Глава 18

Опасен любой человек, независимо от того, каков он. Добрые и злые, тупицы и мудрецы, герои и трусы – все они в определённые моменты опасны как для окружающих, так и для себя самих.

Левий Страус, беллетрист, XXV век

Принцесса заперлась в своей каюте. Благо единственным кодом доступа к замку был отпечаток ее ладони, так что здесь при всём желании никто не смог бы ее побеспокоить. Из попутчиков-конкурентов никто не показался ей человеком, хоть сколько-нибудь приятным в общении, но надо было сделать выбор, пока не разобрали всех парней, кроме вечно засыпающего старца. Проповедника уже обрабатывает революционерка, а журналиста, рокера и аристократа сейчас наверняка делят между собой эта малолетняя вертихвостка и прожженная секс-бомба. Кто-то один всё равно останется, и, скорее всего, это будет тот, кому самому противны их чары. Пожалуй, герцог им не по зубам, но и ей он не кажется достаточно привлекательным. Слишком похож на многих молодых аристократов, подвизавшихся при императорском Дворе. Ни ума, ни доблести – только чванство и показуха, внешний лоск и тщеславие. Пожалуй, рокер Сэм – наиболее яркая личность из всех претендентов. Но как он сегодня работал на камеру! Едва ли он говорил искренне. Обычный эпатаж. Скандальчик. Поддержка репутации. И смерти он здесь, скорее всего, не ищет. Но это и хорошо, что не ищет. Едва ли здесь можно встретить рыцаря без страха и упрека. Да и, похоже, эти мерзкие бабенки его не привлекают. Даже герцог, когда ставил на место пройдоху-журналиста, косил глазами на коленки той стервы в купальнике. Я Сэмми-Живчик… Но не стоит принимать поспешных решений. Если все идут к одной цели, то и пути будут неизбежно пересекаться.

И тут она обратила внимание на то, что панель коммуникатора светится, а значит, он готов к приему сигнала. Конечно! Господа их Корпорации, обшаривая яхту, то ли не смогли проникнуть в ее каюту, то ли просто не подумали о том, что здесь есть устройство, способное ловить любую трансляцию, независимо от того, как далеко находится источник сигнала. А может, им просто всё равно, насколько претенденты в курсе событий. Интересно, а внутри Лабиринта эта штука будет работать? Помнится, отец еще хвастался, что заплатил за него почти столько же, сколько за яхту. Либо коммуникатор очень дорогой, либо яхта ему слишком дешево досталась. А ну-ка! Принцесса включила устройство, набрала в поисковой строке слово «Игра», и через долю секунды над дубовым столиком, инкрустированном самоцветами, появилось голографическое изображение девицы в деловом костюме с лазерной указкой в руке.

«…и этот факт вносит серьезные изменения в расстановку сил. В последний момент многие игроки аннулировали свои ставки на принцессу Анну, герцога Уинстона, рок-музыканта Сэма, репортера Конрада и красную террористку Цинь. Возможно, и ставки на прочих участников также снизились, но этого никто не заметил, поскольку они и так были ничтожны. Впервые за последние четыреста… Да! Мне подсказывают: четыреста двенадцать лет. Итак, впервые за четыреста двенадцать лет один из участников стартует отдельно. Причем этот высококлассный пилот Звездного флота Земной Федерации командор Матвей Вайгач каким-то образом ухитрился вернуть себе собственный истребитель! Теперь, если победа достанется ему, выигрыш для тех, кто на него поставил, будет не слишком велик. А вот в случае поражения отважного пилота его оппоненты просто озолотятся. Причем настолько, что это приведет к основательному перераспределению собственности в масштабах всей населенной части галактики. Сейчас ставки против него принимаются двести к одному, и за те несколько минут, что претендентам остается до момента входа в Лабиринт, эта пропорция может еще измениться…»

