Нина Горланова в Журнальном зале 2007-2011

Оказывается, этот человек ДАЧУ ПОСТРОИЛ после первой операции!

— Да вы что?! — воскликнула я. — Разве вам не сказали, что нужно беречь сустав?

— Сказали... но кто же будет все делать? Правда, мне внук помогал — десяти лет.

— Да-а, ба-альшая помощь от десятилетнего... (я не могла еще в себя прийти).

— Ну а времена-то сейчас какие — без картошки никуда! — продолжал мужчина на костылях. — У себя картошку выкопал — к теще спешу. И вот сустав треснул. Сейчас мне сделали вторую операцию.

Он — видимо — дал себе слово всех предупреждать-предостерегать, чтоб на его ошибке все учились! То есть в первый раз вел себя самоотверженно — дачу строил. Нынче снова — сквозь мою спину — прорывается к поступку (рассказать поучительную свою историю). И говорю:

— Я все поняла! Спасибо, что вы рассказали эту историю! Своему мужу я ни за что не позволю строить дачу.

Вот говорят, что российские мужики плохи! В лагеря к женам они якобы не ездили, затем спились все... Да ничего подобного! Вон какие есть! Вдруг я почувствовала, что не пропадет наша страна! Честно! И говорю я этому незнакомцу на костылях: — Вы знаете: я писательница! И все-то меня упрекают, что мужчины в моих рассказах не слишком хорошие. Но вот теперь я опишу вас, прямо из жизни — на костылях — пусть все увидят, что есть мужчины в России!

И тут он та-ак улыбнулся!!! Когда я пыталась эту улыбку описать своей подруге, она кивнула:

— Доброе слово и мужчине приятно!

Язвы эпиграмм

Проверяю уже билеты в Москву, а тут позвонила подруга: мол, юбилей у С. И я стала срочно отправлять электронное письмо, а Слава ругал в это время меня за то, что я еду, когда такое давление!

— Никогда еще ты так плохо не уезжала!

А я ему про то, что надо радости приносить (поздравлять).

И Слава разразился двустишьем:

“Всем радости я много в письмах приношу,

особенно когда над бездною вишу...”

Сила прессы

В вагоне фирменного поезда “Кама” лежит журнал. Я прочла интервью Хакамады. Вторая соседка разгадала кроссворд. Третья вырвала схему московского метро. А четвертая не растерялась и почистила ногти уголком обложки.

У Иверской

Привезла в Москву картины. Меня встретила редакционная машина.

— Если вам нужно куда-то, то мне велели отвезти, — сказал шофер.

— К Иверской бы мне! Когда муж был очень тяжелый после операции, я дала обет: отнести тысячу рублей.

Приехали к часовне. Я отдала деньги и, целуя изображение раны, стала просить:

— Иверская икона Божьей Матери, дай мне силы больше не давать обетов! Очень мала у меня пенсия!

Ну, и тут мне врезали за то, что торгуюсь! Выхожу: всюду заграждения, меня не пропускают к машине! Говорят, что шоферу сказали ехать на Никольскую. На Никольской его не нахожу, а денег на метро у меня нет! Я ведь должна получить гонорар...

Стою, слезы капают прямо на Красную площадь. А что делать? И вернулась я в часовню — извинилась и попросила на метро.

Приехала в редакцию, получила гонорар. И еще мой ангел Т. М. вручила мне лекарства для нас (заранее по электронке спросила, что нужно)! Какие люди вокруг!!! Н. С. подарил свою книгу, о которой я мечтала.

После этого машина повезла меня к Л. И слышу: кто-то зовет меня. Посмотрела в окно: из соседней иномарки машет мужчина: моя юбка широкая полощется на полдороги! Бог спас как-то! Спасибо тому мужчине!

Рассказываю Л., как я плакала утром на Красной площади.

— И твои слезы смешались со слезами стрельцов... — иронично сказала она.

И стало мне стыдно. Все живы, и нечего жаловаться...

Соавторство

Слава без меня закончил нашу сказку. Я ему говорю:

— Слушай, куда что девается? В жизни ты такой искрометный. Ты всего себя бросай в текст.

— Я бросаю, бросаю, а без тебя все, как на резинке, обратно возвращается, не прилипает к тексту.

Ну, если честно, так у меня-то тоже без мужа хуже получается.

Благодарность интернету

Мои читатели — учителя, преподаватели вузов — сейчас не могут покупать книги-журналы. Но появился интернет, и мне снова пишут — уже по электроночке.

Спор о Гайдаре

— Никогда не прощу Егору Тимуровичу, что он призвал стариков и детей к мэрии в 93-м году — моя мама, конечно, пошла...

— А я там был и считаю: эти лица и остановили кровь! Офицеры увидели, что есть они — человеческие лица, а не только озверевшие толпы красно-коричневых...

Прочла в собрании сочинений Аверинцева о Сартре

“Другие — это ад”. Так правду ада

ад исповедал...”

Все-таки мне больше нравится у Наташи Горбаневской:

“Другие — это ад,

Сказал известный гад”.

Разное

Говорю Лине: мол, данные счетчика соседа по кухне я записываю на “Докторе Живаго” — иначе теряю. Она подумала и ответила так: “Он к деталям нормально относился”...

В поезде. Мужчина лет шестидесяти: “Раньше родители нам говорили: ладно, мы в войну настрадались, хоть вы поживете. А теперь мы детям что говорим: ладно, мы как-то жили, а вы-то как жить будете? Образование платное, здравоохранение платное, зарплаты-пенсии крошечные”.

Звонит Р. и говорит: “Вас беспокоят из ФСБ”! Все-таки такого юмора не могло быть при советской власти.

Болею, как никогда не болела. Почки — пью подряд четвертые антибиотики... А не так давно в соседнем букмагазине я дешево купила том писем Цветаевой. Она пишет про Пастернака: думала — умирать буду, его позову. А я кого позову? Спросила у Наденьки: придет ли К.на мои похороны, а она отвечает: он просто не узнает даже.

Сон: я с Сережей Костырко обсуждаю приглашение в Москву (кто же меня пригласил, наяву не знаю).

Валечка Полухина прислала вторую антологию, то есть ту же, но переизданную, там мои хокку на английском. Спасибо, дорогая моя Валечка, очень родная!

Сегодня Н. П. звонила и снова говорила, что стране нужен тоталитаризм... демократия, мол, только для такой маленькой страны, как Афины... Ну а США? — спросила я. “Ну, это совсем другое”. А что другое-то... те же люди, но не хотят тоталитаризма, как наши бывшие интеллигенты. Ох...

Слава с утра стал печь оладьи, а у меня от анбитиотиков печень и так сдала. Я говорю:

— Не буду есть жареное! И так печень криком кричит...

Он ответил:

— Печень криком кричит, надрывается,

а оладья молчит, ухмыляется...

Когда я узнала, что в “Фиесте” Хэм выдумал, что у главного героя не было мужского достоинства, была сильно разочарована. Слава говорит: “Какая ты жестокая! Неужели было бы лучше, если бы у него в самом деле не было пениса”.

В двухтомнике Седаковой прочла описание отпевания Вени Ерофеева. Я всегда, когда читаю про чье-то отпевание, думаю: хорошо бы меня отпели. Но потом представлю, сколько стоит машина, и мне сразу стыдно, где же девочки возьмут столько денег, и я говорю им: дома пусть батюшка почитает что нужно, это дешевле...

Каждый день с утра отключают тепло, и нервы горят, работать спокойно нельзя... Господи, помоги нам!!!

Сняла со сберкнижки последние 60 рублей, но не удержалась и купила за 10 рублей “Независимую” с нашей сказкой “Параллюли”. Еще месяц назад она стоила 8 руб.

...вот погладила юбку, собралась, остались какие-то минуты до отъезда на выступление — пишу. Выступать у студентов — это терять рабочий день, не напишешь ничего, уже нельзя сосредоточиться. Поэтому я так не люблю никуда выходить. Но деньги нужны, поэтому и иду.

Вчера получили письмо, что нужна срочно кровь ребенку — третья отрицательная. Всех подняли на ноги, нашли, но... оказалось, что это розыгрыш подростков из интернета... Как-то это все не очень хорошо с их стороны. Но — может — мы побыли сутки людьми, посочувствовали и хотели помочь... так что кто выиграл-то — мы же... Мне часто кажется, что от всего столько выигрыша! То сюжет, то настроение, то картина. То друг новый. То стихи.

Свитер Славы просвечивает, а я говорю: “Надевай на черную футболку, и не будет видно” (не сдаемся).

Вечером читала Лиснянскую в Знамени-1, как ее 3 суток держали чекисты в ванне с ледяной водой. Вот у меня всю ночь и болела голова.

Как я выступала университете. Мне выступать нельзя — всегда говорю много лишнего. В конце одна студентка спросила: как же вы такая оптимистка, если сами говорите, что полностью разочарованы во власти и возмущены цинизмом ее. Я ответила словами Люси Грузберг про концепт. Если концепт “слово” содержит противоположные смыслы (то слово лечит, то калечит, то вечно, то быстротечно), то концепт слова “жизнь” таков, что прекрасность всегда сильнее трагичности...

Я подарила студентам 20 картин. Если один (одна) не выбросит, то уже хороший результат (плюс триста рублей, которые мне дали за выступление).

Их интересовала “Любовь в резиновых перчатках”, так ли все было и пр. Я прототипов не выдаю ни за что.

Спросили: отделяет ли писатель творческое время от времени жизни (конечно, не отделяет); является ли юность лучшим временем в жизни (там были свои недостатки, в основном недостаток мудрости); когда лучше жилось писателю: в советское время или сейчас (раньше печатали редко, но платили хорошо, а теперь печатают чаще, но платят символически, хотя я за нынешнее время — лучше печататься больше, чем меньше, а деньги — дело не первое).

...Славу попросили перевести с иврита документы и заплатили 150 рублей. Он их мне вручил и попросил купить подсолнечное масло.

— А на остальные что?

— А на остальные что хочешь, ни в чем себе не отказывай!

Я ехала в автобусе и видела огромные рекламные плакаты: скромность умерла — искушение мехом (вкусом и т.д.). Я в ответ думала: нет, слухи о смерти скромности сильно преувеличены.

Приходила в гости Ф. Яркая речь.

— У него такое лицо, что кажется: вся комната до потолка в матюках...

Андрон Кончаловский слезу пустил на экране, подпер рукой лицо и говорит: жалко беспризорных детей. А у самого две толстых золотых печатки на пальцах.

Слава хлебнул вина и сказал: О! ТВ сразу поумнело.

Слава давно хочет кошку, но денег нет ее прокормить. Вчера он вызвал на экран помощника в виде кошки, и она ходит прямо по тексту записей. Мне это мешает, но попробую его уговорить убрать ее...

Вчера я к вечеру совсем расклеилась (спина), сосед еще напился и носился, стучал к нам ночью, кричал свое “Падлы, падлы!”.

Агния устраивается на работу. Начальник отдела кадров: “Как это так: мама писательница, папа преподает иврит, у вас много детей и у тебя такое имя?!”

Фамилии: Карабенюк, Пухонто.

Видела во сне, что с потолка льет, как у нас 20 лет лило. Проснулась от страха. Это гудел холодильник, наверное, от пустоты.

Висят всюду в Перми листовки, где призывают к борьбе против нелегальных иммигрантов. Называют их зверями, разжигают страсти! Эти листовки — на дорогой бумаге, скорей всего, их печатают не сами скинхеды, а кто-то, кто стоит за ними...

Была Асечка, принесла мед. Немножко помогает.

Говорят, что Д. ходил к замгубернатора, тот стоял к нему спиной и не соизволил повернуться: я вас не приглашал. Издательство лежит на боку, у нашего союза нет ни комнаты, ни счета — ничего...

Вчера были внуки. Ванечке скоро три, он спросил:

— Вы плакали без нас?

— Плакали, очень скучали.

— Успокоились?

Позвонил Андрюша Пермяков, сказал, что занесет лекарства мне и какую-то особенную водку Славе. Я отдариться-то могу — картинами. А вот закусывать нечем — капуста одна, и та с привкусом газировки! Но лекарства так нужны, что говорю: приходите. И он рассказал историю про Б., у которого в каждом глазу — озерко мерзлого метана. Я напишу рассказ. Спасибо, дорогой друг! Очень дорогой! Жизнь такая щедрая!!

...прервалась — сходила на почту, в сберкассу и б-ку. На почте получала Миллер от Танечки, так меня обхамили, что я написала жалобу. Уже много-много лет не писала. Но довели. В сберкассе тоже обхамили, но я не написала... сначала я думала, что все озлоблены, т.к. в стране ужас, люди брошены, и вот — дошло до кипения... жить не хочется, когда хамят (честно)... Но нужно смиряться. Нина, смиряйся!

