Махно приходит в себя, ощущая адскую боль в голове и во всем теле. Отключаться от побоев, жгучей боли, позора - успело войти в привычку. Сколько он уже здесь? Сутки? Неделю? Неизвестно. Время словно стоит на месте, когда долго не видишь дневного света.
Лающий кашель выгребает весь воздух из легких. То ли подвальная пыль не даёт ему дышать, то ли просто отбиты все органы.
Сгусток крови плевком летит под ноги. Махно шваркает губами по собственному плечу, не имея другой возможности обтереться. Волком смотрит на Суворова.
Макс сидит на корточках в углу помещения, в тени, но Сережа его быстрее чувствует, чем видит.
Хищник выжидает, чтобы снова наброситься.
- Ну привет. Снова, - голос Максима пропитан безумием. Мужчина не выходит из тени, и от этого окружающая атмосфера угнетает какой-то безысходностью. - Как спалось?
- Макс, я уже всё тебе рассказал, - устало вздыхает Сергей Владимирович. - Я не убивал твою жену. Ничего нового ты больше не услышишь. Так что пусти мне пулю в лоб, и закончим на этом.
Гортанный смех прорезает пространство. Макс медленно выходит на свет.
- Смерть слишком лёгкий исход, ты не считаешь? Ты мучил Машу месяц, а мы всего несколько дней с тобой развлекаемся.
Махно опускает взгляд на свои связанные ноги, потом смотрит за плечо на связанные за спиной руки.
- Ты связал старика, пытаешь... Похоже, прежний Мако снова в деле? - язвит Махно, уже не в силах сдерживать гнев. - А как же Марго? Она захочет быть с таким отморозком?
Суворов стремительно приближается. Хватает ублюдка за грудки.
- НЕ ПРОИЗНОСИ ЕЁ ИМЯ! - орёт ему в лицо. - Ты жалкий кусок дерьма. Ты подставил меня, ты подставил Костика. Он умер в тюряге... Умер... Понимаешь? Мой брат умер из-за тебя!
- И ЭТО ВСЁ В ЧЁМ Я ПОВИНЕН! - Махнов тоже переходит на крик. – Да, черт побери, я виноват в его смерти! Это из-за меня вы угодили в тюрьму. И да, я в этом виноват.
Суворов резко отпускает Махнова, усилием воли утаскивая себя в сторону. Он пока не хочет лишать его жизни. Не верит в его жалкую историю и такие же жалкие оправдания. Где-то глубоко внутри, хочет верить. Но не может...
Махнов всегда боялся угодить за решетку...
Находясь в банде Кешы, будучи его правой рукой, ему всё равно не хватало на безбедное существование. На краденых тачках далеко не уедешь, и Сережа связался с наркотиками и Степашкой. Получал товар из рук Стёпы, быстро сплавлял дальше и рубил лёгкие деньги. Жизнь была в кайф.
Куча возможностей на закате девяностых.
Так было, пока один из «шестёрок» Кеши, некий Леонид, не узнал о его предательстве. Но Лёня не побежал стучать. Он тоже захотел срубить лёгких денег и потребовал взять его в долю. Махно согласился, а в день сделки не явился в назначенное место. Вместо себя прислал ментов. «Шестерка» оказался за решеткой, пытался сдать и Махнова но, благодаря купленным прихватам, Сережа вышел сухим из воды. Но позже он узнал, что Лёня неплохо устроился на нарах. Сколотил себе банду отмороженных психов и с нетерпением ждал, когда предатель попадёт в его грязные лапы. А такое могло произойти потому, что Махнов всё время ходил по краю, а менты всё чаще наступали ему на пятки.
Нет, Махно не боялся смерти.
Он всегда боялся угодить за решетку...
Там ему грозила не смерть, а издевательства и гнусные надругательства. Чего Сергей Владимирович никогда бы не смог пережить. Он пытался заказать Леонида, находил людей, там в тюрьме - охранников, преступников... Но «шестерка» тщательно прикрывал тылы, и Махнов не смог до него добраться.
Когда он решил подставить Макса, менты уже дышали ему в затылок. Он случайно засветил свою тачку на одной из сделок, и ему пришлось бросить её на безлюдной дороге, в какой-то глухомани, и заявить об угоне. Потом подговорить Кешу, ссылаясь на то, что он и так не доверяет Максиму и лучше бы от него избавиться. Самому Сергею Владимировичу, в то время и дела никакого не было до молодого Суворова. Разменная монета, не больше.
С Костиком было сложнее. Стёпа, по каким-то причинам, любил этого щегла и никогда бы его не подставил. Поэтому в тюрягу должен был угодить лишь Максим. Его должны были взять на дороге, во время угона. Но что-то пошло не так, и он успел доехать до места встречи. К реке. Костя знал о том, что затевалось против Суворова, и поэтому именно он оказался тем, кто прибыл на место сделки от Степашки. Вызвался. Сам! С целью защитить друга, брата… Стёпа отпустил его. Криминальный авторитет, с прогнившей душонкой, имел какое-то фанатичное отношение к мужской чести и достоинству. Костик поступил достойно…
Но, судьба – всё-таки сука и распорядилась в свою пользу. Братья попали за решетку. Оба.
Махнов тогда завязал с наркотой и бандой Степашки... Что в принципе нереально. Из такого общества нельзя уйти, просто хлопнув дверью...
Поэтому он и помогал Максу в истреблении обоих банд. Спасал свою шкуру. Ну и плюс чувство вины...
Вот и вся история.
Суворов переваривал её несколько часов.
Правдоподобно, но что-то всё же не клеилось. Словно какая-то маленькая деталь пазла улетела под стол и о ней все забыли.