К дамочке присоединился мужчина в отутюженном синем костюме и с ходу взял слово: «Только что появилась сенсационная информация, что Матвей Вайгач каким-то образом связан с противниками Корпорации «Орго»! Во всяком случае, по информации межсистемной службы «Галактический реестр», истребитель, который получил в свое распоряжение командор, был за баснословные деньги через подставные фирмы выкуплен у Первого Капитана Тортуги лидером Сопротивления Фернандо Кастро! Более того, этот возмутитель спокойствия оплатил срочный ремонт боевой машины на Фабрике и «сунул на лапу» кому-то из высших чинов Корпорации, чтобы командор перед вылетом оказался не где-нибудь, а в его резиденции на Морабо. Хотя тайна ставок считается священной, нам удалось-таки получить по своим каналам заслуживающую доверия информацию, что Фернандо в последний момент поставил на командора практически всё свое состояние!»

Он продолжал говорить, а тем временем над столиком сначала воспарило объемное изображение истребителя, очень похожего на боевые машины Дарийского флота, а потом фигура самого командора.

Он сидел за столиком в каком-то кафе, лениво жевал бифштекс и, проглотив очередной кусок мяса, произнес:

– Единственное дело, что у меня есть на Земле, – посетить могилу родителей. Но мертвые терпеливы, спешить им некуда.

«Этот фрагмент записи любезно, хотя, конечно, и не бесплатно нам предоставила прекрасная Ингрид Халльстрём, единовластная правительница земли Фешенмун…» – продолжил ведущий, однако по изображению пробежала рябь, а через секунду оно и вовсе исчезло. Затем яхту затрясло так, что немногие незакрепленные предметы начали летать по каюте. Анна едва успела добраться до противоперегрузочного кресла и зафиксироваться в нем, когда судно начало так швырять из стороны в сторону, будто оно маневрирует в густом метеоритном потоке. Внешняя обшивка обо что-то ударилась, потом еще раз, а вскоре удары последовали один за другим. С некоторым злорадством принцесса вспомнила, что противоперегрузочных кресел нет ни в других каютах, ни в кают-компании – только здесь, на нижней палубе и в пилотской кабине. А пойти туда едва ли кто догадается, а если и догадается, то вряд ли успеет. Даже если яхта уцелеет, у конкурентов всё равно немного шансов выжить, а избежать увечий точно никому не удастся. Еще никогда ее не переполняли столь противоречивые чувства – страха, необъяснимого восторга и стыда за то, что она только что пожелала смерти своим попутчикам. Да, никто из них не был ей дорог или даже симпатичен, но радоваться чьей-то смерти – это уже слишком. Неужели она и впрямь становится той безжалостной тварью, какой представляет ее сейчас половина населения галактики?!

И тут Анна поняла… Нет – точнее, призналась себе, почему она набросилась на те несчастные камеры, испортив миллиардам людей шоу. Причина была в разочаровании. Когда Сэм исполнял свою песню, ею на какой-то миг овладело восхищение этим человеком – талантливым, прямым, независимым, честным и бескомпромиссным. Но то, что было так похоже на правду, оказалось продолжением лжи – он работал на публику, явно рассчитывая, что после победы и возвращения эта выходка сделает его «звездой» номер один во всех населенных мирах.

Яхту продолжало трясти, и тут произошло то, чего принцесса уж точно не ожидала: раздалась трель дверного звонка – кто-то хотел войти. «Глазок» можно было включить, не вставая с кресла. На видеопанели, вспыхнувшей над дверью, проявилась удивительная картина: Цинь, на которой остались одни лишь приспущенные красные трусики и косынка, вцепившись одной рукой в поручень, другой давила на кнопку звонка. Из дверного проема напротив выглядывал проповедник, причем рубище его было разорвано на груди до пупа, а в руке зажата початая пузатая бутылка.

– Эй, принцесса! – кричала Цинь. – Давай-ка обмоем мой союз со святым отцом. Открывай, что ли!

