3.Лейк

ГЛАВА 10

ЛИ

Лейк и его друзья на занятиях. Не зная, чем себя занять, я иду по тропинке, которая, кажется, ведет в лес прямо за рестораном.

Помимо всей этой одежды, Лейк подарил мне телефон. Престон научил меня им пользоваться, и час назад я смогла поговорить с мамой. Во время разговора она много кашляла, а когда я спросила, не заболела ли она, она отмахнулась, сказав, что просто что-то попало в горло. Я забыла спросить, чем она занимается теперь, когда у неё столько свободного времени — Председатель Пак дал ей денег, и ей больше не нужно работать.

— Мисс Пак! — голос вырывает меня из мыслей.

Оглянувшись на ресторан, я вижу официанта, который обслуживал нас вчера. Он жестом приглашает меня войти. Как только я переступаю порог кондиционированного здания, он говорит: — Уже три часа дня. Шеф Ананд приготовил ваш обед еще в двенадцать.

— Простите, я не знала, что здесь нужно есть в определенное время.

Официант усмехается и качает головой.

— Определенного времени нет. Присаживайтесь за этот стол, я скажу шефу, что вы пришли.

Я отодвигаю стул и замечаю, что другие студенты наблюдают за мной. Волна неловкости накрывает меня, и я быстро опускаю глаза на стол. Вдруг раздается голос шефа Ананда.

— Наконец-то!

Он ставит тарелку передо мной, еще одну — рядом с моим местом и садится сам.

— Вы присоединитесь ко мне? — спрашиваю я, и улыбка сама собой расплывается на моем лице.

— Я соскучился по уличной еде с корейских рынков, — признается он.

— Вы были в Корее? — мои глаза округляются от удивления.

— Я жил там пять лет, изучал традиционную корейскую кухню.

Я смотрю на тарелку ттокпокки. Знакомый аромат специй напоминает о доме, и ностальгия тяжелым грузом ложится на сердце.

Мама, я так по тебе скучаю.

Я закрываю глаза, изо всех сил стараясь подавить подступающие слезы. Глядя на шефа Ананда, я делаю дрожащий вдох, прежде чем сказать: — Спасибо.

— Чаль моккессымнида (Я хорошо поем), — говорит он и приступает к еде.

— Чаль моккессымнида, — повторяю я, беру палочки и пробую кусочек. — Омо, ка-а-ак вкусно, — бормочу я с набитым ртом. Рисовые клецки буквально тают в остром соусе.

Когда тарелка пустеет, а на душе становится тепло и сытно, я произношу: — Чаль могосымнида.

Шеф Ананд промакивает уголки рта салфеткой и смотрит на меня с одобрительной улыбкой.

— Одно удовольствие готовить для того, кто не жалуется на всё подряд. Завтра в меню манду (корейские пельмени).

Я счастливо улыбаюсь. Я чувствую огромную благодарность за то, что он облегчил мою ношу, подарив мне вкус родного дома.

— А здесь есть какая-нибудь работа? — спрашиваю я, встретившись с ним взглядом. — Может, на кухне? Я раньше работала в ресторанах. — Видя, что он задумался, я поспешно добавляю: — Я буду работать бесплатно. Мне просто очень нужно чем-то заняться.

Он строго смотрит на меня, но затем произносит.

— Можешь начать с того, чтобы убрать этот стол.

Я замечаю тень улыбки на его лице, когда он разворачивается и уходит на кухню. Наполнившись энергией, я быстро собираю посуду и палочки и спешу за ним.

Через полчаса голос шефа Ананда гремит на всю кухню: — Почему нет чистых тарелок?!

Я перестаю протирать стойку и оглядываюсь на гору грязной посуды. У раковины стоит всего одна женщина, и она выглядит совершенно изможденной. Я подбегаю к ней и шепчу: — Давай я подменю тебя, а ты отдохни.

Она устало вздыхает и, не говоря ни слова, выходит. Я погружаю руки в мыльную воду и принимаюсь за дело. Вскоре я вхожу в привычный ритм: мытье, ополаскивание, сушка. Знакомое спокойствие окутывает меня.

ЛЕЙК

После занятий я пытаюсь дозвониться до Ли, чтобы позвать её на ранний ужин. Когда звонок уходит на голосовую почту, я усмехаюсь: — Подарил ей телефон, а она им не пользуется.

— Ли? — спрашивает Фэлкон.

— Да. Вы идите вперед, — говорю я. У входа в общежитие я встречаю Лейлу и Кингсли. — Вы видели Ли наверху?

— Нет, в номере её нет. Мы стучали пару раз, — отвечает Лейла.

— Может, она уже в ресторане? — предполагает Кингсли.

Пожав плечами, я приобнимаю обеих девушек за плечи.

— Пока мы идем и у нас есть минутка, я хотел сказать вам спасибо.

— За что? — Лейла выглядит озадаченной.

— Черт, мы что-то забыли сделать? — пугается Кингсли.

Я смеюсь.

— Спасибо за то, что так тепло приняли Ли. Для меня это много значит.

Кингсли высвобождается и в шутку бьет меня по руке. — Эй, за что?! — я притворно потираю «ушибленное» место.

— Я серьезно испугалась, что мы что-то упустили, — ворчит она, но тут же улыбается. — Тебе не нужно нас благодарить, Лейк. Она теперь часть нашей компании.

