Муж на девять месяцев

Глава 26 Жаров

— Получается, ничего не пропало? Ни деньги, ни ценности… хм, — следователь осматривает квартиру.

Ася наверху. Проверяет свои вещи.

— Есть какие-то варианты?

Мы с Лёхой переглядываемся. Юрист приехал по первому звонку и подрядил знакомых из следственного отдела, чтобы дело не заглохло.

— Есть, но я голословно обвинять не хочу, — тихо говорю.

Это Миша. Сто процентов. Неспроста он исчез после увольнения. Даже скандал устраивать не стал.

Мне это показалось странным, но на повестке тогда был отдых для моей молодой жены. Ася всегда для меня на первом месте.

Вот сейчас пожинаю плоды, но не жалею. Я выведу братца на чистую воду. Главное понять, зачем он сюда залез.

— Скажите нам хотя бы примерно, Евгений Маратович. Что могли искать? Если это не ограбление, то…

— ЖЕНЯ! — истошный крик Аси раздается со второго этажа.

Бегу к ней. Она сидит на кровати нашей спальни. Вся бледная. В трясущихся руках держит свою старую сумку.

— Что случилось? — подхожу к ней, сажусь рядом.

Она всхлипывает.

— Я дура… боже, какая же я… Жень… он нашел наш договор! — испуганно бормочет.

— Какой?

— Тот, что ты мне давал на ознакомление. Он был в этой сумке… а теперь его нет, — всхлипывает, — украли.

— Значит, Мишаня искал компромат, — вздыхает Лёша, — и нашел его.

Прижимаю Асю к себе. Она вся дрожит, трясется.

— Это… я виновата, — сжимает руки в кулачки.

— Нет, милая. Виноват тот, кто влез в наш дом, понимаешь? — успокаиваю её, судорожно соображая, как найти и покарать засранца.

— Не надо, Жень. Я облажалась. Я… — вскакивает, — как всегда всё испортила. Ой…

Она пошатывается. Хватается за живот.

— Больно, — шепчет.

Вижу, как на её платье расползается красное пятно.

— Черт! — подскакиваю, хватаю ее на руки. — Лёха, звони в скорую. Скорее!

— Понял, — он быстро набирает номер.

— Ася, держись! — кладу жену на постель. — Смотри на меня.

— Малыш… — всхлипывает.

— Тихо, молчи. Дыши. С ним всё будет хорошо.

На лбу Аси выступают капельки пота. Температура стремительно повышается. Девушка плачет, сильно боится.

— Девочка моя, всё хорошо. Я здесь, с тобой, — успокаиваю её, как могу, — Да где они там…

Но вопреки моим страхам, скорая приезжает быстро. Спустя десять минут Асю уже увозят в больницу.

А я доделываю дела с полицией, вызываю службу уборки и лечу к своей жене.

— Лара! — нахожу врача на первом этаже. — Как она?

Женщина цокает языком.

— Сейчас в норме. Ребенок жив остался. Но Ася пережила огромный стресс. Что случилось?

Вкратце описываю ситуацию, не упоминая о договоре.

— Ну твой Миша и подонок! — выплевывает врач. — Пойдем, твоя жена отдыхает.

После слов о том, что малыш в порядке, я выдыхаю. Только сейчас замечаю, что был напряжен, как струна.

— А вот и наш муженек приехал, — объявляет Лариса, поправляя Асе подушку.

Моя девочка всё ещё бледная. Но на щеках уже выступил небольшой румянец.

— Малыш в порядке, — говорит, поглаживая животик.

— Да, — сажусь, накрываю её руку своей.

— Я вас оставлю, голубки, — смеется врач и уходит.

— Прости меня, — тихо говорит Ася.

— За что? — не понимаю. — Я так испугался за вас. Никогда так не боялся.

— И я… это было очень больно. И страшно, — тихо лепечет, — но теперь мы с тобой…

— Что мы?

— Твой брат наверняка пойдёт к отцу, и у нас будут неприятности.

— Плевать. Для меня главное — это твоё здоровье. Что сказала Лариса?

— Угроза выкидыша, — всхлипывает, — теперь мне нужно какое-то время здесь лежать. Плакал осмотр нашего дома…

— Подождёт, милая, — целую её ладошку, — пожалуйста, думай о себе. Напиши, что тебе привезти?

Она кивает, затем быстро набирает в телефоне списочек и присылает мне.

— Так, теперь будущей мамочке нужно поспать! — Лара выгоняет меня. — Завтра приезжай.

