Глава 4

Совет собрался ближе к утру. Руководители Корпусов, отложив все текущие дела, быстро прибежали в замок Блад и собрались для совещания. Сразу после оглашения последних известий большинство советников заняло принципиальную позицию: титул герцога не принимать, короля убить. Доводы Александра о том, что они уже два века решают свои проблемы несколько другими способами, не находили понимания у собравшихся. Константин пока молчал и вообще в обсуждение не лез, предпочитая слушать и анализировать.

— Да поймите вы, охламоны! Нельзя нам убивать короля! Чем мы будем лучше него после такого?

— А кем мы будем, если спустим ему убийство Каса?! — Леонид, разгоряченный спором, привычно начал орать, перепутав плац и Зал Совета, — Герцог официально был нашим сюзереном, и мы все два столетия это признавали! Да мы обязаны убить короля и всех его шавок, иначе нас не поймут.

— Но никто не знает о том, что Каса, фактически, убили.

— Что знают двое… — воевода презрительно махнул рукой, — Но главное — мы знаем! Георг должен заплатить!

— А если это не его инициатива?

— Саша! Что за бред?! Он король, а значит автоматически отвечает за все!

— И как ты себе видишь нашу месть? — ехидно поинтересовался Александр.

— Диверсанты нам на что? А если Серега не справится, то у меня найдутся надежные и обученные исполнители, правда сделаем не так тихо, но качественно и надежно!

— Войсковую операцию хочешь провести?

— Почему нет?

— Хотя бы потому, что в мире не так много сил, способных взять штурмом королевский дворец, вырезать там всех и уйти в целости. Собственно, это только мы, пару магических орденов в Валерии и преторианцы императора, и все это знают. Думаю, вообще ни у кого не будет сомнений в том, кто убил короля. И после этого любой правитель будет обязан отомстить уже нам. А мы ничего не получим от этой глупой мести, кроме кучи проблем на свои задницы.

— И ты предлагаешь спустить Георгу смерть Каса?

— Нет! Я предлагаю не убивать, а разорить, — Александр осмотрел всех присутствующих, — Не будем забывать, что мы находимся в уникальной ситуации, единолично чеканя деньги королевства.

— Это не дает нам никаких преимуществ, экселенц, — Казначей постучала изящным пальчиком по столу, привлекая внимание к своим тихим, на фоне предыдущего спора, словам, — По сути, мы просто выполняем королевский заказ, как обычная фабрика. Только товар у нас специфический. А так, мы не более чем предоставляем услугу.

— А что будет, если мы откажемся чеканить деньги?

— Ничего особенного. Король просто организует собственный монетный двор.

— И как быстро он сможет это сделать? — Александр улыбнулся.

— Пара тройка месяцев, — прежде чем ответить, вампиресса немного подумала, — Там нет ничего сложного, в других королевствах технологии обкатаны.

— Ага, — улыбка триумвира стала еще больше, — А как быстро на королевском монетном дворе смогут выйти на наш уровень и качество?

— Ах вот ты о чем…, - Казначей задумалась, — Но это спровоцирует кризис, который ударит не только по королю, но и вообще по всему королевству. А если мы еще и поможем развитию кризиса, то и вовсе Элуру придется очень несладко.

— А сейчас элурцы на золоте едят и бед не знают?

— Нет, но и таких потрясений они не заслуживают. Хотя мы и можем на этом очень хорошо заработать и даже упрочить свои позиции — я против, — безапелляционно обозначила свою позицию Казначей.

— Эх, ты какой-то ненастоящий финансист, — по-доброму пожурил ее Александр, — Бери вон пример с Гены, смотри как он весь подобрался в предвкушении прибыли.

Геннадий и правда почти все собрание просидел практически безучастно и в спорах, как и Константин, не участвовал, но стоило ему услышать про предлагаемую аферу, он сразу все понял и теперь очень заинтересованно прислушивался к разговору триумвира и казначея. При этом большинство вампиров вообще не понимали, о чем идет речь, и выглядели несколько растеряно.

— Вы что, правда не понимаете? — Александр насмешливо прищурился, осознав что присутствующие еще не дошли до сути его идеи, — Фальшивки! Наши монеты самые чистые по качеству и самые трудоемкие по исполнению. Уже больше века нет ни одного идиота среди фальшивомонетчиков, который бы чеканил подделки элурских монет. Это просто себе дороже, а вокруг есть куда более легкие для подделки деньги. Королевский монетный двор даже близко не сможет приблизиться к тому качеству, что делаем мы с гномами. И значит, по исполнению монеты станут на уровне наших соседей, что автоматически делает их легкой мишенью для фальшивомонетчиков. Мы же, имея качественные прессы и парочку новых сплавов, из тех что Ольга показывала еще в мое правление, наладим выпуск фальшивых монет и заполоним ими страну, в которой вообще все привыкли к тому, что деньги Элура не могут быть поддельными. Паника будет знатная. Король потеряет всю казну! А мы заработаем.

— Хорошая месть, но Оксана права: не стоит наказывать весь Элур. Пострадают и наши союзники, — Геннадий откинулся на спинку кресла, — Я всегда за то, чтобы приумножить наши богатства, но это перебор.

— А ты как хотел?

— Я почему-то подумал, что ты хочешь просто впарить королю фальшивки, а потом объявить об этом и вытребовать себе право контроля над распространением новых денег.

