Мастер Рун. Книга 9

Глава 10

Роскошь для жителя любого мира — быть свободным и подчиненным самому себе, при этом не зависеть от сторонних обстоятельств. И если богатеи и хорошо обеспеченные люди могут себе такое позволить, то обычные работники резца и кисти не могут. Во всяком случае не на постоянной основе.

Чжан Вэй и так будет ругаться, что я пропал на несколько дней, а точнее даже больше недели. И в караван не пошел и в городе не заявился. Но сам виноват. Кто вообще придумал сделать четверг нерабочим днём? С ума там сошли совсем что ли?

Я купил пару пирожков у уличного торговца, вместе с кружкой теплого приятного чая и наблюдал начинающееся утро в городе. Тяньчжэнь мне определено нравился. И не только тем, что тут воняло меньше чем в Шэньлуне, потому что у нас на третьем ярусе запахов почти не было. Скорее всего своей силой и тем, что я наглядно видел к чему стремиться…

Тут было очень много сильных практиков. И стоя с утра на набережной, делясь пирожком с охреневшим наглым чудовищем за пазухой, я как раз и наблюдал этих самых практиков-летунов.

Кто вообще придумал летать на мече? Откуда это вообще взялось? Стоять, равновесие держать. Маленькая площадь весьма неудобна для полёта. Понятно, что практик даже моего уровня удержится на таком средстве чисто за счёт своих физических возможностей: чувства баланса, ловкости и грации кошки, но всё равно как по мне это пафос и дурость. Они бы ещё на мётлах летали…

Я на всякий случай осмотрелся, вдруг кто мысли подслушивает, и не смотря на тревожность, заулыбался во все свои зубы.

Летать надо на коврах!

Даже любимое и привычное Крыло неудобное. Там не полежишь, фруктов не поешь, в конце концов. Постоянно рулить надо. А вот ковёр-самолёт — это да! Это вещь! Задал направление, закутался в плед, гоняешь чаи и смотришь красоту вокруг, сбивая несчастных птичек, попавших по курсу. Вот это я понимаю. Хотя в таком случае диван ещё лучше, или даже кровать.

— Виф!

От мыслей о полётах меня снова отвлекла запазуха и требование поделиться последним пирожком, с капустой, между прочим.

— Ты не ешь капусту.

Ага, кто бы поверил. Судя по мыслям щенка, он утверждал, что ест всё.

— Тогда ты, — сказал я ему, — позор рода Байшоу.

Пофиг вообще. Пришлось делиться и прекратить рассматривать летунов, направляясь в сторону мастерской Чжан Вэя. Всё-таки там меня ждут. Главное, чтобы не неприятности. Правда у пристани Четвертого острова, я увидел еще одно чудо и остановился и его посмотреть.

Лодка без вёсел и паруса скользила к причалу, плоскодонка на шесть человек, с низкой надстройкой, выкрашенная в серый с синей полосой. Вот она, основа Левиафана, и летает! А ведь мне говорили, что технологии утеряны. Скорее всего, утеряны только в Степи. И судя по тому, что лодочник обычный практик, привязал лодку, высадил пассажиров и теперь уселся отдыхать, делал ее не он. А мне очень хотелось понять как такие штуки работают. Поэтому немного подумав, я всё же нашел спуск к причалу и направился к нему.

— Смотреть или ехать? — окликнул меня лодочник метров за пять.

— Смотреть.

— Тогда иди своей дорогой путник, не подпущу. Хозяин строго запретил!

— Ну и гад. — я решил вечером после мастерской всё же купить билет и прокатиться на самой лодке, так проще будет, хоть пойму, что и куда там прячется, раз не увижу сами рунные движители и связки, которые эту самую лодку поднимают.

Так, ну вроде я сделал всё, чтобы не идти в мастерскую, но стоит признать, дела закончились, так что идти всё придётся.

Охрана пропустила меня сразу, как я назвал имя и показал жетон, и я прошел внутрь, рассматривая само помещение, где мне предстояло работать, пока человек от торговца спешил ко мне на всех порах.

Мастерская была хорошей. Не роскошной, но — хорошей. Просторная комната с высоким потолком, два рабочих стола, кузнечный горн в углу, небольшой стеллаж с заготовками, вытяжка над горном, на удивление приличная, не дыра в потолке. Три окна выходили на канал, и дневной свет падал на столы ровно, без теней. Элитное можно сказать место, в моей прошлой жизни такое помещение, с таким то видом стоило бы баснословных денег.

