Мастер драгоценных артефактов 2

Глава 16

Алтарь гудел.

Я поставил на него бутылёк с зельем и начал вливать энергию в руны. Символы засветились, по камню пробежала волна тепла.

Интересная штука. В прошлой жизни я видел подобные алтари, но этот был сделан иначе. Другая школа, другие принципы. Нужно разобраться.

Зелье в бутыльке начало менять цвет — из мутно-зелёного стало прозрачным. Хороший знак.

Дверь скрипнула. Вошёл Макар.

— Ваша милость, можно?

— Заходи. Что у тебя? — спросил я, не отвлекаясь от работы.

— Да вот, хозяйственные вопросы накопились, — ответил Макарыч. — Во-первых, мука заканчивается. Надо бы в деревню послать, у них излишки есть.

— Пошли.

Я передвинул зелье на другой участок плиты. Руны замерцали по-другому.

— Во-вторых, гуси опять в огород залезли. Повара жалуются.

— Пусть забор поставят.

— Ставили уже. Гуси его ломают.

— Тогда пусть ставят крепче, — пожал плечами я.

Макар вздохнул и сделал пометку.

— В-третьих, следопыты ещё трёх куриц нашли. И одного петуха.

Я оторвался от алтаря.

— Петуха?

— Ага. Здоровенный такой, драчливый. Чуть Герману глаз не выклевал.

— Отлично. Пусть строят курятник.

— Уже строят, ваша милость, — кивнул дед.

Я кивнул в ответ и вернулся к работе. Влил ещё энергии в руны. Зелье засветилось изнутри.

— Это всё? — спросил я.

— Почти. Ещё Ильдар спрашивал, когда вы ему те зелья отдадите. Для тренировок.

— Скажи, скоро выдам.

Макар что-то пробормотал напоследок и ушёл.

Я продолжил возиться с алтарём. Передвигал зелье, менял положение рук, пробовал разные комбинации рун.

Через полчаса дверь снова открылась. Это оказалась Катарина.

— Можно? — спросила она, заглядывая в комнату.

— Заходи.

Ведьма вошла и с любопытством уставилась на алтарь.

— Что это ты делаешь?

— Экспериментирую.

Она подошла ближе. Посмотрела на бутыльки, расставленные на алтаре.

— А это что за зелья?

— Вот это, — я указал на маленький флакон, — зелье усиления тела. А вот это зелье лечения. Лёгкое.

— Насколько лёгкое?

— Если обычная простуда — должно излечить.

Катарина скептически хмыкнула.

— Бесполезное снадобье. От простуды и так люди выздоравливают.

— Было бы бесполезное, если бы не этот столик, — я постучал по алтарю. — Так что не мешай.

Она замолчала, но не ушла. Стояла рядом и смотрела.

— А в больших бутылках что? — спросила через минуту.

— Для почвы. Для урожая. Тихон приготовил, я улучшил.

— Удивительное дело, — Катарина усмехнулась. — Зелье есть, урожая нет.

— Подожди. Всё обязательно будет, — усмехнулся я.

Передвинул зелье на край плиты, влил энергию в угловые руны. Жидкость в бутыльке забурлила.

— А ну-ка, — я подозвал Катарину. — Нажми своим красивым пальчиком вот сюда. И влей энергию.

Она посмотрела на меня с подозрением.

— Не взорвётся?

— Не должно.

— «Не должно» — это не «не взорвётся».

— Просто делай.

Ведьма вздохнула, подошла ближе и положила палец на указанный символ. Закрыла глаза, сосредоточилась.

Алтарь задрожал.

Ведьма отдёрнула руку и отскочила назад.

— Оно сейчас рванёт!

— Не рванёт, — я спокойно придержал бутылёк, который начал подпрыгивать. — Для взрыва нужно десять таких же сильных ведьм, как ты. А то и двадцать.

— Откуда ты знаешь?

— Вижу по рунам. Не знаю, кто эти штуки создал, но он постарался как следует. Явно разбирался в алтарной артефакторике.

