Между океаном и Сахарой

ГОРОД РЕКОРДОВ

Любой из городов мира имеет свои уникальные особенности, в чем-то превосходит или опережает другие. В этом смысле Ибадан — многократный рекордсмен. Крупнейший город на западе континента и во всей Тропической Африке — около четырех миллионов жителей. Здесь впервые в Африке появилось телевидение. Открытый в 1948 году Ибаданский университет был первым в Нигерии. Ибадан — центр главного какаопроизводящего района страны… Мы еще продолжим этот перечень.

Неудивительно, что приезжающие в Нигерию иностранцы, как правило, стремятся попасть в Ибадан, тем более что сейчас это несложно: он связан со столицей железнодорожными и авиационными линиями. Но большинство предпочитает недавно построенную прекрасную автостраду. Вот и я, когда выпала возможность отправиться в путешествие по стране, избрал именно Ибадан и, конечно же, именно этот путь.

Около часа ушло на то, чтобы выбраться из Лагоса с его сутолокой, нескончаемым потоком автомашин, преодолеть бесчисленные пробки и пройти контроль военных и полицейских постов, которые давно уже стали обычными на улицах не только столицы, но и других городов. Конец всему этому приходит лишь после выезда на автостраду Лагос — Ибадан. Легковые и грузовые автомашины выстраиваются у ворот, где с водителей взимается своя для каждого вида транспорта плата за пользование дорогой. С самого начала она строилась как скоростная. Налог позволяет содержать ее в надлежащем состоянии.

Словно почувствовав простор, автомобильный поток моментально начинает набирай скорость. Каких машин здесь только нет! Надрывно рыча, оставляя за собой клубы черного дыма, катят тяжелые трейлеры, доставляющие прибывшие в столичный порт грузы в другие районы страны. Такие же тяжелые автомашины мелькают во встречном потоке. В них живой скот из северных районов, овощи и фрукты из центральных, нефтепродукты из восточных. Но основную массу все же составляют легковушки и микроавтобусы, выполняющие роль междугородных такси. Большинство автомашин пестрит различного рода надписями. Это настоящая слабость водителей Нигерии.

«С богом все возможно!» — ярко выведено голубой краской на, казалось бы, до невозможности набитом пассажирами желтом микроавтобусе японской марки. Солидный «Мерседес» молодого северянина в традиционной национальной одежде венчает не менее «солидный» лозунг: «Живи и давай жить другим!» На большой скорости, то и дело меняя рядность движения, обгоняет прочие автомашины белый «Пежо». Его водитель не очень стремится соблюдать правила, видимо полагая, что начертанное на заднем стекле: «Мы с богом давно друзья!» — гарантирует ему защиту от любых неприятностей.

Тем временем то здесь, то там встречаются следы подобной беспечности. На обочине шоссе валяются груды искореженного металла: обгоревшие трейлеры, столкнувшиеся лоб в лоб автобусы, уже проржавевшие и заросшие травой, или совсем «свеженькие», еще сияющие краской, когда-то так же быстро мчавшиеся легковушки. Такие картины можно наблюдать и на других дорогах Нигерии. По числу дорожно-транспортных происшествий эта страна вполне может претендовать на незавидную роль одного из лидеров Африканского континента. Согласно опубликованным здесь в 1988 году данным полиции, за последние десять лет в Нигерии официально зарегистрировано около 350 тысяч аварий и автокатастроф. Они унесли жизни почти 90 тысяч человек, свыше 300 тысяч получили ранения. Большинство аварий, как показывает статистика, совершается по вине водителей. Для наведения порядка на дорогах правительство приняло решение о создании специального корпуса безопасности движения. Ему поручен контроль за соблюдением правил дорожного движения, техническим состоянием транспортных средств, установкой дорожных указателей. Поэтому на этой трассе за последнее время появляется все больше таких знаков. Однако не все обращают на них внимание.