В мастерской я был не один, за вторым столом сидел мужчина и медленно что-то выводил в толстой тетради. На меня от даже не отвлёкся.

Не успел я толком осмотреться, как из коридора донёсся частый стук подошв по каменному полу — кто-то шёл быстро, но старался не бежать. В дверях появился мужчина лет сорока, в тёмно-синем халате. Лицо круглое, приветливое, из тех, что располагают к себе ещё до того, как рот откроется. Брови густые, аккуратно подстриженные. Руки ухоженные. Сразу видно что местный управляющий. Порода людей, которая в любом мире выглядит одинаково.

— Мастер Тун Мин! — он сложил руки в приветствии и поклонился ровно настолько, насколько положено кланяться равному. Ни больше, ни меньше. — Фань Дэмин, старший распорядитель представительства торгового дома Чжан в Тяньчжэне. Мы вас ждали.

— Судя по всему, ждали раньше, — сказал я, не видя смысла юлить.

— Господин Чжан Вэй передал нарочным, что вы выехали на встречу с караваном. Когда караван прибыл без вас, мы… — он подобрал слово, — обеспокоились.

Обеспокоились. Хорошее слово.

— Сменил маршрут, — я коротко кивнул. — Обстоятельства.

— Понимаю, — Фань Дэмин не стал уточнять. Умный человек. — Главное, что вы здесь, мастер. Позвольте, я покажу вам, что мы подготовили?

Он повёл меня вдоль стеллажей, попутно рассказывая. Мастерская, оказывается, была арендована специально под меня, точнее, под задачу, которую Чжан Вэй обозначил как освоение новых изделий. Аренда оплачена на полгода вперёд. Материалы закуплены по списку, который составлял ранее. Медные пластины трёх толщин, оловянный припой, кварцевая крошка для наполнителей, обсидиан, и гранит в огромном количестве. А кроме того, набор резцов стандарта местной Гильдии и, что меня удивило, три бруска сплава под названием синий лёд, которого в Шэньлуне я не видел ни разу.

— Синий лёд? — я взял брусок, покрутил в пальцах. Тяжёлый, холодный даже на ощупь, с характерным матовым блеском.

— Сплав меди и горного серебра, если я правильно помнил описания. Превосходный проводник этера, дорогой как слеза непорочной девы в возрасте ста лет. Господин Чжан Вэй указал, что вы работаете с нестандартными материалами. Решил предоставить лучшее из доступного. — Фань Дэмин улыбнулся. — Он также просил передать, что, он в вас верит и искренне обнимает как младшего потерянного брата.

— Только не обниматься! — улыбнулся я. — Пусть младший брат, но без таких нежностей обойдемся.

Фань Дэмин рассмеялся — негромко, но искренне.

— Условия сотрудничества, мастер. Позвольте изложить?

— Излагайте.

Он достал из рукава свиток, заранее подготовленный, с печатью торгового дома. Развернул на ближайшем столе.

Суть была проста и, что удивительно, справедлива. Чжан Вэй предоставляет мастерскую, материалы и сбытовую сеть. Я передаю технологию изготовления «ветродуев», нагревателей и охладителей местному мастеру, который будет вести серийное производство. С каждого проданного изделия, изготовленного по моим схемам, мне идёт десять процентов. Отдельной строкой, бонус за каждое новое изделие, выведенное на рынок: пятьдесят серебра единоразово, плюс те же десять процентов роялти.

Я перечитал дважды. Потом посмотрел на Фань Дэмина.

— А если я усовершенствую существующую модель?

— Двадцать пять и пересмотр роялти в сторону увеличения.

— А если местный мастер усовершенствует мою модель?

Фань Дэмин моргнул. Видимо, этот вопрос ему раньше не задавали.

— Э-э… тогда это будет его заслуга, и…

— И мой процент не меняется, потому что база — моя. Допишите.

Он посмотрел на меня долгим взглядом, потом кивнул и аккуратно вписал дополнение в свободное поле под основным текстом. Почерк у него был каллиграфический. Управляющие, ага, они такие. Красиво пишут, красиво считают, красиво обсчитывают. Дельцы на все руки.

— Печать и подпись, мастер.

Я поставил оттиск жетона Гильдии и расписался. Бабай за пазухой задёргался, так как ему было неудобны мои наклоны. Пора его в сумке таскать, или сделать что-то типо перевязи.

