«Железный поток» в военном изложении

Попытки возрождения Таманской армии

В конце 1919 г., когда Деникин приближался к Орлу, а Мамонтов, совершая свой рейд, дочти достиг Козлова, в этот тяжелый для всей страны момент я прибыл после своего выздоровления в Москву и сделал в РВСР подробный доклад о жизни и боевой деятельности Таманской армии.

В своем докладе я просил РВСР разрешить мне в срочном порядке воссоздать Таманскую армию путем объединения уцелевших Таманских частей для похода на Кубань. РВСР согласился с моим предложением и разрешил сформировать Таманскую дивизию, имея в виду с приближением ее к Кубани развернуть Таманскую дивизию в армию, для чего и был отдан соответствующий приказ.

Согласно приказу РВСР от 9 сентября 1919 г. за № 1431/286 Для формирования дивизии передавалось:

1) имущество бывшего Донского кавалерийского корпуса, который в это время расформировывался;

2) Таманские части (стрелковая бригада из 33-й дивизии, кавалерийский полк из бригады Жлобы и кавалерийский полк из 7-й кавалерийской дивизии);

3) знамена частей Таманской армии.

Этим же приказом РВСР разрешил выпустить воззвание к таманцам и кубанцам, находившимся в других частях, с призывом явиться на сборный пункт. Для окончательного формирования дивизии был установлен срок 1½ месяца. Так как после нашего отхода с Северного Кавказа большинство таманцев и кубанцев влилось в части Южного фронта, местом формирования дивизии был выбран г. Вольск в Саратовской губернии.

Получив все указания от РВСР и необходимое имущество, я выехал из Москвы и 22 сентября прибыл в Вольск, где и приступил к выполнению возложенной на меня задачи.

Первой работой явилось подыскание помещений для размещения частей, штабов и учреждений. Распространяемые по тылу Южного фронта воззвания проникли затем на другие фронты и в центр.

Таманцы и кубанцы немедленно откликнулись на призыв со всех концов РСФСР. Сначала они прибывали в Вольск одиночным порядком, а рогом партиями и командами.

Все прибывающие — как красноармейцы, так и командиры — были охвачены одним общим желанием — закончить формирование и отправиться на фронт, чтобы выполнить большую и ответственную задачу — идти в поход на Кубань и скорее освободить истекающие кровью семьи от кошмарного белого террора.

Некоторые из прибывших, побывавшие в тылу у белых, рассказывали о мучительной жизни оставшихся на Кубани семей красноармейцев. Они приводили ряд фактов публичного повешения трудящихся мужчин, женщин и детей, порки шомполами, насилия и открытого грабежа.

Большое значение имело и то, что таманцев объединял общий боевой опыт, полученный в боях на Северном Кавказе. Это были бойцы, готовые драться до полной победы революции.

Таким образом, имелась полная возможность сформировать крепкую и боеспособную дивизию, если бы полностью был выполнен приказ РВСР о возвращении Таманских частей и передаче имущества Донского кавалерийского корпуса.

Однако, выполнение этого приказа встретило на месте большие трудности. Из Таманских частей прибыла только меньшая, часть. В выдаче имущества Донского корпуса командующий запасной армией, в распоряжении которого находилось имущество, вообще отказал. Вследствие этого в установленный срок удалось собрать всего 3 000 чел., из которых были сформированы: 2 пехотных бригады, 1 артиллерийский дивизион, 1 кавалерийский дивизион, штаб дивизии, политотдел дивизии и отдел снабжения. Части дивизии получили только самое необходимое имущество.

Между тем Красная армия истекала кровью, пытаясь остановить движение обнаглевшего врага и перейти в контрнаступление. Фронт настоятельно требовал подкрепления свежими силами. Ввиду этого Таманская дивизия, не окончившая своего формирования, была срочно переброшена под Царицын в распоряжение командарма 11.

По прибытии в район с. Владимировки, где всей Дивизии было приказано сосредоточиться, я получил приказ командарма и образовать из 48-й Таманской и 50-й стрелковой Дивизий 50-ю Таманскую Дивизию, коей после формирования поручалось взять Царицын.

50-я стрелковая дивизия, в конце октября 1919 г. действовавшая на правом берегу Волги, после упорных боев оказалась прижатой противником к реке. Она понесла тяжелое поражение, потеряв всю дивизионную артиллерию, пулеметы, обоз и лучших бойцов, которые, защищаясь до последней возможности, погибли в Волге.

Уцелевшие части дивизии с трудом переправились на левый берег и постепенно отходили на Царев, преследуемые противником.

После этого поражения дивизия потеряла боеспособность. Со слиянием этих двух дивизий получилась одна вполне боеспособная и достаточной численности 50-я Таманская дивизия в составе 3 стрелковых и 1 кавалерийской бригад, 2 дивизионов легкой артиллерии и 1 гаубичной батареи. Общая численность доходила до 10 000 штыков и сабель.

Вопрос о занятии Царицына приобрел к тому времени чрезвычайно важное значение. Царицын являлся стыком двух армий — 10-й и 11-й— и от его занятия зависел успех действия обеих армий.,

Задача по занятию Царицына трижды возлагалась из довольно сильную 28-ю Дивизию. Но эта дивизия Действовала без успеха, а последний раз понесла крупные потери.

Прежде чем преступить к взятию Царицына, необходимо было очистить от противника левый берег Волги. Эту задачу части вновь образованной 50-й Таманской дивизии выполнили к середине декабря.

Дальнейшее движение частей задержалось отсутствием переправ на Волге.

