Глава 9

– Уже? А как же Николетта? – Кристина может быть и была впечатлена мрачным содержанием сказки, но судьба девушки ее волновала больше.


– Ну, люди разное говорили...


– Говорили? Это же сказка, вы должны точно знать!


Антон отошел от стены и усилием воли отогнал от себя кровавые сцены, порожденные впечатлительным умом после прослушивания недетской истории. Самым ярким был образ двуногого зверя, застывшего на вершине холма в свете полной Луны. Оборотни... Про серебряные пули в сказке, кстати, не было ни слова...


Не включая свет, он на ощупь отыскал в темноте брюки и футболку, но чтобы отыскать пачку сигарет и зажигалку, пришлось подсвечивать себе мобильником.


– Ты куда? – спросил Маламут, наблюдая за возней.


– Пойду покурю.


– А-а... Валяй. А я – спать.


Выйдя из подъезда, Антон сел на лавочку и открыл пачку. Сухие щелчки зажигалки несколько раз вхолостую разрезали ночную тишину, но долгожданный язычок пламени опалил наконец кончик сигареты, и он глубоко вдохнул давно уже ставший привычным горьковатый дым. И уже через пару затяжек остро пожалел о том, что рядом никого нет: нахлынула тоска, в большинстве своем безосновательная. Просто хотелось поговорить с кем-то, о чем угодно. Лишь бы не оставаться наедине с самим собой.


– Огоньку не найдется? – вежливый голос раздался из полумрака в трех шагах от лавочки, на которой располагался Антон. А потом на свет вышел парень примерно одних с ним возраста, роста и комплекции, в дорогом черном костюме, правда, без галстука.


– Найдется, конечно, – Антон, не вставая, достал зажигалку и предложил ее незнакомцу. Сработала она с первого раза.


– Благодарю. Можно присесть?


Антон, не ответив, просто подвинулся, хотя места и так было достаточно. А еще отметил про себя, что парень курит ту же марку, что и он сам.


– Тихо у вас тут, – незнакомец, похоже, был расположен этой ночью к общению.


– Да, – Антон ответил только после того, как сообразил, что на в общем-то утвердительную фразу ожидают хоть какую-то реакцию.


– И вообще город уютный.


– Мне здесь тоже нравится.


– Говоришь так, словно тоже не местный, – парень улыбнулся, словно извиняясь за свою наблюдательность.


Вместо ответа Антон сделал еще одну глубокую затяжку.


– Я сюда по делам приехал. Ну, договора там разные, контракты, да и с клиентами фирмы нужно лично пообщаться... А перед сном решил вот прогуляться по городу, подышать свежим воздухом.


Антон посмотрел сначала на его сигарету, потом на свою, и улыбнулся краешком рта. Незнакомец, заметив это, тоже рассмеялся:


– Ну, мы с тобой по-своему «дышим» свежим воздухом, да?


– Ага, – Антон сразу вспомнил свою попытку бросить курить.


– Я три раза бросить пытался, – незнакомец словно прочитал его мысли. – Все бестолку. Мотивация отсутствует.


– Рак легких – чем не мотивация?


– Ну, ты ведь тоже не очень за свое здоровье переживаешь? – указав на очевидный факт, парень в костюме бросил окурок в урну и достал следующую сигарету. Антон щелкнул зажигалкой, не дожидаясь просьбы.


– А все дело в том, что мы еще не ощутили на себе серьезных последствий воздействия никотина на организм. Оно ведь как: пока жареный петух в одно место не клюнет...


– Многие курят до последнего, – возразил Антон.


– Потому что идиоты.


– Мы сейчас от них мало чем отличаемся.


– Тоже верно, – незнакомец снова рассмеялся. – Меня, кстати, Антон зовут, – он протянул свою открытую ладонь.


– Тезка, – на ощупь она была крепкая и сухая.


– Бывает же такое.


Антон посмотрел собеседнику в глаза и с удивлением понял, что они у него разного цвета: голубой и карий. А в остальном ни чем не выделяющееся лицо, разве что с печатью высокого интеллекта в каждой его черточке.


– Бывает, – подтвердил он.


– Ну, мне пора. Еще раз спасибо, тезка, – Антон выбросил второй окурок и встал, разглаживая руками образовавшиеся на костюме складки.


– Не за что. Доброй ночи.


В ответ парень только кивнул, улыбнувшись на прощание, и ушел довольно быстрой походкой. Антон, заметив наконец, что у его сигареты уже фильтр дымится, поспешно выбросил ее в урну. Потянулся за второй, но в последний момент передумал. Ночной знакомый несмотря на все его манеры и обаятельную внешность оставил после себя едва ощутимое, но стойкое чувство неприязни. Возможно, дело было в банальной зависти – человек работает, деньги зарабатывает. Уверенный в себе молодой человек одним своим видом будит в крови дух соперничества... Смешно.




Утром Антона разбудил звонок в дверь – Настя пришла забрать сестру.


– Пусть сначала позавтракает, – сказала Хоро непреклонно, ставя на плиту сковородку и разбивая в нее сразу десяток яиц. – Ты тоже садись.


