Муж на девять месяцев

Глава 22 Ася

— Глебушка-хлебушка собственной персоной, — фыркает Анька, — может, свалим по-быстрому и посидим в кафе? У меня от его вида мигрень разыгралась.

Вздыхаю.

— Нужно остаться, я и так всю неделю пропустила. А бегать от этого козла не буду. Он в прошлом, — уверенно заявляю, — ну его! Не дождется от меня вообще никакой реакции.

— Ну ты сильна, — тянет Анька, — ладно, послушаем.

Глеб проводит лекцию, как обычно. Весь такой одетый с иголочки, идеально уложенные волосы, маникюрчик.

Многие девчонки по нему с ума сходят, кто-то его фоткает. А я понимаю, какой была идиоткой. Как можно любить такого гнилого человека?

Он самоуверенный, напыщенный индюк.

Аж блевать охота.

Но я стараюсь не думать о нём. Вопреки всем страхам, мне реально наплевать. Лишь слова Алексея о связанных с бывшим бандитах немного напрягают.

Записываю лекции, пару раз ловлю на себе липкий взгляд Глеба. Аня тыкает меня под бок.

— Да он на тебя прям пялится, Ась. Ты его отшила, а он вот, видимо, припёрся руки у тебя просить.

— Пусть попробует.

Когда звенит звонок, мы с подругой спокойно собираемся. Говорим о чём-то своём. Последние направляемся к выходу из аудитории.

— Ась! — Глеб окликает меня. — Задержись.

— Да, Глеб Валерьевич? — невинно хлопаю ресницами, хотя в душе отчаянно хочу выдрать его прилизанные патлы.

Он напряженно смотрит на меня. Встаёт, закрывает дверь. Садится обратно.

— Как ты? — спрашивает.

— Прекрасно, — хмыкаю, — у вас вопросы по моей курсовой по бизнес-процессам? Если нет, то я пойду.

Резко разворачиваюсь и топаю к двери. Но бывший хватает меня за руку, тянет на себя. Выдёргиваю запястье.

— Что вы себе позволяете? — рычу.

— Ася, прекрати! — рычит, наступает на меня, нависает. — Я реально волнуюсь.

Округляю глаза.

— Правда? Почему? Мы уже расстались, Глебушка. У меня своя жизнь.

— Ты беременна от меня, — цедит он, — я просто так это не оставлю.

— Ничего не знаю об этом, Глеб Валерьевич, — сухо заявляю, — я вышла замуж, очень счастлива, и мы с мужем ждем малыша. Справку о декрете я предоставлю в деканат, не понимаю, причем тут бизнес-процессы?

— АСЯ, БЛЯДЬ! — орёт. — Это мой ребенок!

— Правда? — хлопаю ресницами. — А доказательства у тебя есть?

Он молчит. Зло смотрит на меня.

И только открывает рот, как дверь распахивается. На пороге стоит Анька.

— Ась! Тебя декан вызывает!

— Да? Ну, я пошла. До свидания, Глеб Валерьевич, — топаю на выход.

Прикрываю дверь, выдыхаю. Боже, как же тяжело было корчить из себя невозмутимую, когда хотелось заехать коленом по яйцам.

— Чего хотел? — спрашивает подруга, когда мы топаем в столовую.

— Я вообще не поняла… — хмыкаю, — вдруг решил, что я приму его в качестве папочки своего малыша.

Мы усаживаемся за столик, заказываю себе салат и два бутерброда.

— С этой беременностью я есть постоянно хочу, — стону, — голодная, как волк.

— Ну, рассказывай! — глаза Аньки аж горят. — Как там твой дохтур? Горяч? Ты прям так быстро замуж… я офигела.

Краем глаза вижу, как Глебушка вплывает в кафе. Блин, да он в жизни в студенческой столовке не ел! И постоянно говорил, что это ниже его достоинства.

Плюхается за столик, таращит на меня свои мерзкие глазюки.

— Ну вот чего припёрся, а?

— Глеб Валерьевич! — к нему подлетает местная «звезда», блондиночка с большими, кхм, глазами. Катька Салова. — А могу я спросить?

В общем, в кои-то веки и Катьке рада. Мы с Аней быстро пересаживаемся в самый тёмный угол.

— Достал! — выпаливаю, вгрызаясь в дешевый, но божественно вкусный сэндвич с курицей.