В это время произошла смена командарма (вместо т. Сутягина командование 11-й армией принял т. Василенко). Новый командарм оставил задачу дивизии прежней, но 2 пехотных бригады приказал временно передать в Черноярскую группу, действовавшую на правом берегу Волги. Таким образом, для непосредственного выполнения поставленной задачи дивизия имела только 2 бригады (одна пехотная и другая конная), общей численностью 2 100 штыков, 700 сабель и 6 орудий (4 орудия 76-мм и 2 орудия 152-мм), что, конечно, было недостаточно. Принимая но внимание далеко превосходящий численностью царицынский гарнизон противника. Последний состоял из 2 пехотных дивизий, численностью до 7 000 чел. и 16 орудий. Несмотря на это, бригады заняли исходное положение: пехотная — хут. Букатина (ныне Красная Слобода), а кавалерийская — участок от хут. Букатина — до хут. Пьяного. 1-я и 2-я бригады были переправлены на правый берег Волги и поступили в подчинение командующего группой, заняв позицию у Райгорода. Здесь они получили задачу действовать совместно с 34-й стрелковой и 7-й Кавалерийской дивизиями в направлении станции и колонии Сарелты (ныне г. Красноармейск), всемерно содействуя войскам, предназначенным для взятия Царицына.

После занятия своих позиций мастям дивизии было приказано немедленно установить наблюдение за рекой, использовать имеющееся время на тщательную подготовку к атаке, изучить местность, обратив особое внимание на позицию противника, которая легко наблюдалась невооруженным глазом, и при первой возможности перейти по льду и атаковать противника.

К 25 декабря противник силою около 3 пехотных и 3 кавалерийских дивизий был расположен в районах: ст. Котлубань — 1-я кавказская кавалерийская дивизия, Карповка — Кабардинская кавалерийская Дивизия, Светлый Яр — 1-я Кубанская кавалерийская дивизия, Райгород — Астраханская пехотная Дивизия и в Царицынском укрепленном районе — 1-я Кавказская и Гренадерская пехотная дивизии (схема 14).

Общая численность частей противника составляла около 17 800 штыков, 12 200 сабель и 214 орудий.

Наши части располагались: 10-я армия в составе 6 пехотных и 1 кавалерийской дивизий на фронте Усть-Медведицкая — Качалинская — Дубовка. 11-я армия в составе 2 пехотный и 2 кавалерийских дивизий на фронте: хут. Букатии — хут. Пьяный — с. Старицкое — Черный Яр и отдельный отряд двигался по берегу Каспийского моря на Кизляр.

Общая численность обеих армий составляла около 31 400 штыков, 5 430 сабель и 160 орудий. В общем в штыках превосходство было на нашей стороне, а в коннице и артиллерии — у противника.

Командующий Кавказским фронтом приказал армиям с 25 декабря перейти в наступление, имея целью разбить Кавказскую армию и нанести удар правому флангу Донской армии противника, причем 10-я армия должна была наносить главный удар противнику своим правым флангом в направлении Нижне-Чирская, а левым флангом ликвидировать противника в районе Качалинской и в случае ослабления его между Доном и Волгой перейти в общее наступление. 11-й армии было приказано всемерно содействовать наступлению 10-й армии, имея задачей перехватить железную дорогу Царицын — Тихорецкая занятием ст. Тингута (схема 14).

Командарм 11 отдал приказ левобережной группе (2 бригады 50-й Таманской дивизии) взять Царицын, Черноярской группе — наступать на колонию Сарепту, а коннице — занять ст. Тингута.

30 декабря правофланговые части 10-й армии перешли в наступление и, не встречая сопротивления противника, заняли линию фронта: Калачевско — Куртианский — Калмыкове — Майорский — Осиповский и Набатов. Черноярская группа (11-й армии) в результате упорных боев к 30 декабря вышла на линию: Каменный Яр — Вязовка. Левобережная группа (11-й армии) оставалась на месте, ожидая возможного перехода по льду через Волгу и ведя усиленную артиллерийскую подготовку.

Противник, испытывая сильный натиск частей правого фланга 10-й армии, намеревался разбить ударную группу 10-й армии) и сосредоточил для этого в районе Котлубанской всю 14-ю кавалерийскую дивизию и части 4-го Кубанского корпуса.

После выяснения группировки противника командарм 10 отдал 1 января 1920 г. приказ об овладении Царицынским укрепленным районом противника.

2 января дивизии 10-й армии после упорных боев вышли на линию фронта: 32-я — хут. Самохин, 20-я — Еруслановский — Голубинская, 39-я — Котлубань, 38-я — Грачи и Гриневский и 37-я — Рынок — Орловка.

Черноярскай группа 2 января достигла линии Райгород, но, встретив сильное сопротивление противника, придвинуться дальше не могла. Левобережной группе, т. е. 3-й пехотной бригаде и кавалерийской бригаде 50-й Таманской дивизии, представилась возможность начать атаку Царицына.

Сложившаяся к 2 января обстановка на фронте 10-й и 11-й армий настоятельно требовала немедленного взятия Царицына, так как, находясь в руках противника, город разъединял 10-ю и 11-ю армии и препятствовал их согласованному продвижению на юг. Со взятием города обе армии входили в тесную связь между собой.

Задачу захвата Царицына могла выполнить 10-я армия, находившаяся на более доступных подступах к городу. 11-й же армии взять Царицын было гораздо труднее, так как на правом ее фланге, т. е. против Царицына, не было достаточно сил, а город отделялся Волгой, через которую переправ не имелось. К тому же лесистая местность на левом берегу Волги (дельта Волги), пересеченная реками, протоками и многочисленными озерами, не имела дорог, удобных Для движения, за исключением одной грунтовой: Царев — Безродное — Букатин.

В отношении местности на стороне противника были значительные преимущества: во-первых, он занимал довольно возвышенный и обрывистый правый берег Волги; во-вторых, располагал хорошими дорогами, дававшими возможность его частям маневрировать, и, в-третьих, имел хороший обзор и обстрел.

