Мастер Рун. Книга 9

Глава 6

И всё же города, особенно такие огромные, меня поражали.

Я понимаю, как и за счет чего они существуют. Еды в этом мире, хоть обожрись на самом деле, и стоит она не так уж и дорого. И работы много, которая позволяет эти деньги заработать и прокормить себя и семью. Весь мир — как огромный механизм, задача которого, обслужить практика и дать ему возможность развиваться. И у практика более низшего уровня абсолютно такая же задача.

И пусть на самом деле мир Сферы жесток, и откровенно не справедлив, он был, жил и не ломался уже наверное тысячи лет, а то и сотни тысяч, что говорило о весьма устойчивой конструкции и равновесии между разными полюсами.

Город гудел. Я услышал его раньше, чем разглядел. Низкий, утробный гул, похожий звук огромного механизма. Тысячи голосов, стук молотков, скрип колёс, крики лодочников, всё это сплеталось в одну бесконечную ноту, от которой закладывало уши. Шэньлун рядом с этим звуком был тихой горной деревушкой.

А потом я увидел сам город.

Река Хуанлун, разлившаяся здесь до невероятной ширины, распадалась на рукава и протоки, обнимая клочки суши, которые люди за столетия превратили в нечто среднее между крепостью и муравейником. Острова соединяли мосты. Десятки мостов, каменных, деревянных, подвесных, понтонных, и между ними, по воде, двигалось столько лодок, барж, джонок и плотов, что казалось, по реке можно перейти посуху, просто шагая с борта на борт.

Центральный остров поднимался выше остальных, и на его вершине я разглядел стены цитадели, белые, с зелёной черепицей крыш. Вокруг цитадели теснились кварталы, от богатых особняков с садами на верхних террасах до трущоб у самой воды, где дома стояли на сваях, а между ними болтались верёвки с бельём. Богатые и здесь старались жить выше, чем простые смертные и не слишком богатые практики.

Четыре миллиона человек. Я не мог этого осознать. Шэньлун казался мне большим, с его ярусами и рынками. А тут в два раза больше. Да и сам город был древнее, как минимум имея историю в пять тысяч подтверждённых лет, согласно летописям.

— Красиво, да? — сказал Инь Син, не высовываясь из повозки. — Был тут лет сорок назад.

— Водяные ворота где?

— Юго-восток. Вон тот остров, крайний правый, видишь причалы? Там. Да мы мимо не проплывём, не беспокойся.

Островов, было десять, по рассказам Сина, четверо из них, помимо самой цитадели, были окружены высоченными крепкими стенами, полностью окружающими сами острова, которые размерами были очень большими, и вмещали в себе десятки сект, кланов и школ практиков. Большая часть элиты города жила на этих защищенных островах. На всех остальных жили в перемешку.

Наша баржа причалила к грузовому пирсу Водяных ворот к вечеру. Свет уже уходил с воды, окрашивая протоки в рыжий и медный, и на башнях зажигались рунные фонари.

Очередь на проверку оказалась длинной, но двигалась быстро. Городская стража работала не как в Шэньлуне, здесь всё было конвейером. Документы. Печать. Цель визита. Документы. Печать. Следующий. Когда подошла моя очередь, я протянул стражнику свои бумаги, командировочную грамоту Секты Каменного Молота, жетон Гильдии рунных дел, рекомендательное письмо от мастера Лин.

Стражник, крупный мужчина с рябым лицом и усталыми глазами, пролистал документы быстро, но внимательно. Задержался на жетоне Гильдии, повертел его, проверил рунную метку, кивнул.

— Цель визита, мастер Тун Мин?

— Торговые и гильдейские дела. Открытие временной мастерской, продажа артефактов, консультации с филиалом Гильдии рунных дел.

— Духовный зверь?

— Мой. — Я кивнул на Бабая, который сидел у меня на руках и с интересом разглядывал стражника, скрывать его было нельзя. — Байшоу, молодой. Послушный, не опасен. Он так же одна из причин посещения города, я еду на приём к достопочтенному мастеру Юнь А, чтобы помочь вылечить зверя, он не растёт.

Стражник покосился на щенка. Бабай посмотрел на стражника. Стражник решил, что вопросов больше нет.

— Добро пожаловать в Тяньчжэнь, мастер. Оружие будете носить при себе?

— Я владею копьем, не вижу смысла с ним ходить по городу, но есть еще ножи и меч. — я показал оружие и получил на копье и меч круглые жетоны, без номеров, но с дыркой и веревкой. На них стражник поставил печать.