Хотя дорожные указатели регулярно сообщали о приближении к Ибадану, город возник передо мной как-то неожиданно. Серо-бурая масса строений заполняла большие и малые холмы и простиравшиеся между ними низменности. Хотя я никогда до этого не был в Ибадане и не видел его изображений, однако открывшаяся панорама показалась знакомой. Но в первый раз я так и не понял, почему. И лишь гораздо позднее, изрядно исколесив страну, я понял, в чем дело. Ибадан — типичное йорубовское поселение. Он в равной степени напоминает многократно увеличенные йорубовские деревушки, поселки и небольшие городки с их традиционной хаотичной застройкой, рынками и лавчонками Своеобразие им придают и покрытые ржавчиной металлические крыши каменных, бетонных и глинобитных строений.

Мои нигерийские знакомые — кто в шутку, кто с непонятным мне перед первой поездкой сожалением — предупреждали, что с некоторыми рекордами города я познакомлюсь, еще не въехав в него. Увы, они оказались правы. Промчав «с ветерком» за какой-нибудь час 90 километров, я потратил гораздо больше времени, чтобы преодолеть расстояние километров в пять от городской окраины до университета. Автомобильные заторы в Лагосе — ничто по сравнению с чудовищными пробками в Ибадане. Правда, нет худа без добра: не выходя из машины, можно увидеть и даже приобрести все, что имеется в данное время на местном рынке. Между неказистыми малолитражками и импозантными дорогими лимузинами, затрудняя и без того медленное движение, снуют разносчики, предлагающие свои товары. Вдоль дороги бесконечной вереницей тянутся киоски, ларьки, лавочки, базары, где выбор простирается от спичек и открыток, кустарных изделий, японских и английских тканей до цветных телевизоров и внушительного размера запчастей для автомашин. Ведь Ибадан, кроме всего прочего, «самый торгующий город» — если не в мире, то в Африке наверняка: в ходе опроса, проведенного местной прессой, около 40 процентов его жителей назвали себя торговцами.

Вот прямо на земле расположилась одна из таких «торговок» — девочка лет семи. На подносе у нее кучки перца, томатов, моркови. Она на время забыла о своем основном занятии и, как с куклой, играет с похожей на человечка морковкой. Однако вскоре ее возвращает к реальности шлепок мамаши, которая сидит рядом и предлагает прохладительные напитки. Из ведра с водой у нее выглядывают горлышки бутылок кока-колы и «спрайта».

Находясь на пересечении путей, связывающих столицу с основными районами страны, Ибадан издавна был местом бойкой торговли. История его возникновения имеет несколько версий, однако общепринято, что существовало три Ибадана.

По преданиям, первое поселение создали в XVIII веке пришедшие с северо-востока йоруба, которые были вынуждены покинуть разоренную междоусобными войнами родину. Их вождем был Лагели — один из потомков Одудувы, легендарного праотца всех правителей йоруба. Толкование слова «ибадан» вызывает споры. Одни говорят, что оно происходит от «эба одан», что на языке йоруба означает «у поля» (город расположен на границе тропического леса и саванны), другие утверждают, что созвучнее с ним «иба одан» — «шалаш в поле». Как бы то ни было, упоминание о поле присутствует в обоих случаях.

Вскоре, гласит та же легенда, поселение было разрушено объединенными войсками соседних городов за то, что мужчины-ибаданцы выдали женщинам тайну мужского общества йоруба «эгугу». Только Лагели и его семье удалось скрыться. Они поселились на стоявшем неподалеку холме и основали второй Ибадан. Постепенно к ним присоединились охотники и земледельцы из окрестных районов. Число жителей увеличилось, и они начали заселять ближайшие долины. Так появился третий Ибадан, который вместе со вторым составляет центр современного города. Ибаданцы верят, что на холме Окебадан, где якобы похоронен их первый правитель Лагели, живет богиня плодородия, считающаяся покровительницей города. Ежегодно в марте, в конце сухого сезона, устраивают большой праздник. В этот день запрещается разводить огонь и готовить пищу: богиня подожжет крышу дома человека, нарушившего табу.

