Мой Super сосед

Глава 40

Кира

Несколько недель тянутся словно год. Я все время пытаюсь занять себя чем-то, чтобы не думать о Владе: хожу с Линкой на вечеринки, записалась на курсы кройки и шитья, просто гуляю по улицам и подолгу сижу в кафешках, читая книги. Кажется, именно так я жила до появления нового соседа за стеной, хотя, нет, я была сталкером Вовы, а все оставшееся свободное время безвылазно сидела в квартире, наслаждаясь очередным любовным романчиком.

А сейчас вдруг стены стали тесными, а жизнь скучной. С одной стороны я хочу чтобы этого идиота посадили лет на двадцать, а с другой — мечтаю, чтобы он все-таки был невиновен, чтобы все это оказалось досадной ошибкой.

Даже плюшевого медведя пыталась выбросить. Сначала выместила на нем всю свою обиду, оторвала нос, ухо, разгромила полквартиры и отправлась с ним в руках к мусорным бакам. Сделала несколько шагов обратно к дому, обернулась, взлянула на сиротливо торчащую лапу медведя и рванула обрано, чтобы достать из контейнера то единственное, что связывает меня с Владом и напоминает о лучшем дне в моей жизни.

Я возвращаюсь домой засветло — после недавних событий вечером даже нос на улицу не высовываю — и замечаю в дворе Никиту, который нагружен пакетами так, словно он ездовой осел. Рядом семенит счастливая тетя Катя и недовольная Кристина. Зато ослик, кажется, своей улыбкой может осветить весь квартал.

Ну, хоть у кого-то все хорошо в этой жизни.

Машу Никите рукой и натыкаюсь на злой взгляд тети Кати, так и хочется успокоить её и сказать, что будущего зятька отбивать не собираюсь.

Быстро подымаюсь по ступенькам на свой этаж, забегаю в квартиру и падаю на кровать.

Минус еще один день. Завтра начну искать работу, а еще соглашусь на свидание с барменом из кафе. Новая жизнь — новые знакомства.

Стук в дверь заставляет меня вздрогнуть и оторваться от мыслей о том, смогу ли я разрешить притронуться к себе другому мужчине. При одной только мысли о том, что чужие губы будут целовать меня, по телу пробегает неприятная дрожь.

— Кто та-ам? — ору, подходя к двери.

— Это я, Никита, — сдавленным голосом отвечают по ту сторону от меня.

На всякий случай смотрю в глазок, смеясь про себя с лица парня, которое получилось очень огромным и смешным из-за того, то он стоит слишком близко, и открываю дверь.

— Смотри, а то если твоя будущая тёща застукает… — замолкаю, застыв на месте, так как рядом с Никитой стоит непонятно откуда взявшийся Влад.

— Ну, я пойду, — кажется, никто даже не заметил как исчез Чижиков.

Я быстро пробегаюсь взглядом по мужчине, замечая и шрам над бровью, которого до этого не было, и горбинку на носу, скорее всего после перелома, и его растерянный взгляд, но такой же изучающий, как и мой.

При виде его, мое сердце, кажется, готово выпрыгнуть из груди. Несколько раз я открываю и закрываю глаза, чтобы убедиться, что это не мираж, но Влад все так же неподвижно стоит на лестничной площадке между нашими квартирами и никуда не собирается исчезать.

Не говоря ни слова и не отрывая взгляд от моих глаз, он протесняется мимо меня в прихожую. Наши тела соприкасаются и я чувствую, как все вокруг нас электризуется. Мощный взрыв, который обязательно должен случиться — всего лишь вопрос времени.

Влад ставит на пол чемоданчик, опускается на колени и долго перебирает инструменты.

— Что ты делаешь? — спрашиваю, не узнавая свой голос.

— Я вспомнил, что обещал тебе починить домофон, но так и не сделал этого, — говорит таким будничным тоном, словно ушел домой неделю назад за инструментами и не вернулся, а не сидел все это время за решеткой.