— Хорошо. — он протянул мне разрешение на проход в город. — Разрешение на ношение оружия действует в пределах всех островов, кроме Первого. На Первый остров вход только по особому пропуску. Правила города написаны на стене справа от ворот. Нарушение карается штрафом, повторное, высылкой. Лошадей и повозку на третий причал, оттуда по мосту на Седьмой остров, гостиные дворы. Приятного пребывания.

— Благодарю.

Я прошёл через арку ворот, и Тяньчжэнь поглотил меня.

Инь Син, понятное дело, прошёл ворота вместе со мной, прячась в моей тени. Стража его не видела. Детекторы не засекли. Никто, ни единая живая или неживая система безопасности не заметила, что за рунным мастером шестого класса, с щенком и повозкой, прошёл практик средней стадии закалки кожи, объявленный в розыск в соседнем городе.

Нужно это исправить. Несправедливо, когда у одного человека есть такой чит. А ведь он скорее всего не один такой. А ведь как наёмный убийца — это идеальная способность.

Это было страшно. Не за себя, а вообще. Если техника Инь Сина работала так безупречно, сколько ещё таких теней бродило по городам, невидимых и незамеченных? Не может же быть он уникальным. Я подавил эту мысль и сосредоточился на том, чтобы не потеряться в толпе вместе с повозкой.

Седьмой остров, куда меня направили, оказался торговым районом. Не самым богатым, но и не трущобами. Крепкие каменные дома в два-три этажа, мощёные улицы, фонари на каждом углу, лавки и мастерские на первых этажах, жильё наверху. По улицам текла толпа, не такая густая, как у ворот, но всё равно впечатляющая. Но в отличие от Шэньлуна, тут практически не пахло, всё же ветер на островах давал свежий воздух, вынося запахи города подальше.

Гостиный двор я нашёл через час, потратив половину этого времени на то, чтобы понять, как здесь устроена навигация. В Шэньлуне было просто, ярусы, сектора, номера. Здесь же острова, мосты, кварталы, переулки, и каждый второй прохожий, которого я спрашивал дорогу, давал направление, которое противоречило предыдущему. Карта города, купленная за пять медных монет у мальчишки на мосту, оказалась подделкой, один из мостов, обозначенных на ней, снесли и строили заново чуть в стороне.

«Золотая цапля» — так назывался гостиный двор, в который я в итоге заселился. Двухэтажное здание с внутренним двором, конюшней, собственным колодцем и небольшим садом, в котором росло кривое вишнёвое дерево, цветущее, хотя весна уже перешла в начало лета. Хозяйка, полная женщина с громким голосом и цепким взглядом, осмотрела мои документы, повозку, щенка и меня самого, в этом порядке, и назначила цену.

— Серебряная в сутки, — сказала она, — комната на втором этаже, окнами на двор. Конюшня и корм для лошадей отдельно, десять медных. Питание отдельно. Духовный зверь, если нагадит на ковёр, штраф половина серебрушки.

— Бабай не гадит на ковры, — сказал я с достоинством, оплачивая на неделю вперед.

— Все так говорят, — парировала хозяйка. — А потом ковры менять.

Комната оказалась маленькой, но чистой. Вместо привычной циновки на полу и низкого столика, здесь была настоящая кровать с настоящим матрасом, стол, табурет, умывальник с бронзовым тазом и застеклённое окно. Я свалил рюкзак в угол, посадил Бабая на кровать, и только тогда позволил себе выдохнуть.

Первая часть моей задачи выполнена. Я попал в город. Дальнейших планов у меня особо не было, особенно на вечер. Выспаться, разобраться с картой, вдруг всё-таки не подделка, добраться до гильдии рунных мастеров и пообщаться с ними. Посетить гильдейскую библиотеку, получить разрешение на производство рунных изделий и, собственно, с ними всё. Затем найти торговое представительство Чжан Вэя, которое предоставит мне место для работы и можно запускаться.

Работать я тут планировал по-настоящему. Как мне рассказал сам пухлый торговец, Тяньчжэнь был основным покупателем моих ветродуек, и то часть из них уходила за моря, в неведанные торговцу страны. Знал он об этом, потому что беловолосые капитаны, плавающие на длинных хищных кораблях, забирали весь его товар сразу по приходу каравана, и приходилось с боем отстаивать уже заказанные и отложенные постоянным клиентам артефакты.