Поместиться впятером на маленькой кухне оказалось делом техники, а к яичнице уже Маламутом были добавлены бутерброды с маслом и колбасой, а к чаю были приготовлены сливочное масло и варенье. Настя и Антон чувствовали себя крайне неловко, особенно парень. И Хоро бросала в его сторону странные взгляды, словно пытаясь что-то сказать.


Когда она наступила ему на ногу под столом и очень выразительным взглядом указала на девушку, он только развел руками, давая понять, что не понимает всех этих странных мимических выражений. Получив в ответ еще более энергичную гримасу с определенно приказным посылом, тихонько дернул за рукав Маламута, который сидел рядом, с просьбой помочь разобраться в странном поведении его супруги.


«Идиот. Тормоз. Балбес,» – она хлопнула себя по лбу, только не ладонью, а тыльной стороной запястья: пальцы держали бутерброд.


– Антон приглашает тебя и Кристину сходить сегодня в кафе, – как бы между прочим сказала она Насте и в последний раз пнула парня.


– У меня только после обеда получится... – щеки девушки заалели, она даже не обратила внимание на то, что сам Антон был несколько ошарашен тем, что «пригласил» ее.


– Замечательно! Антон?


– Да, разумеется... Позвони, когда освободитесь, – а что ему еще, собственно, оставалось делать?


Воцарившуюся на какое-то время тишину за столом развеял бодрый детский голос Кристины:


– А мне Хоро сказки вчера читала!


– Одну вчера, а другую сегодня, – уточнил Маламут.


– Мал...


– Не смотри на меня так, – добавил он, глядя на супругу, – я этим ничего не хочу сказать.


– Вот и хорошо.


– Но спать надо вовремя ложиться... Поставь сковородку на место!


Антон отметил про себя еще один акт слабомотивируемой агрессии с ее стороны, и кто знает, чем бы все закончилось, если бы Настя своим вопросом не остановила Хоро, уже оценивающую расстояние между тяжелой чугунной сковородкой в своей правой руке и головой Маламута:


– Хоро? – похоже, она удивилась тому, как ее сестра называет девушку.


– Да, это настоящее имя Тани, – пояснила девочка. Заметив, как потемнело лицо Хоро, она испуганно прикрыла рот ладошками.


– Ой, а это что, был секрет?


– Нет, что ты, – Хоро поспешила вернуть своему лицу невозмутимое выражение.


Настя улыбнулась, но осторожно.


– Странное имя.


– Его вообще Маламутом зовут, – ответила рыжая. – Родители у него очень любили эту породу собак, вот и наградили сыночка имечком.


Пришла очередь седоволосого отвешивать подзатыльник второй половинке и он совершил акт физического воздействия с огромнейшим удовольствием. В своих мечтах, правда...


– Кристина, иди умойся, – Хоро щелкнула девочку по носу, измазанному в сливочном масле. Проводив взглядом временную подопечную, очень тихо произнесла, обращаясь к ее старшей сестре:


– Ты обещала нам подробности.


Девушка опустила голову, пряча глаза.


– Отец словно с катушек слетел. Мать избил...


– Можешь не продолжать.


Настя с благодарностью посмотрела на Хоро, а потом перевела взгляд на Антона. Тот, в свою очередь, вспомнил их последний разговор: объяснений ее поступку было просто недостаточно.


– Если что, можешь и сама у нас на ночь остаться.


«Антон будет только рад. Да, Антон?» – выражение лиц соседей Антона на какой-то миг стало на удивление идентичным.


– Не думаю, что это все повторится. Отец уже пришел в себя.


– Наше дело предложить. А ты уже сама решай, – веско ответил Маламут. – Только если решишь остаться у нас дольше, чем на три дня, ночевать будешь в комнате Антона... Не надо сковородкой!


Антон еще никогда так не краснел. Настя, похоже, тоже.


Кристина прибежала из ванной и завтрак вернулся в прежнее русло. Ну, разве что Хоро сидела теперь с очень довольным выражением на ехидной физиономии – словно человек, который успешно справился с неким важным заданием. Или очень важным. Да что там, даже сверхважным – от которого зависит судьба целого мира... Но Антон был ей даже благодарен. Чуть-чуть: все-таки Настя – ведьма.


Сестры сидели с ними на кухне еще полчаса, а потом ушли. На пороге квартиры еще раз прозвучало обещание созвониться после обеда, искреннее для обеих сторон, а потом Антон внезапно понял, что остался в одиночестве – Хоро и Маламут вышли на улицу, сказав, что скоро вернутся.


