Неизбежное

ПЕРИОД ЗЕЛЕНСКОГО

Зеленский заявил о себе, как о политике, меньше чем за год до выборов президента — в новогоднем обращении 31 декабря 2018 года. До этого США готовили в «сменщики» Порошенко рок-музыканта, лидера группы «Океан Эльзы» Святослава Вакарчука.

Еще в 2015 году Вакарчук стал стипендиатом программы «Yale World Fellow». Полугодовое обучение по этой же программе в Йельском университете проходил Алексей Навальный. Наверное, это можно назвать смотринами и частью подготовки будущих агентов влияния.

К концу 2015 года Вакарчука в качестве будущего политика и кандидата в президенты стали раскручивать целенаправленно. Он должен был победить на выборах под лозунгами о мире и добрососедстве.

В интервью Вакарчук рассказывал про важность русскоязычной культуры Украины, которой можно и нужно гордиться. При этом, конечно, в реальности не выступал против законодательных инициатив Порошенко по вытеснению русского языка.

В разных местах Вакарчук принялся излагать свои мысли о будущем Украины. Иногда довольно необычные. К примеру, предлагал, ни много ни мало, изменения в конституцию, чтобы выбрать один центр власти: или кабинет министров, или администрацию президента. Забавно смотрелись усилия беседовавшего с ним журналиста выставить рок-музыканта экспертом по конституционализму.

В 2016 году пиар усилился. В прессе замелькали заметки, что Вакарчук был бы сильным кандидатом на президентских выборах.

В том же году Вакарчук получил от Порошенко орден Свободы и выступил с программной речью, весьма неожиданной в присутствии Порошенко.

Ему нащупывали аудиторию. Сегодня он говорил про патриотизм и идентичность, завтра — про комфорт и перемены.

Все, разумеется, ради красного словца, нередко с огрехами.

В одном выступлении он мечтал о строительстве самостийной Украины на основе славянской идентичности. Именно славянской, но какой именно, не уточнил: чешской, болгарской, сербской, русской?

В 2017 году к раскрутке Вакарчука подключили социологов.

Летом информагенство УНН сообщило, что, по результатам соцопроса, самым высоким уровнем доверия у украинцев среди политиков и общественных деятелей пользуется Святослав Вакарчук (39,7 % ему доверяет; 39,3 % не доверяет), на втором месте — Владимир Зеленский (32,5 % против 44,8 %).

Вакарчук выглядел перспективно, Запад прямо-таки толкал его к участию в президентских выборах.

Эксперт «Atlantic Council» Мелинда Харринг в 2019 году говорила, что рок-звезда Вакарчук — единственный человек, который способен объединить раздробленные после «евромайдана» политические силы, стать общим для них лидером.

Все усилия западников по раскрутке Вакарчука пошли прахом. Проявился человеческий фактор. Кажется, Вакарчук в очередной раз просто понял, что ему не комфортно в политике. На это намекают его прошлые решения дважды (11 сентября 2008 года и 19 июня 2020 года) сложить с себя полномочия депутата Верховной Рады.

Впрочем, не исключено, что Вакарчук еще передумает и решится пойти в президенты, хотя это будет необычно даже для украинской политики, которую, в целом, трудно чем-то удивить.

Вместо Вакарчука на выборы выдвинулся Владимир Зеленский. За него голосовали, как раньше за Порошенко: благодаря мирным заявлениям. В Зеленском тоже видели президента мира, а не войны.

Люди хотели элементарного: прекращения идеологического накала, приостановки войны на Донбассе и, наконец, стабилизации экономики.

Годы Порошенко обернулись подлинным «тарифным геноцидом», с 2014 года цены на жилищно-коммунальные услуги для украинцев выросли на 871 %. В частности, цена на газ — на 1313 %, отопление — на 1223 %, электроэнергию — на 500 %, водоснабжение и водоотвод — на 760 %, централизованное водоснабжение горячей водой — на 559 %.

