Невольница для генерала

Глава 41

Слова Арианы о том, что я та самая, грели душу. Но в то же время в глубине сознания шевелилась холодная, неприятная мысль. Если так поступили с отцом Ракса, где вероятность, что также не поступят с ним? Я была уверена, что просто так его не отпустят. И враги у него были. Могущественные и безжалостные. И один из них — Вейра'тор.

Она не просто так старалась разрушить его карьеру, представив нашу связь угрозой. Она видела во мне слабость Ракса, его уязвимое место. И теперь, когда он публично, на её же глазах, выбрал меня, унизив её планы... Месть для такой женщины, как она, была не просто вероятностью. Это была неизбежность.

Я отпила глоток сируана, пытаясь упорядочить тревожные мысли.

— Ариана, — начала я осторожно, — Вейра'тор... Вы знаете её. Как вы думаете, что она может предпринять? Против него... или против меня?

Мудрые глаза моей будущей свекрови стали серьёзными. Она отставила чашку, сложив руки на столе.

— Вейра'тор... она не станет действовать в лоб, открыто атаковать Ракса. Слишком рискованно, даже для неё. Её оружие — информация, интриги, удар по репутации. — Ариана посмотрела на меня прямо. — А самый болезненный удар по репутации генерала, бросающего всё ради женщины... это дискредитация самой женщины.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Как? — тихо спросила я.

— Есть несколько способов, — Ариана говорила спокойно, сама, однажды пройдя этот путь, она знала, на что способна элита. — Первый и самый очевидный: объявить тебя шпионкой. У неё есть доступ к архивам, к «Оку». Она может подделать данные, «найти» доказательства, что ты с самого начала была агентом Земли или какой-нибудь враждебной корпорации. Цель — не только опозорить Ракса, но и дать Триумвирату законный повод тебя арестовать. Или уничтожить.

Я сглотнула, представив это. После всего, через что мы прошли, оказаться разлучёнными из-за лжи...

— И второй способ, — голос Арианы стал тише, — самый грязный. Она может попытаться тебя устранить. Не сама, конечно. Найти наёмников, устроить «несчастный случай». Если тебя не станет, Ракс либо сломается, либо, что более вероятно, впадёт в ярость и совершит ошибку, за которую его можно будет уничтожить уже на законных основаниях.

В комнате повисла тяжёлая тишина. Я смотрела на светящийся лес за окном. Вейра'тор была как опытным стратегом — она знала, куда нанести точный и болезненный удар.

— Что же нам делать? — прошептала я, чувствуя, как страх сжимает горло.

Ариана положила свою ладонь поверх моей руки.

— Мы не дадим ей этого сделать, дитя. Во-первых, Ракс не глупец. Он наверняка предполагает нечто подобное. У него есть свои люди, свои ресурсы. Он постарается обезопасить тебя и юридически, и физически. Во-вторых, — она улыбнулась, — теперь у тебя есть я. Я давно живу в этом мире, и я знаю его тёмные стороны. Мы не будем сидеть сложа руки. Мы подготовимся.

Она сжала мои пальцы.

— Но как? — удивлённо спросила я.

— Мы с Раксом уже это обсудили. Теперь пришло время и тебе узнать, — продолжила Ариана с лёгкой улыбкой. — У меня есть старые друзья. Не такие влиятельные, как Вейра'тор, но занимающие свои прочные позиции в научных и дипломатических кругах. Мы можем «найти» тебя в архивах одной из исчезнувших исследовательских миссий, занесённых на ранние этапы колонизации Жотара. Дочь учёных-первопроходцев, чей корабль потерпел крушение, а сама ты ребёнком попала на Землю.

Это было гениально и безумно. И на удивление правдоподобно.

— Но... доказательства? — выдохнула я.

— Доказательства создаются, — парировала Ариана. — Подложные записи в базах данных, «воспоминания» старых колонистов, пара подставных свидетелей. Это сложная работа, но она возможна. Это сделает тебя не чужой, а... потерянной и найденной дочерью Империи. Это выбьет из рук Вейра'тор её главный козырь — твоё «примитивное» происхождение.

Я слушала, поражённая размахом её плана. Это было настоящее создание альтернативной реальности, в которой я была не угрозой, а жертвой обстоятельств, достойной сочувствия и уважения.

— И всё же я не понимаю, как вам удастся это провернуть, чтобы сохранить всё в тайне.

— У меня есть... связи. Не только среди учёных. Люди, которым я спасла жизни, оказав медицинскую помощь, когда официальная медицина зора'тан от них отказалась. Они помогут. Теперь осталось только погооврить с ними и заручиться помощью. Основная сложность в том, что если Вей'ратор начнёт копать, она всё равно докопается. Эта легенда только прикрытие, чтобы выиграть время. Пока Вей'ратор будет рвать и метать, вы должны будете с Раксом покинуть Жотар.

— А вы? — сердце отчаянно билось в груди.

— А я уже слишком стара для перелётов. Моё сердце привязано к этому месту, единственное, что осталось от моего Гара. Я хочу быть рядом с ним. А вы начнёте новую жизнь в новом мире. Без меня.

— И Ракс согласен?

— Нет, — Ариана покачала головой. — Но я уверена, он примет моё решение, когда придёт время прощаться.

Она говорила это так спокойно, с такой непоколебимой материнской жертвенностью, а у меня в голове не укладывалось.

— Нет, — вырвалось у меня. — Нет, Ариана. Мы не оставим вас здесь одну. Мы найдём другой способ!

— Слишком рискованно, — покачала головой Ариана.

Она говорила голосом человека, который уже всё взвесил, всё обдумал и принял единственно возможное, хоть и горькое, решение. И в её спокойствии была страшная, неумолимая правда.

Я смотрела на её морщинистое, доброе лицо, на её руки, которые только что с такой теплотой сжимали мои, и в груди всё сжималось от мысли, что я больше не увижу её.

— Он никогда себе этого не простит, — прошептала я, чувствуя, как сжимается горло. — И я тоже.

— Он сильный, — тихо ответила Ариана. — Сильнее, чем думает. И он будет жить. С тобой. Ради тебя. А это... это единственное, что имеет для меня значение.

Она снова взяла мою руку, и на этот раз её ладонь показалась мне такой хрупкой.

— А теперь хватит о грустном. У нас есть работа. Нужно создать тебе историю, пока мой сын наводит шороху в канцелярии. — Она подмигнула мне, пытаясь разрядить обстановку, но в её глазах оставалась невысказанная грусть. — Давай, землянка, покажи, на что ты способна. Докажи мне, что я не зря в тебя поверила.

Я кивнула, с трудом сглатывая комок в горле.