Глава 35

В сентябре работа на верфи вернулась в нормальный режим, и Ноэль стала проводить там больше времени, хотя при этом никогда не разыскивала мужа, а он со своей стороны игнорировал ее присутствие. Однажды, когда днем заметно потеплело, она зашла в кабинет Куина, чтобы избавиться от жакета, надетого поверх костюма для верховой езды. Бросив одежку на стул, она заметила новую деревянную модель корпуса корабля в разрезе, стоящую на столе. Ноэль подняла макет и, пробежав пальцами по гладким линиям корпуса, почувствовала искру возбуждения. Форма была более обтекаемой, чем у прежде виденных ею судов: узкая, далеко выступающая носовая часть, пропорции, сильно отличающиеся от общепринятых. Она знала, что подобный прототип — первый шаг в создании корабля. Если Куин изготовил образец, значит, он готов начать строительство.

— Какого черта ты здесь делаешь! Положи это на место!

Она подскочила, конструкция выскользнула из руки и упала на пол. Соединительные скобы отскочили, и деревянные детальки разлетелись. Было не трудно снова собрать модель, но Куин в гневе сжал кулаки, а его глаза приняли цвет оружейного металла. Он ненавидел стеснение в животе всякий раз, когда он ненароком оказывался рядом с женой. Почему, черт возьми, она не сидит дома, где ей и место, не вмешиваясь в его работу, не вмешиваясь в его жизнь, не вмешиваясь ни во что, кроме постели!

— Проклятье! Посмотри, что ты наделала! Ты не в праве здесь находиться.

— У меня полное право быть здесь, не забывай об этом, — взорвалась она, настолько обидевшись на его чванство, что уже не обращала внимания на свои слова, хотя сознавала, как сильно он зол. — Возможно, моя доля в компании не так велика, как твоя, но она у меня все же есть, и я хочу знать, почему ты не известил, что собираешься построить такой корабль!

На мгновенье он потерял дар речи перед ее безрассудной смелой атакой. А потом задохнулся от злости.

— Ты всерьез требуешь, чтобы я отчитывался перед тобой!

Ноэль поняла, что загнала себя в угол и искала приемлемый выход.

— Я… я не говорила, что ты должен отчитываться передо мной, но полагаю, тебе следует держать меня в курсе, особенно по столь важному поводу, как новое судно.

— Ну что ж, самонадеянная маленькая сучка! Я введу тебя в курс дела!

Он толкнул ее назад в кресло, а потом, нависая над ней, поставил ногу на сиденье, не обращая внимания на грязный след, запятнавший ее юбку.

— В ближайшие три года я намерен создать самый быстроходный парусник, который когда-либо бороздил Китайские моря[39], и никто меня не остановит. Хочешь узнать еще что-нибудь?

— Когда начнешь строительство?

Ее нежелание отступать вызвало у Куина вспышку неохотного восхищения.

— Заложим стапеля в этом месяце.

Он убрал ногу с кресла и мотнул головой в сторону двери.

— Теперь, если это все, отправляйся домой на свое место.

Ноэль раздраженно вскочила.

— Домой в постель, ты это имеешь в виду?

— Ты так сказала, не я. Но с другой стороны, тебе виднее.

— Ублюдок! — она размахнулась, чтобы дать ему пощечину, но в этот раз он упредил удар, схватив ее запястье, и заведя руку за спину.

— Ей богу, если снова треснешь меня, выбью из тебя всю душу! Я так и сделаю, Ноэль. Не провоцируй меня!

Когда он отпустил ее, она протопала из комнаты и намеренно целый час наблюдала за мужчинами, обшивающими медными листами корпус шлюпа, прежде чем позволила себе уйти.

В эту ночь их любовные ласки были яростней, чем когда-либо прежде. Куин приводил ее к одной сокрушительной кульминации за другой, но, когда все было закончено и они разъединились по разным сторонам кровати, Ноэль почувствовала опустошение и неудовлетворенность. Она слишком устала от борьбы с мужем! Неужели так будет всегда? Бешенство, скрытое под наслаждением; соития, исполненные гневом, потому что обоим ненавистна слабость, удерживающая их вместе. Слеза беззвучно скатилась из уголка глаза на подушку.