Сегодня выходила на рынок, грязь непролазная, само сочинилось хокку:

Такая грязь на улице,

что завидую ангелам.

Может, для того и грязь?

Слава говорит, что в четвертом измерении человек выглядит как ветвь (см в Евангелии: лоза).

Ура! Вчера я вымыла пол! Выздоравливаю, значит. И звоню маме — гордо сообщаю ей об этом. А мама отвечает, что побелила кухню! Мне под 60, я вымыла пол, ей под 80, но она впереди — и далеко!

Сегодня закончили новую сказку. Но мне так и не нравится последняя фраза. Слава предлагал неприличный конец, но — конечно — в порядке шутки (“тут и сказке конец, а кто не слушал, тому — п...ец”)...

По “Эху” слышала, что большие страны должны себя принижать, тогда они, как море, будут долго оставаться большими (все реки текут вниз). Мол, Россия себя возвышает, вот все вокруг и отвернулись...

Наверное, и большие писатели должны себя принижать, тогда все реки потекут и вольются...

Видела сон: я покупаю таблетки от головной боли в аптеке, дают что-то похожее на аевит, но написано “Солнцев”, и я во сне знаю, что это хорошо помогает... (А я перед сном думала: Рома Солнцев выпустит номер с нашими рассказами.)

А у нас сосед вчера напился-носился, плюс Агния пришла больная с работы и начала пить антибиотики... я пала духом. Ведь хотела искать договор в изд-вах столицы на книгу р-ов о любви (все вышли в журналах, обычно я потом их в книгу собирала), и вдруг думаю — для чего мне искать изд-во?

Как это вчера была цветущая душа у меня — полная сюжетов и желания писать, а сегодня — словно все там пусто...

Измерила температуру — 36 и 9. Видимо, я все-таки болею, поэтому так слаба и в упадке.

А сосед наш снова напился, привел собутыльника, нас унижал, лез в драку, я рыдала, Слава рвался дать сдачи, но сустав! Я умоляла не лезть... у меня температура, у Агнии тоже, в общем, не очень все...

17 апреля 2006 г. Чистый понедельник. Помолились, Слава прочел Евангелие. Господи, дай особо смиряться в эту неделю.

Добро — это особый ум, зло — это особый вид глупости.

Видели вчера передачу про Юза Алешковского. Кажется, что его душа — добрый лес без конца и края. Впервые в жизни Славе захотелось написать письмо — Юзу, но останавливает то, что ответ будет такой: молодой человек, не гоните х...ню.

Агния, несмотря на температуру, попросила Славу поучить ее ивриту. Теперь у нее другие планы: выучить языки, накопить денег и съездить к Благодатному огню.

А меня все зовут в гости (Катя, Люся), прогуляться (Таня, другая Люся). А я только всем про свою температуру. Люся: “Ты ведь дождешься, не будут тебя звать”. И я задумалась. Решила все-таки откликаться на предложения через силу, но не говорить, что через силу.

Слава склеил Агнии сапоги.

Видела по ТВ в ток-шоу: женщина-писательница пишет романы про убийства. Ее избили. Оказывается, ее муж заказал. Она с изумлением г-т: “Он это вычитал в моем романе, сам он такой глупый, что не мог бы придумать”. Нисколько не чувствует, что виновата. А ведь слово влияет.

Человеку мало делать что-то хорошо, ему надо делать что-то бездарно (хороший режиссер пишет плохие картины и т.д.).

Телефонный аппарат сломался. Пакеты полиэтиленовые стираю. Пастернака хотела поменять на детскую книгу внукам, но в Кругозоре новый хозяин... Такая нищета, что хоть волком вой. Слава:

— Дай мне передохнуть от проблем, не говори о них.

— Другой бы муж сказал: я тебе помогу решить хотя бы одну проблему, а ты...

И тут вдруг я увидела на лице Славы такое трагическое выражение! Обычно у него или веселое лицо, или такое — словно он вспоминает спряжение неправильных ивритских глаголов. Но вот так — по-человечески страдающее — в первый раз! И я пошла на кухню и написала его чудесный потрет — с таким лицом (на обратной стороне Дашиного “Папа — король фантастики”).

И хотя на улице снегодождь, я пошла в б-ку, настроение было хорошее настолько, видимо, от удачного портрета, что со мной заговорил мужчина у овощной палатки, хотя давно уж никто не проявлял особого внимания, а тут вдруг... Он поворачивал грушу фигуристую, напоминающую женскую попу:

— Эта вам нравится? (брал другую) Может, эта?

Очень эротично, я бы могла послушать его и в рассказ все, но... мне нужно было купить уцененных огурцов, и я ему грубо ответила, чтоб ушел... зато купила огурцов.

Лиснянская пишет, что спаслась от чекистов тем, что симулировала припадок (вспомнила князя Мышкина). А почему они боятся сумасшедших? Потому что те могут и глаза выцарапать. Но мы со Славой обсудили и поняли, что у нас не хватит нервов имитировать, будем так уж терпеть, молиться...

18 апреля. Сегодня молюсь и уповаю — Чистый Вторник. Вчера видела передачу про апостола Павла. Я и ранее про него видела разные передачи, но почему-то не знала, что — когда голову ему отрубили — она три раза ударилась о землю, и там забили источники.

Апостолы Петр и Павел потрясают меня своей судьбой и величиной — это для меня настолько дорогие святые, что я от одних имен их светлею вся внутри и снаружи! Господи, какие у Тебя были апостолы!!! Спасибо и за них тоже Тебе!!!

...меня осложнение после гриппа, снова пью антибиотики со вчерашнего

дня, еще и Агния-то опять заболела — пьет тоже очередные антибиотики и ходит на работу. Но идет Страстная неделя, и я молюсь, уповаю.

Нет денег поехать в четверг и причаститься. Но — может — бесплатно сходим в часовню рядом, там утром в четверг нет службы, но вечером постоим. И хотя Матушка всегда говорила мне, что в Великий Четверг Сам Христос причащает... нет денег.

Вчера я горячо молилась, чтоб Господь дал денег нам на дорогу в храм! И сегодня утром Ира Машинская вдруг написала, что вышлет (из Америки), но когда придут, еще не знаю. Все равно чудо, что она вдруг решила выслать.

И так цветет моя герань (мамина): в три этажа! Из цветка вдруг поднялся еще один этаж! А из него еще. Никогда такого не было. Всегда на Пасху мои цветы показывают нам чудеса. И это ТАК радует!!

Видела Н.Н. Вчера по ТВ. Он сказал, что соцопросы показывают: народ не хочет демократии. Почему-то никто не говорит: почему. То есть говорят надуманные глупости какие-то, даже не знаю, где их берут! Н.Н. вот сказал: кто не видел чужих ботинок, так наши — во какие хорошие! А дело совсем не в этом, а в том, что верхи воруют, пенсии такие, что прожить на них нельзя (да и зарплаты). Если в советское время могло повезти и умрешь не в лагере, то нынче с пенсией никак не повезет и надо мучиться без лекарств... Если бы нам нынче ангел мой Т.М. не присылала лекарства, мы бы уже умерли. Да-да, я не шучу.

А в МН написано, что на спектакле “Крутой маршрут” кто-то из зала крикнул:

— Простите нас!

Значит, нужна нашим людям свобода. Но не такая, которую власти исказили...

Написала я 3 картины. Одна хорошая...

Господи, дай мне передохнуть от стрессов! Прошу Тебя! То сосед, то болезнь, и пенсий ни на что не хватает, а сил нет совсем... так хотела в чистоте и свете прожить эту неделю Страстную, так хотела смиряться, но полдня лью слезы, и конца не предвидится... Боже мой! Боже Ты мой!!! Помоги мне! Я измучена.

19 апреля: Слава сегодня говорит: заплати мне отступные, и я уйду. А я где их возьму — у меня ни копейки нет. К тому же эту квартиру давал мне университет. А теперь вот подай мужу отступные... просто слов нет. Но я поплакала и выпила вина (мама вчера прислала). И стало легче. Буду жить одним днем-часом. Вот к 4 часам приедет Даша с продуктами (Миша разрешил ей из его сверхурочных потратить на нас 500 р). И с внуком! Потом я посмотрю на внука. На днях день рождения другого внука — Саши, я надеюсь его увидать.

Соня говорит: папа склеил столько обуви, почему ты этого не ценишь?

21 апр. 06 г. Страстная Пятница. Господи, дай провести этот день провести в смирении, молитве и хоть бы одно доброе дело сделать.

Вчера зять отремонтировал телефонный аппарат. Но главное — Даша сделала ценное замечание по “Роману воспитания”. Прочитав в очередной раз, она заметила, что хорошие — одна семья Ивановых, а остальные не очень. Я ночью думала и все-таки вспомнила, что Бася Абрамовна — почти идеальный герой, сам Лев Израилевич, Тата, Вера Любимовна... В общем, наберется. Но все равно нужно еще больше искать и находить хороших!

Вчера, в Великий Четверг, “Культура” показала “Культурную революцию”, посвященную сексуальной революции. Не могли выбрать другое время! Равнодушие ТВ к жизни нации просто оскорбляет.

Петр Вайль объявляет вчера (“Гений места”): Токио и Кобо Абэ, Париж и Александр Дюма... Слава: весь мир и Петр Вайль...

— Днем я бодрствую физически, а ночью — метафизически (Слава Сереже — по телефону).

Вчера НГ напечатала нашу сказку “Фиолетовая таблетка”.

Вчера Оля (Кондратий) прислала две посылки. Хорошие такие вещи, почти новые!

Когда камень шел, я представляла ночью, что три целебных источника апостола Павла бьет мне в спину и исцеляют, и это мне помогло все вынести.

22 апреля. Великая Суббота.

Я упорно планирую окончательно стать веселей и здоровей, внушаю себе это, но все равно слабость, встать не могу. Слава вчера сказал, что будут пролежни. Грубо, но — наверно — верное предупреждение... заканчивается Страстная Неделя, я так и не была в храме. Нет сил. Сегодня встала — глаза давит, а вечером день рождения внука Саши (Миша обещал, что увезет и привезет)... лучше до этого времени отлежаться.

Но жива. Я еще вчера придумала сюжет новой сказки. Я письма пишу.

Где-то внутри я еще жива.

Где-то очень внутри, конечно.

Видела позавчера потрясающий фильм о Менухине. Какое лицо! Какие руки! Иногда они — как ангелы — летали над скрипкой.

Славе говорю: нет сил в храм сходить.

— Бог всех любит, — отвечает он.

Я сразу заплакала. Словно я какой разбойник, но Бог все равно любит всех... а я просто болею, я не разбойник...

23 апреля. Христос Воскресе!!!!!!!!!!!!

Сосед сильно пьян второй день, но Пасха на него — видимо — действует! Вскрикивает сильно, но редко!!!

Вчера мы были на дне рождения внука Саши. Рука у Саши уже без гипса! Слава прочел стихи как раз на эту тему: Ах, какая грусть — рука у Саши хрусть... (а в конце: поздравляем, вскрикивая то и дело: чтоб больше ничего не хрустело!)

Именинник сам приготовил конкурсы: каждый тянул загадку — за отгадку свеча в виде пасхального яйца. “Весь из золота отлит — на соломинке стоит”.

— Олиграх! — сказал Антон (оказалось — колос).

— За то, чтоб загадки жизни мы разгадывали так же легко и успешно (Слава).

Сонечка принесла из своей группы рисунки детей своих (у нее шестилетки) — на тему “Моя воспитательница”. Она комментировала каждый рисунок:

— Здесь я выше домов...

Ну, дети же снизу смотрят.

— Здесь я в короне. А здесь — вылитый Хармс, рот набок. Видимо, на этого Диму я часто делаю так (изображает рот набок)... А вот Б. не умеет рисовать, но очень постарался.

— Это новый Хичкок растет! (Антон)

— Заметьте: я всюду в одежде с сердечками, хотя у меня вообще нет ничего с сердечками.

Подвыпившая Д. рассказала: после того, как муж дома не ночевал, всегда била его сковородкой по голове, вся сковородка в кочках после этого, а муж потом выпрямлял эти кочки, чтоб тут же яичницу поджарить...

— И все равно он вернулся ко мне теперь.

— Твоя сковородка оказалась всех мягче — у других чугунные были...

— А я сейчас как раз чугунную купила сковородку (Д).

— Ну, вот муж и перестал...

— Я для картошки — вкуснее жареная картошка (Д).

— И от гулянья хорошо.

— Чугунная сковородка — основа крепкой семьи (Антон?).

26 апр. 06 г. Господи, благослови! Помолились за всех, Слава прочел 2 главы Евангелия.