А моя задача была простой. Создать здесь рабочее производство, получить пару учеников из гильдии, или своими силами найти работников, и дать торгашу возможность продавать от пятидесяти ветродуек в месяц, что обещало лично мне солидные деньги. Он брал на себя все расходы полностью, ну а я, соответственно, после обеспечения постоянного производства, был свободен. И на самом деле мог бросить все дела, купить себе какую-нибудь землю с деревенькой и жить припеваючи, получая почти тысячу серебра в месяц совершенно не напрягаясь.

Идеально. Если бы не драные сектанты и мой напарник.

Который, к слову, не появился, что скорее всего означало, что он уже ушуршал по своим теневым делам. Сегодня я решил не шиковать, а доесть остатки походной снеди, а также дописать дневник, который я завел себе неделю назад. Туда я записывал разные мысли, не связанные с рунами и моей жизнью, так, взгляды на города, путешествия, жизнь и всё вокруг. А затем, после медитации и прекрасного сна на новом месте, где я умудрился выспаться, начать наконец новые дела.

Бабай сидел на подоконнике, прижавшись носом к стеклу, и через нашу связь транслировал такой поток впечатлений, что у меня голова закружилась. Птицы-рыба-вода-птицы-странный-запах-хочу-молоко. Всё одновременно.

— Потерпи, — сказал я, вставая. Тело после сна на настоящем матрасе чувствовало себя непривычно хорошо. Всё же зря я экономил на удобствах в Шэньлуне. — Сначала дела, потом молоко.

Спустившись во двор, я обнаружил, что хозяйка «Золотой цапли» уже вовсю командовала кухней. Завтрак стоил пятнадцать медных монет и включал в себя рис с рыбой, маринованные овощи, пресную лепёшку и чай. Рыба была речная, свежая, и после нескольких дней дорожных сосисок и деревенской каши показалась мне пиром. Бабай получил своё молоко, тёплое, в глиняной плошке, и затих, сосредоточившись на единственном деле, которое считал по-настоящему важным.

— Хозяйка, — спросил я, как получилось отвлечься от еды, — Гильдия рунных дел, она на каком острове?

— Четвёртый, — ответила та, не оборачиваясь от плиты. — Мост Трёх Арок с нашего берега, потом через Пятый по улице Медников, и на Четвёртый по Старому мосту. Гильдейский квартал там один, не ошибёшься. Большое такое здание с каменными грифонами у входа. Уродливые, между прочим. Лучше нанять экипаж, быстрее будет.

Что я и сделал, пешком, идти было, наверное, часа два, не меньше. А экипаж, оказавшийся небольшой двухколесной пассажирской тележкой, с одной лошадкой, довез меня гораздо быстрее.

Город при дневном свете был совсем другим. То, что вчера вечером казалось хаосом, оказалось хаосом упорядоченным. У каждого переулка было название, выбитое на угловом камне, правда половина камней заросла мхом или была залеплена объявлениями. Мосты пронумерованы, и номера даже совпадали с моей подделочной картой, что уже радовало. Значит это я ошибся.

На мосту Трёх Арок я попросил ненадолго остановиться и невольно залюбовался видом. Четвёртый остров вырастал из воды, как крепость, которой он, собственно, и являлся. Стены из серого гранита, метров десять в высоту, с башнями на углах. У ворот стояла стража, не расслабленная, как на Водяных воротах, а собранная, внимательная. Доспехи с рунными вставками, копья, и ни один из стражников не был ниже закалки мышц. Серьёзно тут к безопасности относились.

— Цель визита? — Стражник у ворот был молод, но смотрел цепко.

— Гильдия рунных дел. — Я протянул жетон и рекомендательное письмо мастера Лин. — Мастер шестого класса, из Шэньлуна. Рекомендательное письмо от наставника Гильдии Лин Жу Цзин.

Стражник осмотрел запечатанное письмо, прочитал титулы мастера Лин, поднял бровь. Потом вернул, кивнул.

— Проходите, мастер. Гильдейский квартал прямо по главной улице, через площадь Четырёх Ветров, второй поворот налево. Здание с уродливыми грифонами. Экипаж лучше оставить здесь.

— Уродливыми? — вырвалось у меня.

Стражник не улыбнулся, но уголок рта дёрнулся.

— Их тут все так называют. Но при гильдейцах лучше не надо. Они гордятся.

