— Подумаю и завтра утром дам ответ, — ответил дракон и остановился у небольшого фонтана, где центральной фигурой был трёхголовый дракон. Из каждой разинутой пасти, с брызгами лилась вода, скатываясь к ногам каменного чудовища. Леон смотрел на изваяние, но сомневаюсь, что его мысли были о фонтане.

— Зачем вы меня украли? — Задала я свой наивный вопрос. На самом деле мне очень нужно было знать его планы, а заодно надеяться, что родные догадаются, где я.

— Терпеливая девочка, — уважительно отозвался красный, — но я тоже такой. Умею ждать, кого нужно и сколько нужно. — Он резко обернулся и схватил меня за плечи, — ты понимаешь, насколько мы похожи! Ведь я ждал тебя, давно, неужели не ясно?

— Ясно, давно, — вернула я ему его же слова, упираясь руками в широкую грудь, — и всё равно хочу домой.

— К мужу? — Голос дракона зазвучал по-другому, и я прислушалась, пытаясь понять его смысл. Насмешки не было, значит, Леон не в курсе повторения связи Кира и Элинор? Скорее всего. Мысль о муже, ласкающей соперницу была неприятно настолько, что я едва не сдала оборону и не ослабила руки, по-прежнему упирающиеся в дракона.

— Для начала к родителям, — мои усилия наконец-то увенчались успехом, и мужчина меня отпустил. — А потом посмотрим.

Я не собиралась жаловаться и плакаться, категорически заявляя, что к изменщику больше не ногой. Да и мысль о совпадении нападении на нас и увиденной сцены в доме Хельги не давала покоя. Молчание затянулось, как и наше общение и захотелось домой, отчаянно. Но я засунула свою тоску поглубже, чтобы достать её потом.

— И как долго вы собираетесь меня держать взаперти? Под замком? — Мне надоели прогулки, и я повернулась обратно, в сторону замка.

— Сколько нужно, — равнодушно кинул Леон. — Только принцесса, вы не пленница. И одно лишь ваше решение способно всё изменить.

— Какое?

— Выйти за меня замуж, — золото глаз струилось какой-то одержимостью, и я поёжилась. Столько лет этот дракон, не лишенный привлекательности вынашивал свой план, что неудивительно отложилось на словах.

— Но я уже замужем, — у меня вырвался нервный смешок. — И разводиться не собираюсь.

Не его дело, что при упоминании о замужестве когтистая рука белого дракона сжимает моё сердце.

Не его дело, что сейчас мне хочется выть, а не вести светскую беседу с определённым уклоном.

— Это временно, — оборвал мои слова красный дракон и ухватил меня за руку, развернув к себе лицом. Мне даже пришлось запрокинуть голову, чтобы увидеть его глаза! — Я все улажу. И даже если в настоящее время есть беременность, — уголок губ мужчины нервно дернулся, — то это скоро прояснится. А если нет, то расторгнуть ваш брак ещё проще.

— Но почему я?!

— Потому что Вы, принцесса, предназначены мне! И я не собираюсь Вас ни с кем делить!

— Рывком Леон притянул меня к себе, ухватил рукой за подбородок и поцеловал. Жестко, не спрашиваясь, а срываясь, словно пытался кому-то и что-то доказать. И если честно, мне стало даже больно от прокушенной им в исступлении моей губы.

Звон пощёчины раздался практически тут же в ответ и меня отпустили. Злые, бешеные глаза прожигали насквозь, и я отступила, так как точно видела — Леон пытается сдержать превращение.

— Уходи, — глухо произнёс он в мой адрес. — Проводите её, — это команда относилась уже не ко мне. И тут же, непонятно откуда от стены отделилась женщина неопределённого возраста и бросилась в нашу сторону.

— Правитель желает, чтобы я отвела госпожу вниз? — Склонившись в три погибели, поклоне она умудрилась выгнуть голову, чтобы видеть выражение лица своего хозяина. Червяк, а не тётечка.