Противник сильно укрепил занятую им позицию. Главное его внимание было обращено На участки севернее и западнее Царицына, где он построил несколько рядов окопов. Но на восточном участке была лишь одна линия окопов, так как противник меньше всего ожидал наступления с левого берега Волги. Все же занятая противником с восточной стороны города позиция, несмотря на ее слабое укрепление, позволяла вести упорную и продолжительную, оборону (при нашем наступлений с восточной стороны); единственным ее недостатком являлось то, что она не имела соответствующей глубины, и с потерей окопов вся оборона сводилась к уличным боям в городе. Кроме того, эту позицию нельзя было скрыть от местных жителей, через которых мы легко могли получать самые точные сведения как об укреплениях, так и о расположении частей противника.

Что касается позиции, запятой частями 50-й Таманской дивизии и являвшейся исходной линией для предстоящей атаки, то она имела ряд крупных недостатков. Главным и наиболее трудно одолимым препятствием была Волга, которую при отсутствии переправ можно было форсировать лишь после ледостава. Правда, эта позиция давала нам и некоторые выгоды: во-первых, она была расположена на ближайшем расстоянии от Царицына; во-вторых, противник, прикрытый на этом участке Волгой, меньше всего ожидал нашего наступления; в-третьих, благодаря близости города, легко было организовать разведку.

В течение двух дней поступили точные сведения о позиции и численности войск, занимающих ее. Этого удалось достигнуть благодаря содействию трудящихся города, особенно рабочих французского металлургического завода, которые пробирались в наше расположение сначала по нескольку человек, а затем и целыми партиями, принося ценные сведения о противнике. На обратном пути рабочие брали с собой в поселок при заводе наших разведчиков, переодевали их и провожали в город. Этот способ разведки, единственно возможный в той обстановке, дал блестящие результаты и в значительной степени облегчил самую атаку. Других способов разведки применить не удалось, воздушная не производилась за отсутствием самолетов, организовать конную не позволяла местность.

При тех скудных средствах, которыми располагала в те годы Красная армия, особых результатов в отношении артиллерийской подготовки достигнуть было невозможно. Артиллерия группы была подвезена с момента занятия хут. Букатина и, заняв соответствующую позицию, вела обстрел участка, предназначенного для атаки. Кроме обстрела окопов очень часто наша артиллерия вступала в успешное состязание с артиллерией противника; однако, к моменту атаки, ввиду превосходства противника в артиллерии, мы принуждены были отказаться от состязания. Поэтому полной артиллерийской подготовки атаки произвести не удалось, и большинство окопов осталось неразрушенными.

Инженерная подготовка была очень, слабой. Ввиду отсутствия специальных инженерных частей и имущества. Полки своими силами и средствами произвели следующие работы.

Для облегчения перехода по льду устроили из разобранных на хут. Букатине заборов перекладины в виде небольших мостов.

Для переправы артиллерии устроили из бревен длинные полозья (в виде лыж), чтобы распределить при переправе тяжесть орудия на большую площадь слабого льда.

Так как разведка выяснила, что противник в наиболее доступных местах заложил фугасы, то собранным из полков специалистам, знающим подрывное дело, была дана задача — взорвать фугасы до начала нашей атаки.

Что касается политико-моральной подготовки, то в этом отношении большая работа была проделана с красноармейцами, поступившими в качестве пополнения из частей 50-й стрелковой дивизии, которые еще находились под влиянием перехода Волги под ударами противника; некоторые из них были оставлены в обозе до успеха атаки. Главная задача в атаке возлагалась на старых таманцев.

Большую помощь в смысле моральной подготовки частей оказали рабочие французского завода, с которыми красноармейцы имели возможность беседовать лично. Рабочие сообщили, что противник собирается уходить из Царицына и при первом нашем наступлении покинет город.

Таким образом, политико-моральное состояние наших частей было крепкое и не внушало опасения или тревоги даже при неудачном исходе атаки.

Общая задана атаковать противника, возлагалась на 3-ю Таманскую пехотную бригаду, в составе 3 полков (448-го, 449-го и 450-го). Бригада для атаки была разделена на следующие части.

1) Главная атакующая колонна (450-й полк) должна была атаковать противника со стороны хут. Букатина, на участке от северной окраины города до большого собора.

2) Вспомогательная колонна (449-й полк), как ранее переправившаяся через Волгу в районе деревни Рынок (что в 20 км севернее Царицына) и находящаяся к моменту атаки в 8–10 км севернее Царицына, должна была атаковать противника в стыке северного и восточного участков позиции противника.

3) 448-й полк назначался для развития атаки, составляя резерв атакующих частей. Ему была поставлена задача поддержать атаку на случай задержки штурмующих колонн, после чего, не входя в город, быстро выйти по правому берегу на южную окраину города и перехвалить пути отхода противника.

Кавалерийская бригада получила задачу обеспечить левый фланг и тыл и при первой возможности перейти Волгу у колонии Сарепты.

Артиллерии были поставлены задачи: борьба с артиллерией и авиацией противника, разрушение окопов, уничтожение живых целей и т. д. В момент самой атаки артиллерия должна была открыть ураганный огонь по центру города и тем улицам, по которым возможно было движение резервов противника.

Атака рассчитывалась. на внезапность, и поэтому начало ее было назначено на ночь, после того как Волга покроется льдом. Здесь возникал вопрос, не лучше ли было в главную атакующую колонну назначить 449-й полк, как ранее переправившийся на правый берег Волги. Эти выгоды были учтены, но так как движение этого полна обнаруживалось с первого же момента, то терялась всякая возможность внезапности атаки, на чем был построен весь ее успех.

К утру 1 января ударил сильный мороз, плавающие по реке льдины, сцепляясь друг с другом, накапливались в более узких местах реки. К полудню движение льда по реке прекратилось, а к вечеру послышался — сильный треск. Это мороз скреплял поверхность реки и готовил переправу для наших частей.