— Теперь, — Фань Дэмин свернул контракт и спрятал в рукав с ловкостью фокусника, — позвольте представить вам мастера, с которым вы будете работать.

Он повернулся к человеку за вторым столом, который за всё время нашего разговора ни разу не поднял головы.

— Мастер Лу. Мастер Лу, ваш коллега прибыл. Мастер Тун Мин, вот его характеристика. — Фань протянул мне очередную бумагу.

Человек дописал строчку. Потом ещё одну. Потом аккуратно положил кисть на подставку, выпрямился и наконец посмотрел на меня.

Лу Цзюнь. Тридцать два года, если верить документам, но выглядел на все сорок, из тех людей, которых жизнь старит не годами, а заботами. Невысокий, худощавый, с покатыми плечами человека, который слишком много часов проводит, склонившись над столом. Он смотрел на меня так, как смотрит опытный работник на нового начальника. Без враждебности, но и без иллюзий. Знакомый взгляд.

— Лу Цзюнь, — сказал он. Голос негромкий, ровный. — Шестой класс. Специализация — бытовые контуры.

— Тун Мин, — ответил я. — Шестой класс. Специализация… широкая.

Фань Дэмин за моей спиной тактично кашлянул.

— Мастер Тун Мин — автор технологии трафаретного нанесения рун, — сказал распорядитель голосом, каким представляют важных гостей на приёмах. — Создатель линейки «ветродуев», термоконтуров и ряда других изделий, которые торговый дом планирует вывести на рынок Тяньчжэня. Мастер Лин из Шэньлуна лично рекомендовала его как одного из наиболее перспективных…

— Фань Дэмин, — прервал я. — Мастер Лу — практик. Он поймёт лучше, если я покажу, а не если вы расскажете.

Распорядитель замолчал. Лу Цзюнь посмотрел на меня чуть внимательнее.

— Покажите, — сказал он.

Фань Дэмин кивнул нам обоим, сообщил, что будет в конторе на первом этаже, если понадобится, и ушёл.

Я снял рюкзак и дорожный плащ. Положил на край стола сумку. Бабая осторожно извлёк из-за пазухи и посадил на подоконник — щенок немедленно свернулся клубком на солнечном пятне и закрыл глаза. Предатель. Он значит спать, а я работать?

Затем достал из сумки трафаретный набор: три пластины из тонкой бронзы, каждая с вырезанным рунным контуром, проверенным десятки раз. Фирменный ветродуй, простейшая модель, нагреватель и охладитель. Рядом положил заготовку, для примера, медную пластину размером с ладонь. Без разницы на чем показывать.

— Трафаретный метод, — сказал я, фиксируя трафарет на пластине. — Суть проста, вместо того чтобы каждую руну рисовать вручную, мы вырезаем контур в шаблоне и переносим разом. Каждый шаблон — это одна связка, проверенная и отлаженная. Ошибка исключена, потому что ошибаться негде. Линии уже прорезаны.

Лу Цзюнь подошёл ближе. Взял трафарет «ветродуя» двумя пальцами, поднёс к глазам. Повернул. Посмотрел на просвет.

— Линии чистые, — сказал он. — Вы сами резали?

— Сам.

Он положил трафарет обратно. Складка между бровей вернулась.

— А скажите, зачем? — спросил он тут же. — Мастер Тун. Я двенадцать лет рисую руны вручную. Рука не дрожит, линия не гуляет. Если я могу нарисовать контур без шаблона — зачем шаблон? Это поганит наше искусство.

Да еще таким голосом что мне оставалось только закатить глаза и показать своё отношение к рунным мастерам, считающим руны искусством, а не ремеслом.

— Своё мнение, можете засунуть себе в задницу и периодически почесывать. — грубо ответил я. — Вы прекрасно знаете, что и зачем. Деньги правят миром, а не ваше желание быть искусным. Будь моя воля, я поставил бы на производство мальчишек лет десяти, и они бы справились не хуже, чем мастер бытовых.

— Но! Ты!

— Да не нокай ты. — я тоже перешел на ты, к Бездне вежливость. — И слушай сюда. Мне плевать на искусство и твои знания, сейчас у тебя есть выбор. Либо ты делаешь что я скажу и покажу, и зарабатываешь на этом хорошие деньги, либо валишь нахрен отсюда. Я слушать тебя не собираюсь.