Господи, а что если он сбежал? Мамочки! Наблюдаю, как он достает из чемоданчика отвертку и плоскогубцы, сглатываю подступивший к горлу ком и понимаю, что нужно бежать. Он точно приехал, чтобы закончить то, что начали те двое.

Тихий голосок нашептывает, что я идиотка раз так думаю о нем. Может, он и в самом деле сбежал, но убивать меня точно не станет, не после того что между нами было.

Напряженная спина и складки на лбу выдают его. Он нервничает не меньше моего, ковыряется в домофоне, но я очень сомневаюсь, что он понимает что делать.

Я смотрю на все это и не знаю как реагировать. Радоваться, что он вернулся? Звать на помощь? Звонить в полицию? Диме?

Все то, что копилось во мне за все эти дни, ненависть, обида, злость, разбитые мечты, становится для меня спусковым механизвом и меня накрывает с головой.

— Что ты здесь делаешь? — Складываю руки на груди, всем своим видом показывая, что не намерена закрывать глаза на его наглость.

— Говорил же — домофон ремонтирую, — не отрываясь от работы, отвечает он.

— Я серьезно, Влад! Забирай своё барахло и выметайся из моей квартиры! И медведя своего не забудь! — Вспоминаю о Лохматике, бегу в комнату, обхватываю его двумя руками, быстро возвращаюсь, больно стукнувшись мизинцем об угол двери, и со злостью бросаю медведя Владу на голову.

Как жаль, что внутри вата, а не кирпичи!

— Что с ним произошло? — Хмурится этот идиот, разглядывая свой подарок.

— Связался с плохими людьми и поплатился за это. Давай, выметайся! — Пинаю ногой чемоданчик, показывая тем самым, что ему пора валить.

— Закончу с домофоном и уйду.

Он не обращает на меня никакого внимания, вцепился в свою отвертку и с непроницаемым выражения лица вертит там что-то.

— Ты преступник!

— Возможно, — спокойно отвечает он, в отличие от меня.

— Ты обманул меня!

— А вот этого никогда не было.

— Ты... ты использовал меня!

Топаю ногой как маленький капризный ребёнок, не осмеливаясь подойти к нему ближе, потому что тогда неизвестно чем закончится наш разговор.

— Я звоню в полицию! — Вынимаю из кармана телефон, демонстрируя всю серьезность своих намерений.

— Я там уже был.

— Я знаю! И это меня очень-очень беспокоит! — Срываюсь на крик, но этого безэмоционального козла не пронять. — Все, я звоню, понял?

Стучу по экрану телефона, пытаясь вспомнить как вызывать полицию, несмотря на то, что вовсе не собираюсь никуда звонить. Все это так, для виду, чтобы не думал, что стоит ему появится на пороге моей квартиры, как я брошусь в его объятия и залью слюной его офигенский торс!

— Знаешь, ты… — начинает Влад, но не договаривает, из его рта вырывается странный звук, а все его тело дергается в непонятных судорогах.

Эпилепсия?

Инсульт?

— Что за приколы, Влад? — Но, кажется, это вовсе не шутка. Зову его по имени и понимаю, что скорее всего его ударило током. — Влад, ты в порядке? — Мужчина неподвижно лежит на полу с чертовой отверткой в руках, а у меня сердце разрывается от волнения. — Влад! — Несколько раз бью его по щекам, но безрезультатно.

Наклоняюсь ближе, пытаясь понять дышит ли он и никак не могу вспомнить, как правильно оказывать первую помощь при ударе током.

Кажется, зарыть ноги в песок. Но где, черт меня раздери, в квартире найти песок?! Может, земля из горшков с цветами подойдет?

Меня накрывает паника и страх за его жизнь. Как так, я ведь даже не успела сказать ему все, что думаю о нем?! Он не может умереть! Не сейчас, не у меня дома, да и вообще, как он смеет снова оставлять меня одну?

