Никогда не знаешь

Глава 4

Ноэминь

По прибытии нас встретил начальник второго форта, ротрмистр Дарон. С виду, крепкий, матерый воин с усталым взглядом серых внимательных глаз. Он обнял нашего командира, как старого друга, бросил на «молодняк» неприкрыто грустный взгляд и велел следовать за ним в воинские сени.

По пути туда мы заметили десятка три таких же молодых воинов, как мы, которые под приглядом старших братьев по оружию оттачивали боевые приемы на ристалище.

— Прибыли пару дней назад, — кивнул на них ротмистр, обращаясь в командиру нашего отряда.

— Сколько еще ожидается? — коротко спросил тот.

— Еще два отряда.

— Всего шесть? — уточнил Гай.

— Да, — подтвердил начальник форта и добавил, — в третий форт направили восемь, у них потерь было больше.

— А опытных сколько прибыло? — продолжал спрашивать Гай.

— С вами будет 90, и ждем еще 30, — ответили ему.

— Да, не густо, — мрачно ответил наш гвардеец.

Мы с товарищами шли следом и внимательно слушали тревожные вести. Значит здесь недавно была крупная стычка и способными молодыми курсантами решено восполнить часть потерь. Однако, первую пятерку Император решил все же приберечь для себя.

— Воинские сени! Время на отдых — один час, — коротко кивнул в сторону входа в деревянное строение ротмистр.

Его взгляд остановился на мне.

— Девица?

— Так точно.

— Сколько единиц?

— 15.

Ротмистр только хмыкнул, почесал затылок.

— И хороша в бою?

— Смею надеяться.

— Живешь со всеми, место, где помыться отдельно — позже скажу, и это, нашему лекарю покажись, пришлю за тобой чуть погодя.

Я лишь кивнула. Ночевать в казарме с молодыми парнями я не боялась, переодеваться, конечно, будет неудобно, но приставаний от них ожидать не стоило. Моя природа надежно меня оберегала, даже во сне. Да и парни с моей академии — не чужие люди, если вдруг что, вступятся за меня, в этом я была уверена.

Когда мы выбрали койки, я выбрала ту, что у стены, в дальнем углу, по малом времени за мной зашел воин и кликнул меня моим женским именем.

Когда я приблизилась к нему, он оглядел меня с ног до головы, покачал головой, а потом едва улыбнулся и велел идти за ним.

Меня провели до небольшоого соснового сруба и велели заходить одной. Внутри мне встретился местный лекарь, который указал садиться на стул, что стоял сбоку от стола.

— Приветствую, Ноэминь, — сказал мужчина уже в летах с добрыми глазами.

— Будьте здравы, — ответила я.

— Меня зовут Родерик или просто лекарь, жалобы на здоровье у тебя есть?

— Нет, я здорова, — честно ответила я.

— Это хорошо, а позволь спросить, регулы?

Это была моя большая беда первые два года учебы в военной школе. А потом матушка пошла в… прости Пресветлая, дом утех, и узнала у одной из его работниц, как они справляются с женскими днями.

Та дала ей рецепт из смеси четырех трав, которые легко можно достать у любой травницы. Нужно крепко заварить эти травы и пить по одной кружке раз в десять дней, тогда регулы просто не приходят, но раз в 6–7 оборотов луны нужно делать перерыв и позволять регулам прийти, чтобы не было сложностей со здоровьем.

Регулы всегда начинались аккурат через 14 дней, после невыпитой кружки отвара. В школе, а потом и в академии тамошние лекари освобождали меня на этот срок от тренировок, а на войне уже никто не освободит. Как-то буду выкручиваться.

Хотя, как подумаю, где мне в общей казарме стирать и сушить женские тряпки, так охватывает смятение. Во всем форте я одна девица, и не у кого спросить совета. Что ж, ближе ко времени что-то придумается. Тут еще неясно: доживу ли до того часа.

Последний перерыв на женские дни я делала 2 лунных оборота назад и время еще было. Но в пути мне пришлось, краснея от стыда, рассказать о своей нужде нашему командиру, который лишь смущенно кивнул — ему тоже было неловко. А после он специально сделал остановку у лавки травницы, чтобы я могла купить себе нужные травы на долгий срок. Жалование нам всем выдали на месяц вперед, так что с платой проблем не было.

Погодя, я также смогла купить и тряпки для этого дела, ведь после оглашения Императоского указа нас сразу увели, так как в академии личных вещей нам не полагалось. Всем, кроме меня, по известным причинам, но тогда у меня не было никакой возможности сказать об этом командиру.

Я рассказала лекарю о травах и о перерывах, он сделал у себя какие-то записи, обещал, что готовить для себя отвар я смогу на фортовой кухне, он договорится, и отпустил меня.

Дни делились четко: два дня нешуточных тренировок — два дня отдыха от них. В «свободные» дни половина воинов караулила вход в кристальную пещеру, где мы же сами и добывали кристаллы по несколько часов. Другие в это время несли дозор у крепости и осматривали окрестные земли.

Когда же наступала очередь тренировок — все, от юнцов до матерых воинов, выкладывались до конца. К вечеру даже самые крепкие еле волочили ноги. Но никто не роптал — все понимали: эти тяжкие уроки дают нам шанс уцелеть в грядущих боях и прикрыть спины своих товарищей.

Нас также знакомили с положением дел. Земли Анфора были поделены лесной полосой шириной не более версты на нашу и вражескую стороны. В последние годы стычки случались только, если кто-то выходил из леса не на свою сторону. И, как нам сказали, за это время — так делали только Имперцы, то есть мы.

На нашей половине запасы кристаллов были почти исчерпаны. Новые кристаллы вновь и вновь появлялись на стенах пещер, но их рост занимал годы, а нужда Империи в ценном минерале росла быстрее. И потому Император издал указ о захвате пещер на стороне кашмирцев.

Четыре месяца назад состоялось большое наступление наших военных отрядов на земли противника. Ценой многих жертв удалось захватить всего одну пещеру и удерживать подступы к ней 6 полных дней, отбивая постоянные атаки кашмирцев и поддерживая безопасный путь для вывоза кристаллов. Однако, в отличие от наших, кашмирская пещера оказалась богата на кристаллы и за короткий срок была добыта и переправлена на нашу сторону месячная норма минераллов, цена которым — жизни нескольких тясяч наших воинов.

Обрадованный таким «успехом», Император издал приказ повторить такой набег уже на другую вражескую пещеру. И вот на места погибших воинов были призваны и выпускники военных академий, что на высоких местах в списках доблести, в надежде на то, что наших умений достанет, чтобы хоть как, но биться с кашмирскими воинами.

Ни командир, ни ротмистр не говорили того вслух, но всем было понятно, что взаправду они думают об указе отправить молодых да неопытных птенцов на Анфор. Потому весь последний месяц из нас без шуток выбивали всю душу на ристалище, чтобы дать нам хотя малую надежду выжить в предстоящей кровавой битве.

В том, что она будет страшной — никто сомнений не держал, ведь мы все уже понаслушались рассказов от тех, кто смог сохранить свою жизнь в боях четыре лунных оборота назад.