Наследница поневоле

Глава 11

Почему-то испытываю огромную неловкость, идя рядом с Ярославом во двор. Лед он предпочел не прикладывать, вместо этого решил лично сопроводить меня к суженому. Они тут и правда все боятся, что я удеру в последний момент?

Вежливо улыбаюсь мужчине, пока он открывает дверь. Тяжелый гул толпы стихает за секунду, а я вдруг чувствую себя какой-то королевской особой, которую впервые представляют подданным.

По меньшей мере человек двести уставились на меня во все глаза, буквально разбирая каждый сантиметр по кусочкам, чтобы потом со смаком перемыть косточки. Поежилась, но на лицо нацепила восхитительную улыбку. Кротко наклонила голову в кивке и проследовала в самый центр толпы к будущему мужу. Казалась, будто на плаху шагаю. Колени трясутся, ладони то потеют, то холодеют, пульс отчаянно бьёт где-то в районе горла.

Пожалуй, еще никогда в жизни я не получала столько внимания разом. Даже у школьной доски, под пристальным взглядом тридцати одноклассников, и то было легче.

Натыкаюсь Взглядом на Свету, рядом с которой остановился Ярослав. Еще утром она не знала, что я живу в поместье, а сейчас уже приглашена на помолвку?

Видимо девушка уже успела разглядеть его боевые раны, потому что теперь бросала на меня вопросительный взгляд, мол «Ты что, моего мужика угробить пыталась?». Виновато улыбаюсь ей в ответ и беру Андрея под руку. Мне бы своего то за год как-нибудь не угробить, а я еще и на чужих покушаюсь.

Конечно, представлять меня на всю толпу было бы моветон, поэтому на протяжении следующих пары часов, мне пришлось стоять рядом с женихом, и как болванчик, кивать головой, пока Разумовский распылялся в презентации будущей невесты. Гости подходили по очереди, ненавязчиво, хоть я и видела их хищные взгляды, летящие в мою сторону. Каждый хотел подойти по ближе и рассмотреть меня в мельчайших деталях. Клянусь, одна дама даже в рот пыталась заглянуть. Что она там искала? Кариес? Или решила нарушить всем известную поговорку про дареного коня?

Ищу глазами в толпе Раису Альбертовну, и, как ни странно, не обнаруживаю. Она что, не явилась на помолвку собственного сына? Это такой молчаливый протест? Если так, то она не может не понимать, как сильно подставляет нас всех своей взыгравшей гордостью. Пересудов и сплетен, почему мать жениха не приняла невесту, потом не избежать. Со злостью сжимаю челюсть и уже было собираюсь просить пояснений у Андрея, как двери поместья вновь распахиваются.

Я округляю глаза. Раиса Альбертовна чинно стоит в дверном проходе, смиряя всех присутствующих строгим горделивым взглядом. По толпе прошелся поражённый вздох.

А я не могла оторвать глаз от, кажется поехавшей крышей, женщины. Сегодня на ней было белоснежное, расшитое сверкающим бисером платье. До боли напоминающее свадебное.

Я скептически вздернула брови, но тут же взяла себя в руки. Пара журналюг наверняка весь вечер выжидают моей неудачной гримасы, прицелив свои камеры, словно оружие.

Женщина же тем временем медленно проследовала сквозь толпу, направляясь прямо к нам. Широко, дружелюбно улыбнулась. Если бы я не видела ее лица ранее, даже поверила бы.

Сначала заключила в объятия Андрея, произнося теплые слова напутствия. А потом принялась за меня. Пришлось приложить немало усилий, чтобы не начать падать в обморок от ее удушающего, но и из вражеских объятий я вышла с улыбкой на лице.

— Прекрасно выглядите, мама. — я улыбнулась так широко, что рисковала заполучить гипс на треснувшую челюсть.

Женщина прострелила меня тяжелым взглядом. Ясно, что сегодня она просто не захотела отдавать все внимание мне, облачившись в эту пиратскую копию невесты и негласно заявляя свой протест против принятия меня в семью. Но произнесла, однако, совсем иное:

— Добро пожаловать в семью, доченька!

