Мистер Июнь

Глава 7

Мак

— Прошел почти месяц, Джилли. Она не возвращалась.

— Ты так говоришь, как будто это плохо?

Я хмуро смотрю на монитор перед собой. Это не конец. Не может быть.

Он хлопает меня по плечу.

— Расслабься, здоровяк, маленький фруктовый кексик двинулась дальше, и, как бы я ни скучал по просмотру записей с камер наблюдения, это победа. Кто-то даже может сказать, что ты хорош в своем деле.

Я издаю невеселый смешок. Я беспокоюсь потому, что я чертовски хорош в своем деле.

У Кинсли есть план действий, это совершенно очевидно. Однако, что это за план, сейчас не яснее, чем в прошлый раз, когда она была здесь.

Мне неприятно это признавать, но мне почти скучно без ее выходок, которые отвлекают меня.

— Если бы я думал, что она действительно сдалась, я бы расслабился.

— Как ты и сказал, прошло уже несколько недель… остынь. — Он разворачивает кресло спиной к мониторам. — Ты готов к сегодняшнему вечеру?

Я так далёк от «готовности к сегодняшнему вечеру», что это почти смешно.

На следующей неделе Том женится, а сегодня его мальчишник.

Джек и Хью вытянули короткую соломинку и сегодня работают, а остальные присоединятся к «веселью».

Я попытался поменяться с ними обоими, но Джилли не согласился. По его словам, я «больше никуда не хожу», и я «присутствую, черт возьми», даже если ему придется тащить меня туда самому.

Так что теперь мне предстоит вечер, состоящий, как я предполагаю, из слишком крепких напитков и недостаточно одетых женщин.

— Улыбнись, Мак, там будут стриптизерши.

Он улыбается, как маленький ребенок на Рождество, и я готов поспорить, что мне придется вытаскивать его из неприятностей в тот или иной момент, прежде чем эта ночь закончится.

Это одно из «преимуществ» дружбы с таким парнем, как Скотт Гилберт.

— Тебе нужен ром. — Он указывает на меня, прежде чем вскочить со стула и направиться к двери.

Я качаю головой — это будет чертовски долгая ночь.

— Ты идешь или как, болван? — окликает он меня, когда я не следую за ним.

Я стону.

— Тебе лучше поднять себе настроение, братан, а то ты распугаешь всех телок.

— К черту мою жизнь, — бормочу я себе под нос, поднимаясь на ноги.

— Я, черт возьми, говорил тебе, что там будут стриптизерши. — Джилли потирает руки в предвкушении, когда мы входим в двери элитного стриптиз-клуба.

Могло быть и хуже, мы могли бы пойти в один из самых грязных клубов.

— Поаплодируем моей девочке, Ди Ди.

Я фыркнул, услышав имя. Неважно, в престижном ты заведении или нет, у девушек всегда есть стриптизерские имена, например, Кэнди и Минди.

— Далее у нас любимица публики, Кристал, и, черт возьми, сегодня она выглядит прекрасно.

Кристал, Сапфир, Дестини…

Джилли хлопает меня по руке.

— Давай, брат, мы идем в VIP.

Я следую за группой пьяных мужчин к трем более уединенным кабинкам на противоположной стороне сцены и забираюсь в одну из них вместе с Джилли, Томом и одним из его приятелей, чье имя я забыл, который настолько пьян, что практически отключился.

Джилли достает из кармана пачку банкнот и размахивает ими.

— Интересно, что у Кристал есть для нас, парни.

Я заказываю ром со льдом у женщины топлесс, и не успеваю оглянуться, как она возвращается с моим напитком.

Она подмигивает мне, когда ставит его на стол. Я позволяю своим глазам скользить по ее голым сиськам — в любом случае, для этого она их и выставила — и откидываюсь назад, делая глоток своего напитка, когда она уходит, явно покачивая бедрами.

Я еще недостаточно пьян для этого дерьма.

Начинается музыка, и Джилли начинает кричать и подбадривать.

На темную сцену выходит женщина, виден только ее силуэт.

По залу разносится ритм, и я обвожу взглядом толпу. Мужчины, которые до этого выглядели скучающими, теперь сидят все во внимании.

Кристал действительно любимица публики.

Я усмехаюсь про себя; бьюсь об заклад, у этой цыпочки нет ничего общего с женщиной, которую я знал как Кристал.

Свет падает на женщину, и с моих губ срывается слово «блядь».

— Это…? — спрашивает Джилли в тот же момент, когда Том произносит:

— Ни хрена себе.

Толпа взрывается одобрительными возгласами и свистом, когда она двигается в такт, покачивая попкой в этих крошечных шортиках.

— Кинсли, — рычу я.

Это она, и, черт возьми, она выглядит сексуально. У этой публики хороший вкус — она еще даже не обнажилась, а сексуальности в ней больше, чем в каждой из топлесс-официанток, бродящих вокруг.