2 января мороз усилился, и можно было надеяться, что вечером одиночным разведчикам удастся перебраться на правый берег. Тщательная разведка реки, произведенная с наступлением темноты, установила переходы в более узких местах в направлении острова, что северо-восточнее города.

После разведки и отыскания путей окончательно принимается решение атаковать противника. Приказ о переходе в атаку отдается в 18 часов 2 января. Самая атака назначалась по сигналу ровно в 23 часа 2 января, а до этого часа части должны были произвести соответствующую перегруппировку. В последнем приказе частям ставятся следующие задачи.

1. Главной колонне (450-й полк), — проложив несколько переходов (из приготовленных перекладин), перейти на правый берег реки путем накапливания сначала на острове, а затем у подножья обрыва, откуда броситься на берег, атаковать позицию противника на ранее указанном участке, ворваться в город и разбить части противника, не выпуская их из города.

2. Вспомогательной колонне (449-й полк) — скрытно приблизиться к французскому заводу, а в 23 часа одновременно с главной колонной атаковать противника в ранее указанном направлении, ворваться в город и быстро выйти на его южную окраину, уничтожая по пути части противника.

3. Резерву (448-й полк) — сосредоточиться на острове и быть готовым для поддержки главной колонны, а при удачной ее атаке немедленно перейти на правый берег и выйти на южную окраину города, где отрезать пути отхода противника.

4. Кавалерийской бригаде — с началом атаки переправиться на правый берег, отрезать пути отхода противника на юг, заняв станцию и колонию Сарепты, и восстановить связь с Черноярсиой группой (схема 15).

Противник, по-видимому, совершенно не ожидал нашей атаки. Его позиции по-прежнему занимались небольшими частями, а основные силы ввиду мороза располагались в ближайших домах города. Поэтому он не заметил нашего движения по реке и был застигнут врасплох.

До назначенного часа общего наступления части сделали необходимые передвижения и заняли Исходное положение.

Ровно в 23 часа был произведен орудийный выстрел (условный сигнал для общей атаки), после которого колонны с громким криком «ура» бросились в атаку, ворвались в окопы и уничтожив слабые части противника (так как из домов в окопы попасть на поддержку не успели), двинулись к городу.

Наша артиллерия открыла по центру города беглый огонь; на крики «ура» и артиллерийский огонь части противника выбежали из домов, и завязался ожесточенный уличный бой, переходящий в рукопашные схватки. Наше дальнейшее продвижение начало замедляться.

Неожиданно в разных местах города послышались сильные взрывы. Это противник взрывал городскую и железнодорожные водокачки, электрическую станцию и мосты. Наши части, своевременно поставленные об этом в известность разведкой, особенного внимания на взрывы не обращали. Противник после взрыва начал поспешно отходить вглубь города.

К 24 часам обе колонны соединились и, очищая город, двинулись к южной окраине. К этому же времени на южную окраину вышел 448-й полк. К 1 часу 3 января город был очищен от противника, а к 6 часам пехотные полки заняли ст. Ельшаку, что южнее Царицына.

Кавалерийская бригада одновременно с общей атакой перешла в районе Сарепты на правый берег и перехватила железную дорогу Царицын — Тихорецкая, благодаря чему были захвачены шедшие из Царицына около 60 эшелонов с войсками и имуществом.

В заключение необходимо отметить отрицательные моменты этой операции: назначение непосильной задачи, не считаясь с силами войск и местностью, на которой приходилось действовать; полную необеспеченность операции и слабую артиллерийскую и инженерную подготовку. К положительным сторонам следует угнести: хорошую организацию разведки, использование слабых частей за счет крепких, использование местного трудящегося населения для достижения успеха и отличное боевое сотрудничество пехоты, артиллерии и конницы.

В общем, эта операция, представляя поучительный пример ночной атаки почти неприступной позиции, дала хорошие результаты в виде большого количества пленных и трофеев. Противник, потеряв Царицын, почти безостановочно отступал за реку Маныч, на протяжении 250 км, преследуемый нашими частями. При этом продолжительном отступлении его части окончательно деморализовались и потеряли боеспособность.

Около 9 часов 3 января с северной стороны в Царицын вошла 37-я дивизия 10-й армии, после чего была установлена тесная связь между 10-й и 11-й армиями.

Части 50-й Таманской дивизии, после короткой передышки, преследуя противника, двинулись по направлению к Сарепте.

Противник, отойдя к ст. Бекетовка, занял возвышенности, что западнее этой станции, и попытался задержать наше движение. Коротким ударом части дивизии сбили противника с занятой позиции и отбросили его в западном направлении. К вечеру 4 января эти части дивизии соединились в Сарепте с остальными (1-й и 2-й бригадами).

Противник, потеряв Сарепту, окончательна оторвался от Волги и постепенно но всему фронту начал отступать на юг.

В колонии Сарепта по прямому проводу от командарма 11 получено было следующее распоряжение: «Ввиду того, что противник разбит на всем фронте 11-й армии и поспешно отступает, приказываю вам собрать всю конницу 11-й армии, составить сводный кавалерийский корпус, с которым немедленно начать преследование отступающего противника, дабы не дать ему возможности остановиться и вновь закрепиться. Командование дивизией передать временно своему заместителю».

Во исполнение приказа командарма в деревне Цацы был собран кавалерийский корпус в составе Таманской кавалерийской бригады и 7-й кавалерийской дивизий со всеми ее тыловыми частями. 6 января корпус приступил к выполнению возложенной на него задачи.

Необходимо отметить, что 7-я кавалерийская дивизия состояла из кубанцев, таманцев и ставропольцев, которые рвались к себе на родину для освобождения своих семей и уничтожения врагов советской власти.