Мы еще раз попытались убить друг друга белизной улыбок и обменялись поцелуями в щёки.

Праздник протекал напряженно, но кажется только для меня. Не в меру расслабленный Андрей, то и дело замахивался, чтобы обнять меня сильнее, чем нужно, или спустить руки совсем уж в неположенные места.

— Полину я знаю давно! — послышался звонкий голос Светы, а затем звук коротких ударов изящного серебряного ножа по стеклу бокала. На секунду выдохнула, ну хоть мгновение меня не будут съедать сони пар глаз, потому что все гости резко повернули головы в сторону девушки. — Можно сказать, мы дружим с первого класса! — вот бы мне так уверенно врать, скептически проносится в голове. — Думаю, что лучшей кандидатуры на роль будущей жены и придумать было нельзя! — взбудоражено продолжает девушка. — Так что от всей души хочу вам пожелать настоящего семейного счастья, и… — она окинула топу заговорщицким взглядом. — Горько!?

Черт! — кое-как сдержалась, чтобы не запустить в Свету чем-нибудь из предметов, лежащих рядом. Ведь так и знала, что кто-нибудь обязательно вспомнит об этой старинной нелепой традиции. Хотя и рассчитывать на то, что не вспомнят, было тоже глупо…

Среди гостей повисло молчание. Все устремили на нас выжидающие взгляды.

Дыхание резко перехватило, а легкие разодрало спазмом отчаяния.

Умоляюще взглянула на Андрея, но тот кажется и не собирался спасать ситуацию. В изумрудных глазах плясали голодные черти.

Ждать помощи неоткуда. Безвольно повесила руки на плечи жениха, имитируя подобострастные объятия. Тянуть больше нельзя, еще секунда и у кого-нибудь обязательно закрадется мысль, что целоваться невеста не особо то и хочет.

Красавчик хищно улыбнулся, обдавая свежим дыханием и одним легким движением притянул мою хрупкую фигуру ближе к себе.

— Зря не по репетировали. — с насмешкой шепчет Андрей одними губами, а еще через миг целует меня.

С остервенением мою руки ледяной водой. Тру их до красноты, хотя в пальцах от холода уже начинает покалывать. Очень хочется плеснуть себе в лицо, но тогда макияж, над которым визажисты трудились два часа, потечет. Промокаю ладони бумажным полотенцем и всматриваюсь в свое отражение.

Сразу после поцелуя, я сбежала с места преступления, отговорившись, что надо в уборную. А поцелуй, надо заметить, был достаточно долгий. Красавчик, словно дьявол — искуситель, никак не хотел выпускать меня из своих объятий. Будто втолковывая мне в голову, что теперь я уже никуда не денусь, параллельно вталкивая язык мне в рот, и вжимая в свое тело.

Это было… Странно.

И черт, в поцелуйных делах у красавчика явно больше опыта, чем у меня. Поэтому при всем желании, я не смогла бы сказать, что мне не понравилось. Просто мой не в меру романтичный мозг почему-то решил, что дыхание обязательно должно было захватить от нахлынувших эмоций, а сердце радостно подпрыгивать в груди. Волновало меня, однако, в тот момент только чрезмерное внимание гостей…

Трясу головой, будто отмахиваясь от глупых мыслей. Все это для меня будет явно тяжелее, чем казалось изначально. Когда на протяжении нескольких лет, у тебя практически нет личной жизни, а потом вдруг на голову падает обольстительный муж с превосходными навыками поцелуев, сложно будет не забыться, что брак наш фиктивный…

Уже было набравшись храбрости, чтобы вернуться обратно к гостям, я слышу, как в моей спальне надрывается телефон. Малодушно решаю, что так выиграю еще хотя бы пару минут наедине с собой и поднимаюсь на второй этаж.

— Полина Андреевна, я уже час не могу до Вас дозвониться! У меня для Вас важные новости. Вы только не волнуйтесь, но состояние Вашего дедушки резко ухудшилось, операцию пришлось делать немедленно. — затараторил в трубку доктор, с которым я общалась несколько дней назад.

