Невеста новых богов

Эпизод 12

В помещение входит высокий мужчина спортивного телосложения. Его тёмные волосы тщательно уложены и отливают синевой, а борода коротко подстрижена и ухожена. Густые брови придают лицу выразительность, прямой нос и широкая челюсть делают его облик мужественным, а пронзительные глаза с яркими синими радужками словно обжигают холодом. На шее, поднимаясь от груди к голове, видны симметричные сапфировые татуировки, похожие на объятые пламенем неизвестные письмена.

Однако меня удивили не эти необычные черты его внешности, а совсем другое. Я в недоумении склонила голову набок, когда увидела, что он одет в приталенный костюм-тройку из качественной тёмно-синей ткани. По виду материал совсем не похож на ткань сорочки, в которой я очнулась.

На незнакомце также брендовые туфли и дорогие часы — все эти атрибуты состоятельного мужчины в обычной жизни не вызывают удивления. Но увидеть мужчину в таком наряде здесь, в этих металлических катакомбах, рядом с огромными злобными роботами, кажется странным.

Когда я думаю об этом, то понимаю, как быстро отвыкла от обычных будней. В этом новом, неизведанном мире я нахожусь, наверное, меньше часа, а уже теряю дар речи от вида мужчины в строгом костюме.

— Отойди к стене, — повторяет он спокойным, но безапелляционным тоном. — Бороз. Пожалуйста.

— Иди к чёрту, Арван, — рычит Бороз, словно хищник, защищающий свою добычу. — Ты вообще что себе позволяешь? Отзови чистильщиков.

Подождите-ка… Арван? Тот самый, которого Индж называл одним из самых могущественных новых богов? Тот, который выпустил чистильщиков? И тот, чьей куклой назвал меня Бороз? Выходит, сюда пожаловал главный босс всего кошмара? Вот это честь!

На мгновение переведя на меня леденящий взгляд, Арван отвечает Борозу:

— Чистильщики уйдут сразу же, как заберут мой экземпляр. Не будешь препятствовать, и уже через минуту мы оба забудем об этом недоразумении.

— Экземпляр? — недобро усмехается Бороз. — Ты что несёшь? Твои чистильщики только что разнесли мою каюту и едва не поранили меня. А затем ты заваливаешься сюда и начинаешь командовать. Во-первых, я требую извинений. А во-вторых, выметайтесь отсюда всей сворой. Вы сильно меня отвлекаете.

Арван скептически приподнял брови и прогулочным шагом прошёл вглубь комнаты. После чего пальцем ударил по торчащей из экрана двери, отчего та завибрировала и высвободила из трещин ещё пару снопов искр.

— Чуть было не поранили, значит. Тебя? Это удивительная новость, Бороз. Видимо, твоему телу пора провести всестороннее обследование. Как только решим все вопросы здесь, предлагаю тебе вместе со мной пройти…

— Не слышу извинений, — перебивает его Бороз.

Арван размеренно вздыхает, явно сдерживая раздражение.

— Ты не дал мне договорить. Так вот. Как только ты пройдёшь обследование и выяснится, что тебя действительно ранили, я непременно принесу тебе свои глубочайшие извинения.

— А остальное, по-твоему, в порядке вещей? — гневно спрашивает Бороз, выразительно обведя взглядом пострадавшую часть помещения.

— Ты нарушил регламент моей орбитальной станции, — произносит Арван, и мне чудится, что от его тона воздух становится холоднее.

— Твоей станции? — едко усмехается Бороз. — Размечтался.

— Ты знаешь правила, — невозмутимо продолжает Арван. — Если ты обнаружил экземпляр вне специализированного помещения, должен немедленно сообщить мне и не предпринимать по отношению к нему никаких действий.

— Думаешь, я совсем тупой? — огрызается Бороз. — Она не из твоих кукол. Ни внешностью, ни прошивкой, — на слове “прошивкой” он стучит пальцем себе по виску, — не похожа. В жизни не поверю, что это очередной экземпляр. Так что можешь засунуть регламент себе в задницу.

Отойдя от экрана, Арван встаёт чуть ближе к Борозу, расправляет плечи и приподнимает подбородок, сложив руки за спиной.

— Да, она не очередной экземпляр. Новый. Улучшенный, — говорит он, но по тону понятно, что он уже и сам не верит, что его слова возымеют эффект. — Поэтому я здесь. Лично.

— Шикарно. Тогда говорю тебе лично: она остаётся со мной. А теперь проваливай.

Арван протяжно выдыхает и мрачно говорит:

— Иногда мне кажется, что мы говорим на разных языках.

После этих слов чистильщики, бессмысленно топтавшиеся на месте, остановились и приняли устойчивые позы, будто приготовившись к рывку.

— Не моя вина, — отвечает Бороз, разминая шею и плечи.

Пока они разговаривают, я только и делаю, что перевожу взгляд округлившихся глаз с Арвана на Бороза и обратно. Попутно пытаюсь поспевать мыслями за небрежно выливаемой полезной информацией.

Так, ну во-первых… Мы, простите, где? На орбитальной станции? Надеюсь, это какое-то условное название или я что-то не так поняла. Потому что в противном случае — ни-че-го себе!!!

А во-вторых… Это я-то “экземпляр”? Поначалу подумала, что он относится ко мне как к подопытной морской свинке. А потом, когда Бороз заговорил о внешности и “прошивке”, поняла, что ситуация ещё интереснее. Как будто я искусственно созданная или выращенная, или ещё чего.

Получается, называя меня куклой, Бороз подразумевал не одну из местных представительниц древнейшей профессии, как я тогда решила. Похоже, он имел в виду что-то буквально собранное по частям. Что-то неодушевлённое… Но это же не про меня, так? Я же себя помню! Я — это я, а не какая-то игрушка.

— Но язык силы понимаешь даже ты, — заключает Арван, впившись в Бороза ледяным взглядом.

— И разговариваю на нём получше тебя, братец.

Бороз поднимает перед собой руки, принимая боевую стойку. Татуировки на его теле неожиданно начинают двигаться, складываясь в другие узоры.

Чистильщики одновременно срываются со своих мест.