Четвёртый остров изнутри оказался совсем не таким, каким я его представлял. Я ожидал чего-то величественного, подавляющего, вроде верхних ярусов Шэньлуна, где каждый камень говорил, Ты мелкий, знай своё место. А тут, за стенами, обнаружилась нормальная улица, широкая, мощёная белым камнем, с деревьями по обеим сторонам. Живые, настоящие дубы, с толстыми стволами и раскидистыми кронами, дающими тень.

Дома были богатыми, но без вычурности. Двух-трёхэтажные, каменные, с балконами и садами на крышах. На первых этажах лавки, сразу по знакам и вывескам было видно, что гильдейские. Чего тут только не было. Алхимические салоны, оружейные мастерские с витринами, книжные лавки. Публика тоже была соответствующая, практики, мастера, ученики. Одежда добротная, но без излишеств, что только подчеркивало этот место с хорошей стороны.

Здание Гильдии рунных дел я нашёл без труда, хозяйка не соврала, мимо грифонов пройти было невозможно. Два каменных зверя по сторонам лестницы, метра по два в высоту, с львиными телами и орлиными головами, застывшие в позах, которые, по задумке скульптора, должны были выражать какие-то эмоции, но как по мне статую просто кривлялись. Хотя и уродливыми их не назвать.

Внутри здание было огромным. Центральный зал с высокими потолками, сводчатыми, как в храме, только вместо фресок на стенах висели рунные схемы, десятки, сотни, от простейших связок до таких, от которых у меня зарябило в глазах. Полы из полированного камня, тёплого на ощупь, видимо нагреватели были встроены прямо в кладку. Разумно.

У стойки регистрации сидел клерк. Среднего возраста, с аккуратной бородкой и в очках, то есть в линзах, закреплённых на бронзовой дужке. Впервые видел такое в этом мире именно в таком исполнении, очки, похожие на земные я видел. А вот типа пенсне, еще нет. Словно клерк сюда из дизель-панка попал.

— Добрый день, — сказал я, подходя. — Мастер Тун Мин, шестой класс, филиал Шэньлуна. Прибыл по рекомендации наставника Лин Жу Цзин. Вот документы.

Клерк взял жетон, рекомендательное письмо, командировочную грамоту. Осмотрел каждый предмет неторопливо, с той профессиональной тщательностью, которая отличает людей, любящих порядок, от людей, любящих власть. Письмо мастера Лин он читал дольше всего, и по мере чтения его брови сначала поднялись, а потом сошлись к переносице.

— Мастер Тун Мин, — повторил он, возвращая документы. — Мастер Лин пишет весьма… лестно. — Пауза. — Слишком лестно для шестого класса.

— Мастер Лин склонна к преувеличениям, — дипломатично ответил я.

— Мастер Лин не склонна ни к чему, кроме точности, — возразил клерк. — Я знаю её. Заочно, по переписке, но знаю. Если она пишет, что ваши серийные связки «демонстрируют нестандартный подход к оптимизации рунных контуров», это значит ровно то, что написано. Ни больше, ни меньше.

Вот так. Репутация мастера Лин работала и здесь.

— Чем могу помочь, мастер Тун Мин?

— Несколько вопросов. Первый, мне нужно разрешение на производство и продажу рунных изделий на территории Тяньчжэня. Второй, доступ в гильдейскую библиотеку. И третий, если возможно, направление к кому-нибудь из местных наставников для консультации.

Клерк достал из ящика стола три разных формуляра, аккуратно разложил их передо мной и взял кисть.

— Разрешение на производство, стандартное, на три месяца, с возможностью продления. Стоимость, пятьдесят серебряных монет, включая регистрацию клейма и инспекцию мастерской. Инспекция обязательна перед началом работы. Библиотека, жетон гильдии шестого класса даёт доступ к первым четырём уровням. Пятый и выше только по личному допуску наставника. Часы работы, с рассвета до заката. Выносить нельзя, копировать можно, бумагу и чернила приносите свои.

— А наставник?

— С этим сложнее. — Клерк откинулся на стуле. — У нас не Шэньлун, мастер Тун Мин. Наставники здесь не сидят в Гильдии, ожидая посетителей. Они работают. У каждого своя мастерская, свои заказы и свои ученики. Если вы хотите консультацию, вам нужно записаться в очередь. Ожидание от двух недель до трёх месяцев, в зависимости от мастера.

Три месяца. Отлично. Как раз к тому моменту, когда мне уже надо будет уезжать.

— А если у меня рекомендательное письмо? — спросил я, кивнув на документ.

