«Жигули» с привидением

А У НАС ВО ДВОРЕ

Ровно в семь часов утра тетя Поля, Николавна и Антонина Макаровна заняли свой пост на скамеечке посреди двора, откуда открывался наилучший обзор всех подъездов, и приступили к повседневным наблюдениям.

Первым выскочил во двор молодой стропальщик Петя Козлов и, прихрамывая, побежал куда-то с алюминиевым бидоном в руках.

— Должно, за молоком побег… — зевнув, сказала тетя Поля.

— Сомни-и-ительно… — покачала головой Николавна. — Может, за молоком, а может, за другим чем… Нынче многие в таких битонах пиво таскают. А то и бутылку «Стрельца» туда спрячут под видом молока!

— Этот вроде ни в чем таком не замечен… Малый тихий… — засомневалась тетя Поля.

— Э, милая, в тихом омуте черти водются… С чего бы это он хромает?

— Ясно: по пьянке пострадал! — поддержала Николавну Антонина Макаровна. — А может муж чей-нибудь ногу ему переломил! Ходил котовать да докотовался! Вот и жены его, Таськи, какой день не видать!

— А чего ей дожидаться! — усмехнулась Николавна. — Собрала свой чебур-хабур и пошла по ветру. Они, бабы-то, нынче самостоятельные стали, сами зарабатывают!

— Этого дела нельзя так оставлять, — сказала Антонина Макаровна. — Квартира, значит, теперь ему осталась — раздолье! В товарищеский суд его привлечь: пускай с миленького спросят хорошенько, взбучку дадут!

— Следует! — согласилась и тетя Поля. — А то что же это выходит: жену по боку, развел гульбу, безобразия всякие…

Возвращаясь с молоком, Петя подошел к соседкам и похвалился:

— Ботинки вот новые разнашиваю, а то что-то жмут… По утрам стараюсь, пока люди не видят… Видали: замша натуральная! Тася привезла из столицы, а себе пальто с норкой…

— На какие же это такие средства? — поинтересовалась Антонина Макаровна. — Выигрыш что ли вам выпал какой на тридцатикопеешный билет?

— Премию я получил! Изобретение одно внедрил… — объяснил Петя.

Тетя Поля, Николавна и Антонина Макаровна некоторое время молчали, наконец Антонина Макаровна не выдержала:

— Изобретатель выискался! Так тебе и отвалили премию: держи карман шире!

— В заблуждение хочут ввесть: премию! — подхватила Николавна. — Уж не смешили бы людей. Прет с заводу, что под руку подвернется, вот она и замша, норка!

— Там вроде бы нечем поживиться-то… Чугун один…

— Найду-ут! Сыщут! Дураки кругом думают… А с чего бы он так расшиковался: замша! Мы, небось, замшу не покупаем? По курортам не ездим! Он тащит, а Таська в дело определяет! Так и идет машина! Раньше весь заморенный какой-то был, а теперь морда-то так и блестит с жиру!

— Они нынче, бабы-то, мужьев чуть не с ложечки кормют. Сливками поют. Ходют за ними, как за малыми детьми…

— Вот поймают, да за решетку: будет тебе замша! — сказала Антонина Макаровна.

— Начальству бы ихнему сообщить!

— Там одна шайка: рука руку моет!

— В товарищеский суд его вызвать, пускай…

— Товарищеский суд тут не поможет, в органы надо сигнализировать!

К счастью для Пети Козлова, о нем забыли, как только из другого подъезда вышла разряженная и раскрашенная парикмахерша Элегия под руку с новым хахалем, который по внешности был «точный бандит»!