Мистер Октябрь

ГЛАВА 6

Билли

Я притягиваю Эйвери ближе и обхватываю ее рукой, используя как щит, пока мы выходим из кампуса.

— Клянусь Богом, если хоть еще один незнакомец сегодня снова будет вести себя как мой лучший друг, я сойду с ума.

Это происходило на каждом уроке, и в студии звукозаписи, когда я звонила туда на этой неделе. Внезапно я стала важной персоной, поскольку «встречаюсь» с самым неприкасаемым человеком в музыке.

Эйвери хихикает и машет рукой нескольким папарацци, которые торчат здесь всю неделю.

Я не уверена, за каким занятием они рассчитывают меня сфотографировать, но могу гарантировать, что это не будет чем-то скандальным.

Я самая скучная подружка рок-звезды в истории вселенной.

Эрик открывает дверь огромного тонированного автомобиля, в котором я езжу каждый день с тех пор, как началось это фиаско.

Это далеко не тот гладкий красный кабриолет, на котором я планировала ездить в университет.

Позволить мне выбрать машину стало недолговечной мечтой, поскольку мы осознали масштабы преследования прессой.

У нас с Мэйсоном договор, что если я позволю Эрику возить меня в этой машине, то он разрешит мне поехать на кабриолете на побережье в его дом отдыха на выходные и взять с собой Эйвери.

За последние четыре дня он сказал мне едва ли пару слов, так что я с большим удовольствием согласилась на это условие.

Не могу дождаться, когда смогу избавиться от его перепадов настроения и от Джоша с его сексуальными, импровизированными визитами.

Я — ходячий клубок гормонов, и никогда в жизни не чувствовала себя настолько неуправляемой.

Я забираюсь в машину, а Эйвери забирается следом.

Сегодня она впервые приедет к нам домой и останется на ночь, чтобы мы могли пораньше выехать утром, на этой неделе ни у одной из нас нет занятий в пятницу, поэтому мы решаем устроить себе длинные выходные.

Эйвери подпрыгивает на своем сиденье, рассматривая роскошный салон, несомненно, смехотворно дорогой машины.

— Ты можешь попытаться вести себя спокойно? — ворчу я.

Она показывает на меня пальцем.

— Не начинай. Ты не самый спокойный человек из всех, кого я знаю.

Я хмуро смотрю на нее.

— Спасибо.

Она закатывает глаза.

— Ты знаешь, что я имею в виду, ты абсолютно не можешь расслабиться. Держу пари, ты до сих пор заикаешься, когда Мэйсон с тобой разговаривает.

Она недалека от истины, но учитывая, что Мэйсон почти не разговаривает со мной, это не является такой уж большой проблемой.

— Сейчас я чувствую себя более комфортно, чем раньше.

— Подожди, пока он выведет тебя на красную дорожку. Ты умрешь на законных основаниях.

— Ты ведь понимаешь значение слова «законно»?

— Ты. Умрешь. Светлая тебе память. — Она хихикает, пока мы продираемся через пробки, Эрик управляет огромной машиной с мастерством человека, который явно обладает слишком высокой квалификацией, чтобы нянчиться со мной.

Я качаю головой.

Она так опозорит меня, когда мы вернемся домой, что это может меня убить.

Не поминайте лихом.

На какое-то мимолетное мгновение я надеюсь, что Мэйсона там нет, что он тоже уедет и спрячется где-нибудь на длинные выходные, но как только эта мысль приходит мне в голову, она тут же исчезает.

Его присутствие пугает меня, но я жажду его. Он, как гравитация, притягивает меня к себе, но в то же время делает все возможное, чтобы оттолкнуть меня.

— Как думаешь, он споет для меня?

Я пытаюсь и не могу скрыть хихиканье, думая о том, сколько усилий приходится приложить Джошу, чтобы меня пустили в студию Мэйсона.

Не думаю, что у Эйвери есть хоть какой-то шанс, но я не хочу быть той, кто разрушит ее мечты.

— Что? — требует она.

Я качаю головой, но ухмылка не исчезает.

— Думаю, ты можешь спросить его.

Она мечтательно вздыхает, ее клубнично-светлые локоны подпрыгивают, когда она извивается от волнения.

Мы подъезжаем к дому Мэйсона, и Эрик опускает окно, чтобы ввести код от ворот, которые тут же открываются перед нами.

— Боже мой, это потрясающее место, — пищит она.

Одна из многочисленных гаражных дверей открывается, и перед нами предстает слишком красивый для его же блага мужчина, руки которого скрещены на мускулистой груди, влажные светлые волосы падают на лоб, а на губах играет широкая, непринужденная ухмылка.

