Небо для Беса

Глава 44 — Добровольное рабство

Настолько вымотанный, что даже удивление на его лице возникает только лишь вскользь и едва заметно.

— Аиша…

Веки медленно смыкаются и распахиваются снова.

Шаг назад, падает плечом на стену.

— Проходи. Поговорим.

— Я не говорить приехала. Я сейчас не хочу говорить.

— Зачем тогда? — ноздри обиженно вздрагивают.

— С ребёнком помочь.

Разуваюсь, с пакетиком лекарств прохожу к Воробушку.

Скинув куртку, присаживаюсь на колени и трогаю его лоб губами.

Он ворочается, постанывая во сне.

Чувствую, подходит сзади. Прикосновение к волосам.

— Десять шагов, Бессо! — шепчу гневно.

Не надо сейчас меня трогать! Меня и так трясёт всю.

— Если бы я сказал, ты бы ушла. Ты и ушла! А это ничего не меняет. Или ты думаешь, я сейчас помчусь искать мать для своего наследника?! Оставь эту ответственность мне!

Шикаю на него, чтобы не разбудил ребёнка.

— Ты привёл меня в семью, которая разрушится из-за моего присутствия. Заставил её полюбить, войти в неё и вместе со всеми переживать эту смерть. И разделить с тобой эту ответственность и вину!

— Ты спрашивала — какую ношу разделить!

— Что ж ты не озвучил?! Или и это решил за меня?? Постфактум я должна была узнать?! Наглец! Эгоист!

— Хорошо! Не участвуй в этой истории! Уходи из школы! Но останься в моей жизни.

— Знаете — что, Бессарион Давидович! — бросаю на него возмущённый взгляд. — Не участвуй… Умница какой!

Киваю ему на Воробушка.

— Попробуй — не участвуй! Или ты один у нас с сердцем, остальные — так?!..

— Господи… — замученно. — Ну что мне делать, скажи?

— Спать! — шёпотом рявкаю на него.

Ложусь ухом к мальчишке на грудь, слушаю дыхание — чисто.

Устраиваюсь рядом с малышом, дальше к стенке, держа одну руку у него на голове. Он во сне жмётся ближе. Обнимаю его через одеяло.

Худенький какой… Где там силы на тренировки?

Вздохнув, Бессо закрывает меня пледом. Уходит в комнату.

С утра просыпаюсь пораньше, варю ягодный кисель и кашу. Бужу Воробушка, спаиваю жаропонижающее, заставляю выпить немного тёплого киселя, прополоскать горло и снова отправляю спать.

— Чего вы ругаетесь? — хмуро бубнит он, обнимая кота.

Грустно вздыхаю, поглаживая его по коротко стриженным волосам.

— Люди иногда ругаются.

— Бессо хороший.

— Хороший, да. Не переживай. Выздоравливай.

— Не хочу, — опускает взгляд.

— Потому что в интернет ехать придётся?

Кивает.

— Нет, ты давай уж выздоравливай. Чтобы на тренировки ходить. А я тебя иногда к себе в гости приглашать буду, ладно?

— У Бессо останься, — умоляюще смотрит он на меня. — Старшие говорят, он тебя любит. Вы женитесь, и у вас будет сын…

Здорово!! — истерично улыбаюсь я, снова заводясь до нервного тремора.

Ты ещё и со своей «семьёй» обсудил это, Ахметов?! Да ты просто молодец!!

— Спи. Рано.

Ухожу на кухню. Беззвучно прооравшись, открываю окно, чтобы вдохнуть кислорода.

Как людям в глаза смотреть теперь со всей этой историей? Как неприятно…

Сухо пишу Бессо свой график, в какие часы могу приехать и побыть с Воробушком.

В горло не лезет ничего. Выпиваю через силу спорт-пит.

Уезжаю в школу.

Брожу по ней, не зная что делать? Прощаться? Работать дальше?

— Аиша Артуровна, а Вы сегодня с нами? Вы обещали…

— С вами, — улыбнувшись, киваю девчонкам.

Поправляю цветы на окошках. Один фикус с окна в коридоре, где он начинает подсыхать, уношу в свой кабинет. Протираю листья, поливаю.