Полученными от разведки сведениями было установлено, что на фронте корпуса действуют 1-я Астраханская гренадерская дивизия и Кубанская кавалерийская дивизия под общим командованием ген. Табиева. Эти дивизии стремились во что бы то ни стало задержать наше продвижение до подхода подкреплений.

Ввиду того, что от деревни Цацы в общем направлении по линии железной дороги Царицын — Тихорецкая на юг имелись два пути, части корпуса пришлось разделить на две колонны, поставив каждой из них отдельные задачи для осуществления общей задачи корпуса.

И января к вечеру правая колонна подошла вплотную к деревне Аксай и пыталась овладеть ею. Но противник, занявший заблаговременно подготовленные позиции, заставил части колонны отойти на 5–7 км в северном направлении.

В ночь на 12 января была подтянута левая колонна с задачей обойти правый фланг противника, расположенного у деревни Аксай, и нанести ему удар во фланг и тыл. Части правой колонны со своей стороны за ночь сделали соответствующие передвижения и утром 12 января перешли в наступление.

Противник держался стойко. С той и другой стороны производился целый ряд небольших конных атак, которые ни к каким результатам не привели.

К полудню левая колонна совершила обходное движение и появилась с южной стороны, т. е. в тылу противника. Тогда т. Савельев, лихой командир Таманской бригады, перешел со своей колонной в решительное наступление. Противник, чтобы избежать полного окружения, бел вынужден покинуть свою позицию. Он стал уходить в западном направлении. Одна из его групп, настигнутая левой колонной, была частью взята в плен, частью изрублена. После этой неудачной остановки противник, потеряв около трети своего состава, покатился на юг.

Части корпуса, несмотря на усталость, разбросанность и оторванность от своих тылов, двигались днем и ночью с короткими остановками для отдыха, преследуя отходящие в беспорядке части противника и забирая пленных и обозы (последние не успевали двигаться за войсками, вследствие оттепели и полной непригодности дорог для движения). К концу января корпус достиг реки Маныч. Таким образом, несмотря на полное отсутствие артиллерийского и продовольственного снабжения и скверные дороги, конный корпус в течение 20 дней с боями прощен около 270 км (от деревни Цацы до реки Маныч), почти полностью уничтожив на своем пути две неприятельские дивизии.

С подходом к реке Маныч пехотных дивизий части 11-й армии должны были, согласно новой директиве комфронта, сделать соответствующую перегруппировку, так как армия в дальнейшем направлялась на Ставрополь и Тихорецкую. Вследствие этого кавалерийский корпус был расформирован, и мне было приказано вернуться к исполнению своих прямых обязанностей начальника 50-й Таманской дивизий, находившейся в то время на реке Сал.

Дивизия вошла в подчинение командарма 10 и беспрепятственно двигалась в направлении ст. Великокняжеской (ныне Пролетарская), но уже в составе лишь двух пехотных бригад. Кавалерийская и пехотная бригады, находившиеся в армейском резерве, остались в 10-й армии и были переименованы в отдельные.

В начале февраля дивизия сосредоточилась в Великокняжеской, где ей была дана дневка.

Малочисленный 2-й Кубанский корпус, под командой ген. Крыжановского, занял все переправы на реке Маныч, решив, видимо, дальше не уходить. В день дневки от командарма 10 поступил приказ, которым дивизиям предписывалось перейти в наступление: 28-й — правее железной дороги Царицын — Тихорецкая, 50-й — вдоль полотна пороги, 20-й и 32-й — левее него. Общая задача, поставленная дивизиям, состояла в том, чтобы сбить противника на своих участках и преследовать его, имея в виду в дальнейшем занятие Тихорецкого узла.

Приказ этот, вследствие плохо налаженной связи, поступил в дивизии разновременно. Первой начала наступать 20-я дивизия, которая, дойдя до деревни Екатериновка и встретив сильное сопротивление противника, перешедшего в контрнаступление, несколько отошла; второй выступила 50-я Таманская дивизия, а затем 28-я и 32-я дивизии.

Так как накануне выпал глубокий снег, а в самый день наступления был сильный мороз и снежная метель, то связь между частями, и в особенности между дивизиями, поддерживалась слабо. Вследствие этого 28-я дивизия, увлекая за собой 1-ю бригаду Таманской дивизии, державшую с ней связь, ушла далеко вперед и совершенно оторвалась от нас. 2-я бригада, двигаясь по глубокому снегу, к вечеру 12 февраля подошла вплотную к ст. Шаблиевка, потеряв связь со своей правой бригадой и с левым соседом — 20-й дивизией.

Противник, занимая Шаблиевку частями 2-го Кубанского корпуса, к моменту моего подхода успел оттеснить 20-ю дивизию. По-видимому, он намеревался так же поступить и с моей бригадой, но этому помешала ночь. Однако, он оказал бригаде упорное сопротивление и еще до наступления темноты вынудил ее остановиться, и зарыться в снегу.

Полное отсутствие связи с соседями и отвратительная погода ставили малочисленную бригаду в тяжелое положение. Пришлось принять ряд соответствующих мер, чтобы восстановить утерянную связь, и послать конных посыльных в 1-ю бригаду с приказанием к рассвету подтянуться к Шаблиевке путем ее обхода с запада. Связь еще не была налажена, как вдруг около 19 часов в тылу бригады, со стороны Великокняжеской, совершенно неожиданно появилась чрезвычайно крупная колонна каких-то войск. Предполагая, что это противник, я собрав части бригады и приготовился к отражению атаки, но прискакавшие конные разведчики донесли, что это идет Конная армия т. Буденного, совершающая свой рейд из Ростова к Тихорецкой.