– Пошла вон! – ответила Анна.

– Ну и хрен с тобой… – Революционерка выждала, когда болтанка на секунду утихла, и метнулась в свою каюту, повиснув на шее у попика.

Едва дверь за ними закрылась, яхту перестало швырять из стороны в сторону и бить о неведомое препятствие.

Неожиданный визит Цинь впечатлил принцессу не меньше, чем «турбуленция», которая лишь чудом не закончилась катастрофой. Этой девице, похоже, всё нипочем… Внезапно яхту еще раз тряхнуло, и она начала подпрыгивать на кочках, постепенно тормозя о какую-то неровную поверхность. Вот она – мягкая посадка, не иначе… Теперь можно и отстегнуться. Анна дождалась, когда движение прекратится, покинула кресло, вышла из каюты, на всякий случай пнула дверь каюты напротив, где наверняка, не заметив посадки, продолжали развлекаться революционерка с «отшельником», и пошла прямо к выходному шлюзу. Проходя мимо шкафов со скафандрами, она даже не подумала надеть один из них – в том мире, где она встретила Метронома Кассия и Крошку-Енота, скафандр был не нужен. Значит, и здесь он не понадобится. А вот плазменный резак и несколько аккумуляторных батарей к нему со склада инструмента, который оказался по пути, она прихватила – размером он был не больше отвертки, зато его можно было использовать и как инструмент, и как оружие.

Когда в сторону отъехала бронированная плита внешней шлюзовой задвижки, оказалось, что снаружи собралась целая толпа цыган. Молодуха в цветастом платке держала поднос, на котором красовался хрустальный фужер, до краев наполненный прозрачной жидкостью, а хор под четыре гитары дружно грянул: «Выпей, милая, до дна, и ты поймешь, как здесь желанна. К нам приехала родная, дорогая наша Анна! Анна-Анна-Анна! Анна-Анна-Анна!..»

Ясно… Чатул ничуть не преувеличивал, утверждая, что ловушки в Лабиринте могут принимать самые неожиданные формы и подстерегать на каждом шагу. Даже если этот шаг – первый. Задерживаться здесь категорически нельзя, но и не палить же по ним…

Анна достала резак, ухватив его, как меч, а воображаемое острие клинка направила на линию горизонта, так чтобы поток плазмы прошел над головами встречающих, чтобы их макушкам стало жарко. Короткая яркая вспышка пронзила сумеречный воздух, и песня захлебнулась на полуслове. Принцесса ступила на землю и пошла вперед, глядя сквозь толпу. Нельзя дать им повода подумать, что она их замечает – иначе проблем не оберешься. Цыгане расступились перед ней, освобождая коридор, а когда она прошла сквозь весь табор, песня грянула вновь – на этот раз в честь следующих гостей: «Проходите к нам свободно, гости не нужны другие! К нам приехали сегодня Цинь и Фреди дорогие!» Конечно, интересно, как эта парочка прорвется сквозь строй. Но не настолько, чтобы оглядываться. Впрочем, смотреть и не понадобилось – всё было слышно. Инициативу взял на себя проповедник: «Восславим же дружно Господа нашего, что явится к нам во плоти и воздаст по заслугам грешным и праведным. Одним небытие уготовано, а другим жизнь вечная грядет…»

Да, такого встречающие явно не ждали. Цыгане притихли, и чем громче и уверенней говорил Фреди, тем больше ими овладевали панические настроения. У них теперь было лишь три выхода: либо заснуть, либо убежать, либо стать адептами Седьмого пришествия. Непонятно только, чего им вообще было надо. Не денег же… Интересно, что здесь вообще в цене… Чем здесь расплачиваются? Впрочем, Чатул говорил, что цена здесь всему одна – жизнь. А значит, что бы ни предлагали – брать смертельно опасно.

