Наследница поневоле

Глава 14

Да. Объяснить все фиктивному жениху было бы гораздо проще, чем настоящей девушке мужчины, с которым я только что целовалась.

— Выы… Выыы!? — Света пучит глаза. Аккуратный рот с пухлыми губами некрасиво изогнулся в отвращении. Матерь Божья, что же сейчас будет…?

О чем мы только думали!? Какого черта не смогли себя сдержать, словно подростки с бушующими гормонами!?

Я не могу пошевелиться. Внутри все окаменело. Эмоции, еще секунду назад, сжигающие меня дотла, сейчас будто вовсе отключились. Чувства атрофировались, а душа покрылась такой же ледяной коркой, как и взгляд Ярослава.

Один лишь стыд топит сознание, плескаясь через край.

Девушка резко шагнула вперед, а потом замерла. Будто намеревалась что-то сделать, и тут же передумала. Я опускаю глаза и вижу на полу, возле входа, какую-то разбитую статуэтку. Видимо именно она подняла тот грохот, заставив меня отстраниться от Ярослава, словно обожгавшись. Света проследила за моим взглядом.

— Подарок. — тихо произносит она. — На вашу с Андреем помолвку. — я как-то неуверенно киваю. — Но теперь же он вам не пригодится? — девушка вздергивает бровь, простреливает меня гневным взглядом.

— Света, не надо. — Ярослав выдвигается вперед, будто закрывая меня от пулеметной очереди злых слов.

— Что не надо? — резко выплёвывает девушка, озлобленно смотря мужчине в глаза. — Предлагаешь мне сделать вид, что я ничего не видела?

— Нет. — спокойно произносит Ярослав. — Но думаю, ты и без этого понимала, что наши отношения долго не продержатся. И мы обсудим это. Но позже. Наедине.

Теперь я и вовсе почувствовала себя третьей лишней. Мало того, что только что целовалась с занятым мужчиной, так еще и стала препятствием на пути выяснения их отношений.

Света убирает руки в карманы своих строгих дизайнерских брюк. От чего-то мне сейчас намного комфортнее разглядывать ее километровые ноги, чем смотреть в лицо. Это если не считать жгучего желания провалиться сквозь землю.

— Да нет уж. Давайте обсудим это все вместе. — она высокомерно вздергивает подбородок, обдавая нас обоих надменным взглядом. — Давно у вас… это? — последнее слово она сказала с таким отвращением, будто имела в виду не поцелуй, а самое мерзкое преступление в мире. Должно быть, для нее это так и есть.

— Эта была случайность. — встреваю я, почему-то, желая оправдать Ярослава в ее глазах.

— Нет, не случайность. — совершенно спокойно он опровергает мои слова. Господи, какие же мужчины толстокожие! Неужели сложно было подыграть, чтобы еще больше не ранить чувства и без того задетой девушки? — Мы не будем ничего выяснять сейчас. — грубо обрезал он. Но Света с ним явно была не согласна, а я до дрожи в коленках боялась, что сейчас на кухню явится еще кто-нибудь из семьи Разумовских и станет непрошенным свидетелем скандала.

— Да? Тогда мне стоит обсудить это с Андреем. — холодно произносит девушка.

— Свет, послушай. Все это ошибка. — нервозность выходит холодным капельками пота на спине. Да я готова сказать что угодно, лишь бы она держала язык за зубами. — Не надо ничего говорить Андрею. Ты просто не понимаешь…

Света ухмыляется. Хищно, с победоносным блеском в светлых глазах.

— Нет, милая. Это ты не понимаешь. Думаю, я тебе разъясню. — она делает пару шагов навстречу, буквально припечатывая меня этими словами к стене. — Ты, наверное, решила, что вскружила голову обоим братьям? — в ее голосе сейчас столько иронии и он до боли напоминает тот тон, которым она общалась со мной в школе. Я сжимаю зубы. — Но это не так. — она сочувствующе разводит руками. — Наш Ярослав, просто любит доказывать младшему брату, что он лучше. Всегда и во всем.