— Как? — я оцепенела. — Я же утром с ним разговаривала…

На том конце провода послышался тяжелый вздох.

— Операция идет прямо сейчас и, к сожалению, ее исход невозможно предугадать. Я советую Вам приехать в больницу немедленно.

Сбросила звонок и уставилась в одну точку. Мысли лихорадочно затрепетались в сознании. В миг на глаза навернулись слезы. Это страх. Это всего лишь страх.

— Ну нет, дедуля. Ты меня сейчас не бросишь. — сказала это пустоте комнаты как-то озлобленно, обиженно. Сжала руки в кулаки и тут же выглянула в окно.

Никто пока что даже не думает расходиться. Черт! Объяснять все Андрею, и прощаться с гостями займет слишком много времени, а мне сейчас нельзя терять ни секунды. Придется сбежать с собственной помолвки. Уверена, красавчик как-нибудь выкрутится, пусть позже и спустит с меня три шкуры.

Не раздумывая, выскальзываю из спальни, накинув на голые плечи вязаный кардиган, который хотя бы немного прикрывает великолепие вечернего платья.

Со всех ног несусь к черному выходу из поместья. Дверь, ведущая на задний двор, должна уберечь меня от излишнего внимания. Как же хорошо, что я хотя бы немного успела изучить дом!

Шум праздника донесся до меня моментально, стоило только выбежать на улицу. Легкая приятная музыка и гул голосов никак не вязались сейчас с моим внутренним состоянием. Адреналиновый мандраж ловко перебирался по венам, рассеивая панику по всему телу.

Словно воришка, озираюсь по сторонам, в надежде не наткнуться ни на кого из гостей. Кажется, удача на моей стороне, потому что задний двор пустует, позволяя мне беспрепятственно выбраться на дорогу и вызвать такси. Стоило только об этом подумать, как за спиной послышался удивленный голос:

— Только не говори, что ты решила удрать с собственной помолвки.

Внутри что-то обреченно обрывается. Оборачиваюсь.

Ярослав стоит прямо за дверью, которую я только что распахнула. Надеюсь, я не поставила ему вторую шишку? Это было бы чересчур… Ну и он тоже хорош. Что за привычка караулить под дверью? Ничему жизнь не учит.

Мужчина курит. Спокойно исследует меня взглядом, пока я нетерпеливо переминаюсь с ноги на ногу, и медленно делает глубокие затяжки.

— Ты куришь? — почему-то меня это действительно удивляет. Но вопрос я задала лишь из желания выиграть себе немного времени, чтобы правдоподобно объяснить, почему намерена покинуть праздник.

— Да. Иногда. — уголки губ едва уловимо дернулись в усмешке. — Видишь, скрываюсь словно школьник. Не хочу подавать Деле плохой пример.

Киваю. Да, с характером девочки, она со скоростью света переймет любую пагубную привычку старшего брата и будет думать, что это совершенно нормально.

— Моему дедушке стало хуже. Я еду в больницу. — произношу на одном дыхании. Почему-то в голове возникает мысль, что Ярослав сейчас мне просто не позволит уехать и чуть ли не силой отведет обратно к жениху. Глупость. — Я должна быть там. Ты объяснишь все Андрею? — смотрю моляще, жалостливо, виновато.

Ярослав секунду что-то обдумывает, а затем бросает тлеющий окурок на каменную дорожку. Тушит его подошвой своего дорогого ботинка из черной кожи и кивает в сторону дороги.

— Я тебя отвезу. Так будет быстрее. Идем. — мужчина тут же обогнул меня, широко шагая.

А я пораженно смотрю на его широкую спину. Он не шутит? Конечно, такая помощь мне сейчас была бы как нельзя кстати. Ведь такси сюда добирается минимум минут двадцать… Но, неужели он сейчас так просто плюнет на то, что без объяснений остаются и остальные члены семьи Разумовских, и гости, и даже его идеальная девушка?

Решив, что обязательно подумаю об этом позже, я семеню за мужчиной мелкими шагами. На каблуках, в которые меня сегодня обули, не так уж и просто нагнать заданный Ярославом темп.