На выборах Порошенко с треском проиграл Зеленскому, который обещал все то же, что Порошенко четырьмя годами ранее.

Во время своей инаугурации Зеленский витийствовал: «Я без колебаний готов потерять свою должность, чтобы только наступил мир. Не мы начали эту войну. Но нам эту войну заканчивать».

Красивые слова.

Много говорил он и о проблеме русского языка.

Например, так: «Не надо никого ломать, как когда-то выжгли украинский язык из Украины. Мы не должны выжигать тех, кто говорит на других языках».

Или так: «Если на Востоке и в Крыму люди хотят говорить по-русски, отцепитесь, отстаньте от них. На законном основании дайте им говорить по-русски. Язык никогда не будет делить нашу родную страну. У меня еврейская кровь, я говорю по-русски, но я гражданин Украины и люблю эту страну и не хочу быть частью другой страны».

После выборов у Зеленского, при его уровне поддержки в 73 %, было реальное «окно возможностей» как минимум в несколько месяцев, чтобы решить наболевшую проблему конфликта на Донбассе. Прояви он политическую волю, война бы закончилась уже в 2019 году.

То, что именно война — главный его вызов, Зеленский отчетливо понимал.

В 2018 году в интервью он говорил, что «хоть с чертом лысым готов договориться, лишь бы не умер ни один человек… Хотим мы или нет, надо через себя переступить», — рассказывал он о готовности к компромиссам. По его словам, договариваться о прекращении конфликта должны делегации России и Украины.

Но слова оставались словами.

Спустя несколько лет экс-руководитель Офиса президента Андрей Богдан скажет, что в Кремле ждали от Зеленского мирного решения проблемы, и Зеленский обещал Владимиру Путину выполнить Минские соглашения. Однако не выполнил.

Того же ждали от Зеленского на Украине.

Летом 2019 года 70,4 % граждан Украины считали, что президент должен пойти на прямой диалог с Россией в вопросе Донбасса, 60,7 % — что Украина должна идти на компромиссы ради восстановления мира и возвращения территорий. При этом 86,2 % отметили, что лично для них война на Донбассе — самая важная проблема. На втором месте был рост тарифов на коммунальные услуги (85,5 %).

В Париже в то же время Зеленский на прессконференции обещал: «Мы готовы действовать в Минском формате, остановить огонь. И я не раз это декларировал».

А спустя три года весь мир узнает: для Запада и Украины Минские соглашения были блефом и обманом. Напомним слова Ангелы Меркель: «Все понимали, что Минские соглашения лишь заморозили конфликт в Украине и дали ей время накопить силы». Владимир Путин прокомментировал их так: «Участники соглашения обманывали Россию, а переговоры тогда велись лишь для «накачки» Украины вооружениями».

На самом деле, признание Меркель удивительно. Ведь не зря со времен Рима до наших дней считается важнейшим принцип «Pacta sunt servanda» — «Договоры должны соблюдаться». Это основополагающий принцип международного права. Мир превратится в хаос, если все решат, что договоры выполнять не обязательно.

Признание Меркель в корне подорвало доверие к первым лицам Запада.

Вопрос без ответа: знал ли Зеленский во время прессконференции в Париже, что Минские соглашения — это не всерьез и нужны только для отвода глаз, что выполнять их не обязательно и, более того, нельзя.

Может быть, не знал и его поставили в известность позже: слишком уж искренне звучала фраза про «черта лысого».

Предположим, что Зеленский только после избрания главой Украинского государства разобрался, что ему приготовили роль зиц-председателя Фунта, болванчика для забалтывания Минских соглашений. Но Зеленский мог как минимум об этом заявить.

Он мог бы предложить свое соглашение, свой вариант действий, начать новые переговоры, стать промоутером окончания войны, выработать и навязать событиям другой сценарий.

Зеленский мог бы первую поездку в качестве президента совершить в Донецк, ведь его избирали как президента мира. Такая поездка была уместной и после триумфальных для него результатов парламентских выборов 2019 года.

