Мой Super сосед

Глава 30

Влад

С Кирой я забыл о главном: никаких привязанностей и никаких чувств. Расслабился, наслаждался нашим «свиданием» и не хотел возвращаться в реальность. Мне не было так хорошо рядом с девушкой уже много лет. С тех пор, как мы с Милой разбежались.

Кира отличалась от тех девушек, с которыми я любил коротать вечера. Веселая, простая, не треплется о всякой фигне, не напрягает, скромная с виду и развратная в постели. Ничего не требует, и даже те редкие перепалки, которые происходят между нами, доставляют мне удовольствие.

С ней я снова чувствую себя беззаботным пацаном, хочу послать всё и всех к черту, чтобы наслаждаться временем, проведённым вместе с ней, но понимаю, что этому не суждено сбыться.

Весь вечер я не сводил взгляда с телефона, ожидая информации от Черепа и проклиная себя за то, что не обыскал квартиру раньше. Столько раз был у нее, столько раз мог пробраться к Кире, пока она была на учёбе, но я был занят лишь тем, что строил планы, как вернуться в дело, либо мечтал, как ночью снова стяну с неё трусики и войду в податливое тело.

Череп позвонил, когда мы расположились за одним из столиков на террасе с видом на море.

— Прости, я отойду ненадолго, это по работе. — Целую Киру в макушку и отхожу подальше, чтобы она не смогла расслышать, о чем речь. — Говори. — Не свожу взгляд с девочки, которая то изучает страницы меню, то оборачивается в мою сторону и улыбается.

— Я нашел ее свидетельство о рождении.

— И? — Сердце от волнения, кажется, перестало биться. Я зажмурился, боясь услышать то, что мне не понравится.

— Воронова Кира Дмитриевна. — Я с облегчением выдыхаю, смотря на парящих в небе чаек, и мне до жути захотелось курить. Достаю из кармана пачку сигарет, пытаясь найти зажигалку и не рассмеяться от радости. До этого момента я и не понимал, в каком напряжении находился.

— Черт, Туман с нас кожу сдерет, когда узнает, что все это время мы пасли не дочку Князя. Теперь понятно, почему он никак не отреагировал на наши угрозы. — Стараюсь сделать голос как можно строже, чтобы Череп не понял, что такой расклад меня как раз таки более чем устраивает.

— Это еще не все. — Я чиркаю зажигалкой, делаю затяжку и напрягаюсь после его слов.

— В графе отец значится некий Воронов Дмитрий Георгиевич. Военный, одно время даже в спецназе работал. И вот что интересно: за последние десять лет никаких кредитных историй и банковских счетов, я даже позвонил своим людям из налоговой, чтобы по его коду пробили социальные выплаты, и тоже ни-че-го. За десять лет ни одного страхового платежа, он нигде не работал, нигде не прописан, растворился, словно призрак. Но знаешь, что интересно?

— Что? — Кажется, я уже знаю, что он скажет, но все равно надеюсь на обратное. Поглядываю на Киру и прикидываю, где бы ее спрятать на время всех этих разборок. Хотя сейчас она как раз таки в самом надежном месте. Под боком у злодея, которому приказано не сводить с неё глаз.

— В это же время, когда исчез Воронов, из ниоткуда появился Князев. Улавливаешь связь? — По голосу Черепа слышу, насколько он доволен собой. Раскрыл загадку века и возгордился как индюк.

— Улавливаю. Сиди, не высовывайся, я наберу, как понадобишься. И попробуй найти фото этого Воронова. — Отключаюсь и с силой сжимаю деревянные поручни.

Вот же ж черт!

Делаю несколько затяжек, не отрывая взгляд от Киры. План вырисовывается сам по себе. Как только запахнет жареным, я спрячу ее. Охотничий домик в другом конце страны — идеальное место, чтобы затаиться на время. Осталось лишь найти человека, которому я могу доверить Киру. Если мы исчезнем вместе, Туман сразу поймет, в чем дело, но, если исчезнет Кира, а меня найдут с переломанной рукой или пробитой башкой, все спишут на следака.

