Мистер Июнь

Глава 23

Мак

— Миссис Уэллман, можно вас на минутку?

Она с любопытством наклоняет голову.

Я оглядываюсь по сторонам, надеясь, что Уильям не собирается возвращаться оттуда, куда бы он ни исчез.

— Но слайд-шоу вот-вот начнется, — напоминает она мне.

Я киваю.

— Я знаю. На самом деле, именно об этом я и хотел с вами поговорить… у нас проблема.

Я кладу руку ей на поясницу и приглашаю пойти со мной.

— Разве Уильям не может разобраться с этим?

Я многозначительно смотрю на нее.

— Я думаю, вы захотите разобраться с этим лично, миссис Уэллман… поверьте мне.

Она нахмуривает брови, но кивает и следует за мной из комнаты.

— Все улажено, босс? — в моем наушнике раздается голос Джилли.

— В процессе, — отвечаю я, внося последние изменения в слайд-шоу.

Технологии — не самая моя любимая вещь в мире, а юбилейные видеоролики — тем более, поэтому я очень надеюсь, что не облажался.

У Кинсли были большие планы на это шоу.

— Чертова сумасшедшая женщина, — бормочу я себе под нос.

— Она все еще с тобой? — спрашиваю я в пятый раз.

Сомневаюсь, что Кинсли смогла бы от него ускользнуть, но кто знает — она изобретательна.

— Понял, Мак, здесь все под контролем.

— Джек? — спрашиваю я.

— На месте, Мак… мы все ждем, когда ты все уладишь.

— Я делаю все, что в моих силах, — рычу я, когда файл, наконец, сохраняется.

— Готово, — объявляю я.

— Виртуальный «дай пять», — усмехается Джилли.

— Я иду назад, чтобы присмотреть за происходящим.

— Понял, — отвечают они оба.

Я еще раз проверяю таймер на слайд-шоу, все запрограммировано на запуск в нужное время, и вижу, что до начала показа на огромном экране осталось две минуты.

Я успел как раз вовремя.

Я вытираю пот со лба — ощущение было такое, будто обезвреживал активную бомбу.

Я выхожу из медиа-комнаты и направляюсь в главный зал.

— Прошу внимания, сейчас мы покажем короткое видео слайд-шоу — подборку снимков, демонстрирующих барк Уильяма и Лианы, — объявляет ведущий вечера, обращаясь к залу, полному гостей.

Все хлопают, и разговоры в зале стихают, поскольку свет приглушают в преддверии показа.

Я скрещиваю руки на груди и прислоняюсь к дверному косяку, чтобы понаблюдать.

Огромный экран в дальнем конце зала оживает, и я вижу, как Уильям пробирается сквозь толпу, направляясь к тому месту, где он оставил свою жену.

По залу тихо разносится романтическая музыка, и на экране появляется фотография за фотографией со дня их свадьбы.

Здесь и фотографии медового месяца, и снимки из дома, сделанные, несомненно, каким-то фотографом по смехотворно завышенной цене, и более откровенные кадры, снятые на мобильный телефон Лианы.

Толпа смеется над фотографией Уильяма, спящего на диване.

Я снова замечаю Уильяма в толпе, он что-то шепчет на ухо блондинке, стоящей рядом с ним.

Возможно, вспоминает старые времена…

Я слышу общий вздох в зале и поднимаю глаза как раз вовремя, чтобы увидеть первые кадры, которые Кинсли вставила в слайд-шоу.

Я усмехаюсь про себя.

Уильям оказался в очень непростительном положении. Он едет в лифте с женщиной, лица которой мы не видим, но которая явно не является его женой… в верхнем углу заметны дата и время.

Он прижимает Кинсли к стене, его рука задирает платье выше по ноге, а ее лицо зарывается в изгиб его шеи, ее темные волосы рассыпаются по плечам.

Это изображение одновременно возбуждает меня и вызывает желание ударить что-нибудь.

Все встало на свои места после того, как Джилли увел Кинсли.

Она говорила правду.

Все приобрело смысл. Все это время она пыталась добраться до Лианы, а не до Уильяма.