— Хочешь послушать про корабль, Высочество? — голос Куина был таким тихим, что на секунду Ноэль подумала, что ей почудилось.

— Если хочешь рассказать мне, — откликнулась она шепотом.

— Я назову его «американский клипер».

— Клипер. Удачное слово. Мне нравится.

— Он будет большим — семьсот пятьдесят тонн — при полной оснастке. Ни позолоты, ни резных украшений, ничего, нарушающего линию длинного узкого корпуса.

Он говорил в ночи о своих планах, своих надеждах и даже о своем беспокойстве, что Вольфу Брандту, комплектующему экипаж, может не удаться набрать команду, когда судно наконец будет готово выйти в море.

— Моряки, — объяснил он, — очень суеверны, а корабль так сильно отличающийся от всего, с чем они имели дело, может пробудить их примитивные страхи.

— Мистер Брандт понимает это? — спросила она.

— Да. Но когда ты встретишь его, ты поймешь, что этот мужчина готов рискнуть. Он знает, что если справится, это принесет ему состояние.

— Куин?

— Ммм?

— Если тебе не по душе мои поездки на верфь, я больше не появлюсь там.

Невероятно, но он протиснул руку под нее и нежно притянул к своему плечу.

— Рабочим нравится, что ты там. Они думают, ты приносишь удачу.

— А что думаешь ты?

Возможно, это его подбородок потерся о ее макушку, но Ноэль вдруг захотелось верить, что это его губы.

— Спи, Высочество.

Его голос был так нежен, что сердце сжалось, и в это мгновенье Ноэль поняла, что любит его. Внезапное открытие ошеломило ее. Она зажмурилась и заставила себя лежать неподвижно в кольце его сильных рук, пытаясь убедить себя, что это всего лишь иллюзия. Но правда была ясно написана в ее сердце, и она не могла отрицать очевидного. Она любит мужа, любит уже давно.

Когда это случилось? В давнюю грозовую ночь в Йоркшире, когда он вытащил ее из озера Рэйвенсдэйл и потом занялся с ней любовью, или когда они приехали в Телевею? Во время бурных страстных ласк или в тихие минуты откровенности, когда Куин рассказывал о своем индейском происхождении и описывал свои корабли?

От нее не укрылась ужасная ирония произошедшего. Она повторила глупую ошибку множества женщин — влюбилась в Куина Коупленда. Но она намного уязвимее, чем любая из них, потому что связана с Куином перед Богом и людьми.


Следующим вечером карета доставила супругов к дому Вольфа Брандта. Он прислал приглашение на ужин лишь утром, и Куин ответил согласием. Пока карета продвигалась к северной окраине Кейп Кросс, Ноэль пыталась успокоиться, припоминая, что Куин рассказывал об этом мужчине. Но на ум приходило лишь то, что он холостяк. Вроде Куин упоминал, что Брандт арендовал дом Эдвина Дарси, но она не была в этом уверена. С прошлой ночи все так запуталось, что, казалось, ничего больше не имеет значения. Вдобавок к ее замешательству, Куин изменился по отношению к ней с какого-то момента — не более получаса назад — когда он встал позади нее в прихожей, пока она в последний раз осматривала себя в зеркале.

— Ничего не меняй, Высочество. Ты совершенна.

Она оделась с особой тщательностью в украшенное кружевом платье цвета старых золотых дублонов. Этот романтичный наряд напоминал об испанских кораблях и награбленных сокровищах. Вдвоем — она в позолоченном платье и Куин с его пиратской смуглой привлекательностью — они казались пришельцами из давно минувшей эпохи.

Помогая жене выйти из кареты, Куин задержал ее ладонь в руке на долю секунды дольше, чем необходимо. Ноэль заглянула в его глаза и удивилась, как она могла когда-то думать, что они холодные. В них было что-то, чего он прежде никогда не позволял ей увидеть. Была ли это нежность? Привязанность? Может он тоже устал от войны между ними, от словесных перепалок, от супружеского ложа, зачастую становящимся еще одним полем битвы? Губы Ноэль неуверенно изогнулись, и Куин улыбнулся в ответ, его лицо удивительно помолодело, став почти мальчишеским.