Долгое время Ибадан служил для йоруба форпостом, защищавшим их земли от набегов фульбе. Счет своим рекордам город открыл еще в XVIII веке: в окружавшей его крепостной стене было 16 ворот. Среди ибаданцев до сих пор сохранилась пословица: «У каждого города четверо ворот, а у Ибадана — шестнадцать».

Расцвет Ибадана, имевшего хорошо вооруженную и обученную армию, пришелся на середину XIX века, когда вокруг него начала складываться конфедерация городов йоруба. Более чем за 10 лет эта область, занимавшая примерно 3,5 тысячи квадратных километров, стала основным препятствием на пути британской экспансии в глубинные районы. Однако превосходство англичан в вооружении решило исход борьбы. В 1886 году город был захвачен их войсками и почти полностью разрушен.

Стало уже банальным говорить о контрастах городов на Западе и в развивающемся мире, но и в этом отношении Ибадан являет, пожалуй, пример особенно яркий. В нем и сейчас немало районов, напоминающих «туземные кварталы» колониального периода, состоящих из одноэтажных домишек, построенных где попало и как попало. На их фоне выделяются четко спланированные «европейские» кварталы, где жили чиновники-колонизаторы.

В плотной толпе разномастных автомобилей мы медленно продвигаемся по одному из «туземных кварталов». Жалкие глинобитные строения образуют узкие, кривые, в большинстве своем немощеные улочки. От машин поднимаются тучи красной пыли. Пыль окутывает весь город, дополняя его цвет грязно-красным оттенком.

Подобная картина характерна для Ибадана в сухой сезон, а с началом дождей он превращается в самый влажный и слякотный город страны. Протекающая здесь речка Огунпа почти пересохла, но, когда начинаются ливни, она становится причиной больших и малых наводнений. Узкое засоренное русло не может вместить потоки, скатывающиеся с холмов. Река выходит из берегов, ее воды устремляются по улицам, смывая все на своем пути. Во время наводнений в 1980 и 1982 годах в Ибадане погибли сотни людей, тысячи остались без крова, материальный ущерб исчислялся миллионами найр.

Власти штата Ойо стремятся исправить положение, упорядочить застройку города. Во всяком случае, именно от них теперь зависит, что и где будет сооружено. В условиях широко развернувшегося строительства это имеет важное значение. За последние пять лет в городе появился целый ряд удачно спроектированных районов, несколько рынков и торговых центров. Намечаются реконструкция старых и создание новых дорог и автостоянок.

Как и много лет назад, Ибадан играет огромную роль в экономической, социально-политической, научной и культурной жизни страны. Самое высокое в Нигерии 27-этажное здание Дома какао, где размещены конторы фирм и организаций, занимающихся производством и сбытом «шоколадных бобов», как бы подчеркивает основную экономическую специализацию этого района. Кроме того, в Ибадане работают табачная фабрика, завод пластмассовых и резиновых изделий, фруктово-консервный завод, скотобойня, авторемонтные и деревообрабатывающие мастерские.

Другое замечательное сооружение, видное из разных концов города, — стадион. Построенный в первые годы независимости, он был назван Стадионом Свободы. Здесь проводятся крупнейшие спортивные соревнования, массовые празднества. Он помнит выступления советских акробатов и теннисистов, игру Пеле, песни в исполнении великого Луиса Армстронга. Именно на его арене нигериец Диг Тайгер победил чемпиона мира по боксу среди профессионалов, американца Фулмера.

Особое место — и не только в смысле архитектуры — занимает здесь университет, раскинувшийся в предместье Ибадана отдельным городком. Из небольшого учебного заведения, имевшего всего три факультета, на которых обучалось 200 студентов, он превратился в настоящую кузницу национальных кадров: сейчас в его составе одиннадцать факультетов, четыре института, вычислительный центр, около четырнадцати тысяч студентов, а по масштабам научной работы Ибаданский университет — крупнейший в Нигерии. Он располагает богатыми архивами, прекрасной библиотекой. Инженеры, врачи, учителя, получившие его диплом, работают также во многих странах Африки. Особой известностью пользуется открытый в 1957 году университетский госпиталь на тысячу с лишним коек.