В 2019 году он мог заставить полностью зависимое от него парламентское большинство в лице его партии «Слуга народа» принять любые законопроекты, необходимые для окончания войны.

Он ничего не сделал. Он стал пассивным участником имитации Минских соглашений, как и Порошенко.

В 2023 году в интервью немецкому изданию «Шпигель» Зеленский говорил про Минские соглашения, что это был поезд, катившийся под откос, он в него заскочил, но остановить поезд было невозможно: «Я с самого начала не видел в этих соглашениях желания сохранить независимость Украины. Я так понимаю смысл этих соглашений: кому-то хотелось хоть ненадолго насытить аппетит России за счет Украины. Тянуть время — это вполне нормальное для дипломатии занятие. Никогда ведь не знаешь: вдруг принимающий решения субъект умрет — и тогда вдруг нет проблемы, все становится проще».

Зеленский «тянул время» и врал.

Даже перед 24 февраля 2022 года он занимался этим и успокаивал граждан Украины, что никакого разрастания конфликта не будет: «Всем нашим гражданам, особенно пожилого возраста, нужно это понять. Выдохнуть. Успокоиться. Не бежать за гречкой и спичками. Что вам делать? Только одно. Сохранять спокойствие, холодную голову, уверенность в своих силах, в своей армии, в нашей Украине. Не накручивать самих себя, на все реагировать мудро, а не эмоционально! Не думать тревожно и постоянно «Что будет завтра, что же будет в будущем». А знать. Рассказываю. В мае как обычно — солнце, выходные, шашлыки и, конечно, — День Победы».

При этом не секрет, что Запад предупреждал Украину об угрозе вторжения российских войск. Зеленский знал: Россия готовится к серьезным действиям.

Бывший советник Зеленского Арестович потом объяснял, зачем президент обманывал народ. По словам Арестовича, если бы руководство страны заговорило про риски военных действий, из Украины начался бы массовый панический отток беженцев в 8—12 миллионов человек. Они бы перекрыли все дороги, и военные не смогли бы добраться к зоне обороны.

«Полный паралич дорог. Было бы забито все. Никоим образом мы не справились бы с этой ситуацией. Единственный выход — танками давить собственных граждан, расстреливать, чтобы пройти через мосты… И теперь вопрос — какое решение мы должны были принять? Либо умолчать, либо оставить парализованной страну, или, наверное, сдать все левобережье», — говорил Арестович.

Но остается вопрос: как после такого откровенного вранья верить Зеленскому или Арестовичу? Где гарантия, что, соврав в столь важном вопросе, они не продолжат обман?

Недоверие к Зеленскому только возрастет, если мы проанализируем упущенные им шансы избежать крупномасштабной войны.

Например, он говорил, что можно провести всенародный референдум для решения конфликта. Однако, как уже говорилось, при Зеленском проведение референдумов так усложнили, что их могла провести только сама власть или очень крупный бизнес. Никакого референдума по Донбассу так и не случилось.

Еще была идея Национальной платформы примирения и единства. Ее предложил коллега Зеленского по шоу-бизнесу, советник секретаря Совета национальной безопасности и обороны Украины Сергей Сивохо. Предполагалось созвать заседание Совбеза ООН и Верховного совета ОБСЕ и на основе Минских соглашений достичь компромисса.

Модель включала в себя три этапа. Первый — «возврат людей», когда жителям неподконтрольных территорий дадут доступ к административным услугам. Второй — восстановление юридических и социальноэкономических связей с этими территориями, восстановление политического и информационного влияния Украины. Третий — собственно восстановление территориальной целостности Украины, проведение президентских и парламентских выборов на Донбассе.

Сивохо с депутатами приехали на Донбасс. Был бы хороший шаг, но праворадикалы — представители «Нацкорпуса» — сорвали его, а самого Сивохо избили.

