Мой Super сосед

Глава 7

Мы припарковались у обочины дороги и спустились к морю. Сначала разговор не клеился, и я немного поникла — не хотелось, чтобы это было наше первое и последнее свидание, но потом мы просто не могли заткнуться. Вова, как и в моих мечтах, был интересным и общительным парнем.

— А какие у тебя планы на выходные? Есть что-то такое, что хотелось бы сделать?

— Нууу, — начинаю перечислять, — хочу поехать в Белгород, там красивая старая крепость. А ещё через неделю открывается аквапарк, вот туда обязательно поеду...

— О, круто, съездим вместе. Можно ещё нескольких друзей захватить, — я готова прыгать и визжать от радости, сдерживаюсь лишь потому, что вокруг полно людей и Вовка.

— А ещё...эмм... ещё будет проходить фестиваль у моря, ColorFest, это когда все друг друга осыпают разноцветными порошками и обливают водой.

— Не знал, что у нас такое есть.

— Ага. А еще хочу на колесо обозрения и покататься на каяках.

— Черт, я был уверен что ты из тех девушек, которые боятся поломать ноготь и намочить прическу.

— Сомнительный какой-то комплимент, — толкаю его легонько в плечо и улыбаюсь.

— Ты очень красивая, не понимаю, как не замечал тебя раньше. И в этом платье ты такая сексуальная, — неожиданно серьезно говорит он, останавливаясь напротив меня и поправляя выбившиеся из прически локоны.

— Спасибо, — смотрю в его хитрые глаза и какая-то тень сомнения и неверия вместо радости трепещет у меня в груди. Такое ощущение, словно он хотел проверить реакцию на свои слова — не брошусь ли я после них с визгом ему на шею.

Вова хватает меня за руку и ведёт к пирсу. Мимо нас пролетают чайки и я жалею, что негде купить хлеба, чтобы покормить их.

— А какое мороженное ты любишь больше? — мы как раз проходим возле лотка с мороженным, и я приостанавливаюсь, поглядывая в сторону вкусняшек.

— Шоколадное и ягодное, — я ожидаю, что Вовка купит несколько шариков мороженного в хрустящем вафельном рожке, но он лишь восхитился тем, что и здесь наши вкусы совпадают и потащил меня дальше.

С грустью оглядываюсь на витрину, сейчас так жарко, что мороженко не помешало бы.

У меня болят ноги, я натерла их в разных местах из-за непазношеных туфлей, но, несмотря на это, не подаю и виду, что мне тяжело идти. Нет, с Вовкой хоть на край света, а тут всего лишь какой-то дискомфорт в ногах.

На пляже снимаю обувь и блаженно выдыхаю. Ноги касаются тёплого нежного песка и мне хочется снять с себя одежду и броситься в море. Вода ещё прохладная, но в такую духоту то что надо.

Нашу идиллию нарушает телефонный звонок.

— Да? — Вова отходит на несколько шагов от меня, но я все равно слышу каждое его слово. — Конечно, на сколько? Окей, через минут пятнадцать пополню. Ага, и я тебя.

Прячет телефон в кармане, достаёт бумажник и перебирает купюры.

— Слушай, у тебя не будет сотки? Я потом тебе отдам. Мама попросила пополнить счёт, а у меня с собой только доллары.

— Конечно, — не могу отказать и достаю из сумочки кошелёк, хотя так и хочется сказать, что это некрасиво — просить у девушки денег еще и на первом свидании, пусть и в долг. А ещё напомнить, что в бардачке его машины целая куча мелочи, да и обменный пункт есть на каждом углу. Один мы точно проходили несколько минут назад.

— Вот, — протягиваю ему сотку и, с сожалением оглядываясь на розовый закат, иду за Вовой искать терминал для пополнения счета.

— Присядем? — указываю на лавочку, с которой открывается прекрасный обзор на море. Небо затянуло бело-розовыми тучами, солнце вот-вот уйдет за горизонт, легкие волны ласкают море, и все вокруг кажется таким сказочным, что хочется, чтобы это мгновенье длилось вечность.

Мы неуклюже устраиваемся рядом, Вова забрасывает свою руку мне на плечи и притягивает к себе. Я слышу, как гулко бьется мое сердце от такой волнительной близости.