Перевожу взгляд на горизонт, наблюдая, как медленно закат окрашивает все в розовый цвет, и мне вдруг хочется сделать так, чтобы Кира запомнила эту ночь надолго. Я не уверен, что у нас еще будет время для свиданий, и не уверен, что после того, как все закончится, мы будем вместе. Отпустить Киру — лучшее, что я могу сделать для нее. Я слишком погряз в болоте и утащу ее за собой, а выйти просто так из дела тоже не получится.

Поэтому открываю браузер на телефоне и вспоминаю, что там было написано на флаере, который на днях мне нагло всунула какая-то девица в торговом центре.

«Свидание на крыше Одесса заказать».

— Добрый вечер, меня зовут Анна, чем могу помочь?

— Добрый, я хотел бы заказать свидание на крыше. На десять. — Мне вдруг захотелось рассмеяться: не верится, что я занимаюсь этой фигней. А еще больше не верится, что я занимаюсь этой фигней после Милы.

— На какую дату хотели бы сделать заказ?

— На сегодня.

— Простите, но за два часа мы не успеем ничего подготовить. Нужно заказывать хотя бы за двенадцать часов, на сайте это указано.

— Я заплачу в три раза больше, успеете?

Девушка запнулась лишь на секунду, а потом начала рассказывать об их пакетах, дополнительных услугах и всякой херне, которая мне совершенно не интересна.

— Просто организуйте мне столик на крыше. Хорошее шампанское, фрукты и несколько свечей. И букет роз. Белых. Всё. Никаких сердечек и шариков «Я люблю тебя». Никаких плакатов «Выходи за меня» и никакого фотографа.

— Хорошо, спасибо, что воспользовались услугами нашей компании, адрес сброшу вам в сообщении.

— Ага.

Возвращаюсь к Кире, которая заметно начала нервничать, целую в губы и зову официанта.

— Соскучилась? — Не могу отвести от нее взгляд, на фоне заката она похожа на принцессу из сказки.

— Конечно, нет, но вот взгляды девушек за соседним столиком, направленные на тебя, меня порядком успели достать.

— Ревнивица моя, — усмехаюсь в ответ, притягиваю к себе и впиваюсь в ее губы своими. Мне будет не хватать своей маленькой девочки, но иначе нельзя. Возможно, спустя годы мы еще встретимся, но сейчас все слишком зыбко и опасно, чтобы быть вместе.

Кира

Мы ужинаем под звуки моря и пение чаек. Солнце медленно скрывается за горизонтом, а холодный ветерок приятно щекочет кожу. Влад не пьет, он за рулем, а я из-за нервов не могу оторваться от бокала с вином.

Он все время неотрывно следит за моими движениями, прикасается то к руке, то к волосам, поглаживает ногу и шепчет на ушко всякие непристойности. От волнения и того, что должно последовать после ужина, у меня все валится из рук. Я роняю вилку, переворачиваю стакан с соком, а в завершение меня кусает комар и я так самозабвенно чешу ногу, что не замечаю, как цепляю локтем тарелку с шоколадным тортом, которая летит прямо на джинсы Влада.

— Прости. — Краснею и хватаюсь за салфетки.

— Ничего страшного, но если ты и дальше будешь так отчаянно пытаться оттереть крем от моих брюк, то до машины мы не дойдем. Придется перекрыть вход в уборную, — улыбается он, отстраняет от своей ширинки мою руку и целует ее.

Божечки мои, я и не знала, что существуют такие мужчины, как он! Пытаюсь найти общее между Владом, который орал всякие непристойности через стену месяц назад, и Владом, который с такой внимательностью относится ко мне, и не получается. Словно два разных человека. Может, у него есть брат-близнец? Как в фильмах.

Влад расплачивается за наш ужин, берет меня за руку, и мы неспешно возвращаемся к парку развлечений.

— Расскажи о себе. — Я все-таки не могу побороть свое любопытство и хочу узнать об этом мужчине все. Сегодня мы много смеялись, целовались, шутили, но ни разу не говорили о себе.

— У меня абсолютно скучная жизнь, так что нечего рассказывать.

— Ну-у-у, такого не может быть. Расскажи о детстве, что любишь, где бывал, о родителях. — Чувствую, как Влад напрягся после моих слов, и решаю до конца вечера прикусить свой язык, чтобы больше ничего не испортить.

В конце концов, еще слишком рано лезть в душу друг другу, а еще приручать такого мужчину, как Влад, надо медленно. По чуть-чуть, но так, чтобы в какой-то момент он забыл о том, что раньше как-то жил без меня. Неспешно и без лишнего напора. Так всегда говорила Линка, и в этот раз я собираюсь воспользоваться ее советом.