Звук открывшейся двери прервал происходящее между ними. Вольф Брандт собственной персоной вышел поприветствовать своих гостей. Едва увидев хозяина, Ноэль предположила, что встречала его прежде. Привлекательный мужчина лет сорока, лишь на несколько дюймов выше ее, со светлыми волосами и серыми глазами. Ни одна из черт его лица не была выдающейся, но его изящные манеры пробуждали в ней воспоминания.

— Куин, добро пожаловать! И миссис Коуплэнд. Рад, что вы смогли приехать.

Пока Брандт провожал их в дом, Ноэль пыталась припомнить, когда она в последний раз слышала этот слабый немецкий акцент. Было что-то знакомое в том, как он заменял «в» на «ф» и «с» на «з».

После того, как дворецкий взял шаль, Брандт окинул Ноэль таким явно восхищенным взглядом, что она развеселилась. Вольф Брандт определенно был прожженным ловеласом.

— Миссис Коуплэнд, вы даже очаровательнее, чем я помнил.

— Итак, мы встречались раньше. Я так и думала.

— Конечно же. А вы забыли, — он всплеснул руками и сомкнул их выразительным жестом отчаяния. — Видишь, Куин, как печальна может быть жизнь. В отличие от тебя, я один из тех несчастных мужчин, которых прекрасные женщины быстро забывают.

Куин весело фыркнул, и Ноэль улыбнулась.

— Почему-то я сомневаюсь в этом.

— Я освежу вашу память. Мы были представлены на неприятном, переполненном балу в Лондоне. У Аттербери, я полагаю

— Конечно же, — солгала Ноэль. — Как я могла запамятовать, мистер Брандт.

— Зовите меня Вольф. Как легко догадаться, это сокращение от Вольфганг. Ужасное имя! Только моей сестре позволено называть меня так. Пожалуйста, пройдемте в гостиную. Она ждет нас.

Внимание Ноэль привлекла пара превосходных ваз севрского фарфора, стоящих на столе, и она не увидела ни потрясенного выражения лица Куина, ни извиняющегося пожатия плеч Вольфа Брандта. Однако она заметила, что прежде чем протянуть холеную руку, чтобы открыть дверь гостиной, хозяин окинул ее сочувственным взглядом.

Словно прекрасная смертоносная паучиха, баронесса Анна фон Ферст расположилась точно посредине белой сатиновой софы. Как этюд в черно-белых тонах. Черное креповое платье плотно облегало фигуру, эффектный вырез открывал одно алебастровое плечо и верхушку пышной белоснежной груди. Ее волосы были откинуты с лица назад как сверкающие вороньи крылья, глаза и ресницы так черны, что, казалось, могли запятнать белоснежную кожу. Она не украсилась ни перьями, ни цветами. Только губы, алые, как свежая кровь, влажные и хищные, добавляли красок в этот ансамбль.

— Итак, Вольфганг, ты наконец-то привел наших гостей ко мне. Я заждалась.

Ноэль не могла сдвинуться с места, столкнувшись с предательством Куина. Как раз когда она обнаружила свою любовь к мужу и обманывалась, надеясь, что между ними что-то переменилось, он привез свою любовницу в Кейп Кросс, чтобы развлекаться у нее на глазах!

Ноэль смутно осознавала, что муж направился к Анне. Но поскольку Куин повернулся к ней спиной, не могла видеть его губы, сжавшиеся в белую злую линию, когда он взял Анну за руку, не могла расслышать холод в его приветствии.

Нежно, но настойчиво сжав ее руку, Вольф Брандт увлек Ноэль в комнату. Баронесса лениво осмотрела Ноэль и потом без намека на враждебность или симпатию равнодушно заявила:

— Какое прелестное дитя. Я и забыла.

