Маня, суровый босс (не) твоя няня!

Глава 19

Василенко

— А мне сегодня сон плиснился, — говорит малая за завтраком, — что вы с мамой вместе спали.

Мы с Яной тут же переглядываемся.

— Интересные у тебя сны, — усмехаюсь, — и что же мы с мамой, просто спали и всё?

— Ну она да, — отвечает Маня, — а ты во сне пел. И плосил, чтобы тебя взяли в нашу глуппу челез колготы.

Я от таких подробностей даже подвисаю на секунду.

А Яна с трудом сдерживает смех и прячется за кружкой кофе.

— Пап, — смотрит на меня дочь, — ну плизнай, что ты хочешь в глуппу к нашим колготам?

— Нет, малая, петь я не умею, мне медведь в этих самых колготах на ухо наступил, с тех пор слуха нет.

Но малая явно не намерена сдаваться.

— Пап, ты скажи адлесочек этого медведя, мы поплосим, чтобы он тебе слух велнул, и будешь у нас на бэк тамале, ой, бэк вокале выступать.

— Спасибо, доча, — только отмахиваюсь, — но я не рождён для пения и танцев, лучше Гордея позовите, ему явно скучно следить за бандитками.

— Нельзя Голдея, — вздыхает Маня, — Геля сказала, у него может нелв защемить во влемя танцев. Такое уже было, плишлось Волькодаву делать ему ис-це-ля-ю-щий кусь.

Вспомнив про собак, сразу пытаюсь перевести тему в другое русло.

— Кстати, о собаках, — быстро встаю из-за стола, — надо бы проверить, как наши парочка вместе провела ночь, заодно покормить.

Беру из кладовой корм, спешу во двор, а в спину летит сердитое:

— Пап, я не договолила.

— Запомни, на чём остановились, доча, потом договорим!

Ух, голова кругом от общения с маленькой бандиткой.

Никак не привыкну, что в моей жизни теперь есть ещё два человека, с которыми надо находить компромисс.

И, если со спокойной Яной можно любой вопрос уладить быстро и без споров, то с Маней, чувствую, предстоит большая работа.

Ну ничего, другие же родители как-то ладят со своими маленькими бандитками, мы тоже найдём общий язык и будем работать в одной команде.

Стоит вспомнить, как малая поставила на место Хватаева, сразу улыбаюсь, мне кажется, любого зазнавшегося взрослого надо записывать на воспитательную беседу к ООО «Людочки», уж они любого на место поставят, бонусом ещё и частушку споют.

Улыбаюсь этой идее, пока иду через двор, сам не замечаю, как в голове рождается частушка.

— С Маней спорили на даче, у кого колготы баще, оказалося, что баще у хозяйки это дачи…

За спиной раздаётся смешок.

— Пап, а я всё слышала! И говолишь, что не поёшь.

Маня стоит на крыльце, наблюдает за мной с улыбкой.

— Тебе показалось, — отвечаю, — это Волкодав Авроре утренние баллады поёт.

Но малая смотрит на меня с осуждением.

Подходит ближе, за руку берёт.

— Пап, у нас в садике челез неделю будет конкулс талантулов.

— Каких ещё тарантулов? — удивляюсь я. — Может, талантов?

— Ой, да, — кивает малая, — но там надо выступать с лодителями. Пап, ты же самый клутой босс на свете…

Подлизывается, сразу понимаю.

— Может, споёшь со мной на этом конкулсе? Ну, пожалуйста… я так хочу там поучаствовать и победить Ленку из длугой глуппы, котолая всем хвастается, что у неё папа фокусник…

Я даже не знаю, что и ответить.

Ну какой из меня певец, ну какой конкурс талантов?

Если бы надо было проект новый представить, я бы без труда всё сделал… а петь? Я же опозорю и малую, и себя.

Но отказывать не хочу, иначе, малая расстроится, совсем перестанет со мной разговаривать.

Поэтому отвечаю:

— Давай, я до вечера подумаю, а потом тебе скажу. Хорошо?

Малая кивает, но не отпускает мою руку.

— Ладушки, пап. А тепель идём сладкую папочку, ой, палочку будить.

Обе собаки греются на солнышке.

Аврора дремлет, а Волкодав старательно вылизывает ей бок.

— Как спалось, господа алабаи? — спрашиваю я.

Ну а малая тут же без раздумий выдаёт:

— Когда сеночки будут, господя алубаи?

Собаки смотрят на неё осуждающе, мол, что эта бандитка в колготах себе позволяет?

— Рано ещё про щенков спрашивать, — говорю я, — вот через пару месяцев узнаем, ждать потомства или нет.

Маня нехотя кивает, но разводит руками

— Так а чевой ждать, мамина подлуга говолила, часики-то тикают, надо или слазу ложать, или кошку для независимой дамы искать.

— Какие хорошие у твоей мамы подруги, — усмехаюсь, насыпаю собакам корм, — думаю, если у Авроры и Волкодава всё хорошо, то и щенки появятся совсем скоро.

— Ул-ла, — радуется Маня, — вот было бы здолово, если бы каждой бандитьке досталось по щеночку, и каждой Людочки был бы свой кусьтерито!

— Здорово, — киваю, — тогда ваше маленькие предприятие придётся переименовывать в ООО «Людочки и Кусь».

— Без плоблем, — отвечает малая, — документики всё лавно на тебя будем офолмлять, пап.

— Какая деловая, — грожу ей пальцем. — А налоги кто платить будет?

— Я не могу, — вздыхает дочь. — У меня лапки. И колготы.

Я поднимаю взгляд и замечаю, что Яна, допивая кофе, следит за нами с крыльца, улыбается и показывает большой палец.

Кажется, общение с маленькой бандиткой не такое сложное, как кажется на первый взгляд, главное поймать с малой одну волну.

Поев, Аврора с благодарностью лижет мне пальцы, а Волкодав, похоже, делает свой фирменный благодарственный «кусь».

— Какие они лапочки, — улыбается малая, глядя как алабаи играют друг с другом, — они на вас с мамой похожи, пап.

Я не успеваю ничего ответить.

Звонит телефон, мои парни из службы безопасности, которые должны были допросить мерзавца Санджи.

— Доброе утро, — нехотя отвечаю на звонок, — надеюсь, у вас для меня хорошие новости?

— Хотелось бы, босс, — слышу разочарованный голос на другом конце, — но мы всё перепробовали, это мерзавец не колется и молчит, только повторяет, что всех нас скоро ждут сюрпризы.

Я начинаю злиться.

— Блин, парни, я за что вам огромные бабки плачу? Ищите к нему подход, работайте дальше, узнайте на самом деле он работает на отца Яны Ефимовой и, если да, где находится её отец…

Чувствую, как меня ненавязчиво дёргают за штанину.

— Чего тебе, малая? — спрашиваю немного раздражённо.

Она смотрит на меня таким серьёзным взрослым взглядом.

— Пап, давай заключим сценку… ой, сделку. Я в фильме одном видела, как надо злодеев это… доплашивать, вот.

— Так, и?

— Ну пап, — вздыхает малая, — ну стелька, ой, сделька! Я лазговолю этого Саньджи, а ты со мной споёшь на конкулсе, идёт?