— Мои родители умерли, когда мне было три, я вырос в детском доме, так что сама понимаешь, воспоминания у меня вовсе не радужные, — после недолгой паузы все-таки отвечает он, а я не знаю, что можно сказать на это.

Жалось ему точно не нужна, развивать тему дальше тоже не лучшее решение, поэтому я просто киваю головой и молча иду дальше, представляя маленького грустного Влада, который остался без родителей и каждый день смотрит в окно, надеясь, что они придут за ним.

— А ты? Расскажешь о себе? И о том, почему после визита матери была так расстроена? — прерывает мои мысли Влад, и я рада, что он не закрылся от меня.

— Ну, мама нашла мне соседку. — Закатываю глаза, пытаясь не думать всерьез о том, что мне все-таки придется с кем-то жить. Я согласна только с Владом. — Она даже не спросила моего согласия.

— А отец? Или у вас мама главная в семье?

— С этим все сложно. У меня… У меня, можно сказать, два отца. Мои родители развелись, и меня вырастил отчим. Но эту квартиру купил отец, и я не понимаю, почему мама распоряжается ею, как хочет. — Мне надо было кому-то выговориться, а Влад оказался хорошим слушателем.

— Ясно. И как близки вы с отцом после развода?

— Эм-м, почти не общаемся. Иногда он звонит, спрашивает, как дела, очень редко приезжает, чтобы увидеться, но я не переживаю на этот счет. — Наш разговор заканчивается у Чертового колеса, мы садимся в кабинки, и от ночного города, который с высоты пятидесяти метров видно как на ладони, у меня захватывает дыхание. — Красиво, — шепчу восхищенно, когда кабинка останавливается на самом верху.

— Ты красивей, — шепчет Влад, целуя меня в шею и пробираясь пальцами под майку. — Весь вечер думаю о том, как буду раздевать тебя и любоваться твоим обнаженным телом.

От его шепота кожа покрылась мурашками, а сердце в груди забилось чаще. Его рука нежно поглаживает мой животик, опускается ниже, расстегивает пуговицу на шортиках и проникает под трусики.

— Влад, — выдыхаю я, пытаясь остановить его.

— Тише, малыш. — Целует меня в губы и дразнит пальцами между ног.

Я чувствую, как возбуждение накрывает меня с головой. Это сумасшествие — ласкать друг друга высоко над землей, когда всего в нескольких метрах от нас в соседних кабинках сидят люди. Но темнота скрывает нас от любопытных глаз, и я тянусь к его поясу, но расстегнуть не успеваю. Колесо снова начинает движение, и мы медленно опускаемся вниз.

Влад отрывается от меня, застёгивает пуговицу на шортиках, нежно заправляет за ухо выбившуюся из прически прядь волос и глубоко дышит, пытаясь успокоиться.

— Надо еще как-нибудь повторить, только доплатить, чтобы нас подольше подержали наверху, — смеется он, выбираясь из кабинки и подавая мне руку.

— Спасибо тебе, — все-таки решаюсь сказать это.

— За что? — Ловлю удивленный взгляд мужчины и не могу перестать рассматривать его лицо. Боже, какой же он все-таки красивый.

— За все. За вечер, за хорошее настроение, за ужин, за то, что подарил мне этот день.

— Глупая. — Прижимает меня к себе и целует уже в который раз за день. — Кстати, как насчет вон того мишки? — Указывает в сторону тира, где на витрине в ряд выстроено множество плюшевых игрушек.

— Какого именно?

— Самого большого.

— А ты сможешь? — Выгибаю бровь, с вызовом смотря на него.

— Я ведь мужчина, а значит, добытчик.

— Ага, добытчик плюшевых мишек, — смеюсь я, а потом визжу от радости, обнимая огромного плюшевого медведя, потому что Влад и вправду настоящий мужчина. Мой мужчина. Как хорошо звучит.

— Идем. — Он тянет меня за руку к стоянке, а я дрожу от предвкушения, потому что сейчас наверняка придется отдавать долг за проигрыш. И от самой мысли о том, чтобы заняться с Владом любовью прямо в салоне автомобиля, у меня дрожат коленки.