Вместо того чтобы защитить Сивохо, власть от него отмежевалась. Секретарь СНБО Украины Алексей Данилов так комментировал нападение на Сивохо: «В очередной раз хочу отметить, что Сивохо является одним из моих одиннадцати внештатных советников на общественных началах и никогда не был уполномочен официально представлять позицию СНБО Украины по любым вопросам — будь то ситуации на временно оккупированных территориях или вопросов реинтеграции, пенсий, социальных выплат или любых других».

Сивохо уволили, и на прощание он сказал, что расстроился не из-за потерянной корочки, а из-за потерянного Донбасса.

Другая возможность для Зеленского нащупать возможный путь к примирению была связана с украинским премьером Витольдом Фокиным.

Фокин говорил, что не считает, будто война на Донбассе идет между Украиной и Россией. Он полагал, что на Донбассе нужно провести местные выборы и объявить всеобщую амнистию и еще что альтернативы Минским соглашениям не существует, хотя многие их положения не привлекательны для Украины.

Фокина уволили. Напоследок он назвал поиск властью мирного решения — имитацией, потому что за семь лет ей ничего не удалось добиться.

Собственно, тогда же стало ясно, что привлечение пожилого Фокина (ему было 87 лет) к решению донбасской проблемы было тоже ширмой и пиаром. Как только он сказал, что думает, его выгнали.

Внешнее управление Украиной при Зеленском резко усилилось.

Он объяснял это правилами и долгом.

«Мы дотационная экономика, — говорил он. — Не мы устанавливаем правила сейчас, когда не наша экономика генерирует деньги, а их нам дают. Потому что мы выплачиваем пенсии за счет других государств. Поэтому мы должны считаться с МВФ».

Зеленский сдал контроль над своим кабинетом Западу и «соросятам». При нем самым высокопоставленным представителем «соросят» в украинском правительстве стал премьер-министр Алексей Гончарук. До назначения на пост премьера он возглавлял экспертно-аналитический центр «Офис эффективного регулирования» (BRDO), работавший на западные гранты. Из среды «соросят» вышли министр экономики Тимофей Милованов и генпрокурор Руслан Рябошапка.

Зеленский выполнял все транслируемые через них поручения.

К примеру, США потребовали запретить продажу Китаю украинского предприятия по производству авиадвигателей «Мотор Сич». И Антимонопольный комитет Украины трижды отказал китайским бизнесменам в этой выгодной для Украины сделке.

Самая красочная история случилась в октябре 2020 года, когда временная поверенная в делах США на Украине Кристина Квин пригласила на ужин украинского министра здравоохранения Степанова и сообщила ему, что Украина не будет закупать вакцину российского производства от COVID-19. От закупок тут же отказались.

А что с русским языком?

Помните слова Зеленского, процитированные несколькими страницами раньше?

Забудьте про них.

При нем продолжилась отмена русского языка даже как регионального.

В Одесской области русский язык лишили статуса регионального в декабре 2020 года, в Запорожской области — в марте 2021 года. 13 июля 2021 года суд лишил русский язык статуса регионального в Николаеве.

Продолжился курс на ликвидацию Украинской православной церкви. При Зеленском гонения на УПЦ приобрели тотальный, системный характер.

Напомним историю вопроса.

Леонид Кравчук был создателем и закулисным манипулятором появившейся в 1992 году квазицерковной структуры — Киевского патриархата (УПЦ КП). Его с самого начала возглавил самозваный «патриарх» Филарет. Американцы опекали Филарета, часто встречались с ним, в том числе на высоком уровне.

При Порошенко вселенский патриарх Варфоломей подписал Томос об автокефалии объединенной Православной церкви Украины (ПЦУ), тем самым легализировав Киевский патриархат в церковной среде.

ПЦУ — полноценная идеологическая машина проекта «Анти-Россия». Вне антироссийских настроений эта квазирелигиозная структура не нужна, что признавал и сам Филарет: «Государство всегда заинтересовано в независимой церкви не менее, чем сама церковь». ПЦУ возглавил патриарх Епифаний, которого, видимо, подобрали американцы: он фотогеничен, умеет держаться в эфирах, а самое главное — полностью управляем и клинический русофоб.

