Мир Ци. Часть четвертая

Глава 12

«Интерлюдия: Зал совещаний на шестой Вершине»

Почти целый месяц подошёл к концу. Это означало что на шестой Вершине, владениях Матриарха Секты, вновь собрались все главные старейшины. Властители своих вершин. Обычная, можно сказать ничем не примечательная встреча. Ни срочная, ни чрезвычайная.

Зал Совещаний, несмотря на громкие слова, был весьма мал — всего-то навсего комната, в которой расположится за длинным столом десяток человек. Минимальное количество украшений, парочка комнатах растений и небольшие окна, закрыты полупрозрачными занавесками из красного шелка. Через них проходящий свет мог создавать в Зале довольно уютную атмосферу.

Сейчас за столом, сидя в массивных креслах присутствовало лишь девять старейшин: Доротея Ким, Ку Майн, Герберт Нартай (Ву), Ванис Жу, Дарай Ханна, Гивея Нартай, Фен Хоне, Шираи Теккай, Ди Кёка. Каждый старейшина отвечал за свою Вершину, занимаясь делами, не связанными с друг другом. Кроме Старейшины Ванис Жу. Женщина разрешала заниматься ученикам всем, чем они хотят и была сосредоточена лишь на практике, иногда выполняя поручения секты.

Все они заняв свои места дожидались последнего участника собрания — Ларны Нартай, нынешнего Матриарха секты, и она не заставила себя долго ждать. Дверь напротив стола тихо отворилась и в комнату легкой походкой зашла молодая женщина. Среднего роста, мягкими чертами лица, красными волосами, собранными в прическу, которые крепились металлической заколкой, показывали её довольно приятной особой. Лишь взгляд безразличных багровых глаз опровергали утверждение о её мягкости.

— Раз все собрались, то, пожалуй, начнем, — Ларна заняла своё место во главе стола, окинула взглядом всех собравшихся старейшин. — Есть ли какие срочные вопросы?

— У меня есть! — подняла руку с виду девушка-подросток с копной желтых волос на голове. Шираи Теккай могла показаться ребенком для остальных, особенно учитывая, что она носила мешковатую одежду полы, которой стелились по земле и практически не следила за внешностью, ростом в метр сорок, однако она была самым старшим практиком с возрастом в четыреста пятьдесят лет! Не повезёт тому, кто решит что-то сказать в сторону девушки с ониксовыми глазами и стервозным характером, помешанной на Начертательстве. — Можно я пойду? У меня куча работы!

— Раз нет…

— Эй!

— … тогда начнем с Зала Алхимии. — Ларна проектировала Шираи, перевела взгляд на Герберта сидящего недалеко от неё.

— Кхм… — медноволосый мужчина прокашлявшись, начал стандартный доклад. — Производство лекарств и пилюль для практики стабильно, а урожай новых трав должен выдаться богатым.

— Должен? — язвительно заметила Гивея Нартай, старейшина Восьмой вершина на которой сейчас проживает Ши.

— Если не произойдет что-то экстраординарное, погубившее все растения… — просто пожал плечами Герберт никак не показав недовольство на лице, от замечания сестры жены. Их перепалки давно обычное дело. — Сама знаешь, такое не предугадаешь.

— Ты пожалуйста предугадай! — Гивея хмыкнула, обмахивалась своим веером. Она несмотря на то что в своем дворце одевается весьма скромно, при любых официальных мероприятиях, одета лишь в шикарные платья. — Не хочу бегать и договориться о поставках трав с земли или готовить тысячи поручений для учениц.

— Тебе есть что-то сказать по твоим обязанностям? — заговорила Матриарх, прервав её, чтобы всё опять не переросло в скандал. Герберт же не высказал претензий на… претензии.

— Всё отлично, — женщина пожала плечами. — Заказы сделаны, ученики направлены, а склады полны провиантом и материалами на месяцы вперед. Наступи зима прямо сейчас мы были бы готовы.

— Отлично. — Матриарх пять перевела взгляд на старейшину десятой горы тянущую руку. — Тебе есть что сказать?

— У меня все отлично! Ученицы пашут, точнее рисуют… можно, и я пойду рисовать? — Шираи изобразила на лица ангельскую моську.