Катарина задумчиво нахмурилась.

— Алтарная артефакторика? Это что такое?

Я снял бутылёк с плиты — зелье теперь светилось мягким золотистым светом — и поставил на стол.

— Одна из ветвей развития артефакторов. Если артефактор не особо умелый, но хочет создавать хорошие вещи, он может обратиться к алтарной артефакторике. Создаёт вот такой вот алтарь. Или просто стол, как его часто называют.

— Так ведь если сил не хватает, — Катарина задумалась, — можно просто купить такой стол. Или попросить кого-то его сделать.

— Можно. Но такими столами обычно может пользоваться только их хозяин. Магическая привязка.

— А ты этот сам создал?

— Нет. Нашёл.

Ведьма посмотрела на меня с удивлением.

— Как же тогда им пользуешься?

— Во-первых, бывший владелец умер. Во-вторых… — я помолчал. — Я не самый обычный артефактор.

Катарина явно хотела спросить ещё что-то, но сдержалась. Умная девочка. Понимает, когда не стоит лезть.

Я и правда не самый обычный.

Защиту на этом алтаре я обошёл. А защита была серьёзная — в течение пяти-семи минут после начала работы срабатывал механизм, который выпускал энергию смерти. Она аккумулировалась в столе и должна была моментально убить того, кто с ним работает.

Неприятная штука. Но легко решаемая.

Я поставил на один из символов чёрный турмалин — теперь энергия смерти перенаправляется в него. Камень потихоньку заряжается. Пригодится, если понадобится создать зомби.

Кроме того, у меня при себе есть ещё несколько чёрных турмалинов в пряжке на поясе. Тоже служат защитой. А ещё это просто красиво.

— Ладно, — сказала Катарина. — Не буду мешать.

И вышла.

Я вернулся к работе.

Ведьма права, конечно. Зелье для излечения простуды — или, если правильно, элементарное зелье исцеления — хрень полная. Само по себе почти бесполезно.

Но я хочу разобраться в зельях этого мира. Понять, как они работают, чем отличаются от тех, что я знал раньше. Поэтому попросил Тихона создать по одной-две порции всего, что он умеет варить.

Травник притащил два десятка бутыльков. Большинство — ерунда. Но для экспериментов сойдёт.

Вот сейчас, например, элементарное зелье благодаря работе с алтарём уже не только простуду вылечит. Теперь оно и какие-никакие раны затянет. Мелкие порезы, ссадины, синяки.

Для начала неплохо.

Следующие три часа я провёл за алтарём.

Брал бутылёк, ставил на плиту, вливал энергию, передвигал, снова вливал. Смотрел, как меняется цвет, консистенция, свечение. Записывал результаты.

К концу у меня было около десяти бутыльков улучшенного зелья исцеления.

Я собрал их и пошёл на кухню.

Повара как раз готовили ужин.

Баба Катерина помешивала что-то в большом котле. Пахло мясом и перцем.

— Ваша милость! — она обернулась. — Чего изволите?

— Вот, — я поставил бутыльки на стол. — Новый приказ. Добавлять это зелье в пищу. По двадцать граммов в общие котлы.

Повара переглянулись.

— Это что, ваша милость? — осторожно спросила баба Катерина.

— Снадобье специальное.

Она посмотрела на бутыльки с сомнением, взяла один и понюхала.

— А вкус не испортится?

— Зелье безвкусное. Можешь считать его приправой. На вкус и цвет блюд не повлияет.

— А зачем это тогда?

— Если ежедневно употреблять понемногу, через пару недель или через месяц люди начнут чувствовать себя лучше. Старые болячки пройдут, раны быстрее заживут, силы прибавится.

Баба Катерина переглянулась с другими поварами. Те пожали плечами.

— Ну, ежели вы так говорите, ваша милость…

— Говорю. Начинайте с сегодняшнего ужина. Кстати, отлично пахнет, — я развернулся и вышел.