— О! — Вырвалось у меня и сразу на ум пришли подземные казематы, которые мелькали в кинофильмах другого мира. И как могла, я окатила презреньем всю эту милейшую компанию.

— Какой низ?! — Гаркнул Леон и, похоже, его гнев с меня переключился на это создание, понявшее свою оплошность. — Ничего доверить нельзя, всё испортят! Спустя десять минут меня разместили в какой-то комнате, чья обстановка была куда как богаче, чем предыдущее помещение, в котором я очнулась. Ковер на полу, широкая мягкая кровать, шкафчик с книгами, небольшая ванная комната и приличный санузел, вдобавок шкаф с книгами. Плюс пара платьев довольно приличного вида, припасённых на кровати. Всё, чтобы я не скучала и была обустроена с комфортом.

За исключением одного — закрытые двери и по-прежнему решетки на окнах.

Леон сам решил проводить меня сюда, не доверив никому. Он схватил меня за руку и быстрыми шагами мы проследовали в эту комнату.

— Если что-то понадобится, вам стоит позвонить и тут же прибудет слуга, — он пытался быть вежливым, ткнул пальцем в колокольчик со шнуром. — В любое время дня и ночи.

— Хорошо, — ответила я не менее сладким тоном, — уже понадобилось.

— Что? — Красный опешил от моей наглости и даже нахмурился, не зная чего ожидать от такой неуёмной гостьи.

— Домой хочу, немедленно, — выдавила я из себя. Собственная наглость удивила меня саму, но отступать не собилалась.

— Нет! Принцесса, я уже говорил, на каких условиях будет выполнено Ваше требование, — Леон вновь начал закипать.

— Тогда спокойной ночи! До завтра! — Я захлопнула дверь перед его носом и заперлась на засов, который оказался как нельзя кстати.

Послышался грозный рык, а потом тишина, сменившаяся… смехом? Я прижалась ухом к двери, осторожно, опасаясь, что её могут выставить.

— Селена, я же говорил, что мы с вами очень похожи, — раздался довольный голос Леона, а потом удаляющиеся шаги и напеваемая им незнакомая фривольная песенка. Но, думаю, он, вряд ли бы пел её, если б знал, что я слышу.

Леон, за неделю до встречи с Селеной.

— Элинор, что ты хотела? Говори быстрее, мне некогда, — проворчал дракон в тот момент, когда он должен был идти на совещание, а любвеобильная сестрица попросила о тайной встрече, причем безотлагательной. Ряд жестоких столкновений на границе с соседями вызывают волну возмущений у населения, и это нужно было решить, причем срочно.

— Прости меня, — она сделала вид, что реально нуждается в его прощении, а дракон притворился поверившим в эту игру. — Но, как и обещала, я придумала план. Гениальный.

— Говори, — рыкнул красный дракон и уселся в удобное кресло. У него и самого на уме была одна намётка, а послушать другую совсем не мешало.

— У моего Кира есть нянька, человечка, — Эли скривилась, а Леон отметил про себя, что Жемчужный с недавних пор вовсе не её, но промолчал. — Так вот, эта старуха живет недалеко от нашей границы.

— Ты предлагаешь наведаться к ней в гости и попросить её пригласить Киринна к себе? Думаешь, она поработает сводней? — Усмехнулся красный.

— Нет, не совсем то. И выслушай меня, Леон, я ведь и о тебе забочусь! — Взорвалась Эли, но под суровым взглядом красного несколько умерила свой пыл. Эли никого кроме себя не ценила, а потому забота о себе любимой у неё всегда стояла на первом месте. — Короче, нужно убить эту старуху, а Кир сам явится сюда.

— И что? Мне-то какой с этого прок?

— Кир примчится, естественно затеет разборки. А потом рано или поздно вернётся в этот дом, полный воспоминаний. И мне необходимо будет что-то сделать, чтобы он лёг со мной в постель и все это заметили. Может, даже запишу на кристалл, там подумаю.