— Нет, — но Ларна была неумолима и имела иммунитет к выходкам женщины далеко за четыреста. — Есть артефакты достойные сокровищницы? — девушка сделать под взглядом Матриарха уронила голову на стол. — Тогда продолжим. Старейшина Жу, у вас есть что сказать?

— Нет, Матриарх. Ничего достойного вашего внимания.

Ванис Жу была старейшиной пятой Вершины. Среднего роста, темные волосы до плеч, безразличный взгляд голубых глаз и кожа неестественного белого цвета — это всё что о ней можно было сказать в данный момент. Если не упоминать халат на ней, который словно был на несколько размеров меньше.

— Как у нас с запасами руды, старейшина Ханна? — Ларна без промедлений продолжила, посмотрев на женщину, сидящую рядом с Гивеей с левой стороны.

— Благодаря стараниям Восьмой старейшины запасов хватит надолго. — В отличие того что видел Ши, Дарай Ханна на собрании была в белых одеждах секты и вела себя более прилично, не капая ядом в сторону Гивеи. — Все как обычно — ученицы ломают оружие, я чиню или делаю новое пополняя оружейную. Обучаю нескольких учениц боевым искусствам.

— Никто не захотел перенять твоё кузнечное мастерство?

— К сожалению, с кузнечным талантом предпочитают идти к старейшине Кёке на одиннадцатую Вершину, — Ханна кивком указала на женщину напротив неё, отчего та чуть смутилась.

— Просто вы старейшина Ханна слишком суровы с ученицами! — немного неловко проговорила одиннадцатая старейшина.

Ди Кёка была практиком на стадии Развития ядра, внешне грубая, крупная и мускулистая женщина за тридцать лет. Рыжие волосы и веснушки почему-то добавляли строгости, однако женщина которой уже сто тридцать лет была слишком добродушной, любима ученицами и обучающая практически всем ремеслам. Тех, кто увлекался кузнечным искусством она отправляла к Дарай Ханне, но ученицы возвращались обратно, жалуясь на деспотизм седьмой старейшины.

— Пф-ф, мне не нужны слабачки не способные поднять молот! — фыркнула Ханна, сдув упавшую прядь волос на глаза.

— Ой-ей, ты так лишишься всех учеников, Ханначка! — заметила третья старейшина Ку Майн. Ханна никак не отреагировала на откровенную насмешку в её сторону от женщины в откровенном ципао. Свой миловидной внешностью и необычным зеленым оттенков волос, Ку Майн также производила на собеседника обманчивое впечатление, чем пользовалась, любящая интриги женщина за сто шестьдесят лет. — Слухи ходят что на седьмой вершине, уже призраки водятся!

— Соглашусь в этот раз с третьей старейшиной, — продолжила Фен Хоне, старейшина девятой Вершины и глава Зала правопорядка. Всегда строгая беловолосая женщина была как обычно в белых, простых одеждах без всяких излишеств и с надписью на спине «Наказание». Розово-серебряные глаза в этот раз смотрели на Дарай Ханну с толикой осуждения. — Слухи о жестоком обращение на седьмой горе отпугивают всех новых учениц секты. Даже ученицы Зала Правопорядка опасаются патрулировать твою территорию!

— А что мне прикажете делать⁉ Как они будут сражаться с врагами секты если бояться боли? Спокойное заучивание приемов по книжкам не сравниться с реальным опытом сражений! — ответила Восьмая Старейшина с недовольным видом, прикрыв глаза и сложив руки на объёмной груди.

— Старейшина Дарай, старайтесь действовать мягче. Лекари могут не успеть помочь ученице, пришедшей к вам, а нам не нужны слухи что мы убиваем собственных учеников. Нам не нужна скверная репутация как у Секты Крови. — Слова от Матриарха Восьмая Старейшина не могла их игнорировать. — Старейшина Хоне, у вас есть что сказать по поводу безопасности в секте?

— Нет, Матриарха, — Фен Хоне прикрыв глаза покачала головой, но вдруг что-то вспомнила и посмотрела на Старейшину Восьмой Вершины. — Старейшина Нартай, пожалуйста обеспечьте ученика вашей вершины сводом правил секты.