— Взять на себя функции казначейства Элура? Ну тоже вариант. Хотя и не такой болезненный: король потеряет немного власти и попадет в чуть большую зависимость от нас, но это не будет так жестоко, как потерять вообще все свои деньги, — Александр рассуждал вслух, пробуя новое предложение «на вкус».

— Да убить всю династию и закрыть на этом обсуждение! — в разговор вновь вступил Леонид, вернувшись к своему предложению, — Пусть все знают, за что и от кого. Почему мы должны скрывать свою месть? Это наше право!

— И что это нам даст? — Александр начал злится, понимая, что все опять началось по кругу, а алукард никак не желает принять решение и завершить Совет.

— Если позволите, у меня есть несколько мыслей, — заместитель Геннадия поднялась и внимательно посмотрела на спорящих мужчин.

Уже давно прошли те времена, когда советы и планы Светланы Львовны воспринимались сквозь призму лени, недовольства и насмешек. Женщина, не сумев реализовать свой потенциал на ниве захвата мира, попробовала себя на работе в разных Корпусах, пока наконец не прибилась к Геннадию, где неожиданно выстрелила, сумев наладить эффективную разведку и её бесперебойную работу. Именно в Корпусе Будущего ее незамысловатые интриги и планы получили новую жизнь и пришлись ко двору. Потом было два века занятия любимым делом, а за такой срок ума и опыта наберется любой здравомыслящий человек. Поэтому ныне Светлану Львовну уважали и ценили, а главное, всегда прислушивались к ее мнению и советам.

Сама вампиресса уже и не вспоминала те времена, когда она только-только появилась в этом мире. То была совсем другая женщина, неуверенная в себе, потерпевшая профессиональное фиаско и неудовлетворенная своей жизнью. Единственную отраду в той жизни ей давали книги, в которых накачанные мускулистые красавцы с большими нефритовыми жезлами спасали мир и принцесс, повергая драконов и черных властелинов, и в конце концов садились на трон, стоящий на горе поверженных ими врагов. Вот только в жизни все оказалось не так. Завоевывать мир никто не стремился. Принцессы были таковыми, что спасать людей требовалось скорее от них. Драконы были убогими ящерицами, которых и убивать-то было жалко. А на роль черных властелинов и вселенского зла подходили только ее новые соплеменники вампиры, которые, в придачу, и являлись единственными в округе мускулистыми красавцами.

Терпя и в новых условиях провалы и неудачи, женщина наконец дожила до того момента, как Александр озвучил свои легендарные тезисы и объявил о Цели Вампиров. В тот день все изменилось навсегда. Светлана Львовна всей душой приняла новые правила игры и стала думать не о великом и глобальном, а о мелочах, что могли бы помочь достичь озвученную Цель. Кстати, тогда Цель приняли не все вампиры, посчитав ее недостойной и даже мелкой. Но сама женщина так не считала. Ведь жить бок о бок с людьми можно по разному. Например, в качестве привилегированного правящего сословия! А это ведь совсем другой коленкор! Потому, быстро проанализировав ситуацию, она пришла на поклон к Шефу Корпуса Будущего и попросила себе небольшое задание. Ну а дальше все было делом техники, и уже через пару десятков лет она заслуженно занимала должность заместителя и наравне с Леопольдом Тари считалась одним из корифеев разведки вампиров.

— Я думаю, — начала свою речь вампиресса, — Что нам надо подойти к решению вопроса творчески. Сразу заявлю, что полностью поддерживаю идею наказать короля за его планы против барона Блада, но предлагаю сделать это хитрее и больнее, чем просто разорить или убить. Поэтому я думаю, что Александру надо принять предложение его величества и надеть на свою голову корону герцогов Касов. Это вообще никак не отразится на нашей изоляции и прочих планах. Зато мы получим возможность оперировать на большей территории и решим ряд внутренних проблем баронства, в том числе и с излишнем населением. Если кому интересно, общий список плюсов я могу предоставить в более подробном докладе, но думаю, все здесь присутствующие найдут положительные стороны такого поступка. Да и в целом, этим мы приобретаем бесценный опыт взаимодействия с людьми уже в новом качестве. Я, конечно, имею ввиду аристократов, которые окажутся под нашей властью, а не крестьян и горожан, с которыми у нас налажена весьма эффективная работа. И конечно же, в будущем, когда мы решим снять изоляцию, возможность даровать земли и титулы вампирам будет совсем не лишней. Поэтому я не вижу смысла отказываться от такого лестного предложения короля, пусть оно и продиктовано не заботой о нас. Мы просто используем ситуацию к нашей выгоде. Теперь же, что касается мести за убийство Каса и враждебные планы в отношении барона.

Светлана Львовна хмыкнула и почесала нос.

— Самым большим разочарованием для короля станет крах его планов. Наш венценосный владыка очень честолюбив, и когда занявший трон Касов маг все никак не будет умирать, а племянница будет год за годом оставаться девственницей… его нервы не выдержат. Ну а мы, и конкретно лично я, позаботимся, чтобы и другие планы короля раз за разом терпели крах. Что будет дальше — представить легко.

— Рано или поздно король ошибется, взбесится и решит действовать прямо, как, например, в ситуации со своим братом, то есть просто прикажет убить меня, — Александр понимающе кивнул головой и уважительно посмотрел на выступающую женщину.