В истории Ибаданского университета, как в зеркале, отражается история развития образования в Нигерии.

«Процветание той или иной страны зависит не от обилия получаемых ею доходов, не от неприступности ее крепостей или красоты зданий, а от наличия в ней граждан с высоким культурным уровнем, людей образованных и воспитанных» — эта мысль известного негритянского лидера Мартина Лютера Кинга очень популярна среди нигерийских интеллигентов, которые видят в образовании залог не только благосостояния отдельных лиц, но и достижения таких важных общенациональных целей, как упрочение политического суверенитета и обеспечение экономической самостоятельности страны.

За годы независимости в Нигерии сложилась и функционирует достаточно развитая система образования. Дети, толпящиеся у дверей школ, — обычная картина в наши дни. А всего 25 лет назад из каждого десятка нигерийских детей школьного возраста учился только один.

Первые школы в стране появились в середине XIX века при христианских миссиях. Однако посещать эти школы могли только дети состоятельных родителей, а их основная задача заключалась в подготовке людей, на которых англичане могли бы опереться при осуществлении «косвенного управления» страной, а также в приобщении африканцев к христианству. Последнее обстоятельство оказалось серьезным препятствием на пути распространения миссионерских школ на мусульманском севере Нигерии, обусловило более быстрое развитие школьной сети на юге страны и привело к возникновению до сих пор не преодоленного разрыва в образовательном уровне между северянами и южанами.

В начале XX века школы стали создаваться муниципалитетами и сельскими общинами, открылся ряд светских учебных заведений (Кинг Джордж колледж, Куинз колледж и др.), но общее количество школ все еще было далеко не достаточным.

Важным событием для развития образования в Нигерии явилась созванная в 1943 году конференция традиционных вождей Западной провинции, на которой впервые зашла речь о введении обязательного начального образования. И хотя в ходе дискуссии выяснилось, что материальная база для немедленного решения этого вопроса тогда отсутствовала, сама его постановка послужила толчком к дальнейшим действиям. В январе 1955 года закон «О всеобщем бесплатном начальном образовании» вступил в силу в этой части страны, так что жители штатов, территориально совпадающих с бывшей Западной Нигерией, скоро отметят его 35-летие.

В январе 1957 года аналогичные меры были приняты в Лагосе, а месяцем позже — и в Восточной Нигерии, где, однако, из-за неподготовленности местных властей и политической нестабильности их не удалось провести в жизнь. В 60-е годы, уже после получения независимости, Нигерия остро ощутила необходимость в подготовке национальных кадров, которые смогли бы заменить колониальных чиновников и иностранных специалистов во всех звеньях государственного аппарата и экономики. Эта проблема долго, тщательно, но в целом безрезультатно изучалась вплоть до 1977 года, когда правительство приняло весьма важный для будущего Нигерии документ — «Национальная политика в области образования». В нем было заявлено, что образование — «величайшая сила, которая с успехом может быть использована в деле национального развития», — отныне переходит под контроль государства.

В 1979 году был создан специальный комитет, который разработал и представил правительству план политики в области образования. В нем делался упор на дошкольное, начальное и среднее образование (а также на подготовку учителей), подъем которого на должный уровень позволил бы сократить неграмотность и создать базу для дальнейшего развития среднего специального и высшего образования.

Были предприняты усилия по увеличению численности педагогов для учебных заведений всех уровней. Учителей для начальных школ в Нигерии готовят в учительских школах, для средних школ и колледжей — в педагогических колледжах обычного или повышенного уровня, а также на педагогических факультетах и в педагогических институтах при университетах, учителей профессионально-технических предметов — в специальных педагогических колледжах и на педагогических отделениях политехникумов, технологических колледжей и университетов. В настоящее время в Нигерии более 350 учительских школ и педагогических колледжей. В них занимается более 300 тысяч человек.