Клерк посмотрел на меня поверх линз. Во взгляде проскользнуло что-то, похожее на сочувствие.

— Мастер Тун Мин, здесь к рекомендательным письмам относятся… иначе. — Он подбирал слова аккуратно. — В Шэньлуне письмо наставника открывает двери. Здесь оно лишь показывает, что двери существуют.

— Понятно, — сказал я, хотя было совсем не понятно, что он имел ввиду. Понятно, что придётся работать по-другому.

— Однако, — клерк чуть наклонился ко мне, и голос стал тише, — я бы порекомендовал вам обратить внимание на мастерскую Вэнь Чжо. Третья улица за площадью, вывеска с тремя молниями. Мастер пятого класса, специализация, боевые рунные связки и адаптивные контуры. Он берёт учеников крайне редко и консультации не даёт. Но… — клерк помолчал, — … он уже месяц ищет помощника для крупного заказа. Хорошего помощника. Если вы действительно так хороши, как пишет мастер Лин, попробуйте. Худшее, что случится, он вас выгонит. С руганью, но без членовредительства. Обычно.

— Обычно?

— Последнему, кто ему не понравился, он швырнул в голову заготовку. Но тот был на закалке кожи, так что отделался синяком.

— Вдохновляющее начало. — пробормотал я. Швырять что-то в голову практику закалки кожи, это надо быть или сильнее чем этот практик или совсем без мозгов.

— Тяньчжэнь, мастер, — клерк развёл руками. — Здесь не церемонятся. Если Вэнь Чжо скажет, что ваша работа дерьмо, это будет означать ровно то, что он сказал. А если скажет сойдёт, считайте, что вы получили высшую похвалу.

Я заполнил формуляры, заплатил кучу денег за разрешение, получил временный жетон с клеймом Тяньчжэньского филиала и поблагодарил клерка. Тот кивнул и уже вернулся к своим записям, когда я остановился на пороге.

— Ещё один вопрос, — сказал я. — Библиотека, где именно?

— Левое крыло, второй этаж, по лестнице за залом. Но, мастер, — клерк поднял палец, — сегодня четверг. По четвергам библиотека закрыта на инвентаризацию. Приходите завтра.

Разумеется. Четверг. Ну что ж.

Я вышел на улицу и постоял у грифонов, соображая. Библиотека закрыта, к Вэнь Чжо идти прямо сейчас, без подготовки и образцов работ, глупо. Значит, план на остаток дня: вернуться в гостиницу, забрать из повозки несколько готовых изделий — нагреватель, фонарь и ветродуйку — как визитную карточку, а заодно пройтись по Седьмому острову и разведать, где тут представительство Чжан Вэя.

Но сначала, раз уж я на Четвёртом, стоило осмотреться. Не каждый день попадаешь на закрытый остров, где находится сразу несколько гильдий.

Площадь Четырёх Ветров, мимо которой я проходил по пути в Гильдию, при ближайшем рассмотрении оказалась не просто площадью. В центре стояла конструкция, которая заставила меня остановиться, забыв, куда шёл.

Меня смутил фонтан, который не просто поднимал воду, он сам был артефактом. Огромный, метров пять в диаметре, с бронзовой чашей, по краю которой были выбиты руны. Вода поднималась из центра тремя спиралевидными струями, каждая из которых вращалась в своём направлении. На вершине, где они сходились, вода превращалась в мелкую взвесь, повисавшую в воздухе туманным облаком. Радуга играла в каплях, и от фонтана тянуло свежестью и чистым, ровным потоком этера. Он работал как фильтр и концентратор! Это было завораживающе!

Рунная работа. Но какого уровня! Я присел у края чаши и вгляделся в связки на бронзе. Три контура, переплетённых так плотно, что на первый взгляд казались одним. Первый, подача воды снизу, классическая гидравлика на рунах. Второй, вращение. И третий…

Третий контур я не узнал. Он не был похож ни на что из виденного мной. Руны были знакомыми по отдельности, но сочетание их давало эффект, который я не мог объяснить. Вода не просто поднималась и вращалась, она очищала этер вокруг себя, фильтруя его, как сито фильтрует муку. Вот откуда эта свежесть. Фонтан был не украшением, а устройством очистки.

Я быстро переписал неизвестный мне участок рун, и немного посидел в его прохладе, чувствуя насыщение и покой. Жаль, что на весь день остаться нельзя, меня ждут дела.