— Кто это, черт возьми, такой? — требует Эйвери, практически пуская слюни.

Я даже не могу ее винить, он восхитителен.

— Джош, — вздыхаю я.

Она пихает меня.

— Кто, черт возьми, такой Джош? Господи, сколько горячих парней ты держишь в этом месте? Я что, попала на какую-то оргию?

Я чувствую, как пылают мои щеки, когда Эрик ловит мой взгляд в зеркале заднего вида. Я практически уверена, что он смеется, но не могу сказать точно.

Отлично.

Ей удается смутить меня даже быстрее, чем я думала.

— Он лучший друг Мэйсона. И часто приходит к нам. И нет, никаких оргий, — шиплю я.

Джош отступает назад, с интересом наблюдая, как машина заезжает в гараж прямо перед ним.

— Почему бы и нет? Он очень горячий.

— Пожалуйста, перестань болтать, — умоляю я, когда машина останавливается, и моя дверь открывается. Появляется ухмыляющийся Джош, его голубые глаза сверкают.

— Привет, ФД, я скучал по тебе. Почему ты так долго? Кто твоя подруга?

Я не могу не улыбнуться, его волнение заразительно.

— Я была на занятиях, у некоторых из нас есть дела поважнее, чем целыми днями валяться у бассейна, а это Эйвери, она останется у нас сегодня.

Его очаровательная улыбка теперь адресована не мне, а моей лучшей подруге.

— Эйвери, — просто говорит он хриплым голосом.

Я вздрагиваю. Готова поспорить, что он превращает ее в кашицу одним этим словом.

— Ты собираешься выпустить нас из машины, или как? — требую я.

Он еще немного смотрит на Эйвери, которая выглядит так, будто забывает, как говорить, а потом усмехается и высовывает голову из машины, жестом показывая, чтобы я вылезала.

— Вау, — шепчет Эйвери. — Это было... вау.

Я не могу не согласиться. До сих пор думаю о том, как он почти очаровал меня, когда мы впервые встретились, не то, чтобы сейчас он стал менее привлекательным, но более утомительным, это точно.

Я выскальзываю из машины, закидывая сумку на плечо, и Эйвери следует за мной.

— Спасибо, Эрик, — говорю я человеку, который становится моей тенью.

Он наклоняет свою невидимую шляпу в мою сторону, и свет отражается от его лысой головы.

Джош закрывает дверь машины, продолжая строить глазки Эйвери. Я толкаю его в сторону дома, и он начинает идти, с его губ срывается усмешка.

— Ты не говорила мне, что твоя подруга такая красивая, ФД.

— Я ничего не говорила тебе о своей подруге, более того, я надеялась, что тебя вообще здесь не будет.

Он хватается за грудь.

— Ты ранила меня. Мне больно, когда ты меня стесняешься, знаешь это?

Я закатываю глаза и бросаю сумку на табуретку у кухонной скамьи.

— Мой дом — твой дом, — говорит Джош Эйвери, обводя руками дом.

Я, веселясь, качаю головой.

Эйвери оглядывается по сторонам, широко раскрывая глаза.

— Это место потрясающее.

Эрик прочищает горло, стоя позади нас.

— Простите, мисс Татум, во сколько вы планируете уехать утром? Мне нужно кое-что подготовить.

Я прищуриваю глаза.

— Что подготовить?

— Уведомить клининговую компанию о времени нашего прибытия, проверить наш маршрут и тому подобное.

Мои брови поднимаются почти до линии волос.

— Простите, но наш?

Он хмурится в замешательстве.

— Да...

— Ты думаешь, что ты поедешь с нами? — требую я.

— Конечно, — отвечает он, это же очевидно.

— О, спасибо... но в этом нет необходимости. — Я поднимаю руки в знак отказа. — Мы справимся сами.

Губы Эрика слегка приподнимаются в уголках, это самое близкое к улыбке место, которое я когда-либо видела, хотя я уверена, что за закрытыми дверями он не раз смеялся надо мной.

— Простите, мисс Татум, но мистер Леннокс выразился предельно ясно.

Я стискиваю зубы от досады. И уже всерьез подумываю о том, чтобы топнуть ногой.

— Вы поедете на заднем сиденье кабриолета? — требую я, мое раздражение очевидно.

— Конечно, нет. Я поеду за вами на другой машине.

У меня в голове вереница ярких слов, но я не позволяю ни одному из них вырваться.

— Спасибо, но не стоит. Это уик-энд для девочек.

Джош открывает рот, чтобы что-то сказать, но его прерывает голос, доносящийся из дальнего угла комнаты.

— Ты не покинешь этот дом без охраны, сладкая.

