Асти, ягоды, сливки…
И ещё пакет продуктов. У меня голяк, всë некогда закупиться.
Звоню в домофон. В свою квартиру. Это так необычно!
И страшно поверить, что всё так хорошо. И что вместо бесконечной тревоги и мути впереди замаячило что-то… Стоящее и вдохновляющее!
Поднимаюсь по лестнице, открываю дверь.
Меня встречает Аиша. В моей футболке. И я снова «очаровательный».
— У нас гость, — многозначительно смотрит в глаза.
— В смысле? — стекает с моего лица улыбка.
Кивает на детские кеды.
— Женька??
— Он сидел внизу, на скамейке возле подъезда. Явно ждал тебя… И… В общем, я засунула его в ванную. Он замёрзший, без куртки. Но ты сказал — будь как дома… — разводит она руками.
Обнимая, целую её в бровь.
— Всë правильно… Но ты извини, пожалуйста, всë равно. Но вот так у меня периодически.
— Ты молока случайно не купил?
— Купил.
— Давай, — забирает пакет. — И… Не раздевайся, надо съездить ему купить что надеть. Я его вещи в машинку закинула.
— Да есть у меня. На балкон в сумке вещи детские Яшины. Всё как-то забываю пристроить.
Аиша целует меня в шею.
— Ты замечательный…
Уходит с пакетом на кухню.
Это ты замечательная. Такая, что страшно в тебя поверить…
Аиша разливает нам в чашки молочный рисовый суп.
Жека в полотенце сидит на диване и виновато смотрит мне в глаза.
— Ты почему не позвонил?
— Телефон сел…
— Понятно, — взъерошиваю его волосы. — Ешь, давай.
Напоив сверху горячим морсом, укладываю его в зале на диване спать.
— Старшие опять обижают?
Опускает взгляд.
— Ну, ничего. Я завтра заеду в твою «семью»…
Мою посуду, обняв за талию, Аиша ложится лицом мне между лопаток.
— Бессо… А у тебя свои дети есть?
— Нет.
— Очень жаль…
— Почему жаль? — разворачиваюсь я, вытирая руки полотенцем. — Будут…
— Конечно, — прячет она лицо на моей шее. — Обязательно будут. Обязательно…
Мне чудится надрыв в её голосе.
— Пойдём в душ? — шепчу я ей.
И сделаем первого…