Я хмурю брови. Смысл ее слов проникает в сознание слишком медленно. Девушка не торопится пояснять. Дает мне время свыкнуться с новой информацией. Словно смакует мою растерянность.

— Прекрати. — Ярослав не дает ей договорить. — Ты несешь полную ересь. — аккуратно обхватывает Свету под локоть и собирается вывести из кухни.

— Нет. — твердо прошу я, заставляя его остановиться. — Что ты имеешь в виду?

Света Смеется. Ну конечно. Сейчас для этого самое время.

— Твой жених был влюблен в меня. А еще мы с ним были в прекрасных счастливых отношениях. — она улыбается, обнажая белизну зубов. — До тех пор, пока Ярослав не решил, что хочет забрать меня себе.

Мужчина закатывает глаза.

— Оо дааа. Он тогда приложил много усилий, чтобы меня заполучить. И добился своего. Я бросила Андрея. И ради чего? — она прожигает мужчину осуждающим взглядом. — Чтобы ты променял меня, как только увидел новый трофей?

На мгновение повисла оглушающая тишина. Такая, как бывает перед сильной грозой. Затишье перед бурей.

— Это правда? — мой голос дрогнул, но уже в следующий миг включилось уязвлённое самолюбие. Я не трофей. И не игрушка.

— Все было не так. — Ярослав говорит спокойно, но я все же слышу в голосе нотки вины. — Но в целом, да. Света действительно ушла от Андрея ко мне.

С шумом выдыхаю воздух из легких. Чувствую себя полной идиоткой! Руки сжимаются в кулаки от злости, а ногти до боли врезаются в ладони.

— Я этого не знала. — смотрю Свете прямо в глаза. Та лишь легонько пожимает плечами. — Я совершила ошибку, и больше ее не повторю. Не говори ничего Андрею.

Не дожидаясь ответа, вылетаю из кухни словно ошпаренная. Внутри все кипит от нахлынувшей злости. Гнев буквально течет по венам, перегоняя по телу жгучий коктейль негативных эмоций.

— Дедуль? — я аккуратно приоткрываю дверь больничной палаты и просовываю голову. Дедушка лежит на старой железной койке. Рядом стоит капельница, а бесконечные трубки от нее заканчиваются где-то в районе вен на руках. Сердце сжимается, но я стараюсь этого не показывать. Улыбаюсь.

— Поляна. — голос слабый, но радостный.

Осторожно прохожу в палату и сажусь на старый жестяной стул рядом с койкой. Молчу, потому что слова встревают комом в горле. Беру дедушку за руку.

Он еще минуту смотрит на меня теплым, ласковым взглядом. Таким родным.

— Напугал ты меня. — смеюсь, но только для того, чтобы не заплакать.

— Да я и сам напугался. — взгляд старика сочится чувством вины. — Утром ведь все хорошо было. Ты уехала по своим делам, а я в магазин пошел. А потом как прихватило… — он раздосадовано махнул рукой и нахмурил густые седые брови.

Я дотрагиваюсь до его щеки и ласково провожу по ней ладонью. В тот день я поехала в поместье первый раз, просто разведать обстановку. Тогда еще даже не думала ни на что соглашаться. Что случилось бы, не окажись рядом с дедушкой посторонних людей?

— Теперь все хорошо. — ободряюще треплю его по плечу, старик совсем расклеился. — Прости, что меня не было рядом. Больше я и на секунду с тебя глаз не спущу, мотай на ус! — задорно подмигиваю дедуле. Но тот лишь морщится в ответ.

— Куда тебе такую обузу тянуть? — горделиво хрипит он. — Я сам со всем справлюсь. Тебе работу надо искать, жизнь устраивать. Не до меня ведь.

— Ну что ты говоришь!? — я закусываю губу. Да, дедушка еще не знает, как круто перевернулась моя жизнь за последние несколько дней. В прошлый раз мы виделись еще перед операцией, и у меня просто язык не повернулся вывалить на седовласую голову старика такие новости. А теперь?

Но рассказать все равно придется. Пусть он лучше узнает это от меня, чем со страниц желтой прессы.

— Тут такое дело… — поерзав на стуле, начинаю я. — В общем то работу мне искать уже и не нужно.