Возможно, если бы я не была так обескуражена и удивлена появлением Влада, если бы у меня не начиналась истерика, если бы я не волновалась за его жизнь и ещё сотня таких если, я бы вспомнила, что прошлая попытка починки домофона закончилась тем, что он его просто-напросто обесточил. Но сейчас во мне бушуют эмоции, не давая трезво мыслить и я совершаю ошибку за ошибкой.

— Влад, ты слышишь меня? — наклоняюсь к его лицу так близко, что чувствую аромат мужского геля для душа. — Влад, пожалуйста, не умирай! Лучше пуcть тебя посадят!

Внезапно мужчина оживает, обхватывает руками мою талию и переворачивается, подминая меня под себя.

— Попалась, малышка, — криво улыбается, блуждая взглядом по моему лицу.

— Идиот! Это не смешно, нисколько! Отпусти меня! Отпусти! — Бью кулаками о его грудь, срываясь на крик, и чувствую, как по щекам скатываются слезы.

— Эй, только не плачь, пожалуйста! Прости, ну прости, я идиот, знаю. Я шёл к тебе без единой мысли что сказать и как вымаливать прощение, поэтому импровизировал как мог. Даже инструменты вон у тети Кати пришлось просить. Хотя, она, кажется, решила , что я пришёл прирезать всю ее семью, — успокаивает меня, собирая губами влагу с моего лица, а я, пользуясь моментом, всё-таки вырываюсь из его захвата.

Ударяю коленкой в пах и отползаю в сторону.

— Не трогай меня, ясно? — И я не шучу. Смотрю на его руки и задаюсь вопросом: скольких людей он ими убил?

Сначала убивал, а потом ласкал ими меня.

У меня стокгольмский синдром, точно. Это просто помутнение. Ещё месяц-два и все прошло бы, но он снова заявился, пробуждая внутри меня прежние чувства.

Влад приходит в себя после моего точного удара в цель, переводит взгляд в мою сторону и медленно, словно хищник, поднимается и двигается ко мне.

— Я буду кричать, серьезно. Скажу, что ты напал на меня. Уходи!

— Кира, давай поговорим, пожалуйста, — устало просит он.

— Нет, — выставляю перед собой руку, пытаясь остановить его.

— Ки-ира, не будь глупой девочкой, нам нужно поговорить, ты ведь знаешь, — он надвигается на меня, гипнотизируя своим взглядом и не давая мне шанса на побег.

Я упираюсь спиной в стол, понимая, что мы переместились в кухню. Отхожу немного в сторону, туда, где в мойке ждут своего звездного часа грязные тарелки, хватаю одну, кажется, ту, с которой я ела суп, и со всей силы бросаю в наглого хама!

— Убирайся! — Влад ловко увертывается, тарелка врезается о стену и с грохотом разбивается. В глазах загорается огонь, он усмехается, но больше не двигается в мою сторону.

— Давай, детка, покажи на сколько ты зла на меня! — Подначивает меня и я хватаюсь за стакан.

Не знаю как никто из соседей не вызвал полицию, потому что крики и звуки битья посуды разносились по всему дому. Я выкрикиваю в адрес мужчины разные ругательства, обвиняю его на чем свет стоит и обещаю, что если он хоть пальцем притронется ко мне — убью не раздумывая.

— Успокоилась? — Влад зажимает меня у стены, когда заканчивается все, до чего я могу дотянуться, с силой хватает за талию и неожиданно впивается в мой рот губами.

Я сопротивляюсь, кусаю его за язык, до крови прокусываю губу и несколько раз пытаюсь повторить трюк с коленкой, но Влада ничто не берет. Он словно сумасшедший терзает мои губы, блокируя каждый мой удар , и медленно пробирается руками под шорты.

— Уммм, — пытаюсь остановить его, но бесполезно.

Его напористость работает, я расслабляюсь, отвечаю на поцелуй и уже сама тянусь к нему.

Мое тело как и я истосковалось по этому мужчине и на какое-то время я позволяю забыть себе кто передо мной на самом деле и отдаться чувствам, разрывающим меня изнутри.