— Ты хочешь попросить его, чтобы он попозировал с тобой в кровати, покувыркался, — язвил Леон, удивляясь наглости сестрицы, — а потом отправил это своей жене? Да он к тебе и близко не подойдёт, если я его хоть сколько-нибудь понял. Иначе чего тебя выставили из страны и на пушечный выстрел к нему не подпускают.

— Ну, тут то, как раз нужна твоя помощь, старуху, так и быть беру на себя, — драконица хитро сверкнула глазами. — Для перемещения туда мне нужен сильный маг, способный построить портал в обе стороны. Ты же знаешь, что этим я вообще не владею. А дальше какой-нибудь приворот и всё.

— Привороты на него не действуют, ты же говорила, — усмехнулся Леон, поглядывая на часы. И всё же в планах Эли была доля разумности. Только как это поможет ему, он ещё не понял. Ведь Селена не будет ждать, пока муж запрыгнет к кому-то в кровать, она будет рядом. Или Кир прикажет подчинённым заткнуться и молчать о случившемся недоразумении.

— Какая разница, — поморщилась женщина, — пусть будет снотворное, это даже лучше. Главное, что она узнает об этом и вернётся к родителям. А там уж ты действуй сам, я возьмусь за Кира. Мне нужно будет сделать снимки, забрать их с собой через портал, пока Кир спит, а дальше дело техники. Согласен?

— Я подумаю, — ответил красный, но твоя идея меня заинтересовала. Завтра в это же время приходи сюда, но сними эти красные туфли! Постарайся выглядеть более незаметно, пока эта маскировка нам нужна. Спустя сутки Леон познакомил странноватого, но жутко талантливого мага Филипса с Элинор, довольную таким решением родственника. Женщина удалилась, чтобы заказать у знакомого аптекаря снотворное, а драконы остались.

— Ты всё понял, Филипс? — Произнёс Леон и тут же получил молчаливое подтверждение в виде кивка разумного мага, славившегося помимо своих талантов беспринципностью и жестокостью. — Но есть одна корректировка. После того, как Элинор и Киринн будут засняты в постели, не нужно возвращать драконицу обратно. Она должна остаться там, рядом с ним.

— Живая? — Уточнил Филипс и Леон уловил веселый блеск его глаз.

— Как пожелаешь, лишь бы обо мне ни слова не сказала, а лучше забыла. Я сыт по горло всеми выходками Эли, — подтвердил красный. — Но ей о нашем разговоре знать необязательно. Ты всё понял?

— Да, Правитель, — улыбка раскрасила лицо мага, и дракон невольно подумал, что не хотел бы быть жертвой этого одарённого чародея.

Осознание себя как чего-то живого пришло с головной болью, и Кир непроизвольно потёр лоб. Надо же, как напился. Что же такое он отмечал? Руки непроизвольно стиснули виски, и мужичина, по-прежнему не открывая своих глаз, застонал, вслух.

— Гадство, — протянул он, — как же я нажрался, на… — Кир попытался вспомнить причину возможной попойки, и ничего на ум не пришло, только смерть собственной нянечки. — Хрень, — произнёс он, потому что точно самого процесса попойки он не помнил, а вот противный сладкий запах розового масла щекотал в носу то тошноты. Точно, причиной тошноты могло быть только это вонючее вещество, а не лишний бокал.

Розовое масло?! Им натирала своё тело только одна знакомая женщина…

Распахнув глаза, Киринн лишился дара речи, на целых пять секунд.

Рядом с ним лежала обнаженная Элинор, поглядывающая на него с приторной улыбкой.

— Доброе утро, милый! Как спалось?

— Пошла ты, — его, словно ветром сдуло с кровати, на которой он лежал рядом с… проклятье! Неужели он лежал рядом с ней?! Нет, этого просо не может быть!