Конная армия, подойдя вплотную к расположению Таманской бригады, не останавливаясь для ознакомления с обстановкой, перешла в наступление на станцию и станицу Шаблиевку. Обстрелянные ружейным, пулеметным и артиллерийским огнем из 4 бронепоездов, расположенных у станции, части Конной армии отошли. На рассвете Шаблиевка была взята. В этом бою совместно с частями Конной армии действовала и 2-я Таманская пехотная бригада. Противник отвел свои бронепоезда и части в район ст. Торговая, где и закрепился.

Оскале замятия ст. Шаблиевки командарм. 10 приказал 50-й Таманской и 20-й стрелковой дивизиям совместно с Конной армией занять ст Торговая (схема 16).

По приказу командарма Конной армия расположилась в Шаблиевке на отдых для кормежки лошадей и предоставления некоторого отдыха людям. Так как Шаблиевка была переполнена конноармейцами, я решил наступать на Торговую, находившуюся всего в 8 км. 20-я стрелковая дивизия также перешла в наступление, двигаясь левее железной дороги на Торговую.

Надо сказать, что 28-я стрелковая дивизия в то время как наши части ночью атаковали Шаблиевку, достигла Зимовников, в 15 20 км западнее Шаблиевки, и остановилась на ночлег. Здесь совершенно неожиданно для нее она столкнулась с конным корпусом ген. Павлова, переброшенным с Ростовского направлении на Тихорецкую. Корпус, совершая свое движение, вышел в тыл 28-й дивизии, атаковал ее ночью и взял большую часть дивизии с начдивом т. Азиным в плен.

Такая же участь угрожала 1-й Таманской бригаде, оторвавшейся от 2-й бригады, однако, получив за несколько часов до пленения частей 28-й дивизии приказание соединиться со мной, комбриг 1-й Таманской т. Шмелев успел избежать катастрофы и, подойдя с бригадой к Торговой, принял участие но взятии станции и станицы Торговой.

Противник, потеряв Шаблиевку, отошел в Торговую и занял позицию, очевидно, ожидая прибытия корпуса Павлова. Однако, Павлов, увлекшись, по-водимому, преследованием 28-й дивизии, к бою у Торговой опоздал.

Наши части, несмотря на мороз и утомление, успешно продолжали движение и, подойдя к Торговой, вступили в бой с противником. К моменту подхода 2-й Таманской бригады к ст. Торговая, правее нее, с западной стороны Торговой, появилась 1-я Таманская бригада, вышедшая в тыл противнику. Коротким ударом Таманской бригады с поддержкой 20-й стрелковой дивизии к вечеру были заняты станция и станица Торговая и взят в плен в полном составе 3-й гренадерской полк Астраханской дивизии противника. С наступлением темноты в Торговую прибыли и расположились Конная армия и 34-я дивизия.

Противник отошел в Песчанокопскую. Между тем корпус Павлова ничего об этом, по-видимому, не знал. Он подошел к Торговой совершенно незамеченный и решил ее атаковать. Ввиду сильного мороза, наши части плохо несли сторожевую службу, что позволило конным частям противника ворваться в центр станицы. Но так как противник ввел в старицу незначительные силы, оставив главную массу своего корпуса на северной ее окраине, наши части, собранные по тревоге, вскоре уничтожили ворвавшуюся в станицу конницу противника и заняли все окраины Торговой.

Противник, произведя еще несколько упорных, но безуспешных атак, перед рассветом ушел в направлении Средне-Егорлыцкой, оставив на поле боя около 1 000 чел. убитыми, ранеными и замерзшими.

После этого не особенно удачного боя части, расположенные в Торговой, были сведены командармом 10 в группу под командой командарма Конной. Группе была поставлена задача двигаться вперед в направлении железной дороги с целью занятия ст. Тихорецкая. После совещания с командирами и комиссарами частей командующий Конной армией отдал приказ для наступления; правая колонна — Конная армия — на Средне-Егорлыцкую; средняя колонна — 50-я Таманская дивизия — на Богородицкое; левая колонна — 20-я и 34-я дивизии — на Песчанокопскую. Части группы, не встречая сопротивления противника, в два перехода достигли намеченных пунктов.

Корпус ген. Крыжановского, покинув Песчанокопскую, отошел в Бело-Глинскую (Белай Глина), а конный корпус Павлова, оставив Средне-Егорлыцкую, отошел в западном направлении.

Командующий группой решил 50-ю, 20-ю и 34-ю пехотные дивизии двинуть на Белоглинскую, а Конную армию послать в обход этой станице справа для выхода в тыл противнику. Эта операция увенчалась полным успехом. Пехотные дивизии, подойдя к станице со стороны Песчанокопской, завязали бой с противником, а Конная армия, выйдя в тыл противнику, отрезала ему отход на юг.

Противник упорно оборонял ст. Белая Глина, задерживая продвижение наших пехотных дивизий и только с появлением в его, тылу Канной армии бросился бежать. Но было уже поздно. Станица оказалась окруженной со всех сторон. Корпус Крыжановского был целиком взят в плен. Командир корпуса со своим штабом пытался прорваться сначала на броне-поезде, но затем ушел в поле и, будучи окружен нашей конницей, покончил самоубийством.

С уничтожением корпуса Крыжановского дальнейший путь на Тихорецкую оказался совершенно открытым.

Командующий группой созвал командиров и комиссаров частей для решения вопроса — идти ли дальше вперед на Тихорецкую или на Средний Егорлык.

Станция Тихорецкая имела чрезвычайно важное значение, во-первых, как важный железнодорожный узел, во-вторых, как база снабжения противника. Белые сосредоточили там большие запасы огнеприпасов и продовольствия, почти никем не охраняемые. В этих предметах наши части испытывали острую нужду, так как обозы отстали и могли, подойти не ранее, чем через 10 суток. Наконец, самое важное: мы могли без сопротивления занять Тихорецкую, с потерей которой противник терял всю свою железнодорожную сеть.