— Ася! — Анька ёрзает на стуле. — Ну рассказывай, ну блин!

Вкратце описываю ей свою ситуацию. С каждым словом глаза подруги становятся всё больше. Она открывает рот.

— Вот так вот я стала Асей Жаровой, — мечтательно тяну.

— Класс! Ну твой доктор прям молодчина! — выпаливает она. — А этот опять зырит.

— Да пофиг, — фыркаю, — пусть хоть обзыркается.

— И что теперь? Если всё-таки Глебушка-хлебушка родной отец, не сможет ли он подгадить тебе?

— Не знаю. Блин, козлина, всё романтическое настроение испортил, — принимаюсь за второй бутер.

— Вон, ему позвонили и свалил, — выдыхает подруга.

— Ну и хорошо, — лопаю за обе щеки.

Приходит смс.

Женя: как ты, мой огонёк?

Улыбаюсь, как дурочка.

Ася: скучаю по одному сексуальному доктору, ем дешевые бутерброды в столовой.

Хм! Тут мне в голову приходит одна идея. Переименовываю Жарова в мобильном.

Горячий муженек: Ася, ты бы лучше сходила в ресторан. Я же тебе карточку оставил. Трать с неё, сколько хочешь. Ты и малыш должны хорошо кушать (смайлик).

— Ты прям до тошноты счастливая, — лыбится Анька, — сразу видно, что муж написал.

— Блин, я не знаю, — хихикаю, — он такой замечательный! Со всех сторон, понимаешь? В Жене просто нет недостатков.

— Завидую я тебе, подруженция! — Анька обнимает меня. — Но ты заслужила. Реально. С таким, как Глеб, год за два.

А я понимаю, что с ним нужно быть начеку.

Ася: тут бывший объявился.

Горячий муженек: так, и что? Он тебе навредил? Обидел?

Ася: нет, просто меня напрягает его внимание. Он о ребенке заговорил, отцовстве. Это меня пугает, Жень.

Горячий муженек: мне приехать?

Ася: не нужно, любимый. Он отвалил уже. Как у тебя дела на работе?

Горячий муженек: разгребаем вот, пара выгодных контрактов всё же сорвалась. Но ничего. Новые заключим, у меня уже есть идеи. Ты когда домой? Пусть Лёха тебя заберет.

Ася: еще две лекции. Потом пара вопросов по экзаменам и всё. Освобожусь примерно в четыре. Пусть Лёша приезжает, хорошо.

Горячий муженек: окей, я ему сообщу. Спасибо, что согласилась. Целую во все сладкие места, Ася.

Ася: люблю тебя.

С огромным трудом досиживаю до конца лекций. Лёша приезжает чуть раньше, звонит.

Сначала топаю в туалет. И только приоткрываю дверь, как слышу знакомый голос. Глеб почти визжит. Хм, ну-ка послушаю.

— Да достану я бабки! Успокойся… да, блядь! Всё будет, отбой.

Кладёт трубку и уходит.

А я направляюсь в туалет, снедаемая дурным предчувствием.

— Привет! — весело здоровается юрист. — Ты чего взмыленная такая?

— Поехали, — гаркаю.

— Да что такое? Ася?

Глазею по сторонам, напряженно так, с сомнением. Как только мы выезжаем на шоссе, выдыхаю.

— Каширин, — коротко говорю, — заговорил о ребенке. Лёш… он может его у меня отобрать?

Алексей задумывается.

— Технически биологический отец вправе потребовать экспертизу ДНК. Но есть нюансы. Ты имеешь право отказаться.

— И если откажусь…

— Тогда он может требовать признания отцовства по косвенным доказательствам, — спокойно говорит Лёша, — но тебе не о чем беспокоиться.

— Ты думаешь?

— Да. Женёк не даст тебя в обиду. Ты его жена, мы можем подать несколько встречных исков. Поверь, Каширину лучше даже не заикаться об этом. Я его адвоката в суде раздавлю. К твоему ребенку он даже не приблизится.

— Спасибо, — выдыхаю немного, — я сегодня слышала, как он обещал кому-то вернуть деньги. Не тем ли бандитам?

— Может быть. Хорошо, что ты сказала, я разберусь. Приставлю к тебе охрану.

— Ты же юрист? — офигеваю.

— Жаров дал мне полный карт-бланш по твоей защите. Он не может быть с тобой постоянно, у меня более свободный график и есть связи в определенных кругах.