— Верно, экселенц, — Светлана Львовна вернула ему легкий поклон, — И приказав вас убить, он окажется врагом всех аристократов королевства. Мы спокойно сможем сделать этот факт общеизвестным и сменить династию, или посадить на трон любого родственника короля. Хотя бы и вашу будущую жену или ее брата. Кстати, король действительно отдал приказ убить их отца, вот только выполнить это распоряжение не успели, и его брат погиб на охоте от несчастного случая. Это известно наверняка. Кабан оказался не добит, и когда брат короля слезал с лошади, тот дернулся, напугал коня, и вставший на дыбы конь сбросил седока. Перелом шеи и мгновенная смерть, я пила кровь нескольких свидетелей. Так что, в смерти брата король не виновен.

— Это не важно. Главное, что мне нравится ваш план, хотя очень не хочется становиться герцогом и официально жить еще десяток лет.

— Будешь жить, сколько надо. Ты все это затеял, поэтому терпи, — Константин поднялся на ноги, из-за чего в зале моментально наступила полная тишина, — Действовать будем по плану Светланы. Но его надо будет доработать, то что я слышал сейчас — это, скорее, довольно сырые наброски, хотя и очень перспективные. Приказ будет такой… Детальный план от Корпуса Будущего со всеми подробностями должен быть готов к вечеру. Не дожидаясь этого момента, Александр утром выезжает в Кас, где участвует в подготовке похорон герцога, беседах с придворными, прощупывает ситуацию и все такое. Нам нужны точные планы короля.

— А что тебя беспокоит? — Евгений нахмурился, не понимая, зачем нужна вся эта задержка: ведь к моменту, когда Александр окажется в Касе, план будет готов и десяток раз проанализирован не только Советом, но и троллями.

— Король может наплевать на сопротивление знати и напрямую взять герцогство в корону. Или отдать его младшему сыну. Да-да-да, — алукард прервал начавшиеся возражения еще до того, как они были озвучены, — Я знаю все сложности, которые возникают при этом, но согласитесь, лучше преодолевать их, чем сначала сажать на трон барона Блада, а потом отбирать герцогство уже от него. Тут явно не все чисто, и король хочет получить еще какую-то выгоду. Поэтому Александр должен действовать в Касе быстро, четко и эффективно.

Константин выразительно посмотрел на приятеля и завершил Совет Вампиров.

* * *

К моменту прибытия барона Блада в столицу герцогства в городе собралась очень представительная делегация аристократов и прочих наделенных властью людей типа магов и священников. По сути, присутствовали те же лица, что и на похоронах Марты, плюс к ним добавился граф Харси и десяток баронов из числа тех, кому появляться на прощании с архимагессой было не по чину; ну и закономерно отсутствовали оба королевских генерала и граф Савоярди, ведь первые находились в невольных гостях у второго. И хотя закрыть заслуженных вояк в темнице владыка Савоярди не решился даже несмотря на прямой приказ графа Верона, из своих комнат он их, по слухам, не выпускал даже на прогулку.

Самому Александру на генералов было наплевать, поэтому он не сильно вникал в подробности их нынешнего положения. Но зато по приезду начал активно реализовывать приказ алукарда и развернул очень агрессивную, если не сказать наглую, деятельность.

Для начала он вообще проигнорировал всю верхушку Церкви, чем без сомнения очень сильно их оскорбил. Но если такое поведение самого могущественного барона королевства еще можно было объяснить старческими причудами, а то и маразмом, то откровенное хамство в отношении графа Верона было вне рамок понимания благородного общества.

Когда утром следующего дня глава Каменной палаты королевства явился к барону Бладу на прием, тот просто его не принял, сославшись на то, что он… завтракает! До обеда слух о таком невиданном событии разлетелся по всей столице герцогства и оброс таким количеством выдуманных подробностей, что уже никто не знал, где правда, а где ложь.

Получая отчеты агентов об этом, Александр только довольно потирал руки и откровенно веселился. Весь Кас бурлил, как растревоженный муравейник, а некоторые бароны вообще предпочли покинуть город, предвидя, что добром такое эксцентричное поведение могущественного мага закончится не может. Сам вампир, кроме того, что откровенно веселился, слушая небылицы о себе, имитировал очень бурную деятельность. Гонцы входили в его покои и выходили из них с такой пугающей частотой, что все сторонние наблюдатели поминали Мур, куда чаще чем, ее брата Демура.

Было даже совершено несколько попыток перехватить этих гонцов, но все они закончились плачевно. Естественно, для тех, кто такие попытки делал. Ведь прикрытие себе триумвир запросил поистине царское, и сейчас вокруг города или в нем самом находились вообще все наличные силы Корпуса Жандармов, Корпуса Будущего и Корпуса Разведки. С момента поиска агента эльфов вампиры никогда не проводили столь масштабных акций вне пределов своего баронства, даже вывоз ценностей из Тошала имел куда более скромные масштабы. Такие странные и непонятные для окружающих действия Александра себя очень быстро оправдали, и вампиры получили три десятка пленников и огромное количество новой информации.

Кульминацией всего этого спектакля стала встреча сразу с несколькими влиятельными в герцогстве баронами, с которыми вампир поговорил о созыве Совета Баронов, чего не было уже больше полувека, чем еще больше напряг всех, наблюдающих за ним. И только после того, как барон Блад получил официальное и очень вежливое приглашение от наследника поужинать вместе, а информаторы в Касии сообщили о выезде в Кас короля с отрядами гвардии, вампир приступил ко второму акту своего плана. Теперь ему предстояло поработать лично.