Славе приснилось, что он живет в Израиле. И якобы видит: арабы сидят в озере в жаркий день и кайфуют, а женам сказали, что пошли работу искать (с кем тут себя идентифицирует Славино подсознание?).

А я видела во сне, что иду по улице, кругом газоны, яркие цветы, и думаю: лет через десять вся Россия будет такая красивая. И тут же кто-то мне оставляет собаку на время, я с ней иду, она ласковая, в колени тычется, рыжая (в жизни я собак боюсь).

Пасхальный вечер с Андрейчиковыми и Шмидтами прошел волшебно.

У нас был сабельник на самогоне в большом количестве, гости принесли колбасу, пирог с налимом, тушеные мидии и маринованные лисички, похожие на мясо. Слава и Сережа, огромные мужики, все-таки к концу захмелели, а сухопарый немец Игорь Шмидт так и оставался на вид трезвым, только все загадочнее улыбался. Видимо, молдавские и эстонские генки в хромосомках уступают немецким...

На другой день Сережа звонил и говорил: голова тяжелая. А Слава отвечал, что у него посталкогольное изнурение. В общем, без разговора о похмелье ритуал как бы не завершен. Я же ничего не посмела выпить.

Я отдарилась 2 картинами.

— Они не знают, как жить без циничного юмора Лема, с которым так легко дышалось! С каких пор цинизм как кислородная подушка?

— Скорая циническая помощь. Представляете? Приехали, все сломали... уехали...

Какой пирог! А у нас духовка перегорела, и Нина обрадовалась, что ничего не нужно печь. (А Слава хорошо меня знает.)

— Вы знаете, что уже открылся в Перми ресторан “Живаго”! Были мы там на поэтическом вечере Ракова. Кормят плохо, а “понтов”-то — горки альпийские эти!

— Но роман тоже плохой. А уж понтов-то в нем (я).

— Бутылка в виде Пастернака? Наливают из затылка (фантазии Славы о ресторане “Живаго”).

Правда, стихи у Ракова прекрасные оказались.

— Так и в романе стихи сверхпрекрасные!

Растворитель негатива — это водка.

— Устрицы, мидии — их ели только бедные.

В конце концов богатые все у бедных отберут. А начали так незаметно — с устриц.

— Когда я нечаянно заглянул в “Дом-2”, поймал себя на страшной мысли: ворваться и разогнать их электрошокером (Слава).

— Ты еще гуманист (Сережа).

Вчера звонила Аня из “Октября”, уточняла адрес. Пришлют гонорар. Я постеснялась спросить, сколько рублей. Уже скоро шестьдесят, а советское воспитание не отпускает.

Была по НТВ Школа злословия с Боровым, и он сказал, что демократия уже победила. Что в КГБ ранее был отдел “терроризм”, а сейчас “Борьба с террором”... так что скоро, мол, это будет не слова, а и на деле.

“Континент” вчера опубликовал 4 наших рассказа! Спасибо!

Вчера я звонила Лине, говорили про Лиснянскую: как ей казалось, что она выдала в чека... советская власть вбила в нас чувство вины. Лина ответила: это еще раньше началось, об этом есть у Салтыкова-Щедрина:

— Идет Иванушка-дурачок — будто бы ни в чем и не виноват...

Кибиров (Кара-барас) очень нам понравился в Новом мире-4! Особенно: рано утром на рассвете умиляются мышата! Мы тосты из Кибирова произносим: за то, чтоб умиляться рано утром на рассвете!

29 апр. Господи, благослови! Помолилась, Слава прочел вслух главу Евангелия.

Получили Континент с нашими рассказами, гонорар, 2 посылки от Т. М., и вчера еще Наби подарили корзину для белья! Господи, благодарим ТЕБЯ из двух наших сердец (трех — Агнии тоже, нет — из 5 — Даша и Соня тоже взяли вещи для малышей из посылки, говорят, что потрясающие)!!!!!!!!!!!!!!!!

Слава закончил гимнастику, сейчас будет читать Евангелие. Я напишу вечером, как мы посидели вчера с милыми Наби и Олей (они нагрянули внезапно и прекрасно).

Прочла в “Звезде”, что Керенский хотел войны до победы, потому что все сравнивал с Французской революцией. Там армия воодушевленно и победно прошла всю Европу, он думал, что и русская армия так же, хотя у нас не было даже танков.

То, что мы в своих клювиках в свои головы наносили по частям, хорошо бы в один учебник истории втиснуть.

— Если бы на месте Керенского был более волевой политик, то революционная магма вырвалась бы из-под земли в другом месте, допустим, в Америке, и принесла бы вообще бы неисчислимые беды. Потому что у них эта революция была бы технично высочайше оснащена. (Слава)

Меня спросили, с кем бы я выпил из философов? С Чаадаевым (Наби).

Я ответила: с Шестовым, а Слава бы — с Сократом.

Когда я рассказывала, как упала в обморок в очереди за маслом в СССР, поэтому для меня новое время лучше, Наби спросил:

— А за чем бы ты постояла сейчас в очереди?

— За дружбой (я).

— За оживлением души (Слава).

Начала рассказ “Эффект жука”.

2 мая. Господи, помоги мне! Вчера опять я начала пить антибиотики (суммамед). Почки совсем сдают... Спаси меня, Господи!!!!!!!!!!!

Слава еще лег в больницу, а я одна не могу — в депрессию так и сносит, но пью в большом кол-ве фламин и держусь.

3 мая. Сегодня чувствовала себя лучше, работала, затем меня навестила Люда Чудинова, и настроение было хорошее, но тут позвонил Л. и к слову сказал, чтоб я

не писала нового, а набила на компьютер старые р-зы, потому что “они

лучше”... Я ужасно расстроилась! Озноб начался. Но потом приехал Слава (его отпустили ночевать).

— Пушкину тоже говорили, что он исписался, — сказал Слава.

Я долго смеялась, но все же стало мне немного легче.

Но вспомнила, что Л. подарил сюжет рассказа “Дама, мэр и другие”. Спасибо!

Вдруг вот что поняла: да я же думала, что умираю! Совсем почки сдали! А тут сильно расстроилась, что Ленька сказал: не пиши. Значит, в подсознании я не считаю, что умираю!!! То есть я таким образом поняла, что буду жить, хочу жить!!!!!!!!!!!!!!! Ура!!

(сокращено 28 мая 2006г.)

Молитва моего внука (5 лет):

— Господи Боже мой! Мама так устает на работе — у нее нет сил с нами играть! Дай ей силы! Господи Боже мой! Папа так устает на работе — у него нет сил играть с нами! Дай ему силы! (и мама, и папа его на трех работах).

Только успела я записать это, как на голову пролилась еще одна история.

Пришла позировать мне дочь подруги. Она закончила филфак пединститута. Но учителям платят гроши, и работать она пошла в магазин. Зарплата в два раза выше в магазине, но... Капитализм у нас с нечеловеческим лицом. То есть работать нужно с 9 до 9, и всюду видеокамеры (стой и улыбайся, улыбайся). Девушка хрупкая, руки в кольцах серебряных — “цветаевских”. И к шести вечера она падает с ног, поэтому идет в туалет, закрывает крышку унитаза, садится на корточки, кладет локоть на крышку. Ну и рукой в “цветаевских” кольцах подпирает щеку. Спит целых 5 минут. И так каждый день!

Цветаевой, к счастью, в СССР не пришлось по двенадцать часов улыбаться и спать возле унитаза. Но чекисты арестовали сначала дочь, затем мужа, и в конце концов Марина Ивановна повесилась. Так что 5 минут возле унитаза — вполне цветочки, и между социализмом и капитализмом выбираем последний...

Хороши бы мы были

Был недавно вечер нашего союза (СРП).

Все жаловались: как плохо писателям живется (книги за своей счет, власти не поддерживают).

Я говорю:

— А хороши бы мы были, если б жили хорошо, когда народу трудно? Может, лучше так — вместе с народом? А то утром мы с мужем ходили в соцзащиту — писали заявление на лекарство для суставов (“Дона”). И нам отказали, и навидались мы там! Как бедно одеты пенсионеры и инвалиды! Эти плащи, купленные 30 лет тому назад, очки с помутневшими стеклами...

После меня поэт Ю. сказал:

— Нина всегда вот так — любит пасти народы... В советское время мы с Кальпиди зашли к ней за бидоном — пиво купить хотели. А она спросила, сколько мне лет. Мне было двадцать семь. “Лермонтов уже в могиле, а вы все по пиву ударяете”, — сказала Нина.

Ничего не пасти народы, думаю я. С писателя, с поэта просто спрос больше...

О пользе книг

Агния за завтраком говорит:

— Таня, которой я давно подарила твою книгу, мне сказала вчера: “Вот я как начала в книгу эту класть то 10 рублей, то 50, и жизнь стала налаживаться”...

— Нина, пиши книги — они так помогают людям! (Слава)

О пользе чисел

Мандельштам в письме слово “умоляю” подчеркнул 8 раз (просил сократить его текст).

Я жить не могу без стихов Мандельштама, КАЖДЫЙ день раскрываю его том, но ужаснулась этим 8 подчеркиваниям. Каким трудным человеком был Осип Эмильевич!

Ох, стоп, стоп, Нина! Ты сколько раз подчеркиваешь слова в молитве, что пишешь перед выходом из дома? По три раза три слова! Значит — 9 подчеркиваний КАЖДЫЙ день! И это — молитва Господу! Он что — без подчеркиваний не видит, о чем ты его просишь? Не даст по-Божески сходить на рынок, на почту и в сберкассу? Так кто труднее— ты или Мандельштам?

Господи, прости меня!

Головоломка

Купила для внуков книгу головоломок и загадок. Открыла, читаю вслух: 188 разделить на две части так, чтобы в каждой получилось сто. И говорю: никогда мне не решить это. Слава сразу:

— Проведи черту посредине, и получится вверху сто и внизу сто.

А когда я вышла замуж и мы приехали в гости, моя мама загадала нам головоломку. Я отгадала, а Слава нет. Прошла целая жизнь, и вот — все наоборот.

Читательница из Еката (Ебурга) написала, что хочет приехать в гости. А я ей отвечаю: лучше не нужно — не дай Бог, поссоримся. Она обиделась: еще никто с нею не поссорился за всю жизнь. Но я имела в виду, что из-за меня! Я же утром все равно сяду за комп, а она подумает: я плохо гостей принимаю.

Позвонила Марина Абашева. Ее аспирантка принесла главу по черновикам моим.

— Так ты по десять раз переписываешь! А мы думали, что все из жизни.

Вчера ездила на вечер Б. Он прислал машину. Шофер для начала спросил по мобильнику: “Это ваш дом — облезлый такой?”

Наш, конечно. Я подарила ему картину: букет на черном фоне...

Убило меня то, что все из моего поколения выглядят такими стариками! Особенно мужчины! Головы лысые, маленькие, горбики у всех почти! И это — победительные красавцы университета!! Значит, мы такие уже...

Был тот эстетский друг Б. (забыла фамилию), который всегда с галстуком-бабочкой, а нынче у него такие мешки под глазами, как на иконах, что я даже забыла посмотреть, в бабочке ли он... Я подарила ему самую свою прекрасную картину! Так всех жалко!

Я подарила Б. картину “Древо жизни”, так как он — живя в Москве — не зазнался, а помогает (нужны ли мне электронные адреса театров, нужна ли работа сыну подруги).

Со мной разговорился историк, фамилию которого я тоже не могу вспомнить. Но помню его процветающим: агентство модельное и пр. А после дефолта в 98-м разорился, пьет, работает сторожем. Но поцеловал ручку... Картину мою (букет сирени) бережно унес. Думаю: пропьет...

Е. (прототип из “Учителя иврита”) ездил в Питер к сыну, приехал с фонарем под глазом и на вопрос “как Питер” ответил: “Там настойка боярышника на 2 рубля дешевле!” (ее пьют). В Питере все по-прежнему: аптека, улица, фонарь...

Сосед с утра на кухне: здравствуй, Нина. Значит, попросит денег. Точно, попросил 5 рублей. Мол, к матери уедет. Но ехать — 6 рублей, а пакетик (пьют химию) — 5... Но дала, каждый раз глупая надежда — вдруг да уедет на день куда... но потом буду корить себя за то, что не даст нам спать — на наши же деньги... вот так глупо устроен человек (я).

И точно: напился, забегал, поставил чайник, заснул, чайник сгорел, ладно — мы дома, а если бы ушли... Когда же жизнь меня научит?!

Ирочка Машинская: эти стихи написаны честно, т.е. сами написались. Я так же: они честно не пишутся, я и не пытаюсь через силу.