Речь проповедника постепенно затихла, пространство вокруг окутал туман, сквозь который ничего не было видно даже на расстоянии вытянутой руки. Под ногами хлюпала какая-то жижа. Уж не то ли самое «минное поле», по которому так настойчиво гонял ее бородатый котх? Если так, то каждый шаг может оказаться последним. И подсказки здесь ждать не от кого. Остается лишь одно: довериться инстинктам и надеяться на то, что знания и навыки, что «закачал» в нее старик Мау, вовремя проявятся. Она уже сделала примерно дюжину шагов, как вдруг какое-то тревожное чувство заставило ее замереть, не опуская ступню в болотную жижу. Присмотревшись, она разглядела, что один из стеблей травы – кусок проволоки, окрашенной в зеленый цвет. Что ж, чувства не подводят, инстинкты работают – может, и удастся преодолеть эту ловушку…

И тут позади раздался вой, как будто газ под давлением вырвался из трубы, а в спину ударил жар. Нет, она не оглянулась, но узнать, что случилось, ей всё-таки пришлось. Окровавленный и обожженный рукав от кожаного серого пиджака мягко спланировал ей под ноги. Для Конрада Имиджа, репортера журнала «Funny Pictures», Игра, похоже, закончилась, едва начавшись. Конечно, наверняка этот ловкий парень воспользовался тем, что цыган загипнотизировала проповедь священника-самозванца, и тихо вырвался вперед.

– Нет… – донесся сзади испуганный голосок.

На этот раз Анна оглянулась и увидела сквозь клочья начавшего рассеиваться тумана черноглазую девочку в легкой белой, но уже основательно обляпанной грязью блузке и красных шелковых шароварах, заправленных в ботфорты. Она стояла, испуганно глядя, как болотная жижа затягивает кипящую воронку, из которой торчит нога, обутая в ботинок для гольфа.

– Иди по моим следам, – сказала Анна достаточно громко, чтобы девочка услышала. – Но после того, как мы перейдем это болото, не смей дальше за мной тащиться. Ты поняла?

Девочка едва заметно кивнула и неуклюже шагнула вперед, едва не потеряв равновесие.

Вряд ли ее кто-то гонял по симулятору «минного поля» или закачивал в ее маленький мозг полезную информацию. Так что эту самую Игру даже с натяжкой честной не назовешь. Нет, лучше об этом не думать – по крайней мере, до тех пор, пока всё не кончится. И то, что сейчас эта черноглазая маленькая глупышка спасется, – только отсрочка ее гибели. Так что даже не стоило проявлять к ней неуместную жалость, которая только продлит мучения несчастной. Потом, когда появится власть, сила и влияние, – можно будет позволить себе быть и справедливой, и милосердной, а сейчас не та ситуация. Совсем не та… Принцесса шла, не оглядываясь, рассматривая каждую травинку, прежде чем сделать очередной шаг. Она почувствовала неладное, когда подошва соскользнула с чего-то твердого и скользкого. Еще через мгновение какая-то тварь метнулась прочь, поднимая брызги мутной воды. Нет, конечно, зверушка не собиралась ретироваться – она лишь делала боевой разворот и вскоре, оставляя за собой пенный след, мчалась в сторону принцессы. Еще мгновение, и она взлетела в воздух, расправив перепончатые крылья и распахнув пасть, полную мелких, острых, как иглы, зубов. На мгновение принцессе показалось, будто кто-то смелый, расчетливый и хладнокровный овладел ее сознанием, и не она сама, а именно он нанес удар всё тем же плазменным резаком, как волшебным мечом. Безобразная тварь была рассечена пополам, и обе ее половинки, оставляя в воздухе кровавый шлейф, пролетели мимо нее – одна справа, другая – слева. В спину ударили брызги мутной воды вперемежку с кровью, а потом сзади донеслось негромкое всхлипывание. Девочка стояла на коленях в болотной жиже и старалась не глядеть на бьющийся в конвульсиях обрубок туши чудовища, который валялся прямо перед ней. Она размазывала по лицу слезы и грязь, и было ясно, что сама уже не поднимется, что у нее не хватит духу сделать еще хоть шаг.