С 1982 года в Нигерии введена новая схема подготовки школьников и студентов в начальных, средних школах, колледжах и университетах (6–3–3–4), изменившая прежнее соотношение лет обучения (6–5–2–4).

Как видим, курс средней школы был сокращен на целых два года, а специалисты со средним специальным образованием могут начинать трудовую деятельность на год раньше, чем прежде.

Еще раньше, в 1976 году, во всех начальных и средних школах страны было введено бесплатное обучение. Однако в правление Шагари за обучение в отдельных, большей частью престижных школах стала взиматься плата. Это нововведение вызвало повсеместную критику, и правительство вынуждено было от него отказаться.

Добившись определенных успехов в области школьного образования, правительство смогло уделить внимание высшим и средним специальным учебным заведениям. Вслед за Ибаданским университетом были созданы университеты в городах Нсукка, Зария, Ифе, Лагос и Бенин. В августе 1975 года правительство приняло декрет об учреждении еще семи университетов. А в настоящее время их в Нигерии уже тридцать. Они готовят основную массу специалистов высшей квалификации и одновременно являются научно-исследовательскими центрами. Финансируются университеты — в зависимости от подчинения — федеральным правительством или правительствами штатов. Само обучение для нигерийских студентов бесплатное, и, хотя им еще приходится платить за экзамены, учебники и общежитие (всего до 1250 найр в год), 60 процентов этих расходов покрывают, как правило, сами же университеты. Кроме того, значительная часть студентов получает государственные стипендии.

Социальный состав студенчества довольно пестр: дети фермеров, торговцев, ремесленников, служащих и интеллигенции. Конкурс в университеты большой — в среднем пять-шесть человек на место. До недавних пор конкурсные экзамены и набор студентов проводились Объединенным советом по зачислению в университеты. Однако сразу после учреждения этого органа общественность страны начала требовать его роспуска — ведь Объединенный совет был призван осуществлять контроль правительства за университетами, что подрывало их автономию. Под давлением общественности, а также вследствие массовых разоблачений взяточничества и коррупции среди членов Совета он в конце концов был распущен. Прием студентов был поручен непосредственно университетам.

В начале 80-х годов университетским образованием в Нигерии было охвачено 58 тысяч человек. В настоя-шее время число студентов превышает 100 тысяч человек.

Система специального образования Нигерии включает широкий круг как средних, так и высших учебных заведений, нередко ведомственного подчинения — технических, медицинских, военных, административных и др. Наиболее многочисленны учебные заведения технического профиля, охватывающие около 60 тысяч человек. Ведущее место среди них занимают более 30 колледжей (самый крупный из них — технологический колледж в Ябе, пригороде Лагоса, где обучается примерно пять тысяч студентов).

Несколько лет назад федеральное правительство заключило с рядом стран соглашения об ускоренной подготовке (за два-три года) нигерийских технических специалистов среднего звена. Сейчас в рамках этих соглашений за рубежом обучаются шесть тысяч нигерийцев, что ежегодно обходится государству в 25 миллионов найр. Для сегодняшней Нигерии это немалые затраты, однако дело в том, что стране не хватает квалифицированных технических кадров. Еще в 70-х годах стали создаваться специальные технологические университеты и колледжи, такая же политика продолжалась и в начале 80-х годов. Она дала определенные результаты, но, хотя в настоящее время в стране 11 тысяч инженеров, их на стомиллионное население необходимо по крайней мере 25 тыс. Руководство страны связывает перспективы развития экономики с максимальным использованием достижений современной науки.