Ее длинные черные волосы распущены, рассыпаются по голым плечам и едва прикрытому телу. Она двигается так, будто создана для танцев.

— Господи Иисусе, — стонет Джилли. — Ты должен был трахнуть ее, когда у тебя была возможность, Мак. Черт возьми, посмотри на нее.

Ему не нужно говорить мне, я смотрю на нее, на все — от этих чертовых губ до тонкой талии и татуировок, разбросанных по ее телу, которых я никогда раньше не видел.

Эта женщина — ходячая эротическая мечта, но у меня такое чувство, что она была бы скорее ночным кошмаром, чем мечтой, если бы дело действительно дошло до этого.

— Какого хрена дочь миллиардера Кента Барлетта занимается стриптизом? — шипит мне Том.

Отличный гребаный вопрос. Готов поспорить, ее папаша не знает, что его милая дочурка раздевается здесь за деньги.

— В ее защиту скажу… технически она не танцует стриптиз, — отвечает Джилли, не сводя глаз с женщины на сцене.

Ее песня заканчивается, и кто-то с другой стороны сцены кричит ей:

— Сними это, детка!

Сцена снова погружается в темноту, и я слышу, как по залу разносится ее хихиканье.

Когда свет зажигается снова, ее уже нет.

Я допиваю остатки своего напитка и смотрю на двух своих парней.

— Мне это только что показалось, черт возьми?

Джилли усмехается и качает головой.

— Мой стояк говорит об обратном.

— Ты отвратителен. — Том смеется над ним, толкая его в плечо.

— По крайней мере, мы знаем, что она не вломится в дом босса, пока нас нет, — пожимает плечами Джилли.

— Интересно, что, черт возьми, все это значит… — размышляет Том.

Я поднимаюсь на ноги.

— Куда ты направляешься? — спрашивает Джилли.

Я выгибаю бровь, глядя на него.

— Пойти и выяснить, какого хрена это было, — отвечаю я, будто это самая очевидная вещь в мире.

Я осматриваю комнату в поисках парня, которого видел раньше, — того, который пытался не выделяться, но который явно здесь главный.

Я нахожу его в баре.

— Привет, начальник. — Я киваю ему.

Его брови удивленно приподнимаются.

— Кто, я?

— Оставь это. — Я ухмыляюсь ему. Половина парней здесь, возможно, слишком возбуждены, чтобы заметить, кто управляет шоу, но не я. — Та последняя цыпочка. — Я бросаю взгляд на сцену, на которой она выступала, а теперь там какая-то полуголая цыпочка, которой Джилли бросает деньги. — Кристал... Я хочу приватный танец.

Он качает головой.

— Кристал не танцует приватные танцы.

— Я дам тебе две штуки за пять минут с ней.

Его глаза расширяются.

— Дай мне минутку.

Он исчезает за баром и сзади. Я подумываю пойти за ним, но решаю не делать этого.

Он вернется. Деньги решают все… Я получу от нее ответы на некоторые вопросы, нравится ей это или нет. А заодно и получу приватный танец, потому что почему бы и нет — я плачу за это.

Может, она и сумасшедшая, но она также чертовски сексуальна.

Я заказываю еще один напиток, пока жду, и как только бармен передает его мне, возвращается главный.

— Если вы пройдете за мной, сэр, я не могу допустить, чтобы постоянные посетители увидели вас с Кристал здесь.

Я киваю ему и беру свой напиток. Я ожидаю, что он проведет меня тем же путем, через который только что уходил, но вместо этого он ведет меня в другой конец бара и через дверь, которую закрывает за нами.

— Третья дверь справа, — инструктирует он.

Я лезу в карман и достаю пачку сотенных. Я вкладываю их ему в руку и направляюсь по коридору.

— Приятно иметь с вами дело, сэр, — говорит он.

Я не оборачиваюсь.

Я дохожу до третьей двери и поворачиваю ручку.

В комнате нет ничего, кроме дивана и маленького столика. Она тускло освещена.

Я закрываю за собой дверь и сажусь на диван.

Проходит около тридцати секунд, прежде чем я слышу, как дергается дверная ручка.

Надо отдать должное неловкому коротышке, который привел меня сюда, он управляет эффективным кораблем.

Она проскальзывает в комнату, встает лицом к двери и тихонько закрывает ее за собой.

— Ты, должно быть, дорого за это заплатил.

— Стоит каждого цента, — отвечаю я.

Она поворачивается, и, когда ее взгляд падает на меня, появляется узнавание.

Ее глаза слегка расширяются от удивления, и я с нетерпением жду, что она сделает дальше, потому что, когда дело касается этой женщины, я никогда не могу быть уверенным.

Дьявольская улыбка изгибает уголки ее полных губ.

— Ты скучал по мне, здоровяк?

— Что-то вроде того. — Я ухмыляюсь ей, когда она пересекает маленькую комнату, направляясь ко мне.

Она опускается ко мне на колени, ее руки зарываются в мои волосы, и я инстинктивно сжимаю ее бедра.

