Наследница для миллиардера

ГЛАВА 23.

Костя

Вот же зараза, совсем вылетело из головы. Вчера утром мне звонил врач, я был на совещании и сбросил звонок, предупредил в сообщении, что перезвоню и забыл.

Хотя я понимаю свою память, разум не сделал на этом акцент и не пометил как важное дело. Мне этот тест вообще не нужен, я уверен в том, что Алёна – моя дочь. Но вот для успокоения Вики придется наведаться в клинику.

— Результат готов, заберем сегодня, — отвечаю спокойно и наблюдаю, как малышка тянет руки к Вике.

Конечно, зачем сидеть на руках у незнакомой тетки, когда рядом мама.

— Вика, сколько времени тебе нужно, чтобы собраться? Ольга Николаевна, вы сможете присмотреть за Алёной, пока мы съездим по делам?

— Конечно, Константин Анатольевич, — кивает женщина.

— Только не во вред вашим обязанностям, — строго говорю я, домработница все понимает.

— Я думала, мы поедем все вместе, — насторожено проговаривает Вика, не сводя с меня взгляда.

— После клиники мы заедем к тебе на квартиру, Алёне там делать нечего.

Я встаю со стула, чувствую напряжение Вики. Пора ей немного оторваться от дочери.

— Я покормлю Алёну и быстро соберусь.

— Хорошо. Я буду в кабинете, зайдешь, как будешь готова.

Поднявшись на второй этаж, я заглядываю в детскую. Стул так же стоит возле кроватки.

После разговора с Семеном я первым делом направился в комнату к дочери, хотел сразу же выяснить куда собиралась удрать эта неспокойная женщина. Ей на месте вообще не сидится?

Но как увидел ее на этом бедном стуле, вся скукоженная дремала, прикасаясь рукой к спящей дочери, аж смех пробрал.

Воительница, будь она не ладна.

И по ее сегодняшнему уставшему виду понятно, что прошедшая ночка выдалась не из легких. Надеюсь, Вика получила хороший урок.

Минуя дверь ее спальни, я вхожу к себе.

Беру с тумбочки мобильный и набираю доктора.

— Алло, — голос мужчины сонный.

— Доброе утро, Титов беспокоит.

— А, да, да, доброе утро, Константин Анатольевич, — он с трудом сдерживает зев.

— Извините, что вчера не перезвонил, было много работы. Я подъеду в клинику к открытию, подготовьте результаты анализа, чтобы я долго не ждал.

— Хорошо. А вы будете с Забелиной?

— А что?

— Константин Анатольевич, у меня к вам небольшая просьба. Вы как приедете в клинику, сразу же приходите в мой кабинет. И желательно один.

— Почему?

— Все при встрече, не телефонные разговор. До свидания.

Врач кладет трубку, а я стаю как статуя.

Что-то темнит этот докторишка, почему Вике нельзя пойти со мной? Меня напрягает эта таинственность.

Приняв горячий душ, я надеваю брюки, темно-синюю рубашку, на руку – часы. И не спеша спускаюсь на первый этаж. Из кухни доносится смех Ольги Николаевны и щебетание Вики.

— Давай, Алёнушка, за маму.

Улыбаюсь и направляюсь к кабинету.

— За папу.

«За папу» - внутри теплеет.

Но мысль о том, что Вика до сих пор думает о своем муже, как об отце Алёны меня раздражает.

Я еле сдержался, когда услышал от нее, куда она вчера так ломилась.

«К мужу» ответила она. А я готов был крушить все вокруг. И даже тот факт, что она потом исправилась, меня не успокоил.

Она по нему скучает? Хочет быть с ним вместе? После всего, что он сделал?

Теперь я ни на шаг от нее не отойду, пускай этот урод хоть замахнется, да хоть подумает о том, чтобы ударить Вику, я ему все ребра пересчитаю. Будет из трубочки у меня жрать ближайшие полгода.

Виктория – гордая, деньги мои ей не нужны, это я сразу понял. Она готова трястись на автобусе через весь город, чтобы забрать свои оставшиеся майки. Смешная она.

Расхаживая по кабинету, я делаю пару рабочих звонков, предупреждаю секретаря, что задержусь. Мне напоминают о встрече с главой правления банка. Я хочу открыть счет для Алёны, чтобы по достижении своих восемнадцати лет она смогла распоряжаться накоплениями. Мало ли… может, я не доживу до этого времени.

От удручающих мыслей отвлекает стук в дверь.

— Войдите.

— Константин Анатольевич, ваш водитель готов, — отчитывается Семен, заглядывая в кабинет.

— Отбой, Сём, я сам сяду за руль. Зайди, — приказываю.

Парень входит и закрывает за собой дверь.

— Я уезжаю с Викторией, моя дочь остается в доме. Пока я не вернусь, усиль охрану. И желательно глаз с малышки не спускать.

— Лично прослежу за вашей дочерью, — уверенно кивает Семен.

— Отлично, свободен.

Парень открывает дверь и сталкивается на пороге с Викой. Она стоит с поднятой рукой, собиралась стучать.

— Доброе утро, Виктория Сергеевна, — здоровается Семен, обходит ее и скрывается из виду.

— Доброе утро, — произносит ему вслед Вика.

Мой взгляд скользит по стройному телу девушки. Синие джинсы обтягивают бедра, легкая кофта повторяет изгибы женского силуэта. Волосы собраны в высокий хвост.

Сглатываю слюну.

— Ты готова? — откровенно пялюсь на нее, Вика смущается.

— Да. Не забудь взять паспорт.

Мне становится смешно, я приближаюсь к ней.

Заботится обо мне что ли? Мне это нравится.

Только Вика дергается в сторону выхода, как я резко хватаю ее за руку и прижимаю к себе.

Она широко распахивает свои глаза, осматривает меня растеряно, а на сочных губах застывает нелепая улыбка.

— Костя, — на выдохе шепчет она, а мне башню сносит от того, как нежно она произносит мое имя.

Это какой-то запрещенный прием, который действует на меня, как тряпка на быка.

— Мы опоздаем, — она пытается выкрутиться, но я лишь с размаха толкаю дверь, и та громко захлопывается.

— Мы никуда не торопимся.

Я ловлю ее взгляд, цепляюсь за него, не отпускаю. Хочу. Себе хочу забрать каждый выдох, каждый взгляд, каждый стон.

— Пожалуйста, отпусти.