Однако, к моменту совещания от командира бригады, оставленной в Средне-Егорлыцкой для прикрытия фланга, поступило весьма тревожное донесение о том, что противник, сосредоточив крупные силы, атаковал его бригаду, занял Средне-Егорлыцкую, и что бригада отходит на Богородицкое. Эти сведения повлияли на выработку решения о дальнейших действиях.

Части группы двинулись на Средне-Егорлыцкую.

С занятием частями группы Средне-Егорлыцкой и после нескольких боев Конной армии и 20-й стрелковой дивизии выяснилось, что противник в районе Средне-Егорлыцкой сосредоточил два Донских корпуса с примкнувшими к ним восставшими казаками.

В начале марта начались сильная оттепель, дороги испортились настолько, что движение войск, и в особенности артиллерии, стало почти невозможно. Противник, отвлекая наше внимание от Тихорецкой, отходил после неудачных для него боев в направлении к Ростову. Выигранное им время, около двух недель, он использовал для перегруппировок своих частей и уничтожения огнеприпасов на ст. Тихорецкой.

5 марта был получен приказ командарма 10 о расформировании группы, и частям 20-й, 34-й и 50-й дивизий предлагалось при поддержке Конной армии не позднее 8 марта занять ст. Тихорецкую.

Во исполнение этого приказа части 50-й Таманской дивизии вышли из Средне-Егорлыцкой, сосредоточились к 14 часам 7 марта, в ст. Колниболотской и начали готовиться к наступлению на ст. Тихорецкую. Согласно приказу командарма 10, ст. Тихорецкую должны были непосредственно брать 50-я и 20-я дивизии; Конная армия, оказывая поддержку, должна была обойти ст. Тихорецкую справа а 34-я дивизия — слева. Поэтому, сосредоточив части дивизии в Колниболотской, я до вечера 7 марта поджидал 20-ю дивизию и соседей справа и слева, но никто из них к вечеру не подошел. Дивизия встала перед дилеммой не исполнить приказа командарма 10 или наступать на ст. Тихорецкую без поддержки 20-й дивизии и обоих соседей. Выло принято последнее решение, т. е. идти вперед и во что бы то ни стало взять ст. Тихорецкую.

Станицу Тихорецкую занимал Кавалерийский корпус ген. Павлова численностью около 7 000 сабель.

Учитывая непригодность дорог и численное превосходство противника (50-я дивизия имела всего около 4 000 штыков и сабель, но сильную артиллерию — 32 орудия), было решено построить всю операцию так, чтобы в наибольшей мере использовать элемент внезапности. Для этого атака противника в Тихорецкой назначалась на рассвете 8 марта.

1) Разведка сил и места расположения противника. Высланная по прибытии частей дивизии в ст. Колниболотскую конная разведка к вечеру 7 марта донесла, что противник в составе, конного корпуса занимает станицу и станцию Тихорецкую и что его сторожевые части расположены в 2–3 км севернее станицы. Из опроса пленных выяснилось, что противник намерен удерживать Тихорецкую и с подходом подкрепления со стороны Ростова перейти в наступление. Со стороны Екатеринодара к противнику подошли 3 бронепоезда, один из них, вооруженный тяжелой артиллерией. Пленные кубанские казаки в большинстве случаев заявляли, что они решили покинуть фронт и воевать больше не хотят.

Перебежчики сообщили, что части противника, ввиду длительного отступления и ряда неудачных боев, начали разлагаться и что офицеры удерживают их только угрозой расстрела.

2) Подготовка. Совершенно непригодные для движения артиллерии дороги потребовали усиления упряжек за счет местных средств. Для этого использовался рабочий скот, причем в каждое орудие запрягалось до 10–12 пар.

Части дивизии ввиду большей грязи были облегчены, оставив при себе только огнеприпасы красноармейцы сложили все свои вещи на обывательские подводы.

3) Движение. Выступление частей дивизии назначалось с таким расчетом, чтобы за ночь пройти 13 км и на рассвете внезапно атаковать противника.

С наступлением темноты части дивизии выступили из Колноболотской, выслав необходимое походное охранение, и не встречая сопротивления, к 3 часам 8 марта приблизились к станице.

Противник, не ожидая, по-видимому, нашего ночного наступления, спокойно отдыхал. Его сторожевое охранение, находившееся ночью на северной окраине станицы, также расположилось по домам.

Части дивизии начали обходить станицу с обеих сторон, не нарушая покоя противника. К 4 часам 30 минутам все передвижения были закончены.

Для атаки станицы части дивизии располагались: 2-я бригада с восточной стороны станицы, 3-я бригада — с западной, артиллерия была разделена поровну по бригадам, имея в резерве две легких батарей, с прикрытием из 1 пехотного батальона. Резерв располагался к Северу от станицы,

Начало атаки назначалось ровно на 5 часов. За полчаса до атаки всей артиллерии дивизии было приказано открыть беглый огонь по станице, после чего перенести огонь на южную окраину станицы; бригадам с криком «ура» стремительно ворваться в станицу и атаковать противника.

Белогвардейцы, разбуженные нашим артиллерийским огнем, выскакивали, кто в чем был, из домов. Противник пытался собрать свои части и привести их в порядок, но было поздно. Наши части ворвались в станицу, расстреливая противника по улицам.

Видя свое безвыходное положение, белогвардейцы начали сдаваться в плев. Части, успевшие сесть на лошадей, в беспорядке уходили в направлении станции Тихорецкой, неся тяжелые потери от перекрестного огня нашей артиллерии.

К 7 часам бой закончился. Мы взяли около 600 пленных, большое количество верховых лошадей, много оружия, обозов и боеприпасов. Наши потери были незначительны. Ввиду того, что много белых оставалось еще в домах станицы, частям дивизии было приказано запять окраину станицы и выловить их, чтобы обеспечить свой тыл.