Я благодарно улыбаюсь. В ресторане мы направляемся к нашему обычному столику. Я оглядываюсь в поисках Ли. Джереми, наш постоянный официант, подходит к нам и хмурится, видя, что я не сажусь.

— Мистер Катлер?

— Ребята, заказывайте на всех. Я пойду поищу Ли, — говорю я, но Джереми останавливает меня: — Она в кухне.

— Что? — я не уверен, что расслышал правильно.

В его глазах мелькает беспокойство: — Мисс Пак в кухне.

Нахмурившись, я иду туда. Когда я переступаю порог и вижу девушку у раковины, я замираю. Мои губы невольно приоткрываются — я заворожен тем, как она работает.

Волосы Ли убраны, на лице — спокойная, довольная улыбка. Её движения гипнотизируют. Она работает со скоростью, которую я считал невозможной для человека. Этот образ настоящей Пак Ли-Энн в своей стихии навсегда запечатлится в моем сердце.

Я думал, что Лейла особенная, но Ли... она на каком-то другом уровне.

Официант ставит стопку тарелок на стойку, и улыбка Ли становится еще шире: — Спасибо за работу! — кричит она.

Она экстраординарна. Я понимаю в глубине души: если я заставлю её остаться со мной в «Тринити», с ней случится то же самое, что ждало бы меня в CRC — она просто потеряет себя. Я не могу этого допустить.

В ней есть та жизненная искра, которой мне так не хватало. Она не похожа ни на что из того, что я знал раньше. Она — та переменная, которой я жаждал.

В груди зарождается чувство, которого я никогда не испытывал. Смесь азарта и надежды. Я хочу узнать её образ жизни, увидеть её остров и её людей. Я хочу смотреть на мир её глазами, потому что знаю: это будет самое прекрасное зрелище в моей жизни.

Когда я возвращаюсь к столу, Фэлкон спрашивает: — Нашел её?

— Да, она сейчас в своей тарелке. — Желая избежать расспросов, я уточняю: — Вы уже заказали?

Мейсон кивает.

— Кингсли заказала тебе стейк и куриные крылышки.

Я улыбаюсь Кингсли.

— Спасибо.

— Ты общалась с отцом в последнее время? — спрашивает Фэлкон Лейлу.

— Да, он сейчас в Египте.

Пока Лейла рассказывает о путешествиях отца, мой взгляд задерживается на Мейсоне и Фэлконе. Они мне как братья, и видит бог, я люблю их до безумия, но... Что станет с нашей связью, если я уеду? Мы отдалимся друг от друга? Через много лет, когда я буду жить жизнью, о которой всегда мечтал, не окажется ли, что платой за это стало наше братство?

Мы всегда планировали, что Мейсон будет управлять CRC вместе с Джулианом, а Фэлкон создаст свою компанию. Их жизни текут ровно по плану.

А я? Я должен был жениться на Пак Ли-Энн. Мы шутили, что я мог бы открыть кафе где-нибудь в Европе, но это были просто фантазии.

Я никогда не думал, что придет день, когда мне придется выбирать между теми, кого я люблю больше всего, и тем, чего хочу больше всего.

Фэлкон смеется над чем-то, что сказала Лейла, но затем ловит мой взгляд, и улыбка медленно исчезает с его лица. Приносят еду. Мы болтаем о пустяках, но я чувствую на себе внимательный взгляд Фэлкона каждые пару минут.

Когда ужин окончен, Джереми убирает тарелки и приносит нам кофе. Мы остаемся последними студентами в зале. Лейла встает, но замечает, что Фэлкон не двигается.

— Разве мы не идем в общежитие? Ресторан уже закрывается.

Фэлкон качает головой: — Вы с Кингсли идите. Мне нужно поговорить с Мейсоном и Лейком.

Когда девушки уходят, подходит Джереми: — Принести что-нибудь еще?

— Нет, мы уже уходим. Спасибо, Джереми.

— Хорошего вечера, сэр. — Джереми поспешно скрывается на кухне.

— Уходим? — переспрашивает Мейсон. — Почему тогда не пошли с девчонками?

— Мы идем на прогулку, — коротко бросает Фэлкон. Он встает и направляется к выходу.

— Видимо, мы идем на прогулку, — бормочет Мейсон, поднимаясь.

— Эта прогулка меня доконает, — шепчу я, следуя за ними по тропе через лес к обрыву.

Через пару минут Мейсон ворчит за моей спиной: — Не то чтобы я жалуюсь, но чья это была гениальная идея — тащиться через лес в одиннадцать вечера?!

— Считай это полуночным променадом, — усмехается Фэлкон впереди.

— Променад мне в задницу.

Какое-то время слышны только наши шаги и звуки ночного леса.

— Долго еще продлится этот чертов променад? — снова спрашивает Мейсон.

— Заткнись и наслаждайся свежим воздухом, — рычит Фэлкон.

Я иду между ними и улыбаюсь, но вдруг сердце сжимает невыносимая грусть. После выпуска Мейсон начнет работать и наверняка обзаведется своим жильем. Велика вероятность, что Фэлкон сделает предложение Лейле, и они построят свой дом.

И я больше не буду видеть спину Фэлкона впереди и чувствовать Мейсона за своим плечом.