Повторное осознание своего местоположения повергло Жемчужного в очередной шок.

Именно в этой спальне, рядом с этой кроватью он видел тело несчастной Хельги… А теперь тут он, вместе с этой… жабой! Его вырвало на пол, тут же, стоило только представить окровавленное тело несчастной старушки и все те мучения, которые её предположительно пришлось перенести. Испарина выступила ла лбу дракона крупными каплями, и он вытер их подушкой, на которой до этого довольно мирно почивал.

— Что ту тут делаешь? — Он носился по комнате, собирая одежду. В голове стучало, желудок продолжало сводить, но он по-прежнему не мог вспомнить, что произошло.

— Пришла, по первому твоему зову, — прощебетала драконица и небрежно накинула простынь на свои голые ноги.

— На кой ты мне сдалась, — Кир сплюнул сквозь зубы, заглядывая под кровать. Второй сапог нашелся именно там.

— Ну не знаю, милый. Вчера вечером ты искал у меня утешения и даже звал меня, прислав письмо на мою почту, — Эли соблазнительно прогнулась, демонстрируя все свои прелести, но к её сожалению Кир не понял намёка и подошел быстрым шагом к окну.

— Почти рассвет? — Удивился он и, повернувшись к Элинор, добавил, — ты можешь заливать сколько угодно Томасу, но я на это не куплюсь. Рука дракона не дрогнула, когда он резко ухватил волосы женщины, заставив её вскрикнуть. — Я ещё раз повторяюсь, тварь, откуда ты взялась в моей постели?

— Сам позвал, — осклабилась она, — да ещё и едва не изнасиловал.

— Я что, был на это способен? Или ты на этот раз мало старалась? — Съехидничал Кир, оттолкнув голову Элинор, а потом брезгливо вытер руки о собственные брюки. Подобный жест не укрылся от женщины и её лицо, хранившее до этих пор миловидные черты лица, перекосилось.

Он давно бы выкинул её из своей комнаты, если бы она оказалась там. Но это было почти святое место для Жемчужного, плюс, он уже был женат! А если подобное дойдет до Алёнки? И что подумают сопровождавшие его воины?! По большому счёту Правитель сам себе голова, но ведь у него уже есть любимая жена!

Жена. Селена.

Это имя словно скрип ножом по стеклу пронеслось в голове и заставило напрячься. Как он мог? А он вообще в таком состоянии чего-нибудь мог? Перепутать жену и бывшую любовницу — это исключено, да ещё и в таком месте!

— Милый, ты бы помог мне отцепиться, а то вчера мы знатно повеселились, — Элинор глазами показала на свою руку, пристёгнутую наручником к кровати. Рука была вывернута за спиной, слегка прикрыта простынёй, а потому Кир сразу и не заметил этого положения женщины.

— Думаю, не стоит. Оставайся так. Я сейчас пришлю сюда полицейских, и они тебя освободят, если захотят, — он злорадно улыбнулся, не желая больше прикасаться с Эли.

— Ну-ну, позови, — ощетинилась женщина, — вот только твои люди узнают, что ночью ты был весьма нежен, а сейчас… и кто-нибудь расскажет об этом женушке.

— У меня не могло с тобой ничего быть, — сплюнул Кир, не желая дальше воспринимать яд, изливаемый драконицей. И как он раньше не замечал её желчи, ей скверного характера. Хотя жены раньше не имелось, вот и не видел недостатка у любовницы, занят был, делами государственной важности. Да и удобно было- видная женщина всегда под рукой.

— Ну-ну, — скривилась Элинор, поудобнее усаживаясь на кровати, а шелковое одеяло бесполезно сползало с груди, — а она так не считает.

— Врёшь, тварь, — Кир не заметил, как оказался рядом, ухватив рукой за горло всё ещё скалящуюся драконицу, — если только ещё раз посмеешь произнести её имя своим грязным ртом, даже подумать о ней!