— Ого!

— Приехали.

Лёша провожает меня до квартиры, снова проверяет сигнализацию.

Первым делом звоню мужу доложиться, что приехала.

Затем иду в душ. Чёртов Глеб своим взглядом меня испачкал. Долго тру кожу, до красноты.

Но постепенно, под массажными струями успокаиваюсь.

И в сознание врываются совсем другие образы…

Губы мужа на моих. Сильные руки, ласкающие моё тело. Впервые он взял меня в этом самом душе.

Меня переполняют чувства. Ставлю душик на держатель, прислоняюсь спиной к стене. Закрываю глаза. Вспоминаю голодный взгляд Жарова. Никогда в жизни мужчина меня так не хотел.

И грубые слова, что срываются с идеальных губ моего мужчины в момент наивысшего наслаждения… ммм…

— Женя… — выдыхаю, горячий пар наполняет душевую кабинку.

Беру лейку душа, опускаю между ног. Аккуратно регулирую напор.

— Ммм! ААА! — постанываю, методично довожу себя до оргазма.

Ласкаю грудь одной рукой, второй прижимаю душ к промежности. Срываюсь на крик. Яркий оргазм разбивает на части…

— Ох… блин… ммм… — пытаюсь отдышаться, — это было сильно.

Но всё равно не так, как с ним…

Оборачиваюсь полотенцем, шлёпаю в спальню. Гляжу на матовую кредитку, лежащую на тумбочке.

Так и не взяла её. Что-то внутри сопротивляется. Приятно, когда Женя что-то мне покупает. Но тратить его деньги самой… не знаю.

Ладно, я подумаю об этом позже.

Надеваю любимые шортики и маечку. К приходу Жарова. Люблю, когда он пожирает меня голодным взглядом.

Топаю на кухню. Смотрю по сторонам. Блин! Даже убираться не нужно! Ни пылинки.

Вспоминаю. Жаров что-то говорил про приходящий клининг.

Но мне хочется что-то сделать! Так что поднимаюсь в спальню, беру кредитку и заказываю продукты для сытного домашнего ужина.

Пока жду доставку, готовлюсь к завтрашним лекциям и дописываю курсовую по процессам. Не пускаю в голову образ мудака бывшего. Женя не допустит, чтобы Глеб навредил нам с малышом.

Постепенно темнеет, включаю везде свет.

Это теперь мой дом? Сложно поверить. Тяжело осознать. Эта крутая мебель, самая современная техника? Всё моё?

Огромный пентхаус. Бриллиантовая кредитная карта, лимит которой я даже знать не хочу. Дорогущее кольцо. Но самое важное и лучшее — это мой муж. Идеальный мужчина. Сильный, красивый, уверенный. Теперь мой.

Когда привозят продукты, оставляю курьеру чаевые. Он дотаскивает пакеты до холодильника. Потом всё раскладываю.

Я ведь теперь хозяйка. И как мне себя вести?

Чешу затылок. Я хотела сделать мужу классный ужин. Принимаюсь за готовку. Притаскиваю умную колонку, она включает мою любимую музыку.

Пританцовываю, пока шинкую овощи, делаю соус. Режу и отбиваю мясо. Мужчине нужно есть много!

Подпеваю, настроение просто суперское! Делаю вкусные стейки средней прожарки, воздушное картофельное пюре и греческий салатик. Нужно будет купить себе кулинарную книгу.

Пока готовлю, получаю сообщение на мобильный.

Горячий муженек: прости, что не ответил, огонёк. Был на совещании. Выезжаю домой, жди. Трусики не надевай. Твой муж очень голоден.

Хихикаю. Прикидываю время, как раз приготовлю всё к его приезду.

Расставляю салатницы, тарелки. Выкладываю вилки. Попиваю минеральную водичку. Вот такая жизнь реально по мне!

Через час раздается звонок в дверь. Скидываю фартук, прячу его. Быстро распускаю волосы.

В предвкушении горячего поцелуя лечу к двери.

Но там…

— Ася… — передо мной стоит Алена, вся бледная, напуганная, в слезах.

На её щеке след от пощечины, а под глазом фингал. Девочки плачут и жмутся к маме.

— Могу я войти?

— Конечно! Что случилось, проходите! — впускаю их, плотно закрываю дверь.

— Миша… узнал, что я готовлю документы на развод и слетел с катушек…