Не верю, что все это происходит со мной. Не верю, что он наконец-то обратил на меня внимание. Все кажется сном. Безумным сном. Даже сосед сейчас кажется не более чем миражом.

— Через месяц я оканчиваю университет и собираюсь уехать за границу, поработать немного. — Он нежно проводит пальцами по моим плечам и спускается ниже. Мое тело дрожит от такой мимолетной ласки, и до меня даже не сразу доходит смысл его слов. — Знаешь, очень хочется, чтобы меня здесь кто-нибудь ждал. Это непросто — уехать в чужую страну, где нет ни одного знакомого человека.

Ох, нет, почему именно сейчас?

От его слов мне становится грустно. Это означает, что совсем скоро Вовы в этом городе не будет. И не только в городе.

Я даже немного завидую. Он уже определился, что будет делать в будущем, когда получит диплом, а я вот даже не представляю, как быть после окончания университета. Кажется, что мой предел — официантка в кафе.

— Это круто, что у тебя есть такая возможность, — говорю с напускным весельем.

— Ага. А вот ты…ты смогла бы ждать меня? Месяцев восемь, скажем? Мне бы хотелось серьезных отношений, хотелось бы знать, для кого я все это делаю, для чего зарабатываю.

Я растерялась. Честно. Конечно же, я буду ждать его, но…есть одно большое НО.

Я реалистка и, как бы ни была влюблена в него, прекрасно понимаю, что это наше первое свидание и неизвестно, что будет через неделю или две. Поэтому обещать что-либо сейчас было бы глупо.

Что, если он решит, что я не подхожу ему? Что, если мы разбежимся через месяц? Что, если где-то там, за тысячи километров от Одессы, он встретит другую девушку и влюбится в нее?

Последнее меня пугало больше всего.

— Если будет кого ждать, то да, я смогу. — Не уверена, что он ожидал от меня именно такого ответа.

Вова молча поднялся, подал мне руку, и к машине мы возвращались в гнетущей тишине.

Он задумчиво поглядывает то на меня, то на небо, и я решаю, что испортила все своими словами, решила быть честной и откровенной, называется.

Несмотря на опасения, что после моих слов парень высадит меня перед домом и больше никогда не позвонит, он, к моему удивлению, предлагает покататься по ночному городу.

— Куда поедем дальше? У нас еще вся ночь впереди.

— Хочу в Луна-парк. — Улыбаюсь, предвкушая, как заберусь на колесо обозрения и вместе с Вовкой буду рассматривать ночной город. А потом он меня поцелует. И это будет самый романтичный поцелуй в моей жизни.

— О, смотри, вон парень голосует. Подберем его? — Останавливается на обочине, и мне хочется выругаться. Громко и грязно.

По дороге в Луна-парк мы подбираем еще двух попутчиков. Вовка в отличном настроении.

В отличие от меня.

Потому что при посторонних особо не поговоришь и приходится тратить драгоценное время на игру в молчанку.

— Вот мы и заработали на бензин, — радостно трясет в воздухе купюрами, выбираясь из салона авто на заправке.

Я молюсь про себя, чтобы он больше никого не подвозил. Никакой романтики. Никакого уединения. Господи, да я уже готова оплатить ему этот чертов бензин, лишь бы побыть наедине.

Кстати, о деньгах. Поглядываю на закрытый бардачок, подумывая о том, как намекнуть, что он мне должен денег. Нет, я, конечно, не мелочная, но мы еще не дошли до таких близких отношений, чтобы пополнять его маме счет. К тому же я, как-никак, бедная студентка, живущая за счет родителей!

— Успела соскучиться? — возвращается парень и своей обезоруживающей улыбкой выбивает из моей головы все глупые мысли.

Луна-парк встречает нас громкой музыкой, разноцветными огнями и счастливыми, улыбающимися лицами посетителей.

Я с детским восторгом смотрю на машинки, колесо обозрения, тир и огромные облачка сладкой ваты на палочках в руках детей.

Мой живот начинает урчать от голода, я оглядываюсь по сторонам, чтобы убедиться, что никто не слышал эти звуки, и успокаиваюсь, потому что вокруг так шумно, что не всегда слышно, о чем разговаривают прохожие.