По дороге думал о том, что это, конечно, расточительство. Зелья не растут на деревьях. Травы для них нужно искать, собирать, правильно обрабатывать.

Тихон жаловался, что многих трав в округе просто нет. Или есть, но мало. Нужно ходить далеко, искать в глуши.

Надо придумать способ для более эффективного поиска. Какой-нибудь артефакт, который будет чувствовать нужные растения. Или обучить людей. А лучше и то, и другое.

Зелья могут быть очень полезны. В бою, в лечении, в хозяйстве. Нужно развивать это направление.

Арсений, как всегда, что-то ковал, когда я вошёл в кузницу.

— Ваша милость! — он отложил молот. — Чем помочь?

— Нужна одна штука. Смотри.

Я достал из кармана лист бумаги с чертежом и развернул его на верстаке.

— На раму для картины похоже, — сказал кузнец.

— Да. Только очень маленькая. И сделать её нужно из алюминия.

Арсений склонился над чертежом.

— Хм. Размер с ладонь, значит… А это что за пазы?

— Под камни разного размера. Видишь, здесь, здесь и здесь.

— Вижу. А вот эти болтики?

— Их можно подкручивать и менять размер креплений. Чтобы камни разной величины влезали.

Кузнец почесал в затылке.

— Хитрая штука. А почему из алюминия?

— Надо так. Кстати, надо будет сделать так, чтобы готовая рамка сливалась с древесной корой. Так что когда закончишь, надо будет покрасить.

— В цвет коры?

— Именно.

Кузнец ещё раз посмотрел на чертёж. Потом кивнул.

— Понял, ваша милость. К вечеру будет готово.

Я посмотрел на него.

— Точно к вечеру?

— Точно, ваша милость.

— Арсений, я серьёзно.

Кузнец улыбнулся.

— Ваша милость, когда я вас подводил?

Хороший вопрос. Никогда не подводил.

Я вышел из кузницы и задумался.

Странный он всё-таки, этот Арсений. Что ни закажешь — всё делает быстро. И качественно. Другие кузнецы над такой рамкой неделю бы корпели, а этот — к вечеру.

Надо за ним как-то проследить, что ли. Понять, в чём секрет.

Может, у него тоже какой-то дар? Или артефакт?

Ладно. Потом разберусь.

Сейчас — другие дела.

В деревню я приехал к полудню.

Степан встретил меня у околицы — видно, предупредили, что граф едет.

— Ваша милость! Что-то случилось?

— Нет. Работа появилась.

Вокруг нас уже собирались люди. Услышали слово «работа» — и потянулись. Особенно новенькие, те, что из лагеря. Им работа нужна была как воздух.

— Какая работа? — спросил староста.

— Нужны люди, которые разбираются в травах. Которые могут находить их в лесу.

Степан почесал в затылке.

— Травы, значит…

— Да. Собирать нужные растения для зелий. При этом они будут обучаться у следопытов. Элементарное владение луком, ближний бой.

— Это зачем же?

— Места опасные, — я обвёл взглядом собравшихся. — Можно и на бандитов напороться, и на магических зверей. Не говоря уже про инсектоидов. Нужны те, кто может сражаться и ориентироваться в лесу.

Люди загудели. Кто-то с интересом, кто-то с опаской.

— Много людей надо? — спросил Степан.

— Человек десять-пятнадцать. Лучше всего молодых. Долгие прогулки по лесу требуют выносливости, а поиск трав — острого зрения.

Староста кивнул.

— Понял. Дайте полчаса, ваша милость, соберу кого найду.

Он ушёл. Я остался ждать. Прошёлся по деревне, проверил как работает камневарка, постоял у колонны. Нового оружия в деревне не появилось, только инструменты добавились.

Хорошо, значит, Тернов пока что притих. Я слышал, у него там какая-то заварушка с другим соседом. Вот и славно, пусть между собой дерутся, а меня не трогают.