Вот что он говорит в проповедях: «Кремлевский тиран и его слуги в военной форме, в костюмах или религиозной одежде пытаются оправдать совершаемое ими зло ссылкой на необходимость защиты традиционных христианских ценностей. Они повторяют риторику нацизма, который подобным образом искал оправдание своим преступлениям. Эти усилия для нас звучат так же, как цитирование дьяволом слов Священного Писания».

Одновременно на Украине ликвидировали структуры Московского патриархата. Логичным итогом стал законопроект о запрете религиозных организаций, аффилированных с Россией.

При Зеленском, в том числе из его окружения, прозвучали даже угрозы физической расправы над иерархами церкви. Один из спикеров власти, Михаил Подоляк, говорил, что не видит проблемы в их «физической зачистке», потому что они остаются «элементом российского влияния на украинскую государственность».

Подоляк в своем экстремизме не был одинок.

В настоящее время очевидно, что Зеленский и его окружение выполняют волю Запада по уничтожению Украинской православной церкви.

Количество захваченных храмов УПЦ увеличивается с каждым месяцем. Власть Украины принимает системные попытки забрать Киево-Печерскую и Почаевскую лавры. При этом ПЦУ не в состоянии заполнить религиозный вакуум, но перед ней такой задачи и не ставят: ПЦУ должна просто пропагандировать анти-Россию.

Зеленский продолжил курс Порошенко и во всех других сферах антироссийской политики.

9 мая стало Днем Европы, День Победы перенесли на 8 мая.

Выжигая все, связанное с совместной историей Украины и России, Зеленский подписал закон о «деколонизации» топонимов. На Украине запретили давать географическим объектам названия, которые могут восприниматься как символизирующие или возвеличивающие Россию. Запретили топонимы, связанные с общими для России и Украины памятными местами, датами, событиями.

«Названия русских городов, деревень, улиц, рек, озер, гор на топонимической карте Украины — это пятая колонна в нашей общественной жизни, это острый нож, что затаился над нашим бытием и ежедневно влияет на наше сознание, пытаясь притупить восприятие цивилизационного, притормозить развитие украинского мировоззрения и украинской идентичности», — говорилось в пояснительной записке к закону.

При Зеленском появился телеграм-канал «Деколонизация Украины», где в ежедневном режиме рапортовали о сносе памятников воинам Великой Отечественной войны по всей Украине. Обычно это делали так: подгоняли трактор или кран и разбивали памятник.

Так и хочется спросить у Зеленского: даже если вы ненавидите Россию, в чем перед вами провинились солдаты, отдавшие жизнь за Украину в боях с немецкофашистскими оккупантами?

Все антироссийское делалось под соусом поиска украинской идентичности.

И здесь Зеленский тоже шагнул гораздо дальше Порошенко. А национализм, как и любое радикальное политическое движение, не может остановиться.

Быть украинцем все крепче увязывалось с идеей: это значит не быть русским.

В 2021 году Зеленский подписал закон «О коренных народах», в число которых включил помимо украинцев три национальности — крымских татар, караимов и крымчаков. Среди коренных народов Украины русских не оказалось.

Поощрялось оскорбление всего российского и русского.

Нанятый Зеленским секретарь Совета национальной безопасности и обороны Алексей Данилов в одном из выступлений попросил украинцев не называть россиян словом «свинособака», потому что это оскорбительно для собак и свиней. Он же советовал везде, где речь идет о преступлениях русских, указывать национальность: «Пишем и сразу документируем для истории: «русский», «россиянин», «Россия» — убил, напал, ограбил, изнасиловал, разрушил, соврал». Секретарь СНБО считал, что это «поможет навсегда запечатлеть в исторической памяти украинцев, какой именно народ несет полноту коллективной ответственности за агрессию против Украины».

При Зеленском проблемы в отношениях Украины и России вышли на межэтнический уровень. После февраля 2022 года это проявилось самым ярким образом.