Она пробралась на занятия йогой… пыталась увести Лиану, чтобы поболтать с ней на благотворительном мероприятии…

Я был так слеп.

Появляется следующее изображение, на котором он расстегивает ремень, и толпа снова ахает.

Мы по-прежнему не видим лица Кинсли — я позаботился о том, чтобы ни одна из фотографий не выдавала ее личности. Только тот, кто был с ней так близко и лично, как я, сможет ее узнать. И я позабочусь о том, чтобы эти фотографии никогда больше не увидели свет после этого вечера.

— О боже, — слышу я чей-то возглас, когда на следующем снимке Уильям со спущенными штанами.

Блондинка рядом с Уильямом — не Лиана — смотрит на него с отвращением и уходит.

Если бы мне пришлось гадать, я бы сказал, что всего несколько минут назад он занимался с ней чем-то похожим.

Я усмехаюсь и, оттолкнувшись от стены, направляюсь по коридору к лестнице.

Вместо того, чтобы броситься вверх, я не тороплюсь, стараясь ступать как можно тише.

Джилли оборачивается, когда я поднимаюсь на лестничную площадку, и показывает мне поднятый вверх большой палец, прежде чем кивнуть в сторону Кинсли.

Она стоит прямо у края мезонина, спиной ко мне… смотрит шоу.

— Как я справился? — спрашиваю я, и она замирает.

А затем очень медленно поворачивается ко мне.

— Ты поверил мне? — спрашивает он, широко распахнув глаза.

— Конечно. Мне просто нужна была минутка, чтобы во всем разобраться.

— Ты закончил то, что я начала?

Я киваю и делаю еще один шаг к ней.

— Да.

— Ты не думаешь, что я сумасшедшая?

Я вижу, как блестят ее глаза… она действительно думала, что я так быстро отказался от нее.

Конечно, мне было больно, когда я увидел ее здесь, но я не уверен, что этого было бы достаточно, чтобы вычеркнуть ее из своей жизни — в данный момент я не совсем уверен, что вообще способен на это.

Я усмехаюсь.

— Женщина, ты чертовски безумна, но это то, что я люблю в тебе больше всего.

Срань господня… он сказал…

— Он только что сбросил «Л»-бомбу? — усмехается Джилли.

— Заткнись, Джилли, — говорим мы в унисон.

— Уже и речь слаженная. — Громче усмехается он. — Должно быть, это любовь.

Я сокращаю между нами расстояние и сжимаю пальцами прядь ее недавно подстриженных волос.

— Мне нравится… но что за внезапные перемены?

Она пожимает плечами.

— Вот такая я непредсказуемая, ты привыкнешь.

Я ухмыляюсь и притягиваю ее к себе, крепко обнимая.

— Да, привыкну. — Я завладеваю ее губами, и она стонет.

— Это такой милый, нежный момент, — подает голос Джилли.

Кингсли хихикает мне в губы.

— Ты прав — он раздражает.

— И я горжусь этим, — отвечает он, и я слышу в его голосе усмешку. — Не хочу портить вам момент, но Джек говорит, что пора идти.

Я хватаю Кинсли за руку и тяну ее за собой.

— Подождите! — внезапно восклицает она, не торопясь. — Лианы там не было, она этого не видела.

Я снова тяну ее за руку.

— Поверь мне, она видела… Я ответ ее в сторону перед показом видео… показал снимки и рассказал, что ты сказала… Я не хотел унижать ее публично.

Кинсли крепче сжимает мою руку, пока мы спускаемся по лестнице.

— То есть ты хочешь сказать, что все это время я могла просто показать тебе фотографии и сказать, что он мудак, а ты бы позаботился обо всем остальном?

— Это чертовски облегчило бы мне жизнь, — рычу я. — Но что в этом веселого?

Она хихикает.

— Почему мы так торопимся? Кое-кто из нас на каблуках, знаешь ли.

— Лиана ждет, — объясняет Джилли, оглядываясь на нее через плечо.

— Ждет чего?

Теперь моя очередь объяснять.

— Я отозвал ее в сторонку сразу после того, как ты рассказала мне об Уилле… я рассказал ей, чем за закрытыми дверями занимался ее муж… И тогда я сделал ей предложение.