Злость затопила Ноэль от такой утонченной колкости, размывая границы ее боли.

— А я не забыла вас, баронесса, — сказала она. — Вы выглядите не так хорошо, как в Лондоне. Очевидно, утрата мужа легла на вас тяжким бременем.

Ноэль заметила легкие морщинки в уголках глаз Куина, и это подогрело ее ярость. Итак, он находит забавным, наблюдать, как две женщины пикируются из-за него! Развеселится ли он когда убедится, что ей все равно?

В дверях появился дворецкий, чтобы объявить об ужине. Анна быстро поднялась и взяла Куина под руку. С сияющей улыбкой Ноэль повернулась к Брандту.

— Вольф, вы должны рассказать мне, понравился ли вам Кейп Кросс. Не кажется ли он вам ужасно скучным после Лондона?

Он окинул ее понимающим взглядом.

— Теперь уже нет, моя дорогая. Больше нет.

В отличие от Куина, Вольф Брандт был вполне доволен собой. Богатый, привлекательный, без скрытых бесов, терзающих его. Он смотрел на мир слегка завистливыми, но никогда не ожесточенными глазами, развлекаясь глупым безрассудством окружающих, но не смешиваясь с ними. Мужчины иногда путали щепетильное поведение Брандта с изнеженностью, но они ошибались. Он любил красоту в естественном проявлении, и был искусным любовником, получающим такое же удовлетворение от наслаждения, доставленного женщине, как и от собственного освобождения.

Женщины никогда не сомневались в его мужественности. Они чувствовали, что он — бесценная редкость, настоящий мужчина, искренне восхищающийся женщинами, и, что более важно, понимающий их. Брандт осознавал то, что прошло мимо большинства мужчин, что эмоции женщины — это ее сила, а не слабость, и ему никогда не приходило на ум пренебрегать чувствами. Он давно уже не удивлялся, замечая, как другой мужчина допускает подобную ошибку, так как давно принял тот факт, что большинство мужчин не разбираются в женщинах так, как он.

Когда прекрасная миссис Коупленд в третий раз протянула ему бокал, чтобы наполнить, он уверился, что мистер Коупленд определенно не понимает свою жену, также как и она не разгадала своего мужа. Он удерживал дрожащую руку Ноэль, пока наливал вино, не упустив угрюмый хмурый взгляд Куина. Ситуация заинтриговала его. Между супругами существует ощутимый магнетизм, наполняющий воздух, и все же они позволяют сестрице разлучить их.

Куин Коупленд — глупец, решил Брандт. Все что ему нужно сделать, это обнять свою ненаглядную жену и заверить, что Анна больше ничего не значит для него. Но он так не поступит. Этот гордец скорее увидит, как жизнь разлетается на кусочки, чем переломит свою гордыню. И возбуждающая рыжеволосая женщина, так откровенно флиртующая с ним с начала ужина, точно такая же. Это взрывоопасное сочетание личностей достигло опасного предела, и если один из них не уступит, столкновение может быть трагичным.

Брандт сжал ножку бокала в пальцах, размышляя о своей роли в этих обстоятельствах. Если Коупленд решит лелеять это очаровательное создание должным образом, он оставит их в покое, несмотря на то, что Ноэль привлекает его больше, чем какая-либо женщина за многие годы. Но если кораблестроитель настолько глуп, чтобы продолжать делать ее несчастной, что ж, тогда он, Брандт, будет ждать поблизости.

Пока Анна нашептывала остроумные замечания Куину, Ноэль наклонилась вперед, приоткрыв соблазнительную грудь для взора своего привлекательного сотрапезника. Она была вознаграждена видом окаменевшего от злости лица мужа.

— Это вино просто великолепное, Вольф, — она провокационно улыбнулась над серебряным ободком бокала. — Вы привезли его с собой?

— Ну, разумеется. Я всегда путешествую с собственным запасом. Этот винтаж из моего виноградника вблизи Реймса.

— Я и не предполагала, что ваши деловые интересы столь разнообразны.

— Виноделие для меня — удовольствие, а не работа. Мужчина никогда не должен путать эти понятия.