Он помолчал. Потом кивнул, коротко, одним движением.

— Другое дело. — ответил я, разворачивая сборку. — За следующие пару дней мы доработаем мелочи, чтобы упростить сборку самого ветродуя. Как я понимаю, обсидиан и гранит уже изготовлены в размеры и проверены знающими людьми согласно моим шаблонам, так что нам остаётся только сборка, нанесение рун и последующая проверка работы с накачкой этера по минимуму. И так во всём. Никаких новинок я пока давать не буду. Схема поста, и из Шэньлуна проще будет прислать уже готовую сборку в мастерскую, а здесь уже по ней работать.

Затем я рассказал про все свои изделия, как и что собирается, показал четкие инструкции, чуть ли не по граммам и действиям расписанные, на основе работы Сяо, подчеркивая, что нарушать инструкции — значит вредить. На всё про все ушло меньше получаса. И мое желание тут работать пропало полностью. Пусть сидит этот червяк и делает своё дело. я лучше у тому рунмастеру схожу, которого мне посоветовали в гильдии.

Лу Цзюнь, смотрел и слушал внимательно, и вроде после того, как засунул свою нетакушечность куда подальше, стал более адекватным, вот и сейчас рассматривая последнее изделие — рунный светильник в форме бумажного шара, на тонкой палке, под которым прятался сам артефакт и который давал хороший теплый свет для спальни.

Он аккуратно положил изделие на стол.

— Мастер Тун. Сколько вам лет?

— Восемнадцать.

Пауза была длинной. Лу Цзюнь посмотрел на меня, потом на «ветродуи», потом снова на меня.

— Восемнадцать, — повторил он ровным голосом.

— Понимаю. Неприятно слушаться младшего по возрасту.

— Это не то слово.

Я усмехнулся. Честность мне нравилась больше лести.

— Мастер Лу. Мне восемнадцать, и я делаю руны быстро. Тебе тридцать два, и ты делаешь руны правильно. Но здесь и сейчас скорость важнее всего остального. Скорость — не значит потеря качества, это просто деньги.

Он помолчал. Потом впервые за всё время улыбнулся. Не широко, одним уголком рта, но улыбнулся.

— Вы всегда так разговариваете? — спросил он.

— Только когда не вру.

— А когда врёте?

— Тогда я гораздо вежливее.

Лу Цзюнь фыркнул, ему показалось это смешным.

— Ладно, — сказал он. — Давайте я попробую по вашему трафарету. А вы будете смотреть и говорить, где я делаю не так.

— Договорились.

Сложно было только с ветродуем, остальное мастер шестого класса сделал спокойно и быстро, мне даже не пришлось поправлять. Он сразу учел что я покину мастерскую через какое-то время и придётся справляться самому. А инструкции… А они была весьма хороши, я могу собой гордиться.

— Десяток изделий, набьется рука, и можно будет делать их на автомате. — сказал я изучая готовый ветродуй. — Изначально я думал тут будет десяток обычных мастеровых и один мастер, следящий за качеством изделий и проверкой этером.

— По сути так и есть — кивнул Лу Цзюнь. — Даже если я буду каждый день делать пять ветродуев, судя по всему, это будет слишком мало для господина Чжан Вэя. Он собирается сильно увеличить производство. Еще десять человек прибудут в течении недели. А я буду старшим.

— Вот это другое дело. — Я прикинул размах, и монеты посыпались перед глазами. — Что ж, я думал будет сложнее, но всё оказалось несколько проще.

— Мастер Тун. Я хочу спросить прямо, если позволите.

— Спрашивайте.

— Надолго вы здесь?

— Не знаю, — честно ответил я. — Минимум — месяц. Максимум — шесть. Зависит от обстоятельств. И я пока склоняюсь к тому, что месяц — это лучше. Здесь, если мы правильно оценили друг друга, мне делать особо нечего.

— А чем планируете заняться?

— Хочу посетить мастера Вэнь Чжо, специалиста по…

— Я знаю мастера. — кивнул Лу. — Очень сложный рунник, по характеру, но вместе с тем, очень опытный.

— Сложный — это как? — уточнил я, проверяя сумку, не оставил ли чего лишнего, и чтобы засунуть туда щенка. — Мастер моей секты — сложный. Если тут такой же, думаю найду подход.

Лу Цзюнь помолчал, подбирая слова.