На ужин в замок он явился во всем блеске боевого мага. Сходу обнял принца, заявив, что в эти тяжелые времена все должны быть мужественными и сильными. После чего в очередной раз проигнорировал графа Верона и вообще не заметил и не поздоровался с графом Харси, чем заставил последнего очень сильно нервничать. За столом был очень немногословен, особенно в общении с кардиналом Лорном. И только когда архимаг Резун задал барону какой-то невинный вопрос, все увидели старого доброго Блада: вежливого, неизменно спокойного и дружелюбного. Присутствующие на ужине не знали, как им реагировать на подобные проделки, а потому старались дружно их не замечать. Из-за этого сам прием пищи прошел очень скомкано и немного нервно.

Конечно, Александр тоже не чувствовал себя на вечере, как рыба в воде. Во-первых, он уже давно отвык от такого лицедейства, а во-вторых, ему так и не удалось получить ничью кровь. Даже его вопиющая выходка с обниманием принца не дала плодов. Наследник был затянут в одежды как в скафандр и даже легкие перчатки на руках в помещении не снял. Впрочем, это было самой обычной модой, а потому вампир больше рассчитывал на то, что ему удастся потрепать принца по голове, но тот ловко увернулся от такого жеста.

Когда гости наследника наконец насытились, наступило время разговоров по душам. Вот только никто, даже сам принц, никак не могли решиться начать то, ради чего и затеяли весь этот званный ужин, а именно: узнать точку зрения собравшихся на последние события в королевстве. Согласитесь, не каждый год за одну неделю страна теряет Верховного мага и высокородного аристократа, которого даже самые лютые недоброжелатели называли вторым лицом после короля, хотя фактически герцог был только четвертым. А потому и состав гостей был именно таким — все архимаги королевства, самый могущественный в стране барон, легат Наместника, прибывший на север с особой миссией и наследник еще одного могущественного аристократа, без чьего одобрения никакие серьезные телодвижения в Элуре были в принципе невозможны. А герцоги Гуяны были именно из этого числа и уже два века крепко держали королей в узде. Как никак, а родственники — с тех пор как два века назад королевой стала представительница славной северной династии, короли и герцоги еще не раз скрепляли свой союз через браки. Вот и бабушкой нынешних принцев и матерью правящего монарха была королева из рода герцогов Гуянов.

Наконец, наследный принц преодолел робость и подошел к барону Бладу. Остальные гости, видя что старый маг вежливо отвечает на вопросы принца, облегченно вздохнули и быстро разбились на группы по интересам. Обсудить нужно было многое.

* * *

— Барон, вы единственный аристократ Элура, кто достоин занять трон герцогов Касов. Пусть вы не кровный родственник ушедшей династии, но вы, Мур возьми, эрл! Герцог, который подчинялся герцогу. Я не знаю никого лучше вас и уверен, батюшка поддержит меня, — уже десяток минут наследник ездил по ушам вампира, превознося его заслуги и со всех сторон намекая на то, кому надо занять трон Касов, но даже самые прямые намеки натыкались на стену непонимания и будущий король прямым текстом выложил барону Бладу свое предложение.

— А почему бы его величеству самому не стать герцогом Касом? — Александр откровенно глумился про себя над принцем, но внешне соблюдал все приличия, хотя и было очень сложно «не понимать» намеки и скрытый смысл слов собеседника.

По лицу принца было видно, что такой исход дела был бы самым лучшим вариантом, чуть хуже было бы объявление герцогом его младшего брата. Вот только, кто же королю позволит захапать самое богатое герцогство страны под свою власть? Стоит Георгу объявить о подобном, и против него объединятся все, даже самые заклятые враги забудут распри ради такого. Потому и приходится наследнику предлагать столь ценный приз известному аристократу Бладу, и так имеющему огромное могущество и богатства, превосходящие королевские, а потому собрать против него коалицию будет очень сложно, да и отстоять свое маг сумеет даже без посторонней помощи. Одна радость, что вскоре барон должен умереть от старости. Зажился древний маг на этом свете и ему уже давно пора на свидание к Демуру. Пусть только кузину обрюхатит, и может подыхать. Без него будет даже лучше: станет меньше на одного своевольного засранца, на мнение которого королю надо обращать внимание. Вслух принц всего этого не произнес, а только загадочно улыбнулся и попытался немного интриговать, ну или он так думал, что интригует, но вампир читал его, как открытую книгу.

— А вы готовы предложить моему отцу принять корону Касов и признать его сюзереном?

— Если таково будет желание Совета Баронов герцогства, я с радостью признаю это решение.

Принц отчетливо скривился. Ни один из баронов никогда не согласится стать королевским вассалом без подкупа или шантажа. Это известно давно, и понятно каждому. Ведь кроме почета и прямого подчинения королю, больше никаких плюсов в подобном статусе нет, но зато появляется целая куча минусов, когда аристократическая вольница практически прекращается, и нужно служить и работать, а не развлекаться и жить для себя, как это принято среди благородных людей. А учитывая, что Блад по сути инициировал сбор этого самого Совета Баронов, то можно ожидать, что его делегаты будут есть с рук мага и примут то решение, которое будет нужно ему. Что означает: не видать королю или его родне короны герцогов Касов. Даже племянника короля посадить на северный трон не получится, хотя батюшка и предупреждал о том, что кузену нельзя давать власти, и сам не желает его видеть новым герцогом. Хотя, чем Мур не шутит?! Пусть батюшка и против, но всяко лучше видеть хозяином Каса кузена, чем наглого мага.