Она вопросительно поднимает брови.

— И? Ты собираешься сказать мне, что это за предложение?

— Я предложила стать главой ее службы безопасности. Она получит пятьдесят процентов от чистого состояния Уильяма — она очень богатая женщина — и ей понадобится собственная команда безопасности.

— О боже. Это так жестоко. — Она ухмыляется. — Уильям взбесится.

Мы выходим из дома, и я открываю дверь своего внедорожника, который Джек подогнал для нас… в этот момент нас и застает Уильям. Я надеялся уехать отсюда, не встретившись с ним лицом к лицу, но, похоже, удача сегодня не на моей стороне.

— Мак! Что, черт возьми, происходит?

Джилли усмехается и обходит меня, направляясь к своей машине.

— Удачи тебе с этим, Мак.

Ублюдок.

Кинсли смотрит на меня широко раскрытыми глазами, и я киваю головой, жестом показывая, чтобы она забралась на переднее пассажирское сиденье. Никого не удивляя, она не подчиняется.

— Какого хрена ты с ней сейчас делаешь? — требует он, подходя ближе и видя, кого я пытаюсь посадить в свою машину. — Эта маленькая сучка разрушила мою жизнь.

Я скрещиваю руки и встаю между Кинсли и Уильямом, занимая защитную позицию.

Он прищуривается, глядя на меня.

— Тебе лучше избавиться от нее.

Я мрачно усмехаюсь.

— Вечно ты на шаг позади, Уэллман… единственный человек, от которого я избавляюсь, — это ты.

У него отвисает челюсть, но он быстро берет себя в руки и захлопывает ее.

Не знаю, как ему удалось прославиться в качестве акулы бизнеса, он совершенно не может держать лицо.

— Я плачу тебе зарплату.

Я мрачно усмехаюсь.

— Можно сказать, я… меняю свой контракт.

— Ты об этом пожалеешь, — рычит он.

Я чуть шире расставляю ноги.

— Пожелаю о чем?

— Ты пожалеешь обо всем… о том, что оставил меня… что уложил в постель эту шлюху… видит бог, я сожалею об этом.

Я подаюсь вперед, собираясь броситься на него и преподать ему урок за то, что он так отзывается о моей женщине, когда маленькая ручка обхватывает меня за талию, сжимая мой бок.

Я слышу ее тихий голос у своего уха.

— Он того не стоит, здоровяк.

Я стискиваю зубы… она права, он того не стоит, но от этого идея размозжить ему голову не становится менее привлекательной.

— И где, черт возьми, моя жена? — продолжает он, казалось бы, не замечая бушующей во мне ярости и того факта, что отвечать на его вопросы больше не входит в мои обязанности.

Однако этот вопрос вызывает у меня улыбку.

Я уже собираюсь сказать ему, что он все потерял, когда медленно опускается заднее стекло моего внедорожника.

— Что тебе нужно, Уильям? — спрашивает Лиана скучающим тоном.

Я слышу, как Кинсли ахает. Думаю, она не знала, что мой новый работодатель поедет с нами.

— Лиана? — спрашивает Уильям. — Что ты там делаешь?

Надо отдать должное этой женщине, она чертовски сильная — она даже не выглядит расстроенной, хотя я знаю, что она сломлена изнутри.

— Ухожу от тебя, — просто заявляет она. — И забираю с собой команду охраны… вместе с половиной твоих денег.

Он становится темно-фиолетовым.

— «Никакого брачного контракта» уже не кажется такой уж хорошей идеей, не так ли, Уилл? — дразнит она его.

Тупой ублюдок даже говорить не может; его рот открывается и закрывается, как у золотой рыбки.

— Я готова уезжать, — говорит Лиана, понизив голос так, чтобы слышал только я.

Я киваю ей и делаю шаг вперед по пешеходной дорожке, чтобы физически усадить Кинсли на ее сиденье и захлопнуть дверцу.

— Две потрясающие женщины, Уильям, и ты просрал их обеих. — Я усмехаюсь, огибая капот своей машины. — Похоже, ты все-таки не такой уж умный.

Кинсли улыбается мне через лобовое стекло.

Его потеря — моя выгода.