Лаурочка, Аверкий — имена.

Надпись на стене: “Смерть прекрасна!” Но молодой ясень такими полукустами разросся, что закрыл эти буквы.

Всюду на стенах граффити: TWIM. А в одном месте по-английски расшифровка, что в переводе означает “Мир безумен”. Видно, пишут какие-то сектанты. Мир, в общем-то, разумен.

Вчера видели концерт, посвященный Окуджаве, но оператор мало показывал слушателей. А я смотрела-то ради лиц, любящих Окуджаву. Но когда показывал, то какие это светлые и умные лица! И руки у них такие интеллигентные, и жесты!

Хотела защемить дверь на газету, а в МН на обложке — Солженицын. И я взяла другой номер (не для защемления двери он!!!!!!!!!).

Пушкин сформировался, когда в России был подъем (разбили французов). А мы — во время оттепели (выпустили политзэков)... Поэтому у Пушкина сплин, хандра, у меня депрессии, но все равно побеждает оптимизм...

— Зачем этот бред: учитель — мол — нынче предоставляет образовательные услуги! Он же должен еще и личность воспитывать! А теперь что: в туалете кого-то избивают, а учителя не суются.

10 мая. Господи, благослови!! Помолилась со свечой от Гроба Господня.

Вчера написала Ахматову для Наташи Горбаневской. Не смогла остановиться и написала еще 11 Ахматовых. Слава приехал ночевать, я еще мазала, он все понял и сказал:

— А ты ляг — полежи, и это пройдет.

— Вряд ли.

— Но ты ведь не пробовала!

Китайцы что-то пели, лица такие одухотворенные, так бы каждого и расцеловал (на экране).

В Перми изобрели вакцину от рака (внутрикожно). Может, Россия все же не пропащая. Но в то же время деревья голые — без листьев (рядом с заводом моющих средств)...

Вчера шла на рынок, навстречу цыганка:

— Большие перемены ожидают — сглаз... иди сюда, я помогу. (А я не пошла, конечно).

Но вернулась домой — болит спина... И все же приняла гостей. Сначала — Сережу Копышко Ему нужно было 2 картины, я дала. Он же бесплатно фотографирует меня для всех обложек! Затем пришел Равиль с сестрой Асей. Мы посмотрели 1 серию Живаго — пока не понятно, хорошо или не очень...

— Сабельник — от “сабля”? Выпил, и голова с плеч? (Рубинштейн).

В Славиной больнице — вечер Окуджавы (сами хирурги проводят!)...

Звонил Сеня: он записал на магнитофон для меня голос Мандельштама (как он читает.) Какие у меня потрясающие друзья!!!

А я-то все сокращаю (через день) списки — за кого молиться. Мало сил, поэтому так... и надеюсь, что будут силы, снова расширю все списки.

13 мая. Я вчера ездила к Л. (на обед — по ее приглашению). И подумала, что не смогла бы писать, живя в такой красоте, как у нее! Все бы только ходила и любовалась (вот какая вазочка, вот какая статуэточка)...

— Мы складываемся на водку, чтоб на кого-то дисконтная карта получилась (и тут научились выживать, молодцы).

Продолжение следует

* * *

Журнальный зал | Урал, 2008 N2 | Нина ГОРЛАНОВА

Продолжение. Начало в № 1.

15 мая 2006 г.

Вчера были Андрейчиковы. Они принесли пиво. У нас сабельник был...

— С началом зелени! Идет-гудет зеленый шум (тост Сережи).

А все советские герои гибли в конце военных фильмов, чтоб мы чувствовали себя виноватыми: вот какие люди за нас погибли, чтоб не выступали против...

— Цивилизация съест культуру (я).

— Она быстрее съест ту культуру, которая безличностна, как в Китае. Такая культура не может противостоять цивилизации, а мы сможем противостоять (Слава).

На днях я внуку Артему изображала то акулу, то речку, и Слава так дико хохотал, в изумлении (он не знал, что я могу)... Но прожили такую трудную жизнь — когда было артистизм проявлять-то?

Слава на кухне разговаривает со шмелем: ты зачем залетел — мы съели оладьи уже (а он испек оладьи на маргарине — закончилось подсолнечное масло, а шмели всеядные)... Басовито отвечает шмель Славе (воплощение мачо): жжжалко вам, да?

Разговор с Агнией за завтраком.

— Почему я не могу находиться дома одна (более двух часов) — начинается депрессия.

— Отражение тебе нужно, а ты от Бога отражайся, ОН же всегда с тобой, — сказала Агния.

18 мая 2006 г.

Господи, благослови! Помолилась со свечой, освященной у Гроба Господня. Помоги, Господи, нам материально!!! Прошу Тебя горячо-горячо!!! Горячее некуда!!!

Видела во сне, что я украла в магазине два кольца с бриллиантами! И потом мне стыдно стало, но я не знаю, как их вернуть, чтоб меня не арестовали (отголоски сериалов, случайно промелькнувших на 10 секунд — в одном вчера я видела, как украли бриллиант, а в другом, как он и она не знают, как избавиться от чужих денег. ТВ уже все сны замусорило, но как быть, если вечером читать трудно — глаза не видят почти)...

Внуки Саша и Ванечка разыгрывали для нас сказку “Гуси-лебеди”. Ванечка был — гуси-лебеди, бегал и размахивал руками, а Саша и чтец, и на дуде игрец (то есть и речка, и печка, и яблоня). Саша в 5 лет уже хорошо усвоил сказочную лексику: “Матушка-батюшка, яблоня-голубушка”, а с другой стороны, он навставлял в сказку свои суперсовременные желания:

— Привезите мне из города чупа-чупс! — попросила сестрица.

Это напоминает мне письмо Аркадия про карфагенян, там среди исторической лексики вдруг идет “ведь Ганнибал чуть Рим не заколбасил”.

Сережа Костырко повесил мои записи в ЖЗ (еще 10 лет назад мы бы не поняли этой фразы).

Агния попросила три картины для офиса. Я сняла со стен самые лучшие — по ее указаниям. Вечером спрашиваю: “Ну как?” — “Да как-то отнеслись кисло” (думаю, ждали Шишкина или Левитана). Больше не буду давать.

На рынке слышала переделку Жванецкого: “Одно неосторожное движение — и вы отец восьми детей”.

Россия вымирает, и люди компенсируют на словах тягу к рождению.

23 мая 2006 г.

Господи, благослови! Слава прочел две главы Деяний.

Мне приснилось: мы с Дашенькой несем нашего кота Зевса к ветеринару через лог — к дому Грузбергов. Навстречу — юноша с собакой, на ходу читает книгу. Я во сне думаю: всем расскажу, что еще люди читают книги.

Кот Зевс — отголоски нашего со Славой разговора об упреке читательницы из интернета: мол, мало горевали о съеденном бомжами коте. В жизни горевали много, но читательница права — слишком вскользь об этом я написала...

В воскресенье я причастилась в часовне детской больницы. Встретила Ю. Она сказала: “Старец Стефаний сделал предсказание, что истина будет только по маленьким часовням и даже по сараям. А блистание пышных храмов сейчас непереносимо”.

Н. опять прислала два письма, чтобы мы торговали кахетинским вином... За кого меня держат? ЭКГ нет сил сделать.

По православному каналу показывают компьютерную нарезку старушки. Зачем? А вчера по “Культуре” Гусев показывал то “Бурлаков”, повернутых на 45 градусов, то “Купчиху” Кустодиева такую же. Ребята, не будет купчиха лучше от того, что вы ее по диагонали дали! Лучше ей быть уже некуда. А хуже-то ЗАЧЕМ?

24 мая 2006 г.

Господи, благослови! Помолилась, Слава прочел вслух 2 главы Деяний.

День равноапостольных Кирилла и Мефодия! Мы бы без алфавита и писателями не стали. Тост за наш алфавит мы со Славой поднимаем очень часто.

Хокку написалось:

“Кирилл и Мефодий,

Спасибо за азбуку,

Убившую скуку!”

25 мая 2006 г.

Господи, благослови! Помолилась со свечой, освященной у Гроба Господня.

Видела странный сон: электронные письма — это мультяшные звери, но и не мультяшные! Кусают меня за руки, рычат, я их боюсь. Слава мне во сне: ты смирись, пожалей их — смотри, какие они все больные! И я смотрю: у тигра пятна серые по шерсти. Слава объясняет: это авитаминоз.

Сон — отголоски моих страхов? Меня вчера бросила подруга (написала электронное письмо). За то, что я ее имя упомянула в записях. Это уже не в первый раз со мною происходит, но всегда тик начинается на лице. Я так страдала, а потом пришла Даша, и я ей говорю:

— У летчика может упасть самолет. А у писателя что — его всего лишь бросит друг-прототип...

— Ну, мама, ты же ее знаешь — не упоминай нигде! — сказала Даша.

А по ТВ зверей я видела в последние дни — в сериале по Живаго два дня волки были, но у меня во сне все пантеры, тигры и леопарды...

Или просто от болей в сердце это снилось? Встала опять с болями в сердце, выпила эгилок — от него тянет в сон сразу, а ведь утро — самое рабочее время...

Юмор — это “хумор”, а хумор — это жидкость. Поэтому НН обмочилась от смеха.

Аристотелевна — отчество (у чувашки).

Дальнее Подмосковье (Камчатка, Сахалин).

На 500 р. оштрафовали владельцев автозаправок за то, что вывесили российский триколор. Боятся всего неконтролируемого, даже если это патриотизм.

26 мая 2006 г.

Господи, благослови! Сосед напился и не дал выспаться. А я сама виновата! Он так агрессивно вчера на меня в коридоре пошел: “Дай 5 рублей на сигареты”! И я дала 5 рублей. Но 5 рублей стоит пакетик стеклоочистителя! Сосед выпил пакетик и устроил эту бессонную ночь... Точнее, мы на свои деньги устроили себе бессонную ночь! Таких идиотов мало на белом свете. Мне скоро 60 лет, а ума все нет...

Сегодня видела во сне Живаго. Он якобы жив, приехал из Канады, читает стихи. Помню немного:

“И строчки явятся сейчас:

На истину не претендуют,

Но все же сильно выше нас” (отголоски вчерашней последней серии “Доктора Живаго”).

27 мая 2006 г.

Господи, благослови! Вчера бросившая меня подруга вернулась ко мне! Ура!!!

С утра я снова прошлись по сказке. Затем Слава ушел на лфк, а я еще 2 раза прошлась.

Сейчас пойдем к внуку Артему на день рождения (отмечают сегодня). Я купила 2 машинки (камаз и шевроле, как он просил). Слава сочинил стихи:

Думали машинки:

Кто же здесь нас купит

Для Артема-мальчика?

Он никого не лупит.

Мы стоим на полке

Среди других вещей.

Вдруг нас купят волки

Для своих детей?

Но тут приходит бабушка

По имени Нина.

Говорит: беру у вас

Эти две машины.

Закричал тут наш КамАЗ:

Вот так счастье! Вот те раз!

И сказало Шевроле:

Да, есть правда на земле!

Чтоб Артему подарить изумление,

Несите скорее нас на день рождения!

У нас тут вокруг... сосед пьет, соседи внизу включают по ночам свое техно (ду-ду-ду-ду), до часу ночи орут под окнами алкоголики (это уж каждое лето так), а в два часа ночи выходят собачники. Почему их собаки надрывно лают, я понять не могу никак. Наконец в три часа начинается стрельба — это в пятницу, субботу и в воскресенье фирмы празднуют свои юбилеи — с фейерверками... То есть начинается с бедных, кончается богатыми, а посредине — средний класс, но все одинаково думают только о себе, а нам никак не дают выспаться. Видно, за грехи, не знаю...

— Я сначала внутренне встаю, а потом явно (Слава интроверт).

— Полный город неизвестных людей (Слава на мой вопрос — встретил ли знакомых).

— Мне твое пежо до жо.

Покаяние по-гречески “метанойя” — перемена ума.

Рассказ Агнии. Они с Юлей обгоняли бабушку, которая громко бормотала:

— Придется на улице ночевать!

Она приехала из поселка навестить больную сестру. Знает адрес, но не может дойти. Агния с Юлей взяли такси и привезли по адресу. Сестра была совершенно не больна и очень удивилась. Какой же сильный ангел-хранитель у этой бабушки, что остановил ее возле девушек. Или у них ангелы, что дают возможность сделать добро.

Звонил Запольских: когда мы вернем ему книги. Я сказала, что скоро. К слову рассказала, как ссорилась со Славой, а уйти некуда, и ходила по книжным магазинам. А потом Слава из дома хотел уйти.

— Тоже по книжным магазинам? — спросил Запа.

31 мая 2006 г.