Непринужденно, не ожидая от собеседницы ответа, Брандт описал прелесть своих земель и маленького шато, украшающего его владения. Ноэль внимательно смотрела на него, кивая головой в нужных местах, но полностью сосредоточившись на приглушенной беседе и интимном смехе, доносящимся с другой стороны стола.

Вольфа опечалило выражение триумфа на красивом лице сестры, когда Куин положил руку на спинку ее стула. Его любимая, великолепная Анна со своими иссиня-черными волосами и алебастровой кожей. Мудрая во всем, кроме этого мужчины. Победа не будет такой легкой, как она ожидает. Судостроитель любит свою жену, даже не признаваясь в этом самому себе. Хотя, несомненно, последнее обстоятельство в пользу Анны. Этот противоречивый субъект не поддастся любви так просто.

— Дамы, прошу нас извинить. Небольшое дело нуждается в обсуждении. Позже мы присоединимся к вам в гостиной.

После кратчайшей заминки обольстительная миссис Коупленд грациозно поднялась из-за стола и выплыла из комнаты, оставив Анну позади. Вольф улыбнулся про себя, желая иметь возможность пронаблюдать, что произойдет дальше. Было бы очень интересно посмотреть, как соперницы столкуются друг с другом.

В гостиной Анна добрела до углового столика, где обнаружила зазубренный обломок белого коралла, и принялась лениво вертеть его в руках.

— Вы на самом деле очаровательны, знаете ли, — сказала она.

— Прошу прощения?

— Я изучала вас. Вы прелестны. Но, конечно, Куин всегда окружен красивыми женщинами, — Алые губы Анны изогнулись в хитрой усмешке. — Сейчас он сердится на меня за то, что я открыто показалась перед вами, несмотря на его приказы. Но он знает, что я не та женщина, которую можно скрывать, заперев на чердаке. — Касанием легким как паутинка, она положила пальцы на руку Ноэль. — В конце концов для нас обеих будет легче, если не придется притворяться.

Ноэль ощутила, как разбивается сердце, но продолжила цепляться за чувство собственного достоинства.

— Лучше не вставайте у меня на пути, баронесса. У меня нет преимуществ поколений безупречного племенного скрещивания, и дурная кровь иногда вынуждает меня поступать опрометчиво. Теперь, с вашего разрешения, мне необходим свежий воздух, — с гордо поднятой головой Ноэль покинула комнату.

Анна глубоко вздохнула. На мгновение он выглядела старше своих тридцати двух лет, но заслышав шаги, приближающиеся к двери, она опустилась на софу и приняла томную позу.

— Где моя жена?

Она лениво улыбнулась.

— А где Вольфганг?

— Не рассчитывай, что каждый обладает твоим талантом к интригам, Анна.

— К чему так безобразно хмуриться, liebchen[40]. Немедленно перестань, а то напугаешь меня.

Жесткая линия рта Куина расслабилась. Ему нравилась Анна, и, несмотря на ее поддразнивание, он понимал, что она страдает.

— На сей раз Вольфганг невиновен. Я только что оставил его одного в столовой за просмотром документов, которые он должен подписать.

— Жаль, — Анна надула губки, — такой поворот мог бы все сильно упростить. — Она встала и направилась к нему, изогнув черную бровь. — Хотя как знать? Это все еще может сработать.

Линия его рта была твердой, но не сердитой.

— Не делай этого с собой, Анна. Между нами все кончено. Мы так решили еще в Лондоне.

Баронесса прижалась к нему. Ощущение его мощного тела, заставило ее голос охрипнуть от желания.

— Никогда я этого не решала, liebchen. Я все еще не устала от тебя.

Ласково Куин коснулся рукой ее темных мягких волос.

— В моей жизни слишком много сложностей, чтобы добавлять еще одну. Прими как факт, что мы никогда не сможем снова быть вместе.

— Совсем никогда? — прошептала Анна, проводя пальцами вверх по лацканам его сюртука, затем скользнув дальше по шее в черные завитки над воротником. — Возможно, ты слишком спешишь. — Она притянула его голову к своим приоткрытым губам и припала к его рту.