— Устроилась куда? — в глазах тут же засверкали горделивые нотки. — А я всегда говорил, что ты у меня светлая головушка. Да такого сотрудника с руками и ногами любой начальник оторвёт!

Киваю, словно болванчик. Будь дедушка здоров, рассказать новости было бы гораздо легче. А сейчас…

Нервно ощупываю крупный бриллиант кольца, лежащего в кармане.

— Дааа. — Матерь Божья, больше всего на свете я не хочу выглядеть в глазах деда меркантильной особой, которая выходит замуж ради денег. Он человек старой закалки, и вряд ли вообще принимает понятие фиктивного брака. Вздыхаю и вновь беру его теплую ладонь в свою. Вероятно, он даже не знает, что операция стоила таких бешеных денег, а теперь и говорить не стоит. Пусть чувство вины лучше сжирает меня, чем его. — То есть, нет. Не устроилась. — подбадриваю улыбкой сама себя. — Помнишь я говорила тебе, что встретила человека? Он рассказал мне про Николая Федоровича Гроздицкого, моего родного дедушку… — старик смущенно отводит взгляд. Слова вертятся на моем языке, но никак не могут связаться в логичные предложения. — Ну и… Он умер вообще-то. Но у него есть наследство, — спотыкаюсь на полуслове. — А, и еще сыновья. — снова спотыкаюсь. — Но не родные! И в общем, один из них… Эмм, мне нужно… Для того чтобы…

Да Господи Боже, это явно сложнее, чем я думала!

Но глаза дедули уже загорелись азартом. Кажется, он и без моих объяснений понял, что к чему.

— Ты влюбилась? Полиночка? В одного из его сыновей? — блин. Не понял.

Дедуля сильнее сжал мою руку. На губах старика расцвела такая жизнерадостная улыбка, что я совершенно неосознанно кивнула головой, лишь бы его не огорчать. Поняла, что сделала, только лишь спустя секунду.

— Так это же прекрасно! Я тебе столько лет уже говорю, найди жениха! Ты же у меня вон какая! Умница, красавица, а все одна одинешенька! — казалось, еще чуть-чуть и дедуля подскочит с койки и пустится в пляс от радостных новостей. Судорожно вздыхаю. — Когда свадьба? — шутливо подначивает дед.

— Через месяц. — тут же выдаю я. Глаза старика округляются. На секунду он замолкает, а потом словно вновь берет себя в руки.

— Ну и правильно! Нечего долго тянуть! Деток надо планировать! Ох, и порадовала же ты старика, Поляна! — от его счастливой улыбки мне становится стыдно.

Я обреченно прикрываю глаза на секунду, а потом собираю всю волю в кулак. Ну раз уж струсила, и не смогла рассказать деду правду — пойду до последнего.

— Гроздицкий оставил мне наследство. Теперь я смогу обеспечить для тебя хороший уход, пока ты восстанавливаешься. А жить мы будем в их семейном поместье. Там очень хорошо, тебе понравится. Природа, большой сад… И все такое… — дедуля нахмурился. — Там мой жених, не хочу жить с ним порознь. — мало того, что я врунья, так еще и наглая манипуляторша. Но оставлять дедулю одного в старой квартире, я точно не стану, а договор обязывает меня жить в поместье. Да и мне будет спокойнее, если он будет рядом, под боком.

— Лааадно. — с веселым вздохом произносит старик. — Но только чтобы молодых не разлучать.

Дедушка с задором пригрозил мне пальцем и лукаво прищурился.

— А я ведь сазу понял, как только ты вошла! Другая ты стала! Вот что любовь с людьми то делает! Я когда бабушку встретил, тоже ни на миг от нее отходить не хотел. Эх, Поялана, вот времена то были! А когда мы с ней только познакомились…,

Я люблю слушать дедулины рассказы, но сейчас мысли блуждают в сознании, словно потерявшиеся в лесу путники. Натыкаются одна на другую, и не видят выхода. Поэтому я лишь сдержанно киваю почти по инерции после каждого предложения, и думаю, как скоро его можно будет забрать из захудалой государственной больницы.