Господи, благослови! Помолилась, Слава прочел Евангелие.

“Сумамед” расшифровываем так: с ума медики посходили (очень дорог). Сейчас Агния вернулась с полпути на работу: упала, повредила руку. Мы обработали рану, помогли переодеться, все выстирали, перевязали, и она побежала в травмопункт. Врач говорит, что на снимке перелома нет, но боли очень сильные и отек. Агния подержала полчаса лед (замороженные куриные сердца) и пошла на работу.

Слава читал внукам “Муху-Цокотуху”. Перешел на иврит. Артем говорит:

— Слушай, надоело уже!

Купила в “Букинисте” за 50 рублей 12 томов Чехова!

Вчера получили пенсию. Я купила Саше с Ваней экскаватор, а Артему — горячо ожидаемую бетономешалку. “Как всегда, не купила бетономешалку”, — говорил он.

Ночью не спала, депрессия схватила своей мозолистой рукой, прочла Клеха. Слава меня давно спрашивал: “Ты прочла Клеха в “Новом мире?” Без дневников Толстой бы не был Толстым. Если какой-то писатель не ведет дневников, это значит, что они у него в голове.

Сестра Тавифа — имя монахини, Елисей.

Вчера встречали Лину — из Москвы. Пошел дождь, и Слава не поехал на вокзал. Цветы я забыла дома. Она привезла мне свое зимнее пальто: в Израиле оно будет не нужно. Ехала я обратно по центру, как по Германии. Озеро, искусственные лебеди по нему плавают и одна утка. Но в Германии они живые. Возле НИИУМСа елки высадили непонятной красоты, словно марсианские (ветки вверх направлены). Только девятая школа ободрана хуже, чем наш дом. Там, где дети и старики, в России — все ободрано.

Вчера мы закончили эссе “Молодость как архаика”.

— Русский космизм — завуалированное, тонкое проявление язычества. Человек распространится по космосу и будет играть роль бога (Слава).

На 5 июня сон: я в Екатеринбурге, ко мне в сумку забралась девочка бездомная 3-х лет. Я говорю: я тебя удочерю. Она счастливо смеется. И у меня в душе якобы счастье уж такое высокое! Слава сказал, что девочка — это новая повесть или сказка, которая вылезет из-под будней (картошки).

Хокку:

“Снова удочерила девочку

И была счастлива.

Но проснулась”.

На 6 июня видела сон: мы — Слава, я, Люба и Андрей — летим в Москву. Это отголоски их (Пермяковых) посещения. Принесли 5 олексинов. Спасибо! Я подарила им картинку с веселой жабой. Они собирают этих амфибий, и у Любы даже сережки в виде жаб. Про картину весело сказали: “Ожабились!” На картине жаба разговаривает с бабочкой. Слава говорит, что это биологическая утопия. В следующую секунду жаба ее — блям! — и втянет в пасть. Тут же Слава стал сочинять сказку про это...

Сегодня день рождения Пушкина, я хочу написать его в виде ангела, но пока еще нужно мозоль залечить — много с утра написала картин: 3 рыбок, 4 букета, пейзаж и чудесного черного петуха.

Ноги мои отказываются служить. Если так пойдет, то ехать в Москву—Тверь нельзя...

Вчера в парикмахерской слышала разговор о дачах:

— Хомячищи! Сгрызли 40 луковиц тюльпанов, грядку лука, а гладиолусы выкопали, надгрызли луковицы и бросили. С веток фрукты и ягоды птицы склевывают, зимой из домика все бичи воруют, а теперь еще и хомяки. Для чего же мы пашем! (А лицо счастливое! Видно, что все равно будет пахать.)

8 июня 2006 г.

Господи, благослови! Слава прочел 2 главы Деяний.

Вчера я до полусмерти разволновалась за сына с утра. Случился сердечный приступ... А уже вечером пошел камень из левой почки. Нет перерыва...

Во сне на кухне стоит космолет, верх стеклянный, и Слава просит его вымыть. Якобы Слава полетит в космос. Я говорю: такой непрочный стеклянный верх! “Да ты что! Это сверхпрочные материалы!”

Андрей Пермяков: надо написать доверенность от отца и матери, что бабушка может повезти внучку на Иссык-Куль (сейчас это заграница).

Я спрашивала у шестилетней Н., что такое любовь, свобода и пр. Она отвечала, как Гертруда Стайн: любовь — это любовь. Потом подошла ко мне и на ухо прочитала стихотворение Есенина.

А Слава с радостью подсказал, что такое свобода:

— Это выпить бутылку сабельника, и жена ничего не скажет.

Но сегодня Слава довел, вот уже выпила 2 рюмки сабельника и пишу в слезах. Мы с утра работали, потом я побежала на рынок, купила уцененных помидор, которые меня унижают, и нашла 3 досочки у ремонта аптеки, эти досочки для картин меня возвышают. Я на одной — длинной — хотела написать портрет Ани Сидякиной в супрематических колготках, она уже не раз спрашивала — готов ли портрет, но у меня не было длинной доски.

И, наконец, приношу домой 3 пластмассовых таких планки желтого цвета и на кухне сразу на двух начала писать 2 букета — кладу рядом и мажу, это — пальцы реже вытирать. Красный цветок на той и другой доске, потом руку вытираю, синий цветок... А то бы пришлось каждый раз вытирать, если б по одной картине писала... А у меня и так мозоли от картин, я и берегу руки. А Слава овощи режет и говорит иронично:

— У тебя уже автоматически получается.

Я как закричала: да я каждый раз жду чуда, что будет волшебный букет!

Он хочет, чтоб я все время находилась в унижении — в уцененных помидорах, а я совершенно этого не хочу!

Другое дело, что без унижения помидорами я бы не так рвалась к возвышению картинами — это может и так, а может — и нет...

Я открыла Дину Рубину (Монологи) и поплакала вдоволь над своей судьбой и судьбой ее героев...

— А чего вас унижают уцененные помидоры? — спрашивает Аркадий.

Ну, все пенсионеры к ним бросаются, у них мне неудобно забирать... Вроде я публикуюсь, то есть на гонорары могла бы купить. Но гонорары символические. А пенсионерки меня знают, потом что мы все живем в этом микрорайоне более 30 лет...

Но сегодня я уже прихожу в себя. Написала большой портрет Ани Сидякиной в супрематических колготках. Конечно, сильно под Гогена, но все равно очень нравится мне доброе-доброе выражение лица Ани — чудесное!

Мартынов, убивший Лермонтова, удалился в деревню и раз в неделю заказывал панихиду по рабу Божию Михаилу.

Читаю записи Дувакина об Ахматовой: царственная бедность А.А. Вроде бы не бывает царственной бедности, но про А.А. веришь.

Даже в советское время мы покупали книги, а сейчас не можем.

Агния меня утешает: этот мир не главный, не стоит из-за него очень расстраиваться.

Сон на 9 июня. Я умерла, от меня только остались в ЖЗ столбиком 4 наименования рассказов, и помечено внизу: ни один человек не востребовал. А я почему-то не удивилась и думаю: значит, так нужно.

Много букетов сегодня намазала, все ничего. Еще хочу написать себя молодую в розовом длинном платье с черным котенком на шее (я так шла, когда подарили мне книжные продавщицы котика, а навстречу Витя)...

11 июня 2006 г.

Троица! О, сколько мы видим помощи от НЕЕ!!!

Славе один знакомый сказал:

— Как ты веришь, что Троица может быть одновременно нераздельной и неслиянной!

— Но ты же физик и знаешь, что электрон одновременно и частица, и волна, что он проходит сразу через два отверстия. Почему же не поверить, что Троица еще более необычный объект?

Ночью не спала — давление, в том числе пошли стихи опять:

“Пол некрасивый, как Розанов,

Постелем линолеум, глядишь —

Искусственный, как Набоков...

Нина, тебе не угодишь!”

Звонила Люда Абаева. Спор о сути поэзии. Но когда она позвонила, я мазала натюрморт, взяла трубку сквозь газету. Поэтому ничего не записала. Свои-то слова помню: нужно поддерживать ростки нового.

— Нина, тебе так легче, ты защищаешься любовью, п. ч. у тебя нет сил на объективность.

Вчера ходили к Лине на вечер памяти Миши. По дороге я видела рекламный плакат: АТЛАНТИДА, мужчина и женщина под водой пускают пузыри... Да что это такое? Пригляделась, а там мелко: банкетный зал.

С Солженицыным на дружеской ноге (о Л.)

Лина с Надей придумали разные праздники. В день рождения Лермонтова страна должна обличать правительство: вы, жадною толпой стоящие трона... В день рождения Достоевского — деньги мешками жечь в кострах, а олигархи подползают и их выхватывают, а иные падают в обморок. В день рождения Тургенева — все в Париж, в день рождения Толстого — всем опрощаться и самосовершенствоваться!

Надя сочинила вариацию на “Гренаду”, Игорь спел. “...И право увидеть чужие края. Варшава, Гренада и Хайфа твоя!”

Ксения написала инсценировку “Чонкина”, Войнович сказал, что у нее окончание лучше.

Света: моя мама переписывалась с внуком Брежнева: перестройка идет неправильно.

Б. живет сейчас в Германии. “Ну и как?” — “Германия — тюрьма народов”. Лишили ее на три месяца социалки за то, что часто ездит в Россию.

— Немцы лучше нас: возят детей по местам концлагерей. А что-то я не вижу, чтобы наших детей возили по местам наших лагерей.

— Этот Ющенко хочет оуновцев приравнять к советским ветеранам (И.)

— А коммунисты устроили голодомор на Украине, поэтому я не могу бросить камень в оуновцев (я).

— Нина, ты не на митинге (Слава).

— Эпиграф: “Солнце мое, а шагает по всем городам”.

— Это Маринка? (Игорь)

— Да уж, не Анютка.

— Мы приедем с инспекционной поездкой проверить, как тебя, Лина, в Израиле устроили.

— Оля и ее мать со всеми дружили на даче. А начался капитализм — все три соседа по 2 м себе отрезали. С четвертой стороны река Чусовая... Слава говорит, что это для сказки: водяной еще не знает, что капитализм, а то бы он тоже отрезал.

— Нина, Слава, мы вас привезем, увезем на машине, вы так нас отдохнете на даче, это самые красивые места в области.

(Боюсь, что не отдохнем, если такие баталии.)

— Они видят, что мы две одиноких женщины.

13 июня 2006 г.

Господи, благослови! Помолилась, закончили читать Деяния.

Вчера у нас была Лина, красивая, счастливая.

Почему-то зашел разговор о Чуковском, в том числе я сказала, что, не выгони его из гимназии, не было бы “Мухи-Цокотухи” и др. Лина со Славой ужаснулись: “Нина, ты что, счастливое детство дороже гениальных стихов!”

Лина: “В Израиле на побережье Средиземного моря видно, что земля круглая: солнце заходит мгновенно. А восход — как вспышка фотоаппарата (близость к экватору)”.

— Вы приедете в Хайфу к нам (Лина).

— Как только клад найдем, так и приедем. На эти двадцать пять процентов (Слава).

Лина говорит: “В советское время не дали защитить диссертацию: не осудила Майкла Монта из “Саги о Форсайтах” за абстрактный гуманизм. А сейчас В. не берет мою книгу, потому что не осудила Сережу Эфрона”.

Тут позвонил Равиль: хотел посоветоваться с Линой, что сказать внуку 4-х лет, который боится сдавать кровь из вены. Лина гениально сказала, что кровь берут у всех моряков (Арик мечтает стать моряком).

Славины ученики могут сказать: вы не правы, дедушка говорил, что здесь нужно читать так. Слава: “А Академия иврита предписывает иначе”.

— А мой дедушка ходил в хедер, он лучше знает.

— Вот вам сайт Академии иврита, и пишите им, что они не правы.

В ответ Лина рассказала анекдот: “В уставе Армии Израиля написано: рядовому запрещено во время боя давать советы главнокомандующему”.

Закончился мой ежедневник. В конце напечатано: приход, расход, суммарный баланс. А у меня один приход. Записей-то, записей!

26 июня 2006 г.

Вернулась из Твери—Москвы—Переделкино. Господи, благодарю Тебя!

Вчера уже написала 2 букета подсолнухов, очень диких. А ведь думала, что возненавижу живопись до конца дней своих: в Третьяковке — на выставке музея де Орсе — пошел камень из левой почки. Соня говорит:

— Бедный Эдуард Мане! Старался, писал своих “Женщин на балконе”, чтобы у мамы камень легче вышел, а она чуть его не возненавидела.

Я тогда, в Третьяковке, сказала Тане: “Умираю”, а она: “Погоди, внизу два этажа выставки музеев России. Там такой Серов, такой Серов! У тебя все пройдет”. Но Серов оказался слаб перед почечным астероидом... Там были и Репин, и Мусатов, мой любимый, но и они в беспорядке отступили.