— Не вру, — прохрипела Элинор, — кристалл на столике, убедись сам. Убедился.

И то, как он во сне обнимал Элинор, не понимая, что делает.

И побелевшее лицо жены, отрешенное, без слёз и истерик.

Селена.

Он метнулся к двери, словно пытался её догнать, спустился на пол лестничного пролёта, освещённого приглушенным ночным светом. Лампы сами зажигались, стоило кому-то мимо пройти или приблизиться. Всё было продумано до мелочей, исключительно для удобства старой няньки.

И вот теперь эти самые лампы выхватили в темноте два кольца, заигравших своим светом для него. Кир остановился, сжал их в кулак, упёрся лбом в стену. Дракон застонал, изливая свою тоску хозяину, зарычал в полный голос, пытаясь позвать свою пару. Чтобы она отозвалась, поняла, что ему сейчас очень плохо!

А ей?

Кольца впились в руку, физическая боль вернула его с хмурых небес на землю и Кир обернулся. Медленно, шаг за шагом он поднялся в ту самую злополучную комнату и приблизился к сжавшейся от ужаса женщине.

— Говоришь, соскучилась, — правый уголок губы нервно дёргался, но Жемчужный даже не обратил на это внимание, слыша, как приближается топот ног по лестнице.

— Да, — подтвердила испуганная Элинор, не знавшая, что у покладистого с ней Кира имеется и ещё одна сторона. Та, на которую она ещё не была удостоена чести лицезреть.

— Ну, так мы с тобой будем видеться часто, по нескольку раз на дню, — он приблизил своё лицо к женскому, на котором блестели расширившиеся от ужаса глаза, и вцепился своей крупкой рукой ей в лицо, — до тех пор, пока ты мне всё не расскажешь, а сделаешь это очень быстро, поверь. Можно и тут, прямо сейчас, но не хочу твоей кровью осквернять этот дом. А потом, если захочешь, я скормлю тебя пираньям, в университетском пруду они есть. А если передумаешь, то отдам студентам на опыты. Но только не живую, мёртвую. Или после всех допросов в каменоломню, на одну цепь с немытыми рабами. Думаю, они очень соскучились по женскому телу.

— Ты не посмеешь! — Элинор свободной рукой попыталась оттолкнуть руку Жемчужного, вцепилась ногтями.

— Хочешь проверить? — Отозвался Кир равнодушным голосом и отпустил голову женщины. Он понял, кто стоял за спиной, а потому не глядя дал команду, — Харсан, доставь её по назначению в Ла'Шерр, и попроси Антуана заняться ей. Лично. Я присоединюсь к вам, позднее.

— Будет сделано, мой Правитель, — отозвался верный воин, более-менее понявший ситуацию.

— Погоди, кое-что ещё, не менее важное, — Кир вновь приблизился к Элинор и стоял, возвышаясь над ней как гора. — Это ты убила Хельгу, — не спрашивал, а утверждал дракон.

— Хочешь свалить всё на меня? — Фыркнула драконица, не отрывая своего взгляда от прищуренных злых глаз бывшего любовника.

— Ты. И целью была не старуха, целью стала Селена, — пришедшая мысль была простой и вместе с тем чудовищной. — Я не буду тебя убивать. Быстро не буду. И ты пожалеешь, что посмела даже думать о том, что сумеешь ЕЙ навредить.

Харсан без труда сломал наручники непривычно трясущейся Элинор, дал ей возможность одеться и тут же, не выходя из этой комнаты, построил портал прямиком в городскую тюрьму, прихватив с собой драконицу. Магия, защищавшая подобное заведение от внезапных нападений пропустила дракона, а так же новую заключенную. Как цепи, волшебство обволокло руки и ноги женщины, лишая любой возможности на побег.

