Невольница для генерала

Глава 20

Его рука, тёплая и шершавая, обвила мою талию, притянула к себе. Я оказалась прижатой к его груди, и всё моё тело встрепенулось от контраста — моя прохладная кожа против его горячей. Он не спешил. Его губы нашли мои не с жадностью, а с какой-то поразительной, властной уверенностью. Этот поцелуй был не захватом, а завоеванием. Медленным, неумолимым. Его язык скользнул внутрь, и я почувствовала вкус его — металла, чего-то чуждого и дико возбуждающего.

Я сама не поняла, когда сопротивление сменилось ответным движением. Где-то внутри ещё тлели угли стыда и гнева, но они гасли под напором этого нового, всепоглощающего ощущения. Моё тело, предательское и слабое, откликалось на каждое его прикосновение. Я таяла в его руках, как лёд под плазмой, и мои губы начали отвечать ему — робко, затем всё смелее.

Он легко подхватил меня на руки. Я инстинктивно обвила его шею, прижалась лицом к его плечу, вдыхая запах его кожи. Он отнёс меня к огромной кровати и опустил на мягкие меха. Но не положил. Он поставил меня на колени, развернув спиной к себе. Его грудь, твёрдая и испещрённая шрамами, стала моей опорой. Одной рукой он крепко держал меня за талию, а другой начал водить по моей шее, плечам, оставляя за собой trail из горячих поцелуев. Его член, твёрдый и пульсирующий, упирался мне в спину, обжигая кожу.

Потом он слегка надавил на мою спину, заставляя меня прогнуться. Я послушно выгнулась, чувствуя, как жар разливается по всему телу. Его пальцы скользнули между моих ног, коснулись самого сокровенного. Я вздрогнула и прошептала что-то бессвязное, когда он ввёл два пальца внутрь, проверяя готовность. А я была более чем готова. Вся мокрая от его поцелуев, от его ласк, от этого невыносимого ожидания.

— Хорошая девочка, — прошептал он мне в ухо, и его голос, низкий и хриплый, заставил меня содрогнуться ещё сильнее.

Он убрал пальцы, обхватил мои бёдра своими мощными ладонями и приставил головку члена к входу. Он надавил. Медленно, неумолимо. Я зажмурилась, впиваясь пальцами в меха, чувствуя, как он входит в меня, заполняет собой каждую частичку. Он был таким большим, таким плотным. Казалось, он задевает самые глубины, о которых я и не подозревала. Он скользил внутрь, и по всему моему телу бежали мурашки от этого растяжения, этой наполненности.

Когда он вошёл до конца, я издала стон — долгий, прерывистый, рвущийся из самой глубины души. Дрожь прошла по мне волной, всё внутри сжалось в тугой, пульсирующий комок наслаждения. Это был оргазм — стремительный, неожиданный, сметающий все барьеры. Я кончила, сжимаясь вокруг него, теряя голову.

Он замер, давая мне прийти в себя. Его рука легла на мою спину, поглаживая её. Он что-то шептал — ласковые, гортанные слова на своём языке, смысла которых я не понимала, но тон которых был понятен без перевода.

Когда судороги наслаждения стихли, он снова начал двигаться. Сначала также медленно и размеренно, позволяя мне привыкнуть к каждому движению. Он крепко держал мои бёдра, контролируя каждый сантиметр. Но потом его ритм начал меняться. Стал более настойчивым, быстрым. И снова волна накатила на меня, ещё более мощная, чем первая. Я закричала, уже не стесняясь, снова ощущая, как всё внутри сжимается в спазме.

Он снова замер, дыша мне в шею, ждал, пока я закончу. Потом наклонился, повернул моё лицо к себе за подбородок и поцеловал меня через плечо — долгим, глубоким поцелуем. А потом снова вошёл в меня, и на этот раз в его движениях была уже не только выдержка. Слышалось напряжение, сдерживаемая страсть.

— Горячая, — прошептал он на ухо, и его голос срывался. — Не думал… что землянки такие… чувствительные.

Он двигался быстрее, его бёдра бились о мои с новой силой.

— Ты вкусно кончаешь, девочка, — это прозвучало как высшая похвала, как признание.

И он уже не сдерживался. Его движения стали резче, глубже. Он терял контроль, и я понимала, что сейчас он кончит. И от этой мысли во мне снова зародилось знакомое тепло, обещая третий, финальный взрыв.

Его движения становились всё более резкими, порывистыми. Ритм сбился, превратившись в хаотичные, глубокие толчки. Он уже не сдерживался, его низкое рычание у меня за спиной становилось громче, переходя в хриплые, прерывистые звуки. Я чувствовала, как его тело напряглось до предела, как сжались его пальцы на моих бёдрах, почти до боли.

— Лера... — вырвалось у него, больше похожее на стон, чем на имя.

И в этот миг он резко выскользнул из меня. Я почувствовала пустоту и одновременно обжигающую струю на своей коже. Горячая влажность разлилась по моим ягодицам, по пояснице. Он кончал, тяжело дыша мне в шею, его тело обмякло, прижимаясь к моей спине.

Мы замерли так на несколько секунд, оба совершенно обессиленные. Я чувствовала, как его спина поднимается и опускается в такт его тяжёлому дыханию. Потом он медленно отстранился. Его пальцы, всё ещё дрожащие, легонько провели по моей спине, словно гладя.

Я не двигалась, всё ещё стоя на коленях, чувствуя, как его семя медленно стекает по моей коже. Было ли это унижением? Или ещё одной странной традицией? Скорее всего.

Он не стал метить меня изнутри, не оставил в моём теле своей частички. Оставил только на поверхности. Как будто я была его трофеем, но не сосудом.

Он тяжело опустился на кровать рядом со мной, откинувшись на спину. Я рискнула повернуть голову. Его глаза были закрыты, на лбу блестели капли пота. Он выглядел... удовлетворённым. И уставшим.

Я медленно, как во сне, опустилась на бок, подтянув колени к груди, стараясь не касаться липкой кожи простыней. Стыд, наслаждение, опустошение — всё смешалось в один тяжёлый клубок где-то под рёбрами. Он повернул голову ко мне, его серые глаза были мутными от страсти, но в них читалась та самая хищная усмешка.

— Зря сопротивлялась, землянка, — его голос был хриплым.

Я молчала, не зная, что ответить ему. Слова казались сейчас совершенно бессмысленными. Признавать его правоту не хотелось. Но мысленно согласилась. Это было очень странно, что идеально подходящего партнёра я нашла на другом конце вселенной. Я просто встала и пошла в душ, смыть с себя его метку и семя. И побыть наедине с собой. Но стоило мне сделать несколько шагов сторону ванной, как я услышала его тяжёлые шаги за спиной. Гар'зул шёл за мной в ванную комнату.