За две недели поездки столько видела-слышала, что должно хватить худо-бедно на семь рассказов, да и Слава тут многое записал.

Видела возле дома Р.: девушка читала Веллера. А на обратном пути ехал инженер из Глазова, вез ЖЗЛ о Пастернаке. Он сказал: “К сожалению, я люблю стихи, но не отличаю хороших от плохих”.

— Любить важнее, чем понимать (я).

Когда я сказала, что идет камень, и попросила принести чаю, он принес! И я поверила, что он любит стихи. Остальные попутчики читали гламурные журналы, и в метро читают то же самое.

Картины я все раздарила. Как всегда, их не хватило. Были бы силы или деньги на носильщика, я бы возила по 100, как раньше. Светлана Алексиевич подарила мне чудесный шарфик, а у меня уже не было для нее ни натюрморта, ни Ахматовой.

Одного ангела на переднем пути подарила попутчику. Он совсем простой монтажник каких-то агрегатов. Из украинского города Н. Пожаловался: в Москве менты безошибочно вычисляют украинцев и задерживают их — если не дашь денег (пока не уйдет поезд). А после!... Кошмар... В общем, была остановка, на соседних путях стоял товарняк. Из него выгружали пожилые таджики что-то.

— Вот черномазые, — сказал мой попутчик.

— Что?! Они — такие трудолюбивые, — почти простонала я.

— Но они всегда такие наглые!

— А русские милиционеры, которые вас грабят, намного хуже. Они позорят форму и страну.

На конференции в Твери Лариса Ванеева хорошую реплику подала: в цивилизованных странах иммигранты ведут себя лучше, чем в России. Все зависит от правительства.

Когда я вышла на метро Подбельского, там пьяный скинхед размахивал полуметровой заточкой перед китайцами. Плечи у него на двоих, а щуплые китайцы бегали вокруг, пытаясь выбить заточку. Он кричал: “Иди сю-да! Иди сю-да!” У меня нет сотового, и я даже милицию вызвать не могла. Но я так горячо помолилась! К счастью, через минуту нашелся светлокожий юноша, он схватил скинхеда сзади за локти и их свел, заточка сразу бессильно повисла. Тогда я пошла к Тане.

Меня в Перми встречали девочки и внуки. Внуки очень соскучились, и Ванечка целовал меня прямо в губы. А Тема подошел ко мне на кухне: “Бабушка, я тебя очень люблю!”

Прервалась, написала еще парочку подсолнухов.

Все сюжеты буду сейчас вписывать в файл “сюжеты”.

27 июня 2006 г.

Господи, благослови! Слава прочитал главу из Послания Иоанна Богослова. Вчера ходила на день рождения к Л. Началось с комплиментов друг другу, а закончилось печалями опять об отношениях элиты и народа.

Видела по РТР-планете “Линию жизни” с Яковлевой, там она и Волчек смеялись над одеждой с Черкизовского рынка!!! Они ее покупали для спектакля про челноков, кажется. В общем, их узнали, скидки сделали, то есть народ к людям искусства отнесся чудесно. А люди искусства так хохотали над одеждой, которую мы носим! Им продавцы говорили: что вы смеетесь! “А мы еще сильнее хохотать”, — говорит Волчек. Как они не понимают, что это бессовестно? Но ведь не понимают, потому что еще по ТВ об этом рассказывают! При том, что мы-то — пенсионеры — и с рынка не можем одеваться. Для нас и это не по карману. Для нас у Вишневского (кажется) есть одностишье: “Я весь сегодня в новом секонд-хэнде”...

— А ты, Нина, не видела в новостях, что у элиты в Москве такое развлечение было: бал в одежде с рынка? Это как карнавал...

Ребята, это что же с нашей элитой случилось? Как это все произошло, что они смеются над своим народом?! Говорят: наш народ не хочет демократии. А элита не хочет вообще ничего, кроме как собою хвалиться.

Я в Москве Сережу попросила написать Славе, чтобы встретил меня со складной тележкой. А Сережа приписал еще: обожаю, твоя Нинуля. Слава подумал: или жена влюбилась, или у нее резко понизился интеллект. Что хуже?

А. был в гостях и сказал, что рыжие тараканы исчезли по всей России, и никто не знает почему.

— Сколько ни живи великий артист, кажется — все мало (Слава о Смоктуновском).

“Мобильник” зовут “дебильником”.

С Таней в Москве мы ждали троллейбус. Так как шел камень, я присела с измученным видом на скамью. Тут же женщина стала дергать меня за рукав куртки и говорить:

— А! Это материал “Космос”! Его носили 30 лет назад! У меня была такая куртка! И тогда было не достать, но моя сестра троюродная работала на этой фабрике!

(К счастью, тут подошел троллейбус.)

Я брала с собой часть писем, которые мне Лина вернула, чтоб не везти в Хайфу. В вагоне их стала читать, чтоб кое-что выбросить. Оказывается, наша переписка называлась “обмен кошмарами”. Да, жили с ранеными душами. От меня уходил муж, оставляя с тремя детьми! Ушла приемная Наташа. “Когда я была моложе на столько предательств”, “теперь я мудрее на столько предательств стала”...

В то же время было много смешного, что я забыла. Например, “паспорта”, которые приемная Наташа рисовала всем, имели пометку: “Выдано в саду”.

И я была, видимо, лучше! Пишу Лине: устрой мужа в издательство редактором, я буду за него одну рукопись каждый месяц править! (Ну, правила же за Славу — он тогда работал в издательстве.) Но все равно — при стольких детях! Разве сейчас я бы предложила такое?!! Я с раздражением вдеваю нитку в иглу матери соседа по кухне! Когда она просит. Отрывает меня от компьютера. По три раза в день. А я себе ничего не зашиваю, потому что перештопала за жизнь...

Или: послала 20 бандеролей с книгами (друзьям). Сколько было любви!

28 июня 2006 г.

Вчера привозили внука Артема. Слава читал ему на иврите “Бармалея”, и он слушал, прижавшись к дедушке.

У Артема особое мышление: ему 4 года, но он рисует не предметы, не пейзаж, а схемы, стрелки: “Тут дорога, тут лужа, а тут нужно свернуть (рисует еще стрелку), а тут песочница”. Впервые вижу такое чудо.

— Видели светильники в сериале про Каменскую? Это наш завод выпускает.

Я приехала в Москву ради встречи с Наташей Горбаневской 16-го, но позвонил Слава: у Наташи умер друг, и она в этот день на похоронах. Поэтому ангела (самого лучшего) для Улицкой я оставила у Тани.

На рынке же слышала: Саакашвили обзывают Сукашвили (раз пять). По-моему, это не очень верно — много осуждать соседей (на себя бы больше смотрели).

Я говорю Л.:

“Мужчины в России больше всего боятся, что ими будут командовать жены”.

“Хм, сами не могут командовать, да еще подчиняться не хотят”.

“А командовать не нужно. Нужно находить консенсус”.

Вадим — наследник Натали Пушкиной и Ланского. Получил в наследство ореховый гарнитур, стол и диван, на котором сидел А.С.

Когда мы ехали в электричке, я сказала:

— Россия такая красивая, только ее надо почистить.

— Китайцы почистят Россию, — ответила Галя, имея в виду, что заселят (но они Амур с притоками отравили, что на них надеяться).

В 65-м году Галя Умывакина написала Ахматовой письмо, а через 20 лет ей позвонили из архива, что оно у них под номером таким-то. В мае этого года Галечка открыла мемориальную доску у себя в Воронеже, не взяла ни копейки у отдела культуры, все дали люди. Перед этим были споры с властями: “Зачем решетка на мемориальной доске? Ведь Мандельштам не в тюрьме здесь сидел”. “Он что, в творческую командировку приехал?” — ответила Галя.

— За внутреннюю свободу платишь больше всего, — Надя.

Ужин со шведскими феминистками. На столе были не зажженные свечи по три в красивых подсвечниках. Почему-то от этого было хорошо.

— Гармоха (шел нищий по электричке и играл на гармошке).

— Нина, вот тебе сюжет: в 52-м году я училась в 10 классе и мечтала: ну, будет у меня испанец по фамилии Гарсиа. И приехал в Смоленск испанец Гарсиа преподавать в училище. Стал мной интересоваться, но я робела. Он вернулся в Москву — в аспирантуру. Я его через год в столице встретила (хотела поступить на испанское отделение), он ко мне как бросится, я опять оробела и убежала. А он вернулся Испанию. В волейбол играл как Бог. Преподавал политэкономию. Как ему эта политэкономия пригодилась в Испании, непонятно (В.).

Наш катер обгонял гребец-тверитянин с золотыми древнегреческими мускулами — Фидий! Наши кричали: “Браво! Вперед! Молодец!” Он гордо косил глазом, отставая, помахал рукой. Больше всех ему махала “Записки на лифчике”. Сейчас она пишет новую книгу: “Лифчики в руках правосудия”.

— С ноутом (с ноутбуком).

Мы любовались красотами волжских берегов, и кто-то сказал:

— Этой красоты хватило бы на тридцать государств.

— Пушкин тоже считал, что он не дотягивал до Державина, а Моцарт — до Баха. (Слава говорит: как Державин Пушкин был второсортным, но как Пушкин — первый сорт.)

В полночь по набережной Волги в Твери шагали курсанты Академии ПВО и, выбрасывая кулаки, с остекленелыми глазами кричали: “Седь-ма-я ро-та! Седь-ма-я ро-та!”

— Это флэш-моб? — спросила я у рыбаков.

— Нет, это выпускной в Академии.

— Чтобы купить хорошее вино, смотрите, чтоб дно бутылки было со впадиной, — советовала Т.

Лариса ответила:

— Да купили мы тут кагор в такой бутылке, но даже прихожанам на причастие не посмели подать.

— Что, и впадина не помогла?

Прервалась, написала двух Ахматовых и два букетика. Славина ученица просила букетик, я потом выберу ей.

В Израиле опять разгорается конфликт с палестинцами. Господи, помилуй Израиль! Новостные сюжеты очень тревожны.

29 июня 2006 г.

Господи, благослови! Помолилась, Слава прочитал 2 и 3 Послания Иоанна Богослова.

Лена Карева из Тольятти и Галя ехали с нами в такси до Переделкина. Галя строила прожекты, “как Горлановой выбраться из коммуналки”. Я сказала, что это невозможно, что надо дорожить тем, что есть. И Лена сказала: “Да, для хорошего человека перебор — просить еще квартиру”.

Таксист рассказал нам свою историю. В 98-м разорился, потерял мебельную фабрику, похудел на 23 кг за месяц. Потом сел на такси (по вызову). Говорит: “От асфальта до бордюра я не работаю. А мой брат наоборот: после дефолта поднялся, купил пять квартир и их сдает”.

Объявление на заборе в Переделкине: “Если вы люди, не бросайте мусор!”

Когда я шла от старого корпуса к новому, слева-справа цвела земляника, и тонкий медово-ананасный запах поднимался, и внутри меня прозвучал голос: “Жить здесь”. Я спохватилась: “Нина! Где здесь можно тебе жить?” Но вот теперь в Перми само воспоминание о земляничной поляне в Переделкине дает силы жить (несколько раз в день).

Кофе по-командировочному: холодной водой заливают растворимый кофе.

Алексиевич сказала: когда она заболела после книги о Чернобыле (“А как вы понимаете, Нина, после такой книги нельзя было не заболеть”), Мередит (американская феминистка) нашла деньги на швейцарскую клинику.

— Из женской поэзии в последнее время исчез мужской объект, вместо этого километры стихов посвящены автопортрету. Скучно! А у мужчин на месте автопортрета — жалоба, что еще хуже.

— Давай сделаем ассоциацию неделовых женщин.

Галя Щекина говорит:

— Когда расстроюсь, думаю: хоть бы полчаса с Ниной Горлановой поговорить, и я бы успокоилась. (А то, что Нина Горланова находится в беспрерывном расстройстве дома...)

Хокку:

“Значенье смысла жизни в среду

Совсем не то же, что во вторник,

А с каждым днем чуть выше”.

В Переделкине Большой Стиль облез, в номере свисают обои, колонны облупились, подоконники не покрашены, а обклеены белой бумагой. Из моего окна был вид на обширную мусорку. Но как начала куковать кукушка, так счастье внутри меня запереплескивалось. “Господи, спасибо Тебе, что у Тебя есть кукушки”. А в Перми пьяницы неустанно, ночь за ночью, под окном кричат. То завод испытывает моторы.