После февраля главнокомандующий Вооруженными силами Украины Валерий Залужный говорил, что россиян можно только убивать, и в армии эта идея стала «почти как религия».

Директор Фонда Притулы Анна Гвоздяр объявила: всему миру надо сделать так, чтобы существование русских стало невыносимым, чтобы они молили о смерти: «Такого я им желаю».

Участник «евромайдана», «журналист-волонтер» Роман Ратушный объявил: «Чем больше россиян мы убьем сейчас, тем меньше россиян придется убивать нашим детям».

Вопреки обещаниям Зеленского, на майские шашлыки в 2022 году на Украине не поехал никто. К майским праздникам на Украине уже два месяца шли боевые действия.

Для Запада территория Украины стала полигоном для испытания оружия. «Идеальным полигоном», — похвастался 5 июля 2023 года в интервью «Financial Times» министр обороны Украины Алексей Резников. И добавил, что союзники Киева получили уникальную возможность «на деле увидеть, работает ли их вооружение, насколько эффективно и нуждается ли оно в модернизации, ибо для мировой военной промышленности лучшего полигона не придумаешь».

Алексей Резников вообще часто говорил про Украину не как про страну, а как про полигон, иногда меняя прилагательные. В интервью «Forbes» полигон стал «огромным».

Вице-премьер Украины и министр цифровой трансформации Михаил Федоров тоже называл свою страну «лучшим полигоном» и объяснял западным партнерам: «У нас есть возможность проверить все гипотезы в условиях боя и внести революционные изменения в технологии и характер современной войны».

Признание руководством страны, что Украина — просто полигон, обескураживает.

Интересно, а они задумывались, в чем опасность того, что Украину превратили в полигон? Опасность для самой Украины?

Раньше часто говорили, что Украина должна стать мостом между Востоком и Западом. Мало кто задумывался — и прежде всего в самой Украине, — что быть мостом не очень выгодно: по нему ходят туда-сюда, а на мосту от этого хождения ничего не остается.

С полигоном еще хуже. На полигоне остаются следы испытаний.

Это всего лишь территория, которой управляет тот, кто платит за тренировки и испытания оружия.

Украину начали готовить к судьбе полигона задолго до 2022 года.

В июле 2019 года посол США в Эстонии, заместитель помощника госсекретаря в Европейском и Евразийском бюро Госдепартамента Джордж Кент без обиняков называл Украину «лабораторий методов и процедур».

На линии соприкосновения с Донбассом еще в апреле 2015 года появились военные атташе США. В мае 2015 года — сотрудники спецслужб США под видом международных наблюдателей.

В марте 2016 года представители Министерства обороны США разместили на территории подконтрольного Киеву Марковского района Луганской области две станции радиоэлектронной разведки. Туда, как на работу, ездили военные советники из США, Великобритании, Канады, военные атташе при посольствах, инструкторы стран НАТО. И еще добровольцы и наемники с Запада.

В западной прессе было немало статей о тренировках американцами украинских военных. Газета «The Seattle Times» в 2015 году опубликовала репортаж про американских инструкторов, которые готовят украинских солдат. Спросите, к чему готовят? Без особого стеснения в статье говорилось: к войне с Россией. «Прошло уже много времени с тех пор, как нашей мишенью были русские, — сказал один из тренеров, сержант первого ранга Дэвид Дзвик. — Теперь они снова стали нашей мишенью».

О масштабах этой работы можно судить по поиску Пентагоном переводчиков, знающих украинский и русский языки. Платить им обещали 60–90 тысяч долларов в год в зависимости от квалификации. Работать надо было в зоне боевых действий.

Полигон — дело серьезное.

С 2014 года строились командные центры, ремонтные доки в Очакове, Бердянске (это делали под прикрытием зернового экспорта), завозилось оружие, которое собирались испытывать.

При Зеленском Украина окончательно превратилась в анти-Россию и в полигон.

В феврале 2022 года стартовали «испытания» на полигоне.