— Я тоже по тебе скучала, — мурлычет она мне на ухо.

Она немного извивается у меня на коленях, и, черт возьми, это приятно… у нее есть навыки.

— Итак, зачем ты на самом деле привел меня сюда? — спрашивает она через несколько мгновений.

Я провожу руками по ее обнаженной спине.

— Мне было любопытно.

Она поворачивается и опускает свою сексуальную попку прямо на то место, где мой член упирается в джинсы.

— По поводу?

Я хватаю ее за волосы и притягиваю к себе, чтобы прошептать ей на ухо.

— Что дочь миллиардера делает, танцуя в стрип-клубе? — рычу я ей на ухо.

Я отпускаю ее шелковистые черные волосы, и она снова поворачивается ко мне, упираясь коленями по обе стороны от моих бедер.

Она приподнимает задницу так, что ее декольте оказывается прямо перед моим лицом, но я не смотрю вниз, а перевожу взгляд на ее светло-голубые глаза.

— У тебя красивые глаза.

Она опускается обратно и прижимается ко мне.

— Спасибо, и я как раз именно этим и занимаюсь — танцую.

Я наклоняюсь и касаюсь губами кожи под ее ухом; она замирает и откидывает голову назад, чтобы облегчить мне доступ.

— Ты великолепная женщина, Кинсли, — бормочу я, прокладывая дорожку из поцелуев вниз по ее шее.

Ее руки снова в моих волосах, она прижимает меня к себе. Я уверен, что это не входит в то, за что я заплатил, но я не собираюсь жаловаться.

— Я хочу трахнуть тебя так сильно, что это причиняет боль, — признаю я.

— Тогда что же тебя останавливает, здоровяк? — спрашивает она, тяжело дыша. Она тоже хочет меня.

Я кусаю ее за горло и отстраняюсь.

— У меня нет всех фактов. Я не могу трахнуть тебя без всех фактов.

Я уже даже не знаю, зачем я здесь — не могу понять, чем я думаю, головой или членом.

Я чертовски хочу ее, но я не позволю этому остановить меня от выполнения моей работы, это единственное, что я знаю наверняка. Я могу трахнуть ее, но это не помешает мне выведу ее на чистую воду, если придется.

— Знаешь, я встретила твоего босса здесь, — говорит она, продолжая тереться о мой теперь уже твердый как камень член.

Теперь понятно, почему он называл ее Кристал.

— Он подцепил тебя в стрип-клубе? Классно.

Она хихикает.

— И это говорит парень, заплативший за приватный танец.

— Это в исследовательских целях. — Я ухмыляюсь.

— Исследуй это, — шепчет она, притягивая мое лицо к своему.

Наши губы соприкасаются в порыве страсти и вожделения.

Я хочу эту чертовски сексуальную женщину больше всего на свете.

Она прикусывает мою нижнюю губу, и из моего горла вырывается глухое рычание.

Я не настолько глуп, чтобы думать, что в этой комнате нет камер, но я настолько глуп, что мне наплевать.

— Что тебе нужно от босса? — бормочу я ей в губы.

Она хихикает и отстраняется, чтобы посмотреть мне в глаза.

— Ну же, здоровяк, ты же знаешь, я не собираюсь просто так выдавать все свои секреты

Я знаю, что она этого не сделает. Это было бы слишком просто.

Я мрачно усмехаюсь и притягиваю ее обратно к себе.

В дверь настойчиво стучат.

— Время вышло, Кристал.

Она глубоко вздыхает, касаясь моих губ, и это похоже на разочарование.

— Полагаю, начальнику не нравится, что я играю с его игрушками.

Она откидывается назад, но я не отпускаю ее.

— Я никому не игрушка.

В дверь снова стучат.

— Похоже, тебе лучше уйти.

Я опускаю руки, и она встает, глядя на мою очевидную эрекцию.

— Прости, что не смогла позаботиться об этом для тебя, — ухмыляется она.

Я пожимаю плечами.

— Рада была тебя видеть, здоровяк, надо будет повторить.

Я откидываюсь на спинку дивана и смотрю ей вслед, пока она идет к двери.

Мы еще не раз повторим это, просто я не буду платить за это две тысячи.

Она кладет руку на дверную ручку и оглядывается на меня через плечо.

— И я не стриптизерша… тебе нужно усвоить, что все не всегда так, как кажется.

Она выходит из комнаты, а я обдумываю ее слова, приводя в порядок свой стояк.

Цыпочка просто сумасшедшая — я буквально только что видел, как она танцует в стриптиз-клубе — она буквально извивалась на моем «хозяйстве» последние пять минут… Я почти уверен, что она на самом деле стриптизерша несмотря на то, что ей не нужны деньги и она не раздевалась.

Я просто не могу понять эту женщину.

Несомненно сексуальная.

Чертовски соблазнительная.

Безумно сумасшедшая.

Какое чертовски смертоносное сочетание.