Рано утром прокричал петух, потом оказалось, что так работает корейский будильник И. И. Виноградова. Надеюсь, что кукушка-то настоящая.

Игорь Иванович подарил мне свою книгу. Очень поразило про черные дыры души Толстого.

30 июня 2006 г.

Господи, благослови! Помолилась, Слава прочел Послание апостола Иуды, брата Якова.

Сегодня видела 2 сна. В первом я в соцзащите писала заявление на матпомощь, но меня назвали пару раз “Нищая”, и я ушла, вспылив. Но вернулась, меня снова стали унижать, и я окончательно ушла, но шла и думала: может, без меня все же дооформят по заявлению — дадут потом денег.

Прервалась: написала Ахматову и букет. Неплохо. Но нет ни белой, ни зеленой красок...

У Славы вчера завершился в синагоге учебный год. Ученики подарили ему CD-магнитолу. Теперь можно слушать Моцарта, а Губайдулину второй день бесплатно транслируют под окном — соло отбойного молотка на фоне сирен “Скорой помощи” (от жары много вызовов). А каково человеку, который целый день с этим молотком работает. Всех так жалко!

Вчера звонил Наби: в Пермь приезжает Томас Венцлова. Наби предлагает собраться у нас, он берет на себя финансовую сторону. Я отказалась: у нас некрасиво. Кушнера принимаю, а зарубежных... Слава: Ахматова принимала Исайю Берлина. Я не сдавалась: у Ахматовой-то Модильяни висел на стене. Слава: А у нас на стене висит Горланова.

Иронично: У него зарубежная машина — “Таврия” (раньше это был “Запорожец”).

Внук сказал Гале: “Ты 10 минут не говори о литературе”.

Вчера прочла у Дувакина:

“Брат Ахматовой написал другу из эмиграции. Тот сказал А.А.:

— Я получил письмо от вашего брата.

— У меня нет братьев, — торопливо ответила Ахматова”.

Бедная! Такое было время. Позавчера по ТВ говорили, что она оклеветала любимую женщину сына. Идеалов нет. (А Тема всегда отвечает на эту фразу бабушки: идеалы у нас в садике. И у него самое лучшее в садике: книжки, друзья. “Только таких картин, как у бабушки, нету. Но скоро купят!”)

Отсек, в котором я жила, раньше арендовала съемочная группа “Московской саги”. Пробка в ванне мала, пришлось комбинацию разорвать и пробку закутать. Уборщица оправдывается: “Это не мы виноваты, это после МС ничего друг другу не подходит”.

Слава на этом месте вдруг говорит:

— Ну, если Сокуров будет экранизировать наш “Роман воспитания”, то первые полчаса там Настя будет рыться в мусорке. Навозные мухи изысканно кружатся над ней в замедленной съемке. Ворона тащит блестящую пуговицу с куском кружевного жабо, из соседнего бака торчит том Кьеркегора.

В жизни из мусорных баков торчат все “Поднятые целины”, но у Сокурова почему-то видится Кьеркегор.

У нас с утра по дому кружится ночная бабочка: темно-коричневая, с серебристой пылью по волоскам. Я Славе говорю:

— В Переделкине мы сели на скамейку. А там огромная зелено-коричневая бабочка с древесным рисунком, тоже ночная. Галя сказала: “Осторожно ее снимите, может, это реинкарнация Моцарта”. Слава говорит: “Моцарт не может в бабочку вселиться, за что его наказывать? Он же должен выше идти, сейчас он ангел”.

Игорь Иванович Виноградов недоумевал:

— Почему рыночные отношения переносят на культуру тоже?

— Ладно бы только на культуру. Там хотя бы взрослые люди. А почему говорят: учитель предоставляет образовательные услуги. А воспитание куда дели? Дошло до того, что учителя не заглядывают в туалеты, которые сотрясаются от драк...

Для него водка — ум, честь и совесть нашей эпохи.

К концу конференции почти у всех нас ноги были завернуты в лопухи, слегка прибинтованы.

В Переделкине был Р. Ему под 80, кажется, меня он называл: “Девочка ты моя нецелованная” (видимо, за то, что я за ним записывала).

Одна девушка подарила мне четверостишье:

“Осень,

Грустно.

Бросил —

Х... с ним”.

Слава хохотал долго, потом сказал:

— Я от смеха чуть со стула не упал на искусственный сустав — предупреждать нужно!

Когда я говорила Алексиевич, что воровство — это вид творчества, она сказала: и убийство тоже. Я вздрогнула.

В резиденции шведского посла в Хамовниках я не была: болели ноги.

Читательница из Казани пишет очень образно: “А может ли мне быть “светлячок” от Вас в виде посылки по электр. почте картины Вашей с ангелом? Вы мне присылали разные картины, а с ангелом нет. А очень хочется именно с ангелом. Возможно ли сие ангельское электронное прислание?”

1 июля 2006 г.

Господи, благослови! Помолилась, Слава прочел половину совмещенного Канона.

Сегодня видела во сне странную гору, почти отвесную. Мне надо подняться наверх, но боюсь сорваться. И вдруг замечаю, что эта гора мнется, как не туго налитая грелка, я могу ухватиться за ее поверхность. Затем теряю вещи, с которыми приехала на какую-то конференцию, и какой-то юноша г-т: “Я убил свою сказку. Пошел выпить с друзьями, а она еще шевелилась. Потом с похмелья не мог вспомнить”. Я ему ответила, чтобы утешить: “Это очень важно, мы потом обсудим”, — а сама ушла.

Вчера была Даша. Отформатировала мне рассказ. Аркадий Бурштейн смог перевести в ВОРД “Подсолнухи на балконе”. Какие у нас дети, какие друзья!

Народно-смеховая культура (частушка):

“Я на пенсию ушла

И в кримплен оделася.

Руки-ноги отдохнули —

Х... захотелося”.

Бодрая старушка прекратила разговор и удалилась, сказав:

— Пойду, подумаю о вечном.

В Переделкине композитора Фельцмана встретила. У него все время какое-то чудесное улыбающееся лицо. Говорю: “Очень вас любим”. Отвечает: “Спасибо”.

Открыли ресторан “Безухов” (не записала, где). Слава: “Там на вывеске Пьер душит француза?”

— Нина, а что с той женщиной?

— С какой?

— Из стихотворения, которая облупилась на стене и машет цветком. (Это было у меня такое стихотворение:

“Облупилась стена в туалете,

Там женщина, как на портрете,

Машет кому-то цветком —

Кому, облупится потом”).

У Игоря Ивановича в номере 4 букета из полевых цветов. Там такая ажурная мелкость! Чудо просто!!! Один мечтаю поместить в свой натюрморт.

Встретила Борю Караджева в Москве. Он сказал, что ему кто-то хвалил наши рассказы в “Континенте”. Спасибо! Так нужны добрые слова!!!

Американка Мередит во время круглого стола всех рисует. И получается оригинально. Я побоялась попросить листок. Взгляд продлила, а там — мой портрет.

Тут у меня подскочило давление, и я пошла полежать в соседнюю комнату на трех стульях.

Индианка играла на тампуре, звуки экзотические, ввинчиваются в оба уха. Из-за тонкой стены, из ресторана, несется “как упоительны в России вечера”. Этот звуковой ерш меня деморализовал. И я поехала к Тане.

— В Китае всего три горя: ты маленький — нет родителей, ты большой — нет жены, ты старый — нет детей, — сказала на конференции китаянка Лу (Настя).

Вера меня повела на лоджию. Там под оранжевым моим петухом цветут оранжевые бархатцы.

Вера узнала, сколько стоит “Дона” в дешевой аптеке, и я купила! Слава теперь поет “Под Доной гуляет пермец молодой”.

У Рубинштейна села — от жары не в себе. Георгий Владимирович говорит Тане:

— Вы уверены, что это Нина Викторовна? По-моему, это клон. Она к телефону не бросается, никому не звонит, записную книжку не достала, за нами не записывает.

Г.В. был в ударе, целый вечер надо мной подтрунивал:

— Как дома?

— По-разному. Один раз я даже уходила из дома.

— И, наверное, целый час отсутствовали? Какой ужас!

— Я пришла, а Слава шваброй моет пол. И мы помирились.

— В следующий раз, когда нужно пол помыть, вы опять можете использовать этот прием.

...Прервалась: были внуки. Саша в свои 5 лет упорно ставит с нами спектакли. Сегодня играли три раза “Аленький цветочек”. Саша распределил роли (Слава — младшая дочь). Сам — от автора. А Ваня — чудище. И вот Ваня в 3 года так вошел в роль, что не мог из нее выйти и стать прекрасным принцем. Как мы ни просили... Система Станиславского вредна, видимо... К тому же сегодня с утра Ваня, оказывается, выпил весь Сашин пектусин (хотя не кашляет)... Внуки уехали, мы стали готовить ужин. Слава сказал:

— Я столько лет проработал грузчиком, но ни разу не было такого аппетита, как после трех пьес с внуками.

3 июля 2006 г.

Господи, благослови! Слава прочел главу Послания к Римлянам апостола Павла. Вчера исповедались, причастились. Я во время Причастия заплакала от счастья (впервые за все 15 лет).

Вечером ходили к милым Андрейчиковым. Навещали Сережу и его больную ногу с самогоном. Как всегда, провели волшебный вечер. Сережа купил новую картину Гречкина: смесь Магрита и Кирико в равных пропорциях, но есть и новое — все фигуры заторможены, как в густом меду.

Говорили об архитектуре. Я сказала, что в доме Шехтеля мне хотелось распрямить спину, а от Гауди хочется летать. Слава говорит, что Гауди — это модерн, который переходит в биосферу.

Сережа собирается в Китай — лечить ногу. Жене брата там поставили диагноз: тоска в печени, грусть в сосудах.

Слава, как выпьет, расскажет такое о детстве, что я никогда не слышала. Оседлал в 8 лет свинью, она взревела. Помчалась, как скакун. Хозяйка увидала, закричала: ты ей все сало испортил! От беготни сало плохое, жесткое.

Сережа хочет купить разговорник, чтобы в Китае показывать нужные иероглифы.

Массажист жены брата знал по-русски два слова: “Болна? Телпи!”

Вчера в строительной груде я взяла чистую досочку для подсолнухов. Подошел мужик как мужик — моих лет — и говорит:

— У меня в гараже этих досок навалом. Пойдемте со мной в гараж.

— Мне нужно это для картины, сейчас у меня красок мало, мне одной хватит.

— Да у меня там лучше, чем эта.

— Спасибо! — и как побегу от него на рынок!

— В Англии я думал: готовят невкусно, но уж лобстера они не испортят. Заказал. Принесли манную кашу. В ней — кусочки лобстера (ГВ).

— В Сиракузах был праздник: уход мэра на пенсию. Молодежь пела гимн. Разве у нас будут?..

Улица Рябиновая.

На крестах церквей — иголки щеточками, от птиц.

— Ручной кондиционер.

— Что такое?

— Веер называется.

Мама Т. сидела, следователь вызывал ее якобы на ночной допрос и насиловал. Она сошла с ума.

У попутчика длинные ногти. Думала, что человек искусства. Возможно, актер. Оказалось, что в гостинице не было ножниц 3 недели.

В окне вагона по небу плыл космолет, в другую сторону — плыл крокодил (облака). Я зарисовывала отдельные деревья, облака, перенасытилась зеленым цветом (как Пикассо) и хочу написать пейзаж из окна вагона. Слава: “И занавесочку там”.

Попутчик:

— Рабство и сейчас у нас продолжается: без регистрации на работу не берут.

Уверял меня, что английский язык богаче русского в три раза, но я не поверила. Ведь не английская литература самая лучшая в мире.

Вчера Альбац сказала по “Эху”, что ее лучшие ученики — из провинции. Так может — Россия не пропадет, раз глубинка жива?!

Как пишет Лена Карева: “Жизнь до боли ясна. Впереди — Воскресенье”.

4 июля 2006 г.

Господи, благослови!

Вчера помолилась, чтобы Господь послал денег на ягоды, и вот... гонорар от Гелазонии. Славин экспромт: “Как услышу про Гелазонию — целый день как будто в озоне я!”.

Наконец-то можно без неудобства говорить, что мушкетеры жестоки и похожи на хулиганов, что Толкиен — какой-то подфашизенный автор: эльфы — высшая раса, а орки рождаются выродками.

Аспирантка спросила, как я отношусь к компьютеру. Я ответила: это чудо — словно ангелы переносят кусок текста с одного места на другое. Смотрю, она записывает. Решила и я...

5 июля 2006 г.

Вчера без предупреждения пришел А. Был сильно подшофе, почти час читал наизусть Рыжего.