— Что купить? Нужно что-нибудь?

— Ей нужно расслабиться, Жень. Если твоя родня будет продолжать мотать девушке нервы…

— Не будет, — жестко говорю, — я с этим разберусь.

— Надеюсь. Ася сильная, но о ней нужно заботиться. Я тебя знаю, Жаров, ты порвёшь любого за неё. Пришло время показать зубы.

— Я знаю, Ларис.

Выхожу из больницы, на душе скребут кошки. Это моя вина. Никогда не думал, что именно моя семья станет причиной того, что Ася чуть не потеряет ребенка.

Внезапно мой телефон начинает вибрировать.

Звонит отец.

— Да? — быстро беру.

— Женя, нам нужно поговорить, — чеканит он, — приезжай в главный офис, здесь твой брат.

— Еду.

Понятно, Миша пошёл в атаку. Еду в офис. Звоню Лёхе, мы долго говорим. В итоге решаем вывести моего братца на чистую воду. Мне всё это дерьмо надоело.

Подъезжаю, поднимаюсь в свой кабинет.

— Опа, а ты уже, я смотрю, примеряешься к моему креслу? — зло рычу, увидев, как на моём месте восседает Миша.

— Женя, — отец рядом с ним, держит в руках бумагу, — что это такое?

Он швыряет на стол мятый договор. Тот проект, что я давал Асе.

— Да, брат, объясни, почему в сумке твоей беременяшки я нахожу это?

— То есть, тебя, пап, волнует этот договор, который даже не подписан, не заверен… а не то, что Миша влез к нам с Асей домой?

— Нет никакого вашего дома! — кричит отец. — Вы фиктивная семья! И ребенок это не твой! Ты решил привести к нам в семью подкидыша?! Где ты нашел эту девку?!

— Ответь на вопрос, — тихо говорю.

— Да, я влез в твою квартиру. Но лишь потому, что наводку получил, — шипит Миша, — вы-то думали, что всех нас провели?

Сую руку в карман, выключаю диктофон. Затем достаю его и показываю родственникам.

— Отлично, Миша. Этого достаточно. Сейчас здесь будет полиция, и ты поедешь в СИЗО.

Он испуганно таращится на отца. А тот похож на тень.

Миша не успевает даже рта раскрыть, как в кабинет заходит полиция. Лёха обо всём позаботился.

На брата надевают наручники и демонстративно выводят из кабинета.

— Ты же понимаешь, что ему максимум впаяют штраф? — отец устало садится в директорское кресло. — И касательно тебя это ничего не меняет.

— Я позабочусь, чтобы он получил максимум. Посидит месяца три, подумает. А касательно меня… есть ли у тебя право судить, пап?

— Есть! Ты хотел обмануть меня. Снял эту девушку…

— Она моя жена! — рычу. — Наш с Асей брак лишь поначалу планировался как фиктивный. Но до росписи мы поняли, что любим друг друга.

— Что за бред?! — снова вспыхивает отец. — Продолжаешь врать мне прямо в лицо?!

— Нет. В отличие от Миши, я был воспитан правильно. Признаю, что изначально мои намерения были не совсем чисты. Но Асю я люблю всем сердцем. А из-за этого инфантильного сорокалетнего подростка она попала в больницу.

— Какая разница, если этот ребенок не твой?

— Он мой, — уверенно говорю, — и я запишу его на себя. Хочешь ты этого или нет.

— Как ты смеешь?! Я твой отец и глава этой семьи. Это моя компания!

— И? Когда ты ей в последний раз занимался? — выгибаю бровь. — Ты настолько погряз в чувстве вины перед Мишей, что полностью потерял голову.

— Я лишаю тебя наследства, Женя, — сухо заявляет он, — теперь ты не имеешь отношения к этой компании.

— Ты так в этом уверен?

Отец замирает. Признаться, сейчас мне действительно обидно. Я столько лет батрачил на его компанию. Буквально создал её с нуля. И меня хотят просто выкинуть?

— У тебя нет никаких прав. Так что уходи. Я не хочу тебя видеть.

— Нет уж, папа, — делаю шаг к нему, — ты меня отсюда не выгонишь. Позволь напомнить, что всё это создано моими руками и головой. Моя команда строила по кирпичикам весь бизнес. Мы добивались лучших условий для себя в ведущих исследовательских центрах Европы и мира. Мы спонсировали специальные обучающие программы для наших сотрудников, вербовали их ещё на этапе обучения.