Представительство Чжан Вэя нашлось на удивление быстро. Видимо, торговец не врал, когда говорил, что у него здесь солидное дело. Двухэтажное здание на углу Ткацкой улицы и переулка Трёх Колодцев, с вывеской, золотой цветок на синем фоне, символ его торгового дома. Двери были заперты, но рядом висела табличка с часами работы и именем управляющего, Хуан Пэн, племянник. Тот самый, который купил у Сяо нагреватель и невольно свёл меня с дядей.

Да вы издеваетесь, чистый четверг у всех что ли?

— Есть ли здесь рабочая библиотека? — спросил я своего возницу, и тот просто кивнул. — Тогда вези меня туда.

Городская библиотека Тяньчжэня располагалась на Шестом острове, и добирались мы до неё минут сорок, через два моста и одну паромную переправу, потому что третий мост, как раз тот, что был на моей карте, оказался разобран до основания. Вот тебе и не подделка.

Здание было достаточно старым, чтобы камень стен потемнел от времени, а ступени у входа протёрлись тысячами ног до гладкости шёлка. Три этажа, узкие вытянутые окна, черепичная крыша с загнутыми углами и ни одного грифона. Уже хорошо.

Вход стоил две медные монеты. Библиотекарь, сухонький старик с такими густыми бровями, что за ними практически не было видно глаз, взял мои деньги, выдал деревянную бирку с номером и ткнул пальцем куда-то вглубь зала.

— Первый этаж — история и география, — проскрипел он. — На втором практические науки и ремёсла. Выше находится художественная литература и хроники путешествий. Выносить нельзя. Рвать нельзя. Есть нельзя. Зверю на книги не гадить.

— Он не…

— Все так говорят.

Бабай прижал уши и обиженно ткнулся мне в шею. Через связь пришло логичное, несправедливо-обидно-я-хороший. Я почесал его за ухом и вошёл внутрь.

После суеты улиц, здесь было хорошо, суховато в воздухе, но тем не менее тишина почти идеальная. Народу было немного. Молодые практики какой-то местной секты, судя по одинаковым серым халатам, занимали длинный стол у окна, переписывая что-то из толстых томов. Пара стариков дремала в стороне. В дальнем углу какой-то торговец водил пальцем по бухгалтерской книге, беззвучно шевеля губами.

Я сначала двинулся на первый этаж, к географии. Раз уж библиотека Гильдии сегодня закрыта, можно хотя бы посмотреть нормальную карту города, а не ту филькину грамоту, что я купил на мосту. Карта нашлась, большая, подробная, развешанная прямо на стене в рамке. Я потратил минут пятнадцать, сверяя её со своей. Карта мальчишки, как оказалось, была не подделкой, а просто устаревшей лет на пять. Два моста перестроили, один квартал снесли, и появился новый рынок на Восьмом острове, который на моей карте был обозначен как склады.

Я исправил свою карту тушью, которую одолжил у библиотекаря за ещё одну медную монету, и уже собирался подняться на второй этаж, когда услышал голоса.

Не громкие. Но и не шёпот. Два человека разговаривали за ближайшим стеллажом с той особой увлечённостью, которая выдаёт людей, забывших, где находятся.

— … и вот он выходит из расщелины, а там — ничего. Вообще ничего. Темнота, и всё. Внизу, понимаешь? Небо под ногами!

— Брехня.

— Какая брехня? Это Чжоу Линь писал, он был там! Практик второго этапа ступени каналов, между прочим, не какой-то деревенский сказочник. Он вышел на внешнюю сторону Сферы!

Я замер. Рука с кистью, которой я дорисовывал мост, повисла в воздухе.

— На внешнюю сторону, — повторил второй голос, скептический, тяжёлый. — И что же он там увидел, кроме темноты и звёзд?

— Холод, — ответил первый. — Холод, который не чувствуется телом, а сразу в кости входит. И тишину. Он пишет, что тишина была такой полной, что он слышал, как его кровь бежит по жилам. А потом видел свет. Далеко, на поверхности Сферы, снаружи, были огни. Как россыпь углей.

— Ага.

— Именно. Чжоу Линь решил, что это другие конструкции Древних. Или… не знаю, другие Сферы? Он не смог исследовать далеко, там же нет воздуха нормального. Ему пришлось вернуться через тринадцать минут.

Я резко развернулся. Меня так заинтересовала эта история, что я изменил свои планы и пошел искать того, кто мне подскажет где находятся книга написанная Чжоу Линем.