— После защиты я выпил, и вдруг опустилась пелена: стал громко скандалить, что пора прибавить зарплату. Утром на работу пришел, директор вызывает, говорит: распишитесь — ознакомились с приказом. Понимаю: там выговор. Смотрю в приказ, а там прибавка к зарплате на полторы тысячи.

Я уж не стала говорить, что пелена, которая опускается уже... ой... За всех так болит сердце! Ведь А. — потрясающий умница и щедрости необыкновенной человек! Но уже пелена...

— Он изобрел новый жанр во Вселенной — танкетка (А.).

— А я Нинины хокку иногда называю хоккуевины, но на самом деле новый жанр изобрести нельзя. Попробуй изобрети дерево! Оно должно вырасти само.

— Слава, но самураи ведь изобрели хокку. Они взяли — и отбросили две последние строки у танки (А.).

— За хокку — весь буддизм (Слава).

Советское хокку времен застоя:

“У меня под окном

Распустилась вишня.

Партию в рот е...у”

Он хвастался, что живет в двух остановках от Кремля.

Я стала что-то отвечать, а Слава в очередной раз сказал, что я слишком бурно реагирую, что я к нему неравнодушна. Но это ведь юность, наша прекрасная юность! Мы мечтали пользу принести всем, а не жить в двух остановках от Кремля.

Соня по телефону жаловалась: одна мама замучила — ее сын принес в группу машинку, где она (но это в обязанности воспитательницы не входит — следить за машинками).

Я говорю: “За машинками следить не приставлены, не в театре”. Слава: это привело бы к разгоранию конфликта. Да, юмор — не самое главное, хорошие отношения важнее в сто раз.

У Сони сейчас в группе 34 ребенка трех с половиной лет. Очень трудно: пришли с прогулки, пересчитала — нет одного, вылетела, полчаса по улице носилась: уже видела себя под судом, вернулась в холодном поту, а няня г-т: он в шкафу прятался.

Два дня слушали Моцарта — дал Сережа диски. А в воскресенье еще слушали по культуре его оперу “Так делают все”. Там телефоны, аэропорты, современные костюмы. А Слава сказал, что можно сделать надсовременно: космонавты, чтобы проверить возлюбленных, переоделись в богатых инопланетян со щупальцами, у каждого два рта, и оба рта поют и т.д. А может, это был бы один двухтелый инопланетянин: тела соединены шевелящейся гибкой перепонкой.

В ночь на воскресенье снилась Цветаева: она возвращалась с речки после полоскания белья. Думаю: как такая худенькая так много белья несет. Отголоски того, что нет горячей воды. Но я стираю и думаю: Цветаева в речке часами полоскала.

...Прервалась: ездила навещать Соню и Сашу (ОРВИ). В автобусе радио обещало научить нас тантрическому сексу. Полный автобус детей! Как не стыдно!!!

...Пишу в 8 вечера. Сосед привел пьяную женщину, сам тоже в доску пьян. Сижу в страхе и в слезах уже... Один пьяный — это ужас, а два — это два ужаса, точнее — это ужас без конца... сделали мимо в туалете, я просила затереть, они меня материли долго и упорно, я вызвала милицию. Потому что я не гнида, и не падла, и не животное. И мы не нищеебы... (И не подсказывай мне, компьютер: “нищее бы”!)

Пока Слава не был инвалидом, он мог сдерживать соседа. А теперь нужно беречь искусственный сустав. Господи, спаси нас!!! Я уже не в силах все это выносить, Ты знаешь ведь ...

...Пишу вечером. Милиция была, соседа увозить не хотела. Милиционер говорил:

— Он держится на ногах, поэтому я не могу его увезти (как будто могли бы его унести, если б он не держался на ногах — абсурд какой!).

Пришлось мне вынести все свои 8 книг, показать и сказать, что утром мне к компьютеру садиться. Я уже и рыдала, и озноб начался, и выпила сабельника, а что делать-то, жить не хочется, однако пробую еще бороться за себя... Но из последних сил.

А с утра была такая оптимистка, сушила на балконе картины для Венцловы (завтра его вечер). А теперь какой вечер, зачем мне вечер...

Звонила мамочке: ей лучше, уже выходила на рынок. Господи, храни ее, мою драгоценную!!! Прошу Тебя горячо-горячо!!! Горячее некуда!!!

В духе Заболоцкого — написала мне читательница из Казани:

“Случай из жизни насекомых: муж на ночном дежурстве поймал светлячка, который тихо светился синеньким огоньком, как у Драгунского в рассказе, чтобы принести мне и показать, а потом снова отпустить в родные места, и вот Саня его посадил в спичечный коробок, положил ему травки и положил на стол. Утром открывает коробок и что же он видит? Светлячка съели муравьи, просто высосали — одна шкурка осталась, а муравьи нагло цепочкой ползут по столу, вот такие нравы в мире животных. Бедный светляк”.

О, какой муж! Если бы мне Слава когда-то захотел что-то такое подарить, я бы всю жизнь помнила. Но, увы...

6 июля 2006 г.

Господи, помоги выстоять! Депрессия меня победила. Повеситься из-за такого фашиста, как наш сосед, не хочется, но и жить не хочется...

А Моцарт вообще уже мертв был — к моему возрасту (и давно). А я все недовольна. Но — может — лучше бы умереть? Не мучиться долго. Ничего не знаю.

...Прервалась. Приходил Антон. Мы вернули ему книгу про альбигойцев.

Слава: альбигойцев тут хвалят, а Аверинецев пишет, что они не стеснялись в средствах.

Я: — А кто стеснялся? Крестоносцы, что ли?

— Никто и не стеснялся, поэтому надо писать научно-взвешенно, а не только их жалеть.

Антон послал Путину вопрос по интернету: почему из Стабфонда не вкладывают в жилищное строительство.

Зашел разговор о ненужности литературы. Слава сказал:

— Когда литература нужна — это ужас! За писателями тогда бегают с кольями, как за важными врагами, и хорошие книги запрещены.

И вообще... элитой становятся люди, которые читают книги, а не смотрят ТВ. Они хотя бы могут формулировать свои цели.

В “Знании — силе” Лускатов: война является ритуальным убийством. Добавляем: самым массовым. Еще раз добавляем: ритуалы никогда не кончаются. Значит, в будущем умные правители должны выделить площадку (может, в космосе), где этот ритуал не повредит человечеству. Пусть добровольцы там воюют и показывают чудеса храбрости.

7 июля 2006 г.

Во время ссоры со Славой я выбросила его книги по языкознанию. А он проходил мимо мусорных баков в синагогу и вдруг увидел знакомые синенькие обложки — двухтомник Комы (Иванова) и Гамкрелидзе. И обратился к ним с такой речью:

— Друзья! Простите! Вы сейчас вместо меня страдаете. Спасаете меня: вас выбросили вместо человека. Вы исполняете самую большую роль, какая только может быть у книги: спасаете человека.

Слава вчера видел бомжа, который рылся в баке. Нашел книжку, пролистал и положил в другую сумку, специальную для книг.

Вчера Слава ходил в суд. Мировой судья назначил соседу штраф в 500 рублей, потому что сосед умолял не давать ему 15 суток — уволят.

Я говорю Славе сегодня, что, конечно, нервы с каждым годом все хуже выносят, но лучше повеситься позже, чем раньше. Слава: в Евангелии ничего не написано о нервах, а только о терпении.

Ходила на вечер Томаса Венцловы. Большой зал Пушкинской библиотеки (где Лара встретилась с Живаго). Все спрашивали меня о жизни со здоровьем. Я отвечала: “Хотела повеситься из-за соседа, но вместо этого пошла на Томаса”. Слава говорит: “Крестная советовала никогда не думать о самоубийстве, а то бесы будут тут же шептать: повесься”.

В ее родной деревне до революции самоубийц за ногу волокли по деревне, бросали в яму и зарывали.

Я взяла для Венцловы натюрморт с подсолнухами. Ахматова под дождем на балконе искоробилась, я ее оставила — это из-за ссоры с соседом забыла А.А. (На слове “сосед” опечатки сыплются ливнем. Слава говорит, что это лучше, чем если бы мы мазохически наслаждались описанием таких случаев.)

Б., глядя на мои подсолнухи, спросила: “Здесь что — киви в разрезе?” Сие меня так поразило, что, даря картину Томасу, я пояснила: “Это подсолнухи”. “Вижу”, — удивленно ответил он. (Если выбросит, то у меня на кухне еще три варианта сохнет. “Все не перевыбрасываете”, — говорит в таких случаях Слава, обращаясь к окну.)

Б. жаловалась мне, что на конференции их не взяли на экскурсию по Пастернаковским местам. (А вся железная дорога, думаю я, от Москвы до Перми — сплошное Пастернаковское место).

Спросила у Б., как ему показалась конференция по Пастернаку.

— Основной вывод — что все поэты воры. Только и делали, что воровали друг у друга. В каждом докладе — реминисценции, аллюзии...

Венцлова первым из друзей назвал Наталью Горбаневскую. Это мне очень понравилось

Как сказал Бродский: на каждого месье имеется досье (Венцлова).

Томас — про Хельсинкскую группу, в которой он состоял:

— Мы уж были только мышкой при крахе СССР. Дед — это Рейган, бабка — затратная экономика...

Об Ахматовой:

— Она говорила: “В ваших стихах есть тайна”, — если поэт ей нравился. В других случаях она отговаривалась так: есть чувство природы, прекрасная рифма и т.д. А мне сказала о переводах ее стихов на литовский, что интонация, похоже, верно подмечена. Я в отчаянье хотел броситься под трамвай.

Я подумала: горячий литовский парень!

У меня есть привычка задавать много вопросов. Сначала спросила Томаса о Б.Л.

Пастернак внушал мне: не надо переводить его ранние стихи. Поздние проще и глубже.

Я спросила Томаса:

— А вы про себя что думаете: эволюционируете к простоте или у вас ровная линия?

— Даже не знаю. Может, немного. Один критик написал, что я стал проще, понятнее.

Пастернак ему сказал: есть два вида прозы — словесность (Т. Манн), где все по правилам прошедшей литературы, и произведения, где свой новый мир (Достоевский и Хемингуэй).

— Я Бродскому говорил: я твой Эккерман и твоя Лидия Чуковская.

(А я всей Перми могу сказать: я — твоя Лидия Чуковская.)

— Как вы относитесь к тому, что во всем мире мало читают сейчас? — спросила я.

— Те, кто читали РАДИ СЮЖЕТА, выбрали телевизор. А те, кто читали ради самой литературы, языка, — остались. Мне один друг (? — не расслышала) говорил, что читателей поэзии во все времена одно и то же количество в его стране: 3487 человек. (Хорошая шутка!)

Я: — То есть цивилизация не съест культуру?

Томас: — Бог не выдаст, свинья не съест.

— Когда мы дружили с Бродским и Милошем, то считали, что наша дружба — основа будущей дружбы трех народов: польского, русского и литовского. Но пока еще много трений.

Я: — Как вы относитесь к словам Бродского: язык лучшее, что есть у нации?

— Согласен.

А Кушнер не согласен: язык не страдает. Я думаю, что лучшее, что есть у нации — это святые, герои. Ну а если язык в смысле Бог? В начале было Слово...

Томас рассказал, как заблудился с Ахматовой в поисках квартиры Андрея Сергеева. Он боялся, что сердце А.А. не выдержит лестниц. Слава заметил: если бы это случилось, то Томас остался бы в истории литературы как Венцлова-Дантес.

Томас: до половины читал “Кысь” с удовольствием, а потом разочаровался. (Я тоже. Почему герой от книг стал хуже? Слава возражает мне: а почему следователи КГБ, что мучили диссидентов, читали все, но становились только хуже.)

Меня слегка задела только одна фраза Томаса:

— Я писал стихи на русском языке, когда ухаживал за русскими девицами. (Патриотизм патриотизмом, а когда ухаживал, то для него они были девушки или даже богини, и думаю, имел бешеный успех.)

Андрей и Люба повели меня после Томаса в “Пельмешки без спешки”. Пельмени, запеченные в горшочке со сметаной и сыром, клянусь, не уступали вечеру Томаса Венцловы!

В полночь я легла спать, но позвонил Наби, и мы чуть не до рассвета говорили о вечере Томаса, о Милоше, о Бродском.

А.Н. пишет ужасные книги, что добро иллюзия, а в жизни многим помогает. Слава говорит, что вот этими мигами доброты он спасется. Я: вряд ли, ведь сказано — не соблазняй малых сих, а он соблазняет книгами. Слава: мы не знаем, на каких весах все будет взвешиваться.

Т-7 взяло у меня интервью, как сохранять молодость души.

— А не надо сохранять! Молодость — это архаическое сознание, это мифы, там нет ответственности. Кому в радость эта