Кир спустился вниз, на первый этаж злополучного дома. Встревоженные криком дракона, воины по распоряжению Харсана не поднимались выше, а потому не видели всей неприглядной картины. Отдав распоряжение найти прислугу, подавшую ему воду, Правитель не удивился, узнав, что подсыпавшая снотворное девушка уже мертва.

— К Антуану, пусть поговорит с ней, — отдал он свое очередное распоряжение и труп бывшей служанки тут же отправили на разговор к мудрому магу.

Мужчина вышел на улицу и огляделся. Естественно, жены рядом не было. Гордость есть в каждом, а после такого надо вывернуться наизнанку, чтобы что-то ей доказать. Он не привык это делать, но сейчас знал одно — обелиться точно не удастся, несмотря на собственную невиновность. Из слов Харсана стало понятно с кем и когда прибыла Селена, и кто конкретно построил портал. Непослушная, она опять не взяла с собой охрану! Чудовище внутри заурчало, требуя обернуться, чтобы найти свою пару и соединиться с ней. Он должен доказать, что любит только её.

И вместе с тем дракон просто желал свернуть шею Элинор. Он уже тысячу раз пожалел, что позволил себе приблизиться этой мстительной женщине. И не женщине вовсе — рептилии.

И ещё, Элинор не владеет магией, а без неё тут явно не обошлось, не зря ученики Антуана в этой местности засекли чужеродные отголоски. Кир смутно помнил, что упал после предложенной воды, а значит, никак не мог приказать остаться тут на ночь, раскрыв окна (ему и напряженного дня хватило, к чему оставаться?)… Мужчина сжал пальцы в кулаки, осознав, что привычного ощущения — перстня, определяющего наличие ядов в еде, питье нет. Всё правильно, украшение осталось на столе там, в их совместной спальне и ничем помочь своему хозяину не могло. Где тонко, там и рвётся, так и есть. Впрочем, вряд ли ему ввели яд, ведь мужчина до сих пор жив.

Вопросов много, немало догадок, а главное — как объясниться с женой? Когда он сам видел себя со стороны, наглаживающего грудь и бедро бывшей любовницы! Он сам ни в жизнь бы не поверил в равнодушие двух сплетенных тел, если бы точно не знал, что к Эли уже испытывает не безразличие, нет. Ненависть и скорейшее желание прибить. И только уверенность в том, что драконица ещё поделится своей информацией на тему мага, с которым она тут появилась (в этом Кир был просто уверен), только это сдерживало мужчину от радикальных мер.

— Почему оставили Правительницу? — Обратился он к охранникам Селены.

— Она предупредила, что отправляется домой, — попытался оправдаться один из воинов.

— Мы последовали за ними, но в Лазурном замке Правительницы не оказалось. Возможно, она имела в виду родителей, а туда нам порталом доступа нет, — дополнил второй, прекрасно понимая, что со своей задачей они не справились, а с таким Кир шутить не любил. Наказания было не избежать и, кажется, каждый из горе — телохранителей был с этим согласен.

Подобные разговоры Киринн уже слышал от Харсана, всё же надеясь, что кто-то другой расскажет что-то новое, но безрезультатно. Но кое-какая мысль всё же зацепила Жемчужного — она обратилась за помощью к Никселу! Своему давнему знакомому! Дракон урчал и требовал немедленно оторвать этому магу голову, а заодно хвост и оба крыла только за то, что он посмел приблизиться в его жене! Нет, вначале разобраться с ним, узнать причину, почему он позволил себе оказаться рядом к ней, а потом оторвать!

Спустя пять минут Кир влетел в совместную спальню — следов Селены нет. Он неосознанно открыл ящичек с кремами, расчёсками и заколками, что так любила перебирать Алёнка. Пузырёк с темной жидкостью смотрелся неуместно и Кир понюхал содержимое и даже лизнул…

Горький запах пижмы, а потом её вкус не мог обмануть чуткого дракона.

Селена предохранялась.

Она ему не верила с самого начала.