— Раз уж вы не согласны становиться герцогом, то кого вы видите на месте своего сюзерена, барон? Выбор то вроде и не великий.

— Я не отказывался от титула герцога, ваше высочество, — холодно проговорил Александр, с удовольствием наблюдая, как лицо принца приобретает ровный бардовый оттенок сдерживающего ярость человека, — Но если рассуждать теоретически, то на ум, конечно, приходит младший принц Гарна, его бабка, как вам известно, была нашей принцессой. И конечно же, младший принц Шореза, сего юношу тоже не стоит забывать. Его мать, ваша тетя, будет только «за», и это, без сомнения, поспособствует укреплению связей между нашими странами. Ну и, конечно, ваш дорогой кузен Карл тоже должен быть в этом списке. Очень достойный молодой человек, хотя, к сожалению, пожалуй слишком, слишком молодой. Бароны могут посчитать это обстоятельство значительной преградой.

Наблюдая, как в глазах принца разгорается бешенство, Александр пожалел, что не упомянул наследника графа Нури и, соответственно, еще одного племянника короля, о котором придворные старались лишний раз не вспоминать. Очень уж скандальной получилась любовь юной принцессы Элура и молодого графа, и не будь принцесса самой младшей, а потому любимой дочерью предыдущего короля, все бы закончилось очень плохо. А так получилась весьма романтическая история со счастливым концом. Вот только нынешний король очень не любил вспоминать о сестре, ее муже и их отпрысках, а потому граф Нури был в опале и из своего замка никуда не выезжал.

Тем временем собеседник вампира, принц Леопольд, сильно жалел, что вообще взялся выполнять поручение отца и предварительно разговаривать с бароном Бладом о короне герцогства Кас. Наглый маг откровенно издевался над наследником, оставаясь при этом в рамках приличий и придраться к его словам или действиям было невозможно. А тем временем, смысл этих слов и действий был очень и очень опасным. Созыв Совета Баронов был явным намеком на то, что без согласия этого самого Совета назначить наследника никак не получится. А упоминание принцев соседних держав, имеющих родство с правящей династией, а потому чисто теоретически сохраняющих возможность стать герцогами Кас, впереди королевской родни, имеющейся в самом Элуре, вообще было оскорбительно. Брат или кузен, а идеальный вариант — это он сам, Леопольд, вот из кого надо выбирать! И если бы не аристократическая вольница и слабость королевской власти Элура, даже разговоров бы не было о том, кто станет следующим герцогом. Но в существующих условиях приходиться действовать с оглядкой на высшую знать. И это вообще хорошо, что южные герцоги еще не пронюхали про смерть своего северного брата и не налетели в Кас делить наследство и продвигать своих претендентов на трон.

— Я уверен, что батюшка с удовольствием выслушает ваши идеи, барон. Хотя уверен, что он не последует им, — не сумев напоследок отказать себе в маленькой гадости по отношению к собеседнику, принц откланялся и отошел к графу Харси, а его место занял архимаг Резун.

— Смотрю, беседа с принцем не задалась? — на правах друга, маг не стал ходить вокруг да около и задал прямой вопрос.

— Ну почему же, все прошло идеально. Просто его высочество об этом еще не знает. А так, все хорошо, — Александр позволил себе улыбнуться и расслабиться, чем несказанно облегчил всем присутствующим жизнь, а то гости и так начинали напряженно посматривать то на барона, то на явно злого принца.

— А что за представление ты устроил сегодня утром?

— Хочешь быть Наместником Залона?

От неожиданного вопроса и смены темы архимаг запнулся и закашлял, после чего быстро и воровато огляделся по сторонам, оценивая, мог ли кто-то из находящихся рядом услышать этот вопрос барона Блада.

— Хочу, — тихо ответил Резун.

— Вот и не задавай глупых вопросов.

— И как это мне поможет? — архимаг пришел в себя и стал разговаривать более уверенно.

— За умного сойдешь, твое высокопревосходительство, — Александр наклонился к самому уху собеседника, — А вообще, просто не мешай. Ты в качестве Наместника устраиваешь меня более, чем кто-то другой, и в моих интересах тебе помочь.

— Король слишком сильно меня не любит.

— Король никого не любит, но спрашивать у его величества мы будем в последнюю очередь. Думаешь, Марту посадили в Залоне по большому желанию тогдашнего короля? Да Филипп Третий ее терпеть не мог. Как и она его, кстати! — Александр на миг вспомнил события столетней давности, — Но все сложилось, как надо. Поэтому будь паинькой и не мешай большим дядям делать тебе карьеру.

— Ха, — архимаг улыбнулся, — И чего мне будет стоить эта карьера?

— О, не волнуйся. Не более, чем Марте — её. Я не жадный.

— Ну хорошо. И что я должен сделать?

— Вот это деловой разговор, — вампир обхватил рукой шею архимага и быстро зашептал тому в ухо инструкции.

* * *

Тем временем, в другом углу зала происходила не менее интересная беседа. Граф Верон и архимаг Агрон уже несколько минут тихо, но очень активно обсуждали ровно тоже самое — Залон и свободное место Наместника Севера.