Стрелки больших настенных часов показали, что еще довольно рано, а значит, и до похода в кафе остается масса времени. Вообще вчера он планировал с утра зайти к тете, у которой не был уже четыре дня, а потом пробежать по городу в поисках временной работы, но инициативная Хоро внесла свои коррективы. И если вдуматься, то на то и другое времени до обеда может и не хватить... Придется выбирать одно из двух. Или из трех? Антон мысленно пробежался по пространству квартиры. Компьютеров и ноутбуков нет; телевизор есть, но в незанятой комнате – древний, ламповый, не факт, что рабочий. К нему подключен видеомагнитофон, и набор кассет есть, десятка три, но опять же, никто не проверял, в рабочем ли все это состоянии. Может, никуда не ходить (в смысле, к тете и по адресу, указанному в объявлении) и проверить лично, можно ли просмотреть на массивном достижении советской электротехники шедевр забугорного кинематографического искусства? Хотя шедевр – это сильно сказано, конечно, но на одной из кассет Антон увидел фильм, который видел лишь однажды, в детстве еще. И теперь очень сильно хотел его посмотреть второй раз.


В тяжелом трехстороннем противостоянии между ностальгией, здравым смыслом и чувством вины перед тетей победил здравый смысл. Нужно уже сейчас устраиваться на работу, потому что: а) телевизор, видеомагнитофон и кассета подождут; б) можно будет честно сказать тете, что был занят вопросами трудоустройства и не мог зайти; в) финансовая независимость Антона является лишь вопросом времени, и сегодня это время непредвиденно уменьшится на пока еще неопределенную, но уже примерную сумму.


Пересмотрев еще раз список приоритетов, он почувствовал легкий укол совести: сеанс просмотра видеокассеты никак не хотел отдавать второе место. Перед тетей стыдно же будет...




Покинув служебные помещения самого большого супермаркета в городе, Антон облегченно выдохнул. Анкета на трудоустройство заполнена, он честно сказал, что проработать сможет лишь два месяца, а потом уедет, чтобы вернуться к учебе. Пообещали позвонить, сказав, что грузчики и охранники нужны позарез, но обсудить его кандидатуру с вышестоящим начальством все же придется. Если что, всегда можно устроиться в городской парк дворником...


По пути к кассам парень остановился в кондитерском отделе, предварительно посмотрев на часы. В запасе оставалось часа полтора, и пока он рассматривал холодильник с тортами, в его голову пришла мысль, что можно замечательно провести время в том же самом парке на свежем воздухе, купив прямо здесь все необходимое. Оставалось только решиться на это. Погода ведь замечательная.


– Мне вот этот нравится, в шоколадной глазури, – раздался за спиной знакомый голос.


– Привет, – Антон с удивлением обнаружил рядом с собой ночного тезку-собеседника с глазами разного цвета.


– Да, день добрый, – ответил молодой человек в дорогом черном костюме без галстука. – Если не хочешь шоколадный, то можешь взять этот, с вишенками. Его сегодня утром привезли – я спрашивал.


– Не думаю, что мне нужен именно торт...


– Конфеты чуть дальше по залу, но брать их здесь не советую. Причем не только именно в этом супермаркете, а вообще во всем этом городе – ничего хорошего не найдешь. Но могу подсказать адрес неплохой кофейни с замечательными пирожными. Записывай...


– Подожди... – Антон был сбит с толку напором молодого человека.


– Ты собираешься на свидание, верно? По твоему виду это сразу можно понять.


– Я бы не назвал это свиданием, но в общих чертах ты прав, – добавить к этому предложению «а вообще это не твое дело» было большим искушением, не поддаться которому составило очень большого труда. Тезка раздражал, сильно, и это приводило Антона в смятение – такая по большей части необоснованная реакция на людей возникала в нем крайне редко.


– Кстати, я видел, как ты вышел из подсобных помещений. Были какие-то проблемы с персоналом? – голос у тезки был участливый, и до Антона наконец дошло: к нему относятся со снисхождением, как к тому, кто стоит на пару ступеней ниже по социальной лестнице.


«Какого черта?» – понимание и удивление пришли вместе, а с ними вернулось и чувство внутреннего равновесия.


– На работу приходил устраиваться, – неожиданно честно для себя ответил он.


– Вот как? Дела у тебя сейчас не очень, значит. Если хочешь, можешь дать мне свой номер телефона – я могу пробить для тебя по своим каналам вариант по-приличнее, – голубой глаз парня прямо-таки излучал искреннее желание помочь, а вот карий оставался каким-то безжизненным и тусклым.


– Спасибо, но меня устроит и такой вариант. Я в этом городе всего-лишь до конца лета пробуду.


– Ну, дело твое. Удачи тебе со свиданием, – попрощавшись таким образом, второй Антон пошел к кассам. А первый заметил, что руки его были пустыми.


– Интересно, а зачем он сюда заходил? – вслух у самого себя спросил парень. И обратил внимание на то, что на него с каким-то странным выражением на лице таращится девушка-продавец, ответственная за отдел. Создавалось такое впечатление, что она вот-вот покрутит пальцем у виска.


Неожиданный звонок Насти отвлек его от необычного поведения девушки и он поспешил ответить на вызов.


– У нас получилось чуть раньше освободиться, – донесся из динамика ее бодрый голос. – Можешь прямо сейчас подойти?


– Конечно! Скажи только, куда.


И тезка с производимым им неприятным впечатлением, и продавец были мгновенно позабыты.

Загрузка...