Переодеваюсь в кимоно. Иду к ним на тренировку. Не как тренер. Как равная. Разминка, растяжка, нагрузка, спарринги… Всем хочется в пару со мной. Азартно девчонкам.

Шлепки тел об маты как знакомый ритм, он отвлекает от мыслей. Отключаясь, сосредотачиваюсь на поединках.

Удовлетворившись, покидаю зал, поблагодарив тренера и девочек.

Тело как никогда чувствует тонус и форму. Я как пружина.

— Эту статью расходов школа с себя снимает, пусть родители оплачивают инъекции.

Алёна и Рустам.

— Ничего не получится, — невозмутимо смотрит она ему в глаза. — Эта статья расходов внесена в муниципальный грант, нам за неё отчитываться.

— Тем более, что нами интересуется ОБЭП, — бросаю я, проходя мимо. — Меня вызывали на беседу.

— Что?? — вслед.

Возле кабинета оборачиваюсь. Рустам подписывает на подоконнике бумаги.

— Вот так то!

Натыкаюсь на Мая.

— Здравствуйте, Аиша…

— Артуровна.

Кивает.

— Мне тут подсказали, что Рустам Давидович ММА набирает, как его найти?

Открываю дверь в свой кабинет. Властно стреляю мальчишке взглядом внутрь.

Опираясь бёдрами на стол, киваю ему в своë кресло.

— Зачем тебе ММА, Май? Денег хочешь?

— Просто… — облизывает, улыбаясь, губы, — я люблю… полный контакт. И… отсутствие правил.

Взгляд плавится…

Ах, ты маленький провокатор!

— А голову отбитую любишь? Потерю зрения? Памяти? Жесткие добивания после нокдауна, слэмы, сабмишен, переломы, разрывы связок, сечки, соккер-кики…

— Воу! Да Вы в теме!

— Реанимацию… Пожизненный приём корректирующих препаратов… Потерю функций.

Опускает взгляд.

— И максимально короткую спортивную карьеру. За которую платить до конца жизни.

— Мне кажется, Вы немного преувеличиваете. Бокс по травматичности не менее опасен.

— А я тебе не между ММА и боксом предлагаю выбрать. А между самбо и ММА. К тому же… За спиной Беса команда, которую он ставит на пьедестал на каждых соревнованиях. А за спиной Рустама кто? С чего ты взял, что у тебя пойдёт успешно ММА? А как самбист, ты уже близок к вершине.

— Ну да. Самбо, просто, это уже практически пройденный путь.

Смеюсь с вызовом.

— Встань в спарринг с нашими парнями. А лучше сразу с Бессо. И потом забери свои слова обратно. Герцена из ММА помнишь? Молодой, года на три тебя старше. В прошлом году сверкал.

— Конечно! — загораются его глаза

— Разрыв сосуда в мозге. Инвалид. После удара в голову. На реабилитации. Прогноз плохой. Жена ушла…

Потухает.

— Убедительно!

— Положишь на ковре наших чемпионов, я тогда заберу свои слова обратно и иди в ММА.

— Придëте за меня поболеть? — дёргает бровями

— Обязательно, — улыбаясь, киваю ему.

— Замëтано!

Постучав, дверь открывает Бессо.

— Ам… — застыв от неожиданности. — Переводит взгляд с Мая на меня и обратно.

Ну, Слава Богу!

— Бессо Давидович, Май Янг, — представляю их я.

— Здравствуйте! — тянет руку Май. — Мы по телефону говорили.

— Да, помню, — пожимает Бессо.

— Забери его срочно! — за спиной беззвучно говорю я, сжимая демонстративно пальцы в кулак, словно сгребая мальчишку.

Хороший же… Какое ему ММА?

— Ну, пойдём, Май. Поговорим… — протягивает его дальше к двери.

Сам чуть притормаживает.

— Спасибо, Аиша… Артуровна. За завтрак. Я очень ценю.

— Работайте Бессо Давидович, — вздрагивает моë лицо.

Я тоже у Вас в добровольном рабстве.