— Как ближайший друг Марты, я более чем хорошо разбираюсь во всех делах крепости и не буду не только ничего менять, но и не затрачу времени на вникание в суть происходящего, отчего казна и его величество даже не заметят перемен, — Агрон настойчиво сватал на заветную должность свою тушку, вот только в упор не хотел понимать намеки графа относительно дополнительных обязательств перед короной.

Глава Каменной Палаты не привык чтобы его слова так явно игнорировали. И его должность и положение при короле были более чем серьезной причиной понимать даже самые легкие намеки одного из влиятельнейших придворных. Обычно так оно и происходило: правильно понимали даже движения головы или век, и не только понимали, но и выполняли такие не озвученные приказы. А вот архимаг, желающий занять очень важный пост, кроме себя вообще никого не слышал и продолжал расхваливать собственные достоинства. Графу это надоело, и самое главное, у наследного принца дела, видимо, шли не лучше, и Леопольд стоял красный и злой, а рядом издевательски спокойный барон Блад что-то высокомерно ему говорил. Видимо, придется действовать более решительно!

— Уважаемый! — брови архимага взлетели вверх от столь панибратского к нему обращения, дозволенного очень немногим не одаренным силой, но граф продолжил, — Давайте поговорим начистоту.

— Я слушаю, — прошипел Агрон и в этом шипении четко слышалась угроза скорых кар, которые ожидают собеседника, если архимагу не понравится услышанное.

— Может быть вы не понимаете, но с недавних пор ваше положение очень сильно изменилось. И я имею ввиду не только вас, но и остальных архимагов королевства. И вы, и Блад, и Фосет, и Резун, и Роз, находитесь совсем в других условиях, чем ранее.

— Извольте объяснить, граф, — шипение сменилось могильным холодом и обещанием уже не иллюзорных кар, а реальной и скорой смерти.

— Все просто, уважаемый, — последнее слово Верон проговорил с особым удовольствием, — Из всех шести архимагов Элура реальная боевая сила была только у двух. Это Блад с его орденом, дружиной и неисчислимым количеством наемников, и Марта с верными ей боевыми магистрами. Вот только Марта мертва, и все подчиненные ей маги ныне подчиняются напрямую королю. И пожелай сейчас его величество заставить вас, оставшихся архимагов, служить себе, у него на пути встанут только две преграды: барон Блад и наши славные генералы, которые давно считают себя союзниками архимагов и имеют под рукой верные полки. Но вот беда — генералы ныне арестованы и к своим войскам уже не вернутся. А барон Блад вскоре может стать герцогом Касом и ради этой возможности защищать архимагов, среди которых только один является его другом и союзником, не будет. Я объяснил вам расклад, уважаемый?

Агрон коротко кивнул.

— Тогда позвольте мне продолжить? — граф, довольный молчанием архимага, победно улыбнулся и несколько надменно продолжил свою речь, — Его величество ценит только верных и преданных слуг и установившее при его отце положение дел нашего короля не устраивает. Архимаги Элура должны быть верны королю и служить только ему. Марта совмещала два поста — Наместника Севера и Верховного мага Элура. Ныне эти должности будут вновь разделены и архимаги занявшие их, должны быть полностью лояльны его величеству. Без оговорок.

— И как король видит воплощение этого условия в жизни?

— Это вам надо обговорить с его величеством лично. Но он поручил мне донести до вас эту информацию и сообщить, что желает видеть вас Наместником Севера. Естественно, если вы выполните все его условия. По секрету сообщу, что должность Верховного мага будет предложена архимагу Резуну. И условия будут точно такие же. Поэтому не советую думать очень уж долго. Успевшему первым доказать свою лояльность, достанется и главный приз — Залон.

— А Роз и Фосет?

— Они со временем тоже получат такое предложение, конечно, если в нем еще будет необходимость, — гаденькая улыбка на лице графа говорила о том, что он нисколько не сомневается в том, что такой необходимости не возникнет, и предлагаемые должности уже найдут своих хозяев, — Но если говорить откровенно, то Фосет слишком юн и, как и все огненные маги, очень горяч. Его величество желал бы видеть его в армии, где тот бы смог не только показать свою силу, но и набраться необходимого опыта и знаний, чтобы иметь возможность соревноваться со своими более опытными коллегами. Что касается архимага Роза, то королю не нравятся его многочисленные опыты с кровью.

— Понятно, — архимаг грустно улыбнулся и моментально припечатал собеседника своей следующей небрежно брошенной фразой, — А ведь когда вы выезжали из столицы, герцог Кас еще был жив, и барон Блад никак не мог претендовать на его титул. Хотя уверен, что это мелочь.

— Конечно, — граф понял, что прокололся и теперь ему не поверят, но тем не менее врал до конца, — Его величество дал мне соответствующие указания буквально на днях.

Сделав вид, что поверил, архимаг Агрон раскланялся с графом и пошел по направлению к Бладу и Рузуну, которые мило шептались и выглядели крайне довольными. Конечно, словам графа старый маг не поверил ни на йоту. Интрига такого уровня прорабатывается не день, а дай Демур, месяц, если не год. И это требовалось срочно обсудить с другими заинтересованными сторонами и, конечно, прежде всего с бароном Бладом!