Противник, не преследуемый нами, занял станцию Тихорецкую и вскоре, видимо, заметив нашу малочисленность, перешел в наступление. Но Все его попытки окружить нас оказались тщетными. К 13 часам части дивизии, собрав пленных и трофеи, перешли в наступление на станцию Тихорецкую и после короткого боя заняли ее и расположились на ночлег.

В этот же вечер в станицу Тихорецкую вступили части 20-й дивизии.

Потеря Тихорецкой тяжело отразилась на положении противника. Он начал отходить по всему фронту к берегам Черного и Азовского морей, преследуемый нашими армиями.

О взятии Тихорецкой я донес командарму 10, который к вечеру 9 марта прибыл на станцию. Он приказал двигаться вперед вдоль полотна железной дороги в направлении Екатеринодара, обещав выслать дополнительно письменный приказ.

Утром 10 марта части дивизии выступили в новый поход, держа связь справа с частями 9-й армии, слева с 34-й дивизией, и к вечеру 12 марта подошли к станице Кореновской. В это время 22-я и 23-я дивизии 9-й армии вели бой за овладение этой станицей. Совместными действиями 50-й, 22-й и 23-й дивизий противник был выбит к вечеру из Северной части станицы и отброшен за реку Бейсуг, где и закрепился на ночь. 22-я и 23-я дивизии также расположились на ночлег в части занятой нами станицы. 50-й Таманской дивизии располагаться было негде. Отчасти это заставило нас ускорить действие за освобождение остальной части станицы от противника.

Река Бейсуг разделяет станицу Кореневскую на две равные части. Все переправы на реке были уничтожены противником. Переправить пеших людей можно было только по остаткам взорванного железнодорожного моста. Этим и решено было воспользоваться.

С наступлением темноты 3-я Таманская бригада подошла к самой, реке и начала производить демонстративную попытку переправы через реку. 2-я бригада тем временем переправлялась по уцелевшим рельсам железнодорожного моста и накапливалась в непосредственной близости станции Кореновской. В 2 часа ночи, когда большая часть бригады переправилась, комбриг т. Ковалев приказал атаковать станцию.

После сильного артиллерийского обстрела части 2-й бригады, поддерживаемые ружейным и пулеметным огнем 3-й бригады, с криком «ура» атаковали станцию, а затем и южную часть станицы Кореновской.

Противник не выдержал атаки и, оставив убитых и раненых, отошел в станицу Платнировскую.

Части дивизии, не останавливаясь, продолжали преследовать его, благодаря чему они оторвались от частей 9-й армии и 34-й дивизии на целый переход.

Обещанный командармом 10 письменный приказ так и не поступил. Однако, чтобы отступающий противник не смог опомниться, следовало продолжать движение. К тому же таманцы рвались вперед, невзирая ни на усталость, ни на сопротивление противника.

Таким образом, пришлось дивизию двигать безостановочно вперед по направлению Екатеринодара через Платнировскую, Пластуновскую, и Динскую, которая была занята к вечеру 16 марта. До Екатеринодара оставался один переход — всего 21 км. В Динской в дивизию поступили от перебежчиков сведения, что противник спешно эвакуирует Екатеринодар и что среди его частей царит полный беспорядок. Необходимо было преследовать противника дальше, чтобы не позволить ему перейти на левый берег Кубани и закрепиться. Поэтому, несмотря на отсутствие указаний от командарма 10 и на то, что дивизия находилась почти в двух переходах впереди частей 9-й и 10-й армий, я принимая во внимание полный развал армии противника, счел возможным двинуться вперед, чтобы 17 марта занять Екатеринодар.

Рано утром части дивизии выступили с Динской. Уже к 13 часам передовые части, подходили к Пашковской. В это время неожиданно прибыл ординарец, посланный от командарма 9 с пакетом. В пакете содержался приказ командующего фронтом, предлагавшего немедленно вернуть дивизию в станицу Динскую и ждать дальнейшего распоряжения.

Получив это предписание, я вынужден был вернуть дивизию из-под самого города в станицу Динскую.

Части белых, прижатые к Кубани, успели переправиться через реку, после чего в город вошли части 9-й армии.

В станице Динской поступил приказ комфронтом о переходе дивизии в подчинение командарма 9. Командарм 9 в свою очередь приказал дивизии перейти к Старо-Корсунскую, расположиться здесь и ждать дальнейших распоряжений. 20 марта приказом командарма 9 дивизий ставилась задача в четырехдневный срок перейти через главный Кавказский хребет и занять деревню Джугбу, с тем чтобы в дальнейшем двигаться на Туапсе и Сочи.

Таманская Дивизия с честью выполнила и эту задачу, хотя тяжелый путь по горам и вынудил ее оставить свой обоз и большую часть артиллерии. Она преодолела главный Кавказский хребет и вышла опять на тот путь, по которому таманцы шли и героически сражались в 1918 г.

От деревни Джугба дивизия двинулась на Туапсе и заняла город после короткого боя. Затем совместно с частями 34-дивизии, после ряда упорных боев, 50-я Таманская дивизия вступила в Сочи и, прижав противника к берегу Черного моря, принудила его сложить оружие. Дивизия захватила в плен 53 000 штыков и сабель и около 20 000 лошадей и другие трофеи (схема 17).

Боем под Сочи и пленением остатков армии противника таманцы закончили свой второй героический поход на Кубань, осуществив свою мечту — очистить Кубань от противника и освободить свои семьи от расправы контрреволюции.

После блестящего окончания борьбы с деникинской армией остатки 50-й дивизии были влиты в 34-ю стрелковую дивизию. Этим самым прекратила свое существование и героическая Таманская дивизия.