— Ой-ёй, о чем это вы Старейшина Хоне? Гивея? — заинтересовано спросила третья Старейшина, сидя рядом с Хоне и подперев голову рукой.

— Разве мы с этим не разобрались? — Гивея проигнорировала Старейшину Ку Майн. — Ваши ученицы также виноваты в конфликте. А Ши ведь из глубинки окруженной непроходимыми лесами. На агрессию он ответил агрессией.

— Кх-м, именно поэтому ваш ученик не получил наказание, — строго кивнула Фен Хоне. — Но мне не хотелось повторения подобных инцидентов.

— За это можете не переживать.

— О чем вы вообще? — заинтересовалась Шираи, перестав лежать на столе и приподняв голову.

— Наша любимая Гивеечка, ой-ей, говорит о мальчишке за которого она заплатила своим Правом. Не прошло года, а он уже создает проблемы, верно Старейшина Хоне?

— А-а-а, опять вы об этом… — разочарованно проговорила Старейшина Десятой Вершины, опять уронив голову на стол.

— И как успехи у твоего протеже, Гивея? — также заинтересовалась Матриарха, чем немного удивила остальных. Ведь она была одной из тех, кто не поддерживал Требования Восьмой Старейшины об официальном принятии мужчины в секту.

— Обустраивается, знакомиться с территорией секты… — она на миг запнулась, — весьма оригинально и просто развивается. — Просто пожала плечами Гивея. — Недавно перешёл на восьмой уровень Закалки Тела и изучил начальные техники секты.

— Ой-ёй, я бы с ним познакомлюсь… — облизнула губы Ку Майн, сев так, чтобы подчеркнуть изгибы тела. Будь здесь не один, женатый мужчина, то может быть кто да купился на такую провокацию.

— Пожалуй, но ты не в его вкусе, — язвительно ответила Гивея, кивком голову указав на Дарай Ханну.

Седьмая Старейшина непонимающе моргнув, почувствовала себя неудобно, когда старейшины направили свои взгляды.

— Что?

— Надеюсь, наш новый ученик не пострадал после вашей встречи? — поинтересовалась безразличным тоном Матриарх, поняв, о чем речь. Сколько пострадало мужчин из других сект при встречи с Ханной в «официальном» наряде, давно перевалило за сотню.

— Цел мальчишка и даже не обгадился, когда я его попыталась уб… кхм, легонько ударить…

— Ага, легонько ударить… вся тренировочная площадка разрушена… — шепотом и недовольным тоном заметила Гивея, но вокруг не обычные люди, так что все услышали.

— Если ему понадобиться спарринги, пусть приходит к нам.

Впервые взяла слово Доротея Ким, Старейшина Второй Вершины отвечающая за боевое направление. Взрослая полноватая женщина, с мягкими чертами лица и видимым шрамом возле левого уха. Черные длинные волосы были собраны в пучок на затылке и не закрывали старую травму. Характер спокойный, а сама женщина была сосредоточена на оттачивание своего мастерства, как и пятая Старейшина на практике.

— Буду иметь ввиду, — с улыбкой ответила Гивея.

— Тогда может быть он ко всем зайдет? — предложила Шираи Теккай, чувствуя нового подо… кхм, ученика. — Вдруг у него талант к Начертанию?

— Нет, — пресекла на корню Матриарх слушая разговор старейшины. — Кроме Старейшины Восьмой Вершины, остальным запрещаю пробежаться к мальчику без особой необходимости. Его появление в секте уже прецедент, а если все главные старейшины будут заниматься его обучением… сами понимаете, какие слухи могут пойти.

Неторные старейшины серьезно кивнули, некоторые с безразличием. Вторая старейшина разочарованно вздохнула, а десятая махнула рукой на это дело. У неё куча работы, еще чего тратить время и бегать за кем-то.

— Раз никаких происшествий или срочных вопросов нет, закончим собрание.

Услышав слова Матриарха, первой поднялась старейшина десятой вершины, точнее радостно подпрыгнув, выбежав из зала совещаний. Самые серьезные спокойно о последовали за Шираи неодобрительно качая головой, а Ку Майн под хмык Дарай Ханны, исчезла, оставив вместо себя лишь видимы веер бирюзовой Ци. В конце концов остался лишь Герберт Ву и Матриарх. Они дождавшись пока все покинут комнату, встали из-за стола последними и пошли совсем в другую дверь. Весь путь по длинному коридору они прошли молча, пока не достигли личной комнаты Ларны Нартай.