Перспективы, описанные Вероном, были пугающими. Элурские архимаги действительно не сильно заботились о силовой составляющей своей власти, довольствуясь тем, что таковая была у Марты и Блада. Их же личные отряды и слуги были относительно немногочисленны и представляли угрозу только для герцогов или личной гвардии короля. И если сейчас Блад предпочтет титул герцога, а зная барона, Агрон в этом не сомневался, то положение четырех архимагов будет незавидным, и им придется либо бежать из страны, бросая все, либо доказывать свою лояльность королю, что скорее всего должно было проявиться в принесении ими клятвы крови. На месте Георга сам архимаг требовал бы именно этого, а не довольствовался обычными магическими клятвами.

Подойдя к Бладу и Резуну, Агрон поздоровался и завел обычную светскую беседу, оценивая расположение собеседников к себе и намереваясь спокойно уйти, если почувствует их недовольство или раздражение тем фактом, что он вклинился в их разговор. Не почувствовав никакого отторжения, архимаг прямо рассказал о своем недавнем разговоре с графом Вероном и тех предложениях, которые он получил от главы Каменной палаты. И конечно же, в конце своей речи не забыл поделиться своими сомнениями относительно сроков, в которые были получены указания от короля.

— Думаете, смерть герцога Каса была заранее подстроена? — Резун откровенно удивился, обращаясь к Агрону, — Он же сам себя убил.

— Я не думаю, я это знаю, — тихо промолвил Александр, отвечая вместо архимага, — Граф Харси напоил герцога и рассказал ему о том, что отцом его ребенка на самом деле является конюх. Так что, все было спланировано заранее.

— И что мы теперь будем делать? — напряженно поинтересовался Агрон, неприятно удивленный столь большой осведомленностью барона и начавший подозревать его в сговоре с королем.

— Ну я надену на свою голову древнюю корону герцогов Касов. Вы, уважаемый Агрон, займете должность Верховного мага, а уважаемый Резун станет Наместником Севера.

— А почему Наместником станет он, а не я? — спросил Агрон, ошарашенный столь быстрым распределением должностей и тем, с какой небрежностью и легкостью это было сделано.

— Мы с Мартой решили так еще несколько лет назад. Ничего личного. Просто Марта была недовольна тем, что происходит при дворе, но все её время забирал Залон, и потому она хотела сложить с себя полномочия Верховного мага и передать их вам. Но не успела, — на миг лицо Александра приобрело усталый и скорбный вид, но вскоре на него вновь вернулось прежнее насмешливо-снисходительное выражение, — А раз вы — Верховный, то значит Наместником будет мой друг Резун. Тем более у меня в Залоне особые интересы, и я просто не могу доверить их кому другому.

Слухи о том, сколько именно Блад получает с северных рудников, ходили самые фантастические, но мало кто сомневался в их правдивости. Сам Агрон, по крайней мере, в них искренне верил, просто потому, что на месте Блада был бы не согласен на что-то меньшее. И на этом фоне вполне понимал доводы про личное доверие к новому Наместнику. Вот только это все совершенно не учитывало планов короля. Именно об этом архимаг и поинтересовался.

— Как я уже говорил до этого своему другу, спрашивать нашего доброго короля о его желаниях мы не будем. Он убил моего сюзерена, поэтому пусть будет доволен тем, что я сохраню жизнь ему и его детям, — Александр с любовью посмотрел в сторону принца, в этот момент беседующего с графами Вероном и Харси, — Чего, правда, не обещаю относительно некоторых придворных.

Оба архимага, наблюдавшие этот взгляд и слышавшие тон, которым были произнесены последние слова, непроизвольно вздрогнули. Официально барон Блад был только магистром, вот только никто на всем свете не желал бы иметь этого магистра в своих врагах. И пусть его недоброжелатели редко умирали раньше срока, но вот и власти они никогда не имели. Эту тенденцию все интересующиеся бароном заметили уже давно. Впервые на памяти архимагов могущественный маг и аристократ угрожал кому-то смертью, и оба его собеседника в этот момент радовались, что они находятся в стане друзей и сторонников Блада.

* * *

По зрелому размышлению Александр отбросил идею лихого налета на собор в центре Каса и последующее тайное проникновение в покои кардинала. Сделать это, конечно, очень хотелось, причем даже не из шалости, а просто чтобы сбросить напряжение последних дней, но нужна была еще и эффективность. Любой же тайный налет на церковные владения мог закончится шумихой и ненужным подозрением.

Поэтому стоило ужину у принца закончиться, как барон немедленно подошел к кардиналу и завел с ним непринужденную дружескую беседу. Одним этим действием он заслужил такие взгляды со стороны принца и графов, что не замедлил поздравить себя с еще одним успехом. Вообще, весь сегодняшний день можно было занести в один большой и несомненный успех, но и вот такие небольшие победы очень радовали. Люди короля теперь всю ночь спать не будут, ломая голову над тем, почему один барон сначала игнорирует священников, а потом сам бросается к ним в объятия. В то, что у Блада могут быть с церковниками свои дела, никак не связанные с нынешней ситуацией, не поверил бы даже самый доверчивый человек. Ну а глава Каменной палаты к таким не относился по определению. Можно было смело сказать, что сегодня ночью он загоняет всех своих людей, и завтра утром его можно будет брать тепленьким — не выспавшимся, злым и подозрительным.