— Мастер Вэнь Чжо — пятый класс, — сказал он наконец. — Скорее всего скоро перейдет в четвертый. Он двадцать лет работал на армию, потом ушёл и открыл частную мастерскую. Берёт учеников, но… не держит. Последний продержался две недели. До него — девять дней. Рекорд, говорят, был месяц, но это не точно. Чуть не убил одного парня, моего знакомого, голову пробил ему.

— А швырялся чем?

— Заготовкой для щитового контура. Килограмма четыре, если не ошибаюсь.

— Попал?

— Мастер Вэнь Чжо — практик пятого класса. Он не промахивается.

Я хмыкнул. Звучало весело. В том смысле, в каком весело звучит рассказ о том, как кто-то наступил на хвост тигру. Пока это не ты.

— Спасибо за предупреждение, мастер Лу.

— Не за что. — Он посмотрел на меня своим усталым, серьёзным взглядом. — Мастер Тун. Если вы к нему пойдёте… не начинайте с того, что его искусство можно заменить трафаретами.

Я рассмеялся.

— Обижаешь мастер Лу. Искусство нельзя заменить трафаретами. Производство можно.

Комната Фань Дэмина располагалась рядом, небольшая, с двумя шкафами, заваленными свитками, столом из тёмного дерева и чайным набором на отдельной подставке. Чайник был горячий.

— Мастер Тун! — Фань Дэмин поднялся из-за стола, когда я заглянул в дверь. — Уже закончили? Я думал, вы на весь день.

— Мастер Лу схватывает быстро, инструкции я ему оставил, пусть тренируется. Не вижу смысла сидеть у него над душой.

— Прекрасно, прекрасно. — Он сделал жест в сторону стула напротив. — Присядете? Чаю? У меня Лунцзин, свежий, с весенних плантаций Южного берега. Третий лист, между прочим, не пыль.

Я сел. Отказываться от хорошего чая — грех, тем более бесплатного. Фань Дэмин разлил по чашкам — движения отточенные, красивые, ни капли мимо.

— Адрес мой запишите, — сказал я, принимая чашку. — Гостиный двор «Золотая цапля», Седьмой остров. Комната на втором этаже, у лестницы. Это если будут вопросы от мастера Лу или срочные новости.

Фань Дэмин записал.

— «Золотая цапля» — хороший двор, — кивнул он. — Чистый, тихий. Хозяйка строгая, но справедливая. Правда, кормят там средне.

— Я заметил, но зато до отвала.

— Если позволите совет — на Пятом острове, в переулке за храмом Трёх Мудрецов, есть харчевня «У старого Лю». Там готовят свинину в кисло-сладком соусе так, что вы забудете дорогу обратно в Шэньлун.

— Я и без свинины не тороплюсь обратно.

Фань Дэмин улыбнулся и отпил чая. Потом посмотрел на меня поверх чашки тем особенным взглядом, каким смотрят люди, когда собираются задать вопрос не по делу, но от души.

— Мастер Тун. Если не сочтёте за дерзость… как дела в Шэньлуне? Я не был там уже семь лет. Скучаю иногда, хотя казалось бы, что там скучать.

— А вы оттуда?

— Родился на Втором ярусе. Отец держал лавку тканей у Восточных ворот, пока не разорился, мать шила в ней же, обычная история. Потом я уехал в Тяньчжэнь, когда мне было двадцать три, и ни разу не пожалел. Но город… город помню.

Я отпил чай и подумал, что сказать.

— Шэньлун стоит, — сказал я. — Воняет, как и прежде местами. Второй ярус расширился. После восстания первый еще на заработал до конца, рынки закрыты, но говорят что скоро откроют

— Ничего особенного, — повторил Фань Дэмин с лёгкой ноткой ностальгии. — Это и есть лучшая новость. Значит, стоит.

Он долил мне чая.

— А чайная «Облачный журавль», с видом на ущелье на третьем еще работает?

— Есть до сих пор. Только хозяин сменился, очень медленный. — ответил я, не совсем понимая такие вопросы. Чжан Вэй, как завсегдатай этой чайной и сам мог прекрасно рассказать Фаню про неё. Он тут каждые два месяца бывает. Какая-то запоздалая проверка

— Зато хороший чай, мастер Тун, — Фань Дэмин рассмеялся. — Хороший чай не терпит спешки.

Мы помолчали.