— Ты кажется чем-то недоволен, муж мой. — Матриарха села на тахту в центре комнаты, начав пересматривать документы на столике что стоял рядом.

— Не понимаю, о чем ты… — Герберт же стал за женой, спрятав руки за спиной.

— Можешь не врать. Я знаю, когда ты чем-то недоволен, — чуть повернув голову, Ларна безразличным взглядом прошлась по Герберту, продолжила пересматривать документы.

— Тц… мне не нравиться такое внимание к этому сопляку…

— Что ты сделал?

Женщина отложила пергамент, повернулась к Герберту в пол оборота, чтобы лучше его видеть. Герберт от пристального взгляда жены отвернулся, начав смотреть в другую сторону, но всё же спустя пару минут тишины ответил.

— Запретил выдавать ему новые пилюли.

— Почему?

— Он ранил нашу дочь…

— Серьёзно? — Ларна не дала продолжить ему жаловаться, заставив замолчать взмахом ладони. — Ты по личным причинам лишил официального ученика пилюль для повышения практики? Мы практики — небольшой шрам на подбородке никак не повредит нашей дочери! Тем более, надеюсь это будет уроком Азене.

— Уроком? Девочка закрылась у себя и…

— Не продолжай. Гивея мне рассказала почему это случилось, и мальчик был в своем праве. Тем более, случись что похоже, наша дочь не заплатила бы одним небольшим шрамом.

— Она что-то рассказал? — зацепился за слова жены Герберт. — Может быть она…

— Врёт? — Ларна впервые за разговор проявила толику эмоций и ему это не сильно понравилось. — Гивея может хитрить, юлить и откровенно врать на публике, но не мне. Наша дочь это заслужила! Мы её разбаловали. Ты видел ее окружение? Ученицы-лизоблюды, парни из других сект и ни одного личного ученика старейшин. Она даже не общается с моими личными ученицами! Они её просто избегают. — Высказавшись, Ларна замолчала, продолжила заниматься документы, пока не застыла держа один из листков. Герберт, пока жена занималась делами, думал над её словами. — А знаешь, что… вот держи, — и протянул листок над которым так долго размышляла.

— Хм? — мужчина приняв лист пергамента из рук жены, принялся читать. — Формирование каравана в деревню… Что-то не так? — он оторвал взгляд от строк, непонимающе посмотрел на жену. — Всё с моей стороны готово и ожидает на складах!

— Там требуется минимум пятьдесят практиков уровня выше создания ядра. Отправим вместе с караваном и Ши. — Она забрала листок из рук мужа, отложив его в отдельную стопку на столе.

— Ты решила его убить⁉ — с немалым шоком проговорил Герберт, когда понял, о чем говорит Ларна.

— Почему же? Отомстить за шрам на лице дочери хочешь ты. Возвращение займете примерно… две недели? Вот за это время подумаешь, а мальчик наберётся опыта… или погибнет от зверей, практиков или еще чего-нибудь. В этом случая, возможно ты будешь удовлетворен.

— Чушь! — он возмутился предложению жены. — Убивать за рану дочери⁉ А что скажет Гивея?

— А что моя сестра? — Ларна поднялась с тахты, встала перед мужем, смотря ему прямо в глаза. — Если мальчишка умрет, я смогу наконец отпустить её. Тебе станет легче, а зависть окончательно пропадет… — женщина ласково провела ладонью по его щеке.

— Я Патриарх! Чему мне завидовать⁉

— Неофициальный, муж мой. — Ларна мягко улыбнулась, отчего Герберт недовольно поджал губы.

— Гивея не сможет покинуть секту ценой жизни мальчишки…

— А, ты? Жизнь за царапину на лице дочери успокоит тебя? Азена узнав о его гибели, будет радоваться? — Ларна щелкнула пальцами по носу шокированного мужа, села обратно на тахту, вернулась к работе. — Посмотрим, что будет, когда ученики вернуться обратно и как вы все воспримите отсутствие одного из них…

«Конец Интерлюдии»