Небо для Беса

Эпилог

На нашей доске почёта по самбо перестановки.

В центре всë также висит отец, я отказался от чёрной рамки. Хочу, чтобы висел в светлой, как память о нём.

Он умер во сне, спустя пару дней после визита братьев. Для меня этот момент не траурный. Траурными были инфаркт, инсульт и события после. А смерть… Его словно наконец-то отпустили.

Моя фотка рядом с ним справа. Слева — ещё пара элитных выпускников отца, показавших в спорте высокие достижения.

Над нами висит тройка моих архаровцев — Тарханов, Яшин, Шмелёв. Отодвинув стекло добавляю к ним достойных соседей — Артёма, Мая, Ибрагима.

Моя непобедимая рота.

Я ищу, чем занять себя. Волнуюсь… Сегодня у меня важная встреча.

В спортзале хохот. Заглядываю.

Ярославна опять затеяла какой-то кипиш.

— Ч-ч-ч! — шикают все и разворачиваются ко мне лицом, пряча руки за спину.

Лица сияют.

— Шкодим? — хмурюсь.

— Немножко! — улыбается она, подходя ко мне.

— А Иван где?

— Он Аише кексики повёз и йогурт. Её там кашей фу-фушной с утра накормили на воде. Она голодная.

— Так ей вообще ничего нельзя. У неё же операция!

До плановой доносили. Можно и ещё… Но вдруг какие-то осложнения, врачи не хотят рисковать. А если осложнений не будет, через годика три можно и за вторым сходить.

— Ну а после операции проснётся же тоже голодная. А там опять какую-нибудь гадость дадут. А кексики — творожные с яблоком. Алёна Максимовна одобрила.

— Ну, хорошо. Спасибо.

Выглядываю ей за спину. Чем они заняты?

— А Вас в кабинете директора Рустам ждёт, кстати, — делает шаг в сторону, преграждая мне обзор.

— Да?

Вернулся, значит…

По дороге набираю Аишу. Не берёт трубку.

Бессо: Мне кажется, уже пора — дочь или сын?

Аиша знает, а я до сих пор — нет. Всë, что куплено для малыша — в нейтральных тонах — лимонный, зелёный, оранжевый, бежевый…

Но украсить дом для встречи мамы и малыша мы с Женькой хотим в правильном цвете.

Не прочитанно.

Наверное, готовится к операции. Пора ехать!

Но корзина с цветами в кабинете. И мне вдруг становится неприятно, что Рустам там наедине с цветами, которые поедут к моей жене и ребёнку.

Открываю дверь.

Он хмуро смотрит на этот букет.

Корзина стилизована под колыбельку. Белые розы, пионы, тюльпаны, хризантемы.

— Здравствуй, Рустам.

— Мхм… — поджимает он губы, поворачиваясь ко мне.

Я знаю, почему он приехал.

— Тебя, наверное, интересует вопрос с дивидендами?

— Они пересохли.

— Поток финансов направлен на развитие школы. Мы открыли корпус. Набрали ещё сорок человек. Прибыли нет. Мы работаем в дефицит. Нет прибыли, нет дивидендов.

— Как долго это будет продолжаться?

— А я не знаю… — развожу руками. — Может, ты как-то готов поработать над привлечением финансов?

— Ну это же очевидный саботаж!

— Нет, Рустам. Просто мы все хотим вложиться и лет через пять…

— Пять?!

Полтора года на самом деле по реальному финплану, но есть и официальный.

Достаю документы, раскладываю перед ним.

— Читай… На собрании тебя не было. Через пять у нас будет конкурентноспособная команда по дзюдо и греко-римской. Или ты умеешь растить чемпионов быстрее?

— Мне нужно сейчас!

Конечно… У тебя иски от твоих инкубаторов! Девочки то попались ушлые. И знали зачем беременеют. Не получилось у тебя их на аборт затащить? Тоже, конечно, они прогадали. Не так ты и богат, как перед ними красовался!

— Сейчас — увы. Школа — это долгосрочное вложение. Но… Если хочешь, ты можешь продать акции.

— Кто купит акции без дивидендов на ближайшие пять лет?! Они же ничерта не стоят при таком раскладе!

— Я найду заинтересованных покупателей. И твою долю готовы купить вот за эту сумму.

— Это очень мало. Я выкупал их у братьев в два раза дороже!

— Рыночная цена плюс десять процентов. Нет, так нет.

— Кто покупатель?

— Свои… Все на доске почёта.

— Ты — вор, Бессо.

Нет, я не вор. Цену акций я уронил с учётом всех нецелевых трат, которые он позволил себе, пока распоряжался счётом. И с учётом этой отжатой у школы суммы, я и хочу, чтобы мы выкупили его акции. Всë справедливо…

— Брат… — со злым сарказмом.