– Вставай!

– Нет… – она сказала это едва слышно – самой себе, но ветер донес ее шепот.

– Ты хочешь умереть здесь?!

– Нет…

– Так ты идешь?

– Нет…

Оставалось только вернуться назад – на десяток шагов, которые их разделяли, – схватить девочку за ворот блузки, ткань которой оказалась на удивление прочной. Анна одним рывком поставила ее на ноги, удивившись тому, что на это нашлись силы. Мысль о том, что можно было не возвращаться, что выгоднее было просто уйти и оставить всё как есть, оказалась слишком запоздалой.

Как она дошла до противоположного края болота, волоча за руку черноглазую девочку, принцесса вспомнить не могла, да это было и неважно. То, что ей удалось обойти все ловушки, мины и не побеспокоить ни одной жуткой твари, что дремали, закопавшись в ил, могло быть только чудом. Возможно, сработали те «тайные знания», которые вложил в ее голову Чатул Мау? Но ни одно из них не мелькнуло на уровне сознания – просто откуда-то возникала уверенность, что на ту кочку ступить можно, а шаг в сторону другой станет последним.

Они упали как подкошенные, едва под ногами оказалась сухая растрескавшаяся земля, из которой торчали клочья пожухлой травы.

– Смотри… – девочка показала в сторону болота, посередине которого медленно двигалась сгорбленная фигура. Приглядевшись, принцесса узнала глуховатого старика, одетого в непромокаемый комбинезон защитного цвета, а на его плечах громоздился огромный рюкзак. Причем старик шел довольно уверенно, ему одному известным способом обходя ловушки. И вовсе не казалось, что он движется вперед из последних сил – шел он достаточно уверенно, да и ноша не гнула его к земле. Выйдя из болота, он сбросил рюкзак, присел на него, извлек из нагрудного кармана белый платочек, отер пот с лица и выбросил мгновенно промокший кусок ткани.

– И что вы тут разлеглись? – поинтересовался он, доставая из кармана огурец. – Вам что – не хочется обогнать бедного старика, первыми достичь цели и получить желанный приз?

Он уже не выглядел таким древним, как на борту яхты. Казалось, что старик стал выше ростом, шире в плечах, под обтягивающей тканью комбинезона играли крепкие мускулы. Только лицо, изрытое глубокими морщинами, почти не изменилось.

Не дождавшись ответа, он посидел еще несколько секунд, поднялся на ноги, наладился было уходить, но прежде чем набросить на плечи рюкзак, поинтересовался:

– Ну, кто со мной?

Девочка начала подниматься, но вдруг замерла и бросила на Анну вопросительный взгляд.

– Иди! Я же говорила – только до края болота…

Старик и девочка ушли. Забавная парочка получилась… Но старик, похоже, не так прост, как могло показаться. Что придало ему сил? Что просветлило его разум? Что избавило его от хронической сонливости? Может быть, он знает о Лабиринте больше, чем все остальные? И почему всё это называется Лабиринтом? Где узкие запутанные коридоры? Где тупики? А здесь даже дорог не видно. Даже троп не протоптано. Пойди – не знаю куда… Одной плохо. Журналиста жаль. Скользкий был тип, но забавный… Кто теперь покажет галактике «веселые картинки» этого жутковатого мира? Впрочем, во всем есть положительные стороны: чем раньше умираешь, тем скоротечнее мучения бытия. Кто это говорил? Неважно…

Надо было куда-то двигаться. Если никуда не идешь, то и не придешь никуда. Кто сказал? Неважно. Тот, кто изрек истину, убил ее в душах тех, чьих ушей она достигла. А это откуда? Похоже, Чатул напичкал ее мозг изречениями и цитатами из книг древних мудрецов так, что они там не помещаются и норовят вылезть наружу…

Не знаешь, куда идти, – закрой глаза, сделай шаг, и ноги сами подскажут дорогу. Собственно, сейчас всё равно, куда идти – лишь бы не назад, не в болото, полное ловушек, мин и затаившихся злобных тварей. Если не видишь тропы – протопчи ее! Лишь тот достоин жизни и свободы, кто каждый день за них идет на бой!