Зверь застонал от собственного бессилья. Ему тоже, как и человеческой сущности Кира казалось, что между ними что-то происходит, а в результате она ушла.

Но он вернёт её и всё объяснит, если сможет.

По крайней мере, попытается.

Поставив пузырёк на стол, он вышел, не в силах находиться тут, ощущать запах той, что покинула его.

— Кот! — Обрадовался дракон, наткнувшись взглядом на довольную рыжую морду. Он шел со стороны кухни и, похоже, побывал там не зря. Каждый знал, что Перс давно подобрал ключ к строгому характеру кухарки и теперь пожинал плоды своих трудов. Только свежие сливки, только разнообразное рыбное меню, творог… Дипломат, так его, смеясь за глаза, называла Селена.

— Да-да, му-р-рр, — рыжий потянулся со всей своей важностью и слегка отвисшим брюшком, — вы уже прибыли?

— Кот, — Кир присел, вглядываясь в шерстяного друга своей жены, — ты не видел Селену? Она вчера… короче, произошло недоразумение, и Алёнка отправилась, как говорят домой.

— Тут её не было, — хвост как палка застучал по полу, а нахмуренный Перс продолжил, — думаете, отправилась к родителям?

— Думаю да, — угрюмо произнёс мужчина, и устало вытер своё лицо пятерней. Он устал, очень, но всё это не шло в сравнение с тревогой за жену. — Хотя, зная Стефана, он уже появился бы у нас. Даже если Селена и решить нашу историю скрыть.

— Я тоже так считаю, — важно произнёс кот. — Отец Алёнки совсем не дурак, простите мой простой язык.

— Согласен.

— Женщина? — Поинтересовался Перс и мужчина заметил, как кот на всякий случай отошел на шаг назад. Если бы кто-то другой допустил эту наглость, то ему бы не поздоровилось, а кот… он любимец Алёнки, к тому же прав!

— Она, — рыкнул дракон, в очередной раз, сжав кристалл в кармане. — Но ничего не было, а как ей теперь докажешь?

— Знакомо, — кивнул с пониманием кот. — Кошки, они, конечно отходчивые и надо выждать время…

— У меня его нет! — Оборвал Киринн и добавил со злостью, — но догадываюсь, кто мне в этом поможет. Никсел.

— Селезнёв? — Недоверчиво произнёс кот и в его голосе Кир с каким-то удовлетворением распознал неприязнь. Не секрет, что после того случая, как раскрылось притворство мага кот не особо жаловал Никсела, что не могло не радовать дракона.

— Он самый.

Портал быстро перенёс Правителя в университет, но там он, стиснув зубы, узнал, что в последний раз мага видели именно вчера вечером, когда он общался с Правительницей. Кир начал медленно сходить сума, ели сдерживая внутреннего зверя. Именно в таком состоянии он ворвался к вернувшемуся с Малахитовых гор Антуану.

— Мой мальчик, все, что случилось очень даже серьезно, и я попытаюсь связаться с Никселом по своей магической связи, — пообещал директор университета и вошел в транс, сидя перед кристаллом. Сразу, просто с ходу, в силу своего профессионального мастерства. И Кир мог бы этим восхититься, если бы не встревоженный ответ, последовавший десять минут спустя, — он меня не слышит! Кир, что-то произошло, это точно. Не ответить на мой призыв Никсел не мог при любом раскладе, только если переместился в другой мир, но для этого даже у него не хватит сел.

— Мне нужно в тюрьму, на допрос, — выдавил Кир, слушая, как зверь закипает, рвёт свою душу. Она не могла вернуться туда. Только не это! Он достанет её, вернёт, отовсюду!

— Мой мальчик, ты слышишь? — Как сквозь толщу воды донёсся голос наставника, — она тут, в нашем мире. По какой-то причине я не слышу Никсела, но возможно что-то мешает ему ответить.

— Угу, — Кир, словно спасительный круг ухватился за мысль. Она тут, не ушла, а остальное решимо.