— Мастер Тун, — Фань Дэмин поставил чашку. — Раз уж вы здесь и раз уж ваши дела с мастерской улажены быстрее, чем мы ожидали… Могу я пригласить вас на мероприятие?

— Какого рода?

— Ярмарка Ветров начинается через десять дней. Это такой местный ежегодный праздник, где можно купить и продать всё что душе угодно, от артефактов, до настоящих редкостей. Торговый дом Чжан участвует, мы выставим партию ваших ветродуев, кстати, в серебряной отделке для тех, кто хочет нечто элитное. Но, помимо этого, там будет весь Тяньчжэнь. Мастера, торговцы, главы малых сект и не только. Для человека, который хочет завести полезные знакомства, лучшего места нет.

— Кажется я видел объявление на щите у площади, — сказал я. — Стоит посетить?

— Верно, — кивнул Фань Дэмин. — Ярмарка проходит на территории владык города, семейства Вейранов, на втором острове. Там есть так, называемые Торговые залы. Очень советую.

Я покрутил чашку в пальцах. Снова они… Меня опять ведут?

— Вейран. Странное имя для Тяньчжэня. Не местное.

— Не местное, — согласился он. — Вейраны пришли с запада. Из-за Хребта Облачных Игл, если верить их собственной истории. Три поколения назад основатель, Дарен Вейран появился в Тяньчжэне с одним сундуком и двумя телохранителями. Так говорят легенды. Через десять лет у него был торговый дом, ставший одним из крупнейших в городе. Сейчас домом управляет его правнук, Тобиас Вейран. Деньги решают многое, мастер Тун мин, согласитесь.

— Соглашусь, — повторил я, пробуя имя на вкус. — Дарен. Тобиас. А чем торгуют?

— Всем, — Фань Дэмин развёл руками. — В этом их сила. Вейраны не специализируются на чём то одном, предпочитая разнообразие. Ткани, специи, рунные материалы, даже оружие, если это можно купить и продать, они этим занимаются. Но основной доход, насколько я понимаю, артефакты. Они скупают редкие вещи по всему региону и выставляют на Ярмарке Ветров. Процент с каждой сделки плюс арендная плата за торговые места. Красивая схема.

— Хитрая, — поправил я.

— В торговле это одно и то же, мастер Тун, — Фань Дэмин улыбнулся. — Так вот, Ярмарка. Вейраны организуют, но участвуют все. Торговый дом Чжан имеет постоянное место — четвёртый ряд, у фонтана. Я могу оформить вам гостевой пропуск как нашего мастера. Это даст доступ не только в общие залы, но и на закрытые площадки, там торгуют вещами, которые на открытый аукцион не выносят.

— Что, например?

— Ядра зверей с нижних этажей и далёких земель. Редкие сплавы. Иногда попадаются рунные вещички Древних из частных коллекций. — Он понизил голос. — И контакты. На закрытых площадках завязываются отношения, которые потом стоят дороже любого ядра.

Я задумался. Ярмарка — это и материалы, которые мне могут пригодиться, и возможность посмотреть на местный уровень рунного дела вблизи и сразу в одном месте, потому что бегать по десяткам лавок, разбросанных по всему городу — это даже в мыслях было утомительно и бесполезно.

И Вейраны. И приглашение. У меня сразу промелькнула мысль, что это именно Фань Дэмин тот гад, который может сдать меня как перспективного рунмастера этим выродкам. Небольшая скажем так подработка. Впрочем, почему бы и нет?

— Буду, — сказал я. — Оформите пропуск.

— Прекрасно! — Фань Дэмин просиял. — Я пришлю его в Золотую цаплю за два дня до ярмарки.

Я допил чай и поднялся. Пора валить.

— Спасибо за чай, Фань Дэмин. И за рассказ.

— Всегда рад, мастер Тун. — Он тоже встал, поклонился. — Если вам что-нибудь понадобится в городе, присылайте записку. Я здесь каждый день, кроме четверга.

— Кроме четверга, — повторил я. — Что за город с этими четвергами.

— Традиция, — пожал плечами Фань Дэмин. — Говорят, основатель Торгового Совета родился в четверг и считал этот день священным. Вот уже семь сотен лет весь город отдыхает раз в неделю.

— А Вейраны тоже отдыхают?

— Вейраны? — Фань Дэмин чуть поморщился. — Вейраны, мастер Тун, не отдыхают никогда.