Люди вокруг не расходились. Смотрели на меня, переговаривались. Новенькие выглядели особенно заинтересованными. Для них любая работа — это шанс закрепиться, стать своими.

Через полчаса Степан вернулся. За ним шла толпа молодых парней и девушек.

— Вот, ваша милость. Двадцать человек. Все молодые, от восемнадцати до двадцати лет.

— Выстройтесь в ряд, — приказал я.

Они выстроились. Я пошёл вдоль ряда, вглядываясь в лица.

Этот слишком худой — не выдержит долгих переходов. Этот слишком медлительный — по глазам видно. Эта девка слишком пугливая — в лесу такая будет только обузой.

— Ты. Ты. Ты. И ты… Ну, и ты тоже.

В итоге я отобрал двенадцать человек. Восемь парней, четыре девушки.

Степан удивлённо поднял брови.

— Так много, ваша милость?

— А они тебе здесь нужны? — вопросом на вопрос ответил я.

— Да я только за, чтобы у молодых дело было, — староста развёл руками. — Просто зачем столько?

— Много зелий нужно. Чтобы Тихон не скучал.

Степан хмыкнул, но промолчал.

Я посмотрел на отобранных.

— С этого дня вы — травники. Будете искать растения для зелий и учиться сражаться. Кто не справится — вернётся в деревню. Вопросы?

Молчание.

— Вопросов нет. Собирайте вещи. Через час выезжаем в имение.

Они разбежались.

Я стоял и думал о том, что расход еды опять увеличивается. Двенадцать молодых ртов — это немало. Нужно больше мяса для оплаты людям.

Уже задумывался о переходе на деньги. Но денег у меня особо нет. Да и тратить их людям практически негде. Торговцы приезжают редко, ярмарка не каждый день, а в город вообще никто не ездит.

Ладно. Разберёмся.

Через час я забрал молодых и мы двинулись в имение. Там я передал будущих травников Герману, объяснил чему их нужно научить, и спокойненько отправился ужинать.

На следующий день я засел в мастерской.

Арсений не подвёл — рамки были готовы к вечеру, как и обещал. Пять штук, все одинаковые. Алюминий, пазы под камни, регулируемые крепления. Покрашены в коричневый цвет.

Я разложил их на столе и начал работать.

Первым делом — камни. Достал из шкатулки несколько небольших кварцев. Проверил каждый на чистоту и магический резонанс. Кое-где немного огранил, чтобы подправить размер и энергетические потоки.

Вставил в пазы. Подкрутил болтики, закрепил. Отлично, всё как надо.

Теперь — зачарование.

Я сосредоточился и начал наносить руны. Тонкие линии на металле, почти невидимые. Каждая — часть общей системы.

Работа заняла несколько часов. Когда закончил с первой рамкой, отложил её и взялся за вторую.

К вечеру все пять были готовы. Камни на месте, руны нанесены. Осталось последнее — настроить на нужные травы.

Утром мне принесли образцы.

Тихон сам пришёл, притащил корзину с растениями. Ромашка, зверобой, чабрец, мать-и-мачеха, корень солодки. И ещё десяток, названия которых я не запомнил.

Я взял первую траву, положил на металлическую плошку. Создал магический огонь.

Трава начала тлеть. Дым поднялся вверх, окутал рамку с камнями.

Я направил поток энергии, заставляя камни «вдыхать» этот дым. Впитывать ауру растения, запоминать её.

Для меня это элементарная магия. Деревенская практически.

Если бы у меня сейчас было больше сил, я мог бы просто переместить ауру растения напрямую. Но мой нынешний уровень не позволяет. Приходится использовать обходные пути.

Сжёг ромашку. Взял зверобой. Потом чабрец.

Травы сгорали по одной, камни впитывали их ауру. К концу второго дня все пять рамок были готовы.

Я осмотрел их. Ни один камень не треснул. Отличная работа, Леонид Сергеич…

У нормального огранщика такого и не случается. Это только неудачники говорят, что всегда есть погрешность, элемент случайности.