Стоп!

Кто-то явно пытался вести ее. Причем неизвестно куда – то ли к заветной цели, то ли к верной гибели. Может быть, не стоит никуда идти, а дождаться, когда чужие голоса в ее голове умолкнут? Или попытаться выгнать их усилием воли? Выслушать и сделать наоборот? Наверное, нет здесь никакого шерифа Метронома Кассия, и Крошки-Енота тоже нет. Но это вовсе не означает, что всякая заблудившаяся в этом мире сущность непременно желает ей зла… Не стоит видеть врага в том, кому ты просто безразлична.

Она не сразу осознала, что идет неведомо куда с закрытыми глазами. Только когда ноги перестали путаться в сухой свалявшейся траве, а в спину ударил порыв ветра, смешанный с крупными каплями холодного дождя, она подняла веки и увидела, что стоит на обочине шоссе, впереди сияют огни большого города, а по мокрому асфальту, поднимая тучи мелких водяных брызг, на большой скорости проносятся машины. Комбинезон не промокал, но холодный ветер обдувал лицо, трепал волосы, которые вскоре намокли и обвисли. Анна даже пожалела, что, выходя из каюты, не надела тот уродливый желтый берет, которым снабдил ее конфедент-советник. Может быть, он тоже был непромокаемым? Теперь уже всё равно… Зато верный меч, плазменный резак, уже показавший боевую эффективность, – с собой. Она буквально спиной чувствовала: это ночное шоссе может оказаться местом, не менее опасным, чем болото, полное мерзких кровожадных тварей.

Она просто шла по кромке шоссе в сторону города. При движении холода почти не чувствовалось, а брызги из-под колес несущихся мимо авто стекали с ткани комбинезона, не оставляя следов. Как ни странно, она не чувствовала ни усталости, ни страха. Не было испуга даже после того, как черный автомобиль съехал на обочину, преградив ей путь, и оттуда вышли два здоровенных парня в черных костюмах и сверкающих лакированных ботинках. Один из них остался у дверцы машины, наставив на принцессу ствол какого-то причудливого древнего автоматического огнестрельного оружия. Второй не спеша подошел к принцессе, держа правую руку в кармане, а левую сжимая в кулак.

– Подвезти? – спросил он непринужденно, пытаясь положить ладонь ей на плечо, но принцесса шагнула назад, и его пальцы схватили пустоту.

– А вы куда? – Анна решила потянуть время.

– Как куда?! – искренне удивился тот. – Тут все дороги ведут в Граблино.

Граблино… Нижняя Пандора… Шериф Метроном Кассий! Неужели тот сон, обрывки которого чудом сохранились в памяти, был не совсем сном?!

– Подвезти… – Она сама зашагала в сторону автомобиля. Стоило посмотреть на физиономии этих двоих, становилось ясно, что отказывать им несравненно опаснее, чем принимать их предложения. К тому же они ничего не знают про «меч-кладенец», который лежит в нагрудном кармане ее комбинезона. Так что неизвестно, кто окажется в большей опасности, когда она сядет в машину.

Амбал отворил дверцу машины и втолкнул принцессу в салон так, что она упала на заднее сиденье. А когда ей удалось сесть, она увидела два маленьких черных глаза, смотрящих на нее в упор. Руки мальчишки были связаны за спиной, рот заклеен скотчем, а сам он забился в дальний угол просторного салона… Взгляд… Такой знакомый взгляд! Неужели… Крошка-Енот! Отважный благородный добрый оборотень в человеческом обличье…

Загрузка...