Я медленно поворачиваюсь, пока не встречаюсь с ним взглядом.

Мэйсон Леннокс во всей своей красе.

Не знаю, как ему удается так хорошо выглядеть в облегающей черной футболке и рваных джинсах, но он здесь. Каждый его обжигающий дюйм.

Я слышу, как Эйвери ахает, а Джош хихикает.

— Как долго ты там стоишь? — спрашивает Джош.

— Достаточно долго, чтобы услышать, как ты присваиваешь себе мой дом.

Джош хихикает и голой рукой обхватывает мои плечи.

Я не обращаю на это внимания, глядя на человека, который заставляет мое сердце биться чаще. Он прислоняется к стене, его руки свободно скрещены на груди, а бицепсы выпирают из рукавов футболки.

— У нас был уговор, — говорю я, мое волнение растет. — За это меня всю неделю возили, как чертову королеву.

Он отталкивается от стены и направляется ко мне.

Я глубоко сглатываю, моя решимость колеблется. Легче оставаться сильной, когда между нами полкомнаты.

— Я согласился, чтобы ты поехала на Ferrari на побережье в эти выходные, но никогда не говорил ничего о том, что ты поедешь одна, — говорит он, останавливаясь передо мной.

Я поднимаю голову, чтобы встретить его темный взгляд.

Я хмурюсь, когда он протягивает руку и касается кончиком пальца складки между бровей.

— Ты не заметишь, что Эрик там, — обещает он, убирая руку в сторону.

Я ухмыляюсь.

— О, да, его действительно трудно не заметить.

Уголок губ Мэйсона подергивается от смеха или раздражения, я не могу точно сказать.

— Это не обсуждается, сладкая.

Я демонстративно кладу руки на бедра.

— Это мы еще посмотрим.

Его глаза сужаются, когда он обдумывает свои следующие слова.

— Я позабочусь о том, чтобы Оливер тоже не попадался тебе на глаза, — говорит он, его голос хриплый и сексуальный.

Я слишком занята мыслями о мурашках, пробегающих по позвоночнику, чтобы сразу понять, что он произносит.

— Прости, что? Зачем Оливеру там быть?

Оливер — телохранитель Мэйсона, поэтому, если Оливер будет там, то это значит, что...

— Потому что там буду я. — Он заканчивает мою мысль за меня.

Вот, черт.

— О, Боже мой, — слышу я шепот Эйвери.

— Кто твоя подруга, сладкая? — спрашивает Мэйсон, не сводя с меня глаз.

— Эйвери, — шепчу я.

— Эйвери, — повторяет он, все еще даже не взглянув на нее.

— Привет, — пищит она.

Я снова хмурюсь, понимая, что он успешно отвлекает меня.

— С каких пор ты решил ехать с нами? — требую я.

— С тех пор, как ты решила поехать, — просто отвечает он.

Я провожу рукой по лицу и зарываюсь в волосы, длинные пряди дергаются, когда я провожу по ним пальцами.

— Почему? — настороженно спрашиваю я.

Боже, почему?

Мне нужны эти выходные, чтобы сбежать. Мне необходимо пространство, чтобы привести свои мысли в порядок, но, похоже, я его не получу.

Он наклоняется вперед, его теплое дыхание щекочет мое лицо, когда он шепчет свой ответ.

— Потому что я могу, сладкая.

Я слышу собственный вздох, когда он заправляет мои волосы за ухо.

— Собирай свое барахло, Джош. Мы уезжаем в восемь утра, Эрик.

Мэйсон отступает на шаг, Джош взволнованно вскрикивает, а Эрик отвечает:

— Конечно, сэр.

Эрик протягивает Мэйсону папку, и тот, молча, берет ее.

— Вот, дерьмо, — бормочу я, глядя, как Мэйсон уходит, весь такой высокомерный и сексуально привлекательный.

Он ни разу не оглядывается.

Джош хватает меня, притягивает к своей твердой груди и поворачивает к себе.

— Все становится веселее, когда ты рядом, ФД. — Он хихикает, ставя меня на ноги.

— Ты портишь мне выходные для девочек, — ворчу я.

Мне хочется поспорить или составить другие планы, но я знаю, что это будет пустой тратой времени. Мэйсон что-то решил, и так оно и будет. Это его замок, и он здесь король.

— Я улучшаю твои выходные, — возражает Джош, указывая на свое тело. — Только подумай, насколько я улучшаю вид.

— Тут ты прав, — отвечает Эйвери.

Я стону, когда Джош бросает на нее долгий, пристальный взгляд, а затем выбегает из комнаты в том направлении, куда направляется Мэйсон.

— Что же... это должно быть интересно.