Но у истинных магов случайность равна смерти. Маг, который допускает случайности, долго не живёт.

Я упаковал рамки и отправился в лес.

Места выбрал заранее.

Пять точек, разбросанных по чаще вокруг владений. Первую рамку приделал к старому дубу. Использовал магию, чтобы «приварить» металл к коре. Разместил на небольшой высоте — чтобы не бросалась в глаза, но и не слишком высоко.

Отошёл, посмотрел. Почти незаметно. Хорошо.

Пошёл дальше. Вторая рамка — на иве у ручья. Третья — на сосне возле оврага. Четвёртая и пятая — на границе с землями Ковена.

К каждому артефакту я присоединил сторожевые нити. Весь лес уже был опутан моей системой. Нити тянулись от дерева к дереву, от куста к кусту. Сторожевая сеть, которая предупреждала о вторжениях.

Теперь я добавлял к ней новые нити. Другого цвета, другого назначения.

Работа заняла остаток дня.

Когда солнце начало садиться, я приехал к пункту управления. Большой булыжник посреди поляны, который недавно «заряжала» Катарина. Точнее, она заряжала расположенную под ним систему кристаллов, но не знала об этом.

Я убрал маскировку, залез в яму под булыжником и начал добавлять новые кристаллы.

Принцип работы простой.

Даю запрос на определённую траву — и смотрю на нити. Если нужное растение есть в зоне действия артефакта, две нити загораются бордовым цветом. Иду по ближайшей нити — и нахожу траву в радиусе тридцати-сорока метров.

Своеобразный сканер. Который ищет растения в реальном времени.

Это важно. Травы могут вырасти сегодня, а завтра уже исчезнуть. Какой-нибудь заяц сжуёт. Или погода изменится, и растение погибнет. Или ещё что-то.

Теперь я буду знать, где что растёт. В любой момент.

Я закончил настройку и отправился домой.

Герман нашёлся на завалинке возле строящегося курятника. Наблюдал за тем, как петух отгоняет гусей от куриц и улыбался.

— Привет, Герман, есть минутка?

— Слушаю, ваша милость, — подошёл ко мне следопыт.

— Кто из молодых уже готов к работе?

Герман посмотрел на меня как на сумасшедшего.

— Да вы издеваетесь? Кто из них может быть готов? Вы мне их только вчера выдали.

— Траву из них кто-то может собирать?

Герман пожал плечами.

— Траву и я могу собирать. И мои следопыты.

— Отлично. Тогда слушай задачу.

Я достал из сумки карту леса. Развернул на лавке.

Карта была размечена на квадраты. Каждый квадрат — участок леса размером примерно километр на километр.

Я закрыл глаза и мысленно обратился к нитям. Почувствовал систему, увидел, где что растёт, и стал рассказывать Герману.

Он слушал, запоминал, а потом не выдержал:

— А откуда вы знаете, что там растёт?

— Просто знаю. Не отвлекайся.

Я продолжил раздавать указания. Квадрат за квадратом, растение за растением.

Когда закончил, Герман кивнул.

— Понял. Раздам задачи следопытам. Каждый получит свой квадрат.

— Действуй. И молодых подключай понемногу. Пусть учатся на практике.

Следопыт ушёл, свистя на ходу.

Вот и отлично. Благодаря большому запасу трав у нас получится поднять алхимию на новый уровень. Чтобы у Тихона вообще никогда не было проблем с травами. Чтобы зелья лились рекой.

Мечты, конечно. Но к мечтам нужно стремиться.

Я направился к колодцу, набрал ковш ледяной воды. И тут во двор влетел гонец.

Парнишка лет пятнадцати, весь в пыли, запыхавшийся. Соскочил с лошади и бросился ко мне.

— Ваша милость! В деревне проблемы!

Я напрягся.

— Жуки?

— Хуже!

— Что может быть хуже жуков?

Парень сглотнул.

— Пришёл вооружённый отряд. Человек двадцать. Они требуют выдать им тридцать женщин.

Я поперхнулся водой.