— Отличный вечер. — Вова останавливается возле маленького магазинчика, и я готова прыгать от радости, потому что здесь есть и хот-доги, и бургеры, и попкор, и даже сладкая вата.

С горящими глазами смотрю на аппетитную еду и не могу дождаться, когда очередь дойдет до нас.

— Воду без газа. Маленькую. — Он протягивает продавцу десятку, а я стону от разочарования. Хочу заказать себе что-то сама, но не успеваю: парень хватает меня за руку и тащит к колесу обозрения.

Мы стоим, подняв головы к небу, и наблюдаем за тем, как медленно движется по кругу колесо.

Я все жду, когда Вова пойдет за билетиком и, несмотря на мою боязнь, мы заберемся в кабинку и поднимемся почти на пятидесятиметровую высоту, но ничего не происходит.

За этот вечер я столько раз пережила разочарование, что не сосчитать. Но главное ведь, что Вовка рядом. Держит меня за руку, смотрит на меня горящим взглядом и всеми возможными способами выражает свою симпатию.

— Это один из самых лучших вечеров за последние несколько месяцев, — признается он, когда мы идем по освещенной аллее вдоль парка. — Намного лучше, чем посидеть в ресторане, наесться и заплатить кучу денег.

— Ага, — машу головой как болванчик, думая о том, что как раз «наесться» мне сейчас ох как не хватает. А еще я еле волочу ноги. Туфли до такой степени натерли нежную кожу, что все горит огнем. — Слушай, уже поздно, мне домой пора. Поедем?

— Конечно. — Он ускоряет шаг, а я хватаю его под локоть и практически бегу за парнем.

Я нисколько не удивляюсь, когда по дороге к моему дому мы подвозим двух нафуфыренных девочек, которые спешат в ночной клуб, а потом еще и мужчину с огромной клетчатой сумкой. Очень надеюсь, что в сумке был не труп.

Я не могу дождаться, когда доберусь до холодильника. Вспоминаю, что же там есть вкусненького, и борюсь с утробным завыванием желудка, молясь о том, чтобы этот звук, кроме меня, больше никто не слышал. Каждый раз краснею до кончиков ушей и меняю позу в кресле авто, пытаясь подавить урчание.

— Как насчет того, чтобы встретиться завтра вечером, а?

— Я свободна. — Я уже хватаюсь за ручку двери, чтобы поскорей добраться до холодильника и отрезать кусок колбаски.

— Отлично, тогда можем поехать ко мне. Ты говорила, что умеешь готовить пиццу, — приготовишь? Я куплю все нужные продукты.

— Хорошо, — говорю растерянно, и не потому, что не умею готовить пиццу, нет. Я волнуюсь насчет того, что мне придется остаться с ним наедине.

— Я напишу завтра, во сколько освобожусь, а ты мне список набросай продуктов.

— Без проблем, — смотрю на него и мое сердце пропускает удар. Потому что его рука касается моих волос и Вовка, словно в замедленной съемке, приближается ко мне, закрывает глаза и делает то, о чем я мечтала так долго. Целует.

Я забываю, как дышать, дрожу, волнуюсь, из-за чего несколько раз наши передние зубы ударяются друг о друга.

В моих мечтах это был самый жаркий и страстный поцелуй в жизни. Он накрывал нас как лавина, сжигал и заставлял двигаться дальше.

В жизни же поцелуй оказался даже наполовину не таким классным.

Черт, почему сегодня все не так?

Сначала сосед этот, потом мозоли, на колесе обозрения не покатались и даже ваты сладкой не поели! А сейчас еще и оказывается, что Вовка целуется как корова. Или слизняк.

Его язык, кажется, везде. На губах, во рту, снова на губах. Он обслюнявил меня как мог, и мне хотелось, чтобы он поскорее отстранился от меня.

Разве так я должна была ощущать его?

Это все от голода. Точно от голода.

— Ну, до завтра, — говорю смущенно, отстраняюсь от него первая.

— Ага.

Я выбегаю из машины, забывая обо всем на свете, даже о стольнике, который, похоже, пропал навсегда.

Несусь по ступенькам на третий этаж и только у самой двери вспоминаю о том, что нужно быть тише: если сосед спалит мое появление, точно выкинет какую-то фигню в отместку за карабканье по деревьям.