Важным шагом в этом направлении стало принятое в 1987 году министерством образования решение о создании шести новых технических колледжей. Два из них — в городах Кано и Асаба — уже открыли двери для студентов. Планируется также дополнительно основать восемь специализированных колледжей для подготовки преподавателей технических дисциплин в средних школах и вузах. Естественные науки станут неотъемлемой частью учебных курсов начальных школ. Тысяча экспериментальных школ, где апробируется новая программа, начали функционировать в 1988 году. Осваивается в них и компьютерное обучение. Учащиеся получают навыки работы с дисплейной техникой, знакомятся с основами программирования.

Право первыми войти в мир электронно-вычислительных машин было предоставлено ученицам старейшей в Нигерии женской школы Куинз колледж. И в этом есть свой смысл. До получения страной независимости подавляющее большинство учеников в немногочисленных школах составляли мальчики, да и те из состоятельных семей. Уделом девочек были домашнее хозяйство и работа на полях. После получения Нигерией независимости картина заметно меняется. В настоящее время половину из 16 миллионов детей составляют в начальных школах девочки. Правда, в средних школах положение иное. Во-первых, всего только один из трех нигерийских школьников продолжает пока образование после начальной школы. Во-вторых, девочек среди них по-прежнему немного. В последние годы федеральные власти, администрация штатов предпринимают различные меры, чтобы родители не забирали их из школ после завершения начального образования. Пропаганда женского среднего и специального образования призвана повысить интерес девочек, а также их родителей к современным специальностям, в частности связанным с работой на дисплеях. Поэтому, видимо, не случайно электронной техникой были оборудованы классы Куинз колледж, лучшей школы в стране. Выпускницы этого учебного заведения стали первыми в Нигерии женщинами-врачами, редакторами газет и журналов, они занимают важные посты в государственных учреждениях.

В рамках проводимой правительством Бабангиды реформы системы образования более пяти тысяч преподавателей проходят специальный курс переподготовки. Полученный опыт используется для совершенствования учебного процесса во всех учебных заведениях.

В библиотеке университетского городка меня ждала приятная неожиданность. Пэсле того как один из читателей, догадавшись, что я з Советского Союза, заговорил со мной по-русски, я узнал о существовании в Ибаданском университете кафедры русского языка и литературы. А некоторое время спустя мы уже беседовали с ее заведующим — профессором Шегуном Одунуго, кандидатом филологических наук, вице-президентом Международной ассоциации преподавателей русского языка и литературы, замечательным энтузиастом своего дела.

Оказалось, что с Ш. Одуиуго мы заканчивали один и тот же факультет (правда, в разные годы) Университета дружбы народов имени Патриса Лумумбы. Поэтому беседа с самого начала приобретает оживленный характер, Вспоминаем общих знакомых, преподавателей, со многими из них Ш. Одунуго поддерживает постоянные контакты, переписывается.

После окончания УДН, — говорит он, — я поступил в заочную аспирантуру МГУ. А вернувшись в Нигерию, поставил перед собой целью популяризацию русского языка. Конечно, начинать было нелегко. Многие сомневались в успехе. Сейчас все изменилось. У меня много сторонников и единомышленников. Немалую помощь получаем мы и от Института русского языка имени А. С. Пушкина. В соответствии с соглашением между нашим университетом и этим институтом здесь, в Ибадане, работают советские преподаватели. Это повышает качество обучения.

В январе 1981 года я в очередной раз приехал в Ибадан — специально для того, чтобы присутствовать на церемонии награждения Шегуна Одунуго медалью имени А. С. Пушкина. По поручению Международной ассоциации преподавателей русского языка и литературы эту высокую награду вручил нигерийскому ученому посол Советского Союза в Нигерии В. В. Снегирев. К перечню достижений города добавилось еще одно: ибаданец Ш. Одунуго — первый представитель Африканского континента, удостоенный медали имени великого русского поэта. Прощаясь с нами, он сказал, что русский язык очень перспективен в Нигерии благодаря расширяющемуся экономическому сотрудничеству между нашими странами, и особенно соглашению о строительстве в Аджаокуте огромного металлургического комплекса.