Он молчит, крепко стиснув зубы. Потому что ответить ему нечего.

— Ты и твоя компания — это лишь названия. Каждый человек в этом здании, а также в филиалах, наших клиниках и научных центрах верен мне. Увольняй меня, и они все пойдут за мной. Я потеряю лишь время на создание и оформление нового юридического лица. А у тебя не останется ничего. Ни жены, ни сына, который все эти годы пытался заслужить твоё расположение. Останешься наедине со счетом в банке и бесконечным чувством вины.

— УБИРАЙСЯ!

Разворачиваюсь и ухожу. Я просто так не отдам эту компанию. А сейчас мне нужно остыть.

Возвращаюсь домой, а там меня ждёт приятный сюрприз.

— Мама? — она топчется у двери. — Ты чего здесь?

— Мне звонил твой отец, — вздыхает она, — могу войти?

— Конечно! — крепко её обнимаю. — Ася купила тебе подарочки в Барселоне. Или ты тоже её девкой назовёшь? Он ведь всё тебе рассказал.

— Да, всё, — вздыхает мама, — давай зайдём и поговорим.

Закрываю за нами дверь. Клининг уже всё убрал. Несколько ваз разбили, треснутые картины стоят у стены.

— Кофе, чаю?

— Есть виски? — спрашивает она.

— Ого! — улыбаюсь.

— Я сразу тебе скажу, сынок, что приехала не ругаться и не оскорблять твою жену. Это оставлю Марату. Он как свихнулся с этим Мишей…

На душе сразу становится легче. Достаю бокалы и алкоголь. Разливаю.

— Откуда ты узнала, что я еду домой? Или не знала? Позвонила бы.

— Материнское чутье. Как Ася?

— Нормально. Малыш в порядке.

— Это главное. Знаешь, Жень…

— М?

— Ваш брак не фиктивный, — говорит мама, — я видела вас вместе. И отец видел. Просто он…

— Будешь его оправдывать, после того, что он сделал с нашей семьей?

Она вздыхает, делает глоток. Крутит в пальцах бокал.

— Я его не прощу никогда, — коротко говорит, — измена срока давности не имеет. Но в твоём случае он просто погорячился и скоро придет с извинениями.

— С чего ты взяла?

— Я его знаю. Десятилетия брака делают супругов почти близнецами. Мы чувствуем, когда другому плохо. Понимаем без слов.

— Ты его любишь…

— Очень. Но у меня есть гордость, Жень.

— У меня тоже. И мой главный приоритет сейчас — безопасность и спокойствие Аси. Она и так многое пережила.

— Расскажи.

Я пересказываю историю нашего знакомства, её проблемы. Как мы начали вместе жить. И когда я окончательно влюбился…

— Это так романтично! — восклицает мама. — Ваш брак точно не фиктивный!

— Вот и я о том же.

— Ничего, он всё поймет. А пока я хочу кое-что тебе сказать…

— Что?

— Когда закончится раздел имущества, половина всей компании твоего отца перейдет ко мне. И я бы хотела отдать её тебе. Скажем так, как финансовый задел молодой семье.

— Зачем? Тебе разве не нужны деньги?

— У меня достаточно средств еще на две жизни. Я откладывала. Плюс счета твоего отца тоже поделят поровну, ведь всё это мы нажили в браке. Думаю, ты сможешь удержаться и обеспечить жене с малышом достойную жизнь.

— Да, уже присмотрел несколько домов. Хочу, чтобы у Аси было что-то своё. Она всю жизнь мучилась, не знала, куда приткнуться. Была везде чужой.

— Бедная девочка, — мама смахивает слезинку с ресниц, — знаешь, сынок. Я хорошо тебя воспитала. Ты стал настоящим мужчиной. Горжусь тобой.

— Спасибо, мам.

— Так… наверное, я поеду…

— Оставайся, завтра к Асе съездим вместе. Куда на ночь глядя поедешь?

— Хорошо.

Слова матери отозвались в моём сердце. Я должен обеспечить Асе счастливую жизнь. И сделаю это вопреки всем бедам.

Всю ночь ворочаюсь, не в силах заснуть. Мне нужно тепло моего огонька. Я понимаю, насколько важна мне стала Ася. Самый важный человечек в жизни.

Так что с утра мы с мамой завтракаем и с небольшим похмельем едем в больницу.

Где нас обоих ждёт неприятный сюрприз…