Спустя всего лишь десять минут Правитель и маг появились в месте заключения Элинор. Той, что было мало подарков, подношений, которая однажды захотела всё. А теперь, без косметики и дивных нарядов перед Киринном предстала женщина. Не выдающаяся, не запоминающаяся, обыкновенная, каких пруд пруди в каждом государстве. Дракон смотрел на свою бывшую любовницу сквозь металлическую решетку и недоумевал, почему когда-то остановил свой выбор на ней? Она сидела, поджав колени к груди, рисуя что-то пальцем на грязном полу. Как же изменилась…

— Что смотришь, — усмехнулась дракиница, прислонившись спиной к каменной стене. — Неужели не нравлюсь больше? Что? Судя по твоему лицу, любимый, женушка всё ещё не нашлась?

— А ты хреново выглядишь, — произнёс дракон, зная, на какую больную мозоль наступить у подобных женщин. — Сколько тебе лет? Наверное, старше меня, да?

— Сволочь, — горсть пыли с пола полетела в сторону стоявших за решеткой мужчин. Кира, Антуана и перекошенного от укуса Харсана.

— Может быть, — спокойно согласился дракон и сделал знак, чтобы камеру открыли.

Решетки, они только для обозначения личной территории заключенных, не больше. Из напичканной магией тюрьмы еще никто никогда не уходил. Живым. Даже оковы и цепи — удел обычной тюрьмы, но не этой. — Как я понимаю, твоей целью была не Хельга?

— Я! Никого! Не убивала! — Зашипела Элинор, — это совпадение! Я узнала, что такое случилось, пробралась, увидела тебя лежащим без памяти на полу и вот…

— Сейчас, мой Правитель, поможем этой девичьей памяти, — пробормотал Антуан и бросил взгляд на Харсана. Тот мгновенно оказался около ничего не понимающей женщины, схватил её лицо, нажал на подбородок. Вдвоём они ловко влили содержимое небольшого пузырька, — может не такой уж и девичьей, уж прости Элинор за правду.

Кир слышал о чудодейственном средстве — сыворотке правды, изобретенном мудрейшим магом и вот теперь этот рог изобилия вылился и на него, а также рядом стоящих. Да причем так, что у сей троицы волосы встали дыбом.

Эли убила Хельгу нарочно, чтобы таким способом позвать к себе Правителя, на который перестал действовать чудодейственный порошок… Который она в свою очередь не помнит, где взяла, но то, что он не подействовал на урода — Харсана это точно (в этот момент начальник стражи побагровел от злости как никогда, но хмыкнул, узнав, что причина стойкости в его взаимной любви с супругой)…

Но если порошок, привязывающий к себе свободное сердце, не помогал в случае с Киром, а обычное снотворное этот раз — только путь. Его преподнесла Киру запуганная насмерть малость придурковатая девчонка из прислуги Хельги… Элинор довольно рассмеялась, рассказав как обогатилась за счет награбленного жемчуга Правителя, но совсем не могла вспомнить, как это вообще ей удалось провернуть, наверное, забыла…

Правитель в шоке покинул тюрьму и спешно отправится во дворец. Он узнал многое и даже больше чем хотел. А служба безопасности получила весьма увесистый нагоняй, в свою очередь Харсан затеял разборки с допустившими подобное подчиненными… Антуан затеял проверку магов, призванных на службу к Киринну… Казалось, Кир знал уже обо всём, кроме того, где сейчас находится его любимая жена. Он очень надеялся, что в почтовике окажется хоть какое-то известие о Селене. Но снова напрасно…

Через час от Харсана пришло сообщение, что Элинор покончила с собой, разбив голову в кровь о древние каменные стены, возведенные много веков назад по приказу Правителей. Задумываться о причине и вдаваться во все подробности Жемчужный не стал, уместно вспомнив слова "Собаке собачья смерть".