Поцелуй был приятным, и Куин откликнулся, но быстро осознал, что зрелое тело Анны не возбуждает его, как прежде. С чувством сродни гневу, он крепко обнял ее и вторгся языком во влажную пещеру ее рта.

Ноэль наблюдала из открытой двери, желая убежать, но не в состоянии сдвинуться с места. Она ухватилась за дверной косяк, чтобы не упасть.

— Моя прекрасная лебедушка, вам не нужно смотреть на это. — Подошедший сзади Вольф Брандт обвил рукой ее талию и притянул к себе.

Куин поднял голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как его жена исчезает в руках Брандта. Яростно он высвободился от Анны и бросился к двери.

— Bitte[41], Куин. Пожалуйста, подожди. — Вся томность исчезла, когда Анна побежала за ним и схватила за руку. — Куда ты спешишь?

— А как по твоему?

— Ты не из тех мужчин, которые пресмыкаются перед женщинами, — воскликнула она. — Что ты сделаешь? Скажешь, что не наслаждался, целуя меня? Она знает, что это ложь!

— Черт подери! Заткнись, Анна! — Он попытался вырываться, но она преградила ему путь своим телом.

— Оставь Ноэль моему брату, Куин. Ты же видел за ужином, как он пленен ею. Так иногда случается. Словно удар молнии! Женщина не всегда может уберечься, когда ее сердце не на месте. Не делай из себя дурака!

Не желая слушать дальше, он оттолкнул ее в сторону и бросился прочь из комнаты, чтобы обнаружить, что коридор пуст. К тому времени, когда он выбрался на улицу, было слишком поздно — карета уже удалялась от дома.

Брандт бесшумно выступил из глубокой тени портика.

— Мой кучер доставит ее домой.

— Ты не имел права.

— А ты, старина, не имел права унижать ее, как ты это проделал. Неужели тебя даже не заботит, что она чувствует?

— Это не твое дело, Брандт, — огрызнулся Куин.

— Здесь ты ошибаешься. Мы знаем друг друга очень давно и, хотя никогда не были близкими друзьями, всегда уважали друг друга. Разве не так?

— У тебя одна минута. Ближе к делу.

— Гордость и нетерпение, — ухмыльнулся Бранд. — Прекрасные качества для бизнесмена, но не слишком подходящие для мужа, да?

— Как я уже говорил, это не твое дело.

— Но я должен высказаться, потому что теперь я тоже причастен.

— В каком качестве?

— Ах! Американцы! Это же очевидно, не так ли? Меня влечет к твоей жене. Она самая желанная женщина, из встреченных мной за долгое время, и она достойна поклонения, — веселье исчезло из серых глаз. — Честно тебя предупреждаю, Коупленд. Исправь свое поведение, или я предприму все возможное, чтобы отобрать ее у тебя.

— Я убью тебя, если попытаешься. — Голос Куина сделался монотонным и бесстрастным.

— Любого другого мужчину, конечно. Но не меня. Потому что я предупредил тебя. Ты справедливый человек, и признаешь, что должен винить только себя, если потеряешь ее.

— Твое время вышло, Брандт.

Не сказав больше ни слова, Куин направился к карете. Разбудив дремлющего кучера грубым толчком, он пихнул того в сторону и сам схватил вожжи. Гравий разлетелся из-под колес, когда карета понеслась по подъездной алее.

Куин был на полпути к Телевее, когда передумал и повернул лошадей к Кейт Маллой, где мирно и основательно напился. Вернувшись домой, он обнаружил свою постель пустой, а дверь между их комнатами запертой.

Он решительно занес ногу, намереваясь вышибить преграду, но внезапно остановился. Какой смысл? Жена видела, как он целовал Анну, и будь он проклят, если обязан ей что-либо объяснять. Ноэль не будет водить его повсюду на поводке, как дрессированную собачку! Ей самое время уяснить, что он не нуждается в ней. Будь все проклято, он ни в ком не нуждается.

Загрузка...