Маня, суровый босс (не) твоя няня!

Глава 6

Яна

Я ещё никогда не видела в глазах дочери столько надежды…

Но Василенко разрушает все эти надежды одной фразой.

— Нет, малая, я не могу стать твоим папой.

Маша поджимает губы, но не плачет.

Она у меня сильная девочка.

Но всё же спрашивает у Василенко:

— А почему не хочешь стать нашим папой?

Он бросает быстрый взгляд на меня, на неё…

— Потому что я буду плохим папой, малая. Всё, закрыли тему.

Но Маша и тут не теряется.

— Дядя злодей, а может ты станешь моим нянем? У маленькой бандитьки я нянь должен быть бандитским! Научишь меня, как лешать все воплосики по-взрослому.

— Это легко, — отвечает мой бывший, настраивая что-то у себя в ноутбуке. — На любой вопрос или предложение отвечай «посмотрим».

Я беру дочь за руку, говорю мягко:

— Идём, Машуль, видишь, дяде надо работать.

— Сам сплавишься? — интересуется у него моя дочь.

— Уж постараюсь, — усмехается он, — мы всякие сложные штуки и термины будем обсуждать, малая, на чистую воду никого не надо выводить.

Маша кивает понимающе.

— Ну ты зови, если чего. Только скажи кодовую флазу.

— Какую? — интересуется Василенко.

— Люблю колготы!

Дочка тут же расплывается в улыбке, а Николай понимает, что попался в ловушку маленькой бандитки.

— Всё, идите, — говорит, закатывая глаза, — пока будьте дома, служба безопасности свяжется с вами, если возникнут вопросы. И телефон свой не забудь оставить, Ян.

— Уже оставила.

Маша, уже стоя в дверях, добавляет:

— Я тоже свой телефончик оставлю. Если пеледумаешь насчёт няни, набери моего секлетаря.

— У тебя уже и секретарь есть? — усмехается Василенко.

— Ну а ты как хотел, дядя Злодей, — разводит руками Маша, — у нас тут всё по-сельёзному, не в игрушки иглаем.

— Далеко пойдёшь, малая, — отвечает Василенко. — Будешь начальницей большой, не иначе.

— Неть, — мотает головой Маша, — я хочу быть главарём детсадовских. Чтобы все ко мне плиходили ко мне плосить помощи, а я бы гладила котейку и говорила, что помощь у меня плосят без уважения!

Василенко уже с трудом сдерживает смех, отвечает:

— Иди, давай, крёстный отец в колготах. Маму береги, чтобы никакие жулики не пытались её обмануть.

Маша кивает, показывает большой палец.

Как только выходим из кабинета, она мне тихо говорит:

— По-моему, мы с тобой, мам покорили этого злодея.

— Без сомнений, — улыбаюсь, — просто он боится в этом признаться.

— Мущщины, что с них взять, — заключает философски дочь.

Когда проходим мимо секретарши, Маша говорит ей:

— Людочка, если понадоблюсь, я у себя в лезиденции.

Секретарша смотрит удивлённо на неё, на меня.

И кивает…

Похоже, теперь у Машули и вправду есть свой секретарь.

Я же облегчённо выдыхаю, когда мы выходим из офиса Василенко.

Только сейчас приходит полное понимание всего, что случилось за последний час.

Повелась, блин, на вакансию каких-то жуликов, едва не угодила в полицию, встретилась с бывшим, который до сих пор зол за то, что случилось в прошлом… ну и страшная тайна, которую я так долго скрывала, сегодня едва не всплыла наружу.

А если Василенко всё же докопается до правды, он ведь упорный и связей у него много… что тогда? Накажет меня? Отберёт всё, что есть?

Чем больше об этом думаю, тем сильнее загоняю себя в депрессию.

Соберись, Яна, лучше думай о том, где найти работу?

Через неделю за квартиру платить, а денег почти нет…

Как приедем домой, сразу поиском займусь.

Главное, снова не нарваться на мошенников.

— Мам, — дочка будто читает мои мысли, — я тоже могу работать.

— И что же ты умеешь делать, моя хорошая?

— Ну у меня два валиантика есть, — загибает пальцы Маша, — пелвый – это стать наставником для маленьких бандиток и делиться своим бесцельным… ой, бесценным опытом с подластающим поколением.

— Ясно… а второй?

— Отклыть свою школу вокала, — улыбается дочь. — ВИА Колготушки. Как лучше?

— Лучше пока оставить эти варианты про запас, — отвечаю я, — но спасибо тебе, Машуль, за помощь, я рада, что ты стараешься.

По пути к остановке проходим мимо ветклиники, и дочь, увидев кого-то, дёргает меня за руку.

— Смотли-смотли, мам, там Геля и Волькодав.

Я оглядываюсь по сторонам.

И в самом деле…

Из здания ветеринарной клиники выходит маленькая девчушка в колготках и платье с надписью «Папина бандитка», рядом огромный алабай размерами больше самой девочки.

Охраняет девчушку высокий грозный телохранитель.

Кажется, его зовут Гордей.

— Ой, Геля, — радостно кричит Маша и бросается к подруге.

Раньше девочки ходили в одну группу, но потом Геля вместе с папой переехала за город, и теперь маленькие бандитки почти не видятся.

— Привет, Маня, — тут же обнимается Геля с моей дочкой. — Сколько лет, сколько зим… сколько колгот сносили, сколько киселя не допили.

Маленькая девчушка – тоже умница, красавица, запоминает всё лучше взрослых и может любую проблему порешать.

— А вы чего тут, Геля? — дочка гладит по голове алабая, который, едва лизнув Машину ладонь, грустно смотрит по сторонам. — Волькодав заболел?

— Ни наю, — вздыхает Геля. — Папа говолит, что у него клизис следнего возраста, даже кусь делает без души, всё глустит, смотрит на небо, иногда плосит включить ему песни Максим.

Маша кивает понимающе:

— Я по телевизору видела передачу, там говорили, что, если вот такой клизис… соседнего возласта, нужны новые ощущения, остленькое что-нибудь. Пусть он у тебя плыгнет с парашютом или в магазине при всех попросит вторую кассу отклыть, те ещё ощущения!

— Надо будет попробовать, — соглашается Геля. — А у тебя как дела, Маня? Нашла жениха Лемонаде Генлиховне?

— Работаем над этим, — отвечает Маша. — А ещё мы сегодня с мамой такого класивого злодея встлетили, мама дологая… уговариваю его стать моим нянем, он знаешь, как рычит! Всех подготовишек может своим рычанием распугать.

— Кр-руть, — улыбается Геля. — А у меня вот не так интересно… братик подластает… ах да, из студии вокальной исключили недавно.

Тут уже я удивляюсь.

— А из-за чего исключили, Геля? Ты же отлично поёшь?

Девочка разводит руками.

— Мы плосто на концерте отчётном вместо песни про лето спели песню про шальную импелатлицу в колготах… эта песня такая весёлая была, а та скучная совсем… слушателям понравилось, а педагогу нет…

— Не расстраивайся, — Маша обнимает подругу, — скоро мы с гастролями поедем и прославимся, этот педагог будет у нас автоглафа брать!

Геля кивает радостно.

— Во-во… ладно, нам ехать надо, у Волкодава сегодня ещё сеанс с психом-телапевтом, Аришей и Ритой… а вы, тёть Яна, плиезжайте к нам в гости в послёлок, у нас холошо! И черешни много!

— Обязательно приедем, Геля, — обещаю.

Как только работу найду.

Уже в автобусе Маша говорит:

— Тоже хочу жить за городом мам… гулять, где нет машин и бабушек на лавках, которые вечно плосят не шуметь.

— Однажды мы переедем за город, моя хорошая, — глажу дочь по голове, прижимаю к себе.

Однажды… но ещё не скоро.

Выходим на своей остановке, забегаем в магазин.

На последние деньги беру продуктов и настраиваю себя на то, что не лягу спать, пока не найду работу.

Поднимаемся к себе на этаж, достаю ключи…

А квартира открыта.

Это ещё что за новости?

Я точно её закрывала!

Тяну дверь на себя и… застываю от ужаса.

В прихожей стоит мой псевдокуратор Роман, а рядом с ним тот самый менеджер в очках.

— Явилась, — усмехается Роман, глядя на меня, — ну заходи и поведай нам увлекательную историю о том, что директор компании «Стройтайм», оказывается, твой бывший…