Одевшись, выскакиваю на крыльцо дома. Мне нужно побыть одной. Но куда идти?
В гостиницу? Ну, переночую я там ночь, возможно, даже останусь на пару дней, но... А дальше что?
Уйти насовсем я не смогу ни при каких обстоятельствах. Просто потому, что если оставлю мать одну, то сама не буду находить себе места. Поэтому ночь — это максимум, что я могу себе позволить.
Сейчас с ней Виктор, поэтому можно не беспокоиться. Наверное.
Вдыхаю холодный воздух и вызываю такси. Хоть мою машину Морозов и починил, но она стоит в гараже позади всех авто, поэтому я никак сейчас её не вывезу.
Забравшись в автомобиль с шашечкой наверху, кидаю последний взгляд на забор дома и называю адрес Дани. Не хочу в гостинцу. У него всё будет приятнее.
Я: "Как дела?"
Сразу набираю сообщение дяде. Знаю, что у него может быть масса важных занятий. Начинающиеся от работы, заканчивающиеся личной жизнью...
Даня: "Супер. Ты как?"
Я: "ОК. Ты дома?"
Даня: "Заблудился. Что случилось?"
Я: "Заблудился до утра?"
Даня: "Пока не решил. Что-то случилось?"
Я: "Хочу к тебе приехать. Ключи у меня есть"
Даня: "Езжай. Буду через пару часов"
Даня: "Мать знает?"
Я: "Догадаться будет не сложно"
Я: "Отдыхай. Я сама разберусь;)"
Даня: "Точно?"
Я: "Естественно"
Даня: "Завтра не отвертишься, язва"
Я: "Не отвлекайся. Жду сестричку"
Даня: "А получишь братика"
Зло пыхтя, закидываю телефон в сумочку. Братика я уже получила и за эту неделю сыта им по горло, честно говоря!
Хотя-я, это ведь будет ребёнок Дани...
Боже, зачем я вообще об этом думаю!
Начинаю массировать пальцами виски, вот только боль это не снимает, а наоборот, кажется, что меня начинает распирать ещё больше.
Одна моя сторона совершенно не хочет уезжать от мамы, а другая будто разъедает кислотой все внутренности и заставляет сделать хоть что-то по своему. Сделать больно всем вокруг.
Выдыхаю сквозь зубы, когда чувствую вибрацию телефона, а когда вижу, кто звонит, то глаза чуть ли не лезут на лоб.
Ну почему она звонит мне именно сейчас? Ни вчера, ни неделю назад, а именно в эту минуту!
— Да, мам? — откашлявшись, принимаю вызов.
Голос должен быть бодрым. Никаких слёз, никакой истерики. Ты же грёбаная Новицкая. Всегда должна держать лицо!
— Аврора, — глухой, немного растерянный голос матери врезается в сердце иглами.
Это редкий случай, когда я слышу в нём такие интонации и всегда после этого мне хочется отрезать себе язык за то, что я позволила себе сказать лишнего.
— Мам, я приеду завтра. Сегодня останусь у Дани, — выдыхаю скомкано и тут же спешу добавить: — Его не будет дома. — они сейчас еле налаживают контакт, поэтому каждое упоминание про дядю должно быть обдуманным, чтобы не спровоцировать их очередную ссору.
— Ты... - голос матери ломается на миллисекунду, но очень быстро вновь возвращается в её обычное состояние. — Я хотела завтра съездить в ателье. Нужно сообщить что сроки на пошив платья сужаются до минимума.
— Хорошо, — не знаю, зачем это говорю. Точнее не знаю, зачем она мне сообщает, эту информацию.
Я не ездила с ней ни на одну примерку, потому что она не звала меня с собой. А напрашиваться, как уличный пёс, чтобы ему почесали за ушком, я не привыкла. Хотя вру, сегодня я практически её умоляла об этом.
— Я позвоню завтра. Спокойной ночи, дочь.
Дочь...
— Спокойной ночи, мам, — отключаюсь и, бросив телефон в сумку, снова сжимаю виски.
Не успеваю даже моргнуть, как снова чувствую вибрацию мобильного.
Номер не знакомый, но нужно быть полной идиоткой, чтобы сразу не понять, кому он принадлежит.
Неизвестный: "Шапку забыла, Ледышка"
Закусываю губу от волнения.
Во первых, где он взял мой номер, а во вторых, какое ему дело до моей шапки?
И вообще, зачем он пишет? Они с Виктором что, слышали, как мы с мамой ругались?
Я: "У меня её нет, Морозов"
Неизвестный: "Твоя мать волнуется. Ноги в руки и марш домой"
В ступоре несколько раз перечитываю текст его сообщения и понимаю, что моя родительница никогда бы не попросила кого-то написать мне. Тем более, что она сама мне звонила минуту назад. А это значит, что Морозов сам решил связаться со мной и позвать домой. Мда уж.
Я: "Тебя забыла спросить. Отдыхай, Морозов"
Неизвестный: "Хочешь чтобы за тобой побегали?"
Я: "Хочу чтобы от меня отстали"
Неизвестный: "Стерва"
Я: "Говнюк"
Вот и поговорили. Включаю на телефоне режим полёта и в который раз забрасываю его обратно в сумку.
Дорога до дядиного дома длится ещё минут десять, и к этому времени я уже успеваю немного успокоится и придти в себя.
Если Даня вернётся сегодня к себе, то он не должен застать меня расклеенной. Не хочу объясняться ещё и перед ним. Особенно перед ним. Потому что знаю, что он любит и меня и маму, одинаково, поэтому переживать будет очень сильно. И ещё знаю, что их последняя ссора случилась именно из-за меня.
— Хватит валяться. Тебе ещё домой заезжать, переодеваться, — Даня брызгает мне в лицо холодными каплями воды.
— И тебе доброе утро, — натягиваю на лицо улыбку и провожу ладонью по влажным щекам.
Знает же, что меня раздражает, когда он так делает. Так же, как уверен, что ему никогда за это ничего не будет.
— Накормишь меня своими фирменными оладушками? — хлопает глазами, как девица на выданье.
— Фирменные оладушки у твоей сестры, а у меня лишь их жалкая копия, — фыркаю и поднимаюсь с кровати. — Ты что, перенёс меня на кровать? Когда ты вернулся?
Я точно помню, что уснула на диване в гостиной.
— Ночью, — вздыхает, смотря в окно. — А вообще, сколько я тебе раз говорил, что когда остаёшься у меня, ложись в комнате. Ты же потом весь день будешь кряхтеть, как старая бабка, что у тебя болит спина.
— Очень смешно, — потягиваюсь и плетусь в ванную умываться. — Как прошло свидание?
— Было бы лучше, если бы меня не выперли на улицу чуть ли не в трусах, — складывает руки на груди и идёт на кухню.
— Почему выперли? — умывшись, захожу следом на кухню и достаю всё нужное для готовки.
— Она разблокировала телефон и увидела сообщения от тебе, — хмурит брови.
— Зачем она вообще залезала в твой телефон?
— На этот вопрос она не ответила, даже когда уже выставила меня на лестничную площадку.
— Бред, — закатываю глаза. — Надо было сказать, что я твоя племянница, в чём проблема? Позвонил бы мне, я бы всё подтвердила.
— Ничего, мы пока притираемся, — машет рукой в воздухе. — Позже вас представлю официально.
— А я думала, вы уже притёрлись, — игриво веду бровью, стреляя взглядом в дядю.
— Зря я тебя в детстве не лупил. Притёрлись, не притёрлись... Вот, кстати, ты мне скажи. Ты сама то почему не сказала своему Морозову, что мы родственники?
— Во первых не моему. А во вторых, с чего бы я должна ему об этом говорить? И в третьих, он и сам скоро об этом узнает, — фыркаю и пожимаю плечами.
— Нда. Не так уж и скоро. Все нервы пацану выкрутишь за это время.
— Скоро, — подмигиваю Дане. — Мама с Виктором перенесли свадьбу. Она будет через неделю.