— Кровных у тебя нет. А остальные не в счёт. Или я не так понял? Только такое предложение есть у меня для тебя, Рустам. Не поторопишься, пацаны вложат деньги в другой наш филиал. И будешь с этими акциями, как с писанной торбой потом пять лет бегать. А так — получишь крупную сумму на руки. Рассчитаешься с матерями своих детей. И — свободный человек. Начинай любое дело с нуля.

Подхватываю корзину в руки.

— Извини, я спешу. У меня важная встреча.

Выпроваживаю из кабинета.

И застывают в дверях.

Перед ними довольная орда. Рустам врезается в неё, пытаясь пробиться. Оглядывается. Поднимает вверх взгляд.

Подозрительно пробегаюсь взглядом по глазам вибрирующей от предвкушения толпы.

— Та-а-ак…

Настороженно выхожу сам. Хихикают. Разворачиваюсь.

Вся стена вокруг двери украшена аркой из розовых и молочных шаров. Сверху плакат — «Был батя, стал папочка!» Вместо таблички директора — «Главный папа Спарты».

И на красивой ленте розовая пустышка.

— Дочь?! — растягиваются мои губы в улыбке.

Лицо вспыхивает… Сердце не бьётся, а сбившись мерцает.

— Ура! — закидывают меня розовыми лепестками.

Растерянно улыбаюсь, не видя ничего.

Нейтральное — «малыш», вдруг обретает совершенно конкретный образ маленькой курносой девочки в платье. С любопытным взглядом, пухлыми ладошками, светлыми глазами Аиши. В груди расцветает букет чувств к этой хрупкой и нежной малышке.

И я уже знаю, что будет шустрая, с характером… И в Спарту придёт, как мама пришла — сразу «своя».

Дыхание перехватывает.

Яся поднимает руку, тыкая мне пальчиком на часы.

— Пора встречать принцессу! Карета подана.

Иван с Ясей сегодня — и за кучера, и за менестреля. Пытаются привести меня в чувства разговорами. Но чувств так много, что они никак не строятся в шеренгу. И я улыбаюсь… Молчу…

Женька остаётся с ними, его не пустят.

Переодевшись, поднимаюсь к операционной.

— А где Аиша.

— Перенесли плановую на час раньше.

— Как?! А что случилось??

— С вами — ничего. Это у другой роженицы… Мама ещё отходит от наркоза.

Забирает у меня букет.

— Туда пока нельзя. Я отнесу.

— И?.. — растерянно оглядываюсь я.

— Масочку наденьте… — ведёт меня дальше по коридору вторая медсестра к нашей платной палате. — Девочку подержать хотите? Останавливается перед прозрачным коконом. Сверху — огромная лампа. Там под лампой… Совсем крошечная…

Это наша?!

Накинув пеленку вкладывает мне в руки шевелящийся комочек.

Мне страшно слишком сжать. Такая она крохотная…

— У нас всë хорошо?

— Всë хорошо. Невролог посмотрел.

На розовом идентификационном браслете мелким почерком — Аиша Ахметова. Рост, Вес. А поле с именем ребёнка — пустое.

— Пять минуточек подержите. А потом обратно положим греться. Выходит.

— Ну, привет… — покачиваю я дочку. — Мы тебя очень ждали.

«Папочка…», — вспоминаю надпись.

Внутри светит солнце, поярче этой лампы. И слепит!

Батя — привычнее. А папочка — очень ценно и очень лично.

Кладу её обратно под лампу, пусть моя девочка греется.

Забираю с медицинского журнала ручку. Пишу на браслете помельче, чтобы вошло отчество: «Мия Бессарионовна».

Ещё будет сын. Аиша так хочет. Давид Бессарионович…В Спарте прибыло!

От автора: Дорогие читатели, спасибо, что были со мной и самбистами, пока писалась эта история! Вы очень вдохновляли:) Нам с музом требуется небольшой перерыв, чтобы прийти в себя. Поэтому, со следующей книгой мы стартуем немного попозже. А пока что предлагаю вам заглянуть в гости к одному очень влюбленному и трепетному сталкеру — https://litgorod.ru/books/view/5736. Кто желает героя постарше и потяжелее — «https://litgorod.ru/books/view/9602». А кто хочет экшена, любви с первого взгляда и парней в погонах — в серию https://litgorod.ru/@1645/cycle/%D0%A1%D0%B5%D1%80%D1%8C%D1%91%D0%B7%D0%BD%D1%8B%D0%B5%20%D0%BC%D0%B0%D0%BB%D1%8C%D1%87%D0%B8%D0%BA%D0%B8

Кто не читал другие книги серии «Самбисты» — она включает 3 книги

1 книга — «https://litgorod.ru/books/view/1666»: История Марата Тарханова и Аленки Ростовской

2 книга — «https://litgorod.ru/books/view/8226»: История Яшина и его вредной Царевны

3 книга — «https://litgorod.ru/books/view/10207»: История тренера Бессо и загадочной Аиши

Продолжение следует…