Моментально забыв о всех других интригах, Александр сосредоточился только на нынешнем деле и в карете кардинала доехал вместе с ним до собора, развлекая попутчика историями из своей жизни и жизни своих знакомых. Втираться в доверие вампир научился уже давно, поэтому не мудрено, что к моменту окончания поездки кардинал был очарован своим новым знакомым, которого все как один считали очень опасным и коварным существом. Ну как, спрашивается, такой милый и дружелюбный человек может быть опасен? Кардинал был полностью уверен, что стал целью злонамеренных интриг, имевших целью очернить в его глазах репутацию Блада и самого барона, как заранее неспособного к любым договоренностям мага. И если бы не последнее, кардинал был бы готов довериться собеседнику полностью. Но, к сожалению, маги, даже такие милые, как барон Блад, всегда настроены против Церкви, и это надо постоянно иметь ввиду.

В кабинете кардинала, еще недавно являвшимся кабинетом архиепископа Касского, дружеская беседа была продолжена. Не то чтобы это было очень интересно Александру, но, как показала наработанная за столетия практика, атаку на собеседника лучше начинать, имея за спиной примерно часовую беседу. Просто слюна вампиров очень по разному реагировала на каждого конкретного человека, и кто-то получал всего пятиминутное забвение, а кто-то лишался воспоминаний целого получаса своей жизни. Да и слуги могут заметить несостыковку. Поэтому приходилось развлекать кардинала, который уже не скрывал, что приехал на север Элура, чтобы на месте получить представление о масштабах распространения тут ереси мартианства и принять меры к ее искоренению, но ничем, кроме искоренения, заниматься не собирается.

Момент, когда стало «можно», Александр воспринял как благословение. Священник был ему противен и, более того, являлся естественным врагом. Очень хотелось посоветовать архиепископу избавиться от гостя из Империи самостоятельно, но стоило признать, что нынешний духовный наставник герцогства обладал очень малой долей решительности и, в отличии от своего предшественника, ценил человеческую жизнь излишне высоко, даже если это была жизнь врагов. С такими недостатками архиепископа вампиры мирились только из-за его абсолютной преданности «ереси мартианства».

Четыре метра разделявшие Александра и кардинала, вампир преодолел мгновенно, после чего высокопоставленный священник был лишен чувств. Освободив шею человека от одежд и личной магией продезинфицировав ее, барон нарастил клыки и приложился к вене, одновременно прокусывая кожу, выпивая кровь и впрыскивая в нее же свою слюну. Обычная и даже привычная процедура, проделанная им уже тысячи раз до этого. Правда, в свое время пришлось повозится над созданием особого артефакта, блокирующего защиту наручей.

Тогда вампиры с легкостью ввели моду на это «украшение», сделав его буквально обязательным для аристократов и военных. На этом фоне производство артефактов у людей вышло на качественно новый уровень, и с тех пор достойные магические изделия были у всех, кто был готов платить за них. Вот только это принесло вампирам не только деньги и уважение, но и проблемы. Защитные заклинания наручей воспринимали быстрые движения, как атаку, и успевали активироваться, предотвращая возможность вампиров попасть к телу человека. Но эта неприятность была недолгой, и хитрый артефакт с тех пор был составляющей частью наручей самих вампиров, позволяя им совершать безнаказанные нападения.

В этот раз все, как и всегда, прошло по отлаженному сценарию и никаких проблем с защитой не было. Из кармана брюк появилась изящная серебряная фляга, пустота которой через некоторое время была заполнена кровью кардинала, после чего рана была аккуратно залечена, ценная фляга убрана обратно в карман, а Александр, приведя одежду человека в порядок, вернулся на свое место.

— Ваше преподобие! Ваше преподобие!

— А! Что?!

— С вами все в порядке, ваше преподобие?!

— Что произошло? — кардинал выглядел растерянным и смущенным.

— Мы разговаривали, а потом вы закрыли глаза и, казалось, заснули. Я позволил себе вас побеспокоить.

— Видимо, я немного устал, время позднее…

— Да-да, — вампир мгновенно поддержал нужный ход мыслей собеседника, — Да и такой важный и ответственный прием у принца. Я все понимаю, сам устал.

— Прошу меня простить, сын света, — смущение священника стало еще более заметным, — Я…

— Ни слова больше, ваше преподобие! Я извиняю вас и прошу простить уже мое нетерпение поговорить с вами о делах именно сегодня.

— Не стоит, барон. Ваше рвение похвально, но давайте, и правда, перенесем нашу беседу на завтра. Вы же навестите меня утром?

— Утром у меня встреча с графом Верном, — «о которой он еще не знает», — А после нее я сразу к вам, ваше преподобие.

— Отлично. Буду с нетерпением ждать.

Попрощавшись с кардиналом, Александр шел по коридорам древнего собора Каса и думал. Полученная им информация уже утром будет у триумвиров, и после этого начнется… буря, по другому и не скажешь. Кардинал Лорн знал не просто много, он знал вообще все. Все то, что веками Церковь скрывала от своих прихожан, и за чем вампиры охотились десятилетиями, только догадываясь о существовании некоторых тайн. И теперь, когда тайное стало явным, спокойной жизни вампиров пришел конец. Вот так и начинаешь верить в то, что во многих знаниях многие печали. Чертыхнувшись, Александр вышел из собора и, передав флягу жандарму, повелел немедленно доставить ее в замок Блад. Следующей ночью вампиры проснутся уже в новом мире, и один из их правителей пока еще не решил: хорошо это или плохо.

Загрузка...