Я двигаюсь в такой сильной панике, что мои ноги внезапно отказываются сотрудничать и заплетаются в самый неподходящий момент.
Едва не добежав до Арвана, я падаю прямо перед ним. Болезненно ударяюсь руками и проезжаю по полу практически до самых туфель Арвана.
Я задираю голову и встречаюсь взглядами с жестокими и пронзительными глазами. Он нависает надо мной, и в моменте мне кажется, что позиции, в которых мы смотрим друг на друга, отражают его настоящее превосходство надо мной.
— В чём дело, Лера? — спрашивает он, тоном показывая, что ответ ему уже известен. — С чего вдруг ты так разволновалась? Неужели из-за случайного парня, с которым только познакомилась?
— Остановись! — молю я. — Я согласна!
Арван выпрямляет спину и небрежно поднимает расслабленную кисть:
— Мидэн.
Из экрана послышался голос:
— Отменяю действие протокола.
Разряды в камере Инджа моментально пропадают. Парень перестаёт выгибаться и, обмякнув, падает лицом в пол. После этого он неподвижно лежит, не подавая никаких признаков жизни.
— Не могла бы уточнить, с чем конкретно ты согласна? — холодно интересуется Арван, глядя на меня так, будто смотрит не с высоты собственного роста, а откуда-то с высоты птичьего полёта. Словно я пыль под его ногами и не более того.
Но я не заостряю на этом внимание.
Поднявшись на четвереньки, я резко поворачиваюсь к экрану и испуганно спрашиваю:
— Он жив?
Арван протяжно выдыхает и раздражённо произносит:
— Мидэн?
— Да. Индж без сознания, но в данный момент его жизни ничто не угрожает, — констатирует бездушная машина.
Продолжая бегать взглядом по Инджу, лежащему в камере, я дрогнувшим голосом переспрашиваю:
— Это правда?
— Вне сомнения, — отвечает Мидэн.
— Я вам не верю! — восклицаю. — Дайте мне с ним поговорить!
— Есть более быстрый способ развеять твои сомнения, — скучающим тоном говорит Арван. — Сейчас я заново запущу протокол, и по крикам Инджа ты сразу поймёшь, что он был жив.
После этих слов он поворачивается к экрану.
— Нет! Не надо! Я верю! — тут же выпаливаю, не давая ему дать очередную команду своему помощнику.
Приподняв бровь, Арван смотрит на меня через плечо:
— Хорошо. Тогда, пожалуй, уберу это, чтобы ничего не отвлекало нас от обсуждения.
Он делает размашистое движение рукой, отводя её в сторону. Изображение исчезает, и экран снова становится чёрным.
— А теперь повторяю ещё один, последний раз: с чем конкретно ты согласна?
Сидя на коленях, я тяжело вздыхаю, сжимаю кулаки, впившись ногтями в ладони.
— Твой шантаж сработал. Ты победил. Я буду тебя слушаться.
Арван неторопливо подходит вплотную ко мне, берёт меня за подбородок и заставляет поднять голову. По коже расползается морозное покалывание. А его глаза, захватившие мой взгляд, словно пронзают душу льдом.
— Запомни: то, что ты сейчас сказала, — не просто обещание. Это договор. Если ты его нарушишь, сразу же столкнёшься с последствиями. Отныне никаких милых бесед и попыток убедить друг друга в чём-либо словами. Только наша договорённость и последствия. Больше ничего. Я понятно изъясняюсь?
— Да, я тебя поняла.
— Отлично. А теперь вставай. — Арван отпускает мой подбородок и чуть отдаляется. — Я отведу тебя в место, где ты проведёшь ближайший день.
Я не знаю, что ждёт меня впереди, и от этого становится тревожно. А когда я вспоминаю предупреждения Инджа насчёт того, что Арван легко расправляется с такими, как я, и вовсе становится страшно до поднявшихся на макушке волос.
— Перед этим… — неуверенно произношу я. — Можно задам один вопрос? Он не повлияет на нашу договорённость.
Сведя брови, Арван процеживает:
— Последний на сегодня.
— Что будет, если… Если исследование покажет, что я не особенная?
Арван злобно усмехается.
— Недавно добавился ещё один вариант возможного исхода. Так что я пока не решил.