— Чего⁈

— Тридцать женщин, ваша милость. Говорят, если не выдадим — сожгут деревню.

— Люди Тернова? Гербы видел?

— Вроде нет, ваша милость, — побледнел парнишка, увидев мой злобный взгляд.

— Ильдар! — заорал я.

Капитан гвардии появился через минуту.

— Что-то случилось, господин?

— Собирай всех бойцов. Едем в деревню.

— Так точно. Враги?

— Какие-то ублюдки требуют наших женщин. Нужно узнать, кто там такой смелый…

Боря Кривой не любил долгие походы.

Двенадцать часов верхом — это перебор. Задница болит, спина ноет, настроение паршивое. А всё потому, что первая деревня оказалась не такой, как раньше.

Они прибыли туда два дня назад. Думали — лёгкая добыча, как всегда. Слабенькая деревушка без охраны, всего шесть часов пути от владений господина. Бывали там уже, знали расклад.

Но вместо беззащитных крестьян их встретила куча солдат. В доспехах, при оружии. И башни какие-то появились — раньше их не было.

Штурмовать? Не вариант. Погибать никто не хочет.

Вернуться с пустыми руками? Тоже не вариант. Господин Велесов — человек резкий. Торгует рабами, и если товар не привозят, очень злится. Последнего, кто вернулся без добычи, скормили собакам.

Так что Кривой со своими людьми два дня выжидали. Надеялись, что солдаты уйдут. Но те и не думали уходить.

Пришлось ехать дальше, искать другую деревню.

По дороге попытали счастья — ограбили какой-то обоз. Но там оказались земледельцы, везли овощи на продажу. Баб среди них не было вообще.

И вот теперь — эта деревня.

Борис остановил коня на холме и посмотрел вниз.

Хорошее место. Дома крепкие, некоторые даже каменные. Ещё и новые строятся. На площади какой-то белый столб стоит.

Люди сытые, одеты неплохо. И баб полно — вон, у колодца стоят, болтают.

Охраны Кривой не видел. Вообще. Никаких солдат, никаких постов. Обычная деревня.

То, что надо.

Борис ухмыльнулся.

Он мог бы сейчас забрать хоть всех. Окружить деревню, согнать людей в кучу, всех связать в одну цепь и погнать, как овец.

Но зачем брать всё сразу, если можно растянуть удовольствие? Господин регулярно даёт такие задания. И теперь Борис будет знать, куда ехать. Взять тридцать баб сейчас, потом ещё тридцать через месяц. Деревня большая, хватит надолго.

— Едем, — скомандовал он своим людям.

Отряд двинулся вниз по склону. Двадцать всадников, все при оружии. Для такой деревни — более чем достаточно.

Крестьяне заметили их и начали разбегаться. Бабы у колодца завизжали, мужики попрятались по домам.

Правильно. Бойтесь.

Борис въехал на центральную площадь и остановился.

— Мне нужен староста! — рявкнул он. — Живо!

Минута тишины. Потом из одного дома вышел пожилой мужик в соломенной шляпе. Смотрел испуганно, но держался.

— Я староста, Степан зовут, — сказал он. — Чего вам надо? Это деревня графа Шахтинского!

Борис хмыкнул.

— Мне плевать, кому она принадлежит. Слушай сюда, дед. Мне нужны тридцать баб. Молодых, здоровых. Ведите их сюда. У вас два часа.

Староста побледнел.

— Но как же…

— Два часа, — повторил Кривой. — Иначе спалим деревню дотла и всех убьём. Тебя последнего, чтобы поглядел, к чему глупость приводит. Понял?

Видно было по лицу, что староста понял.

Борис откинулся в седле и улыбнулся.

Обычная тактика запугивания. Работает безотказно. Крестьяне всегда боятся.

Он посмотрел на перепуганных людей, выглядывающих из окон. На старосту, который стоял, опустив голову.

Хороший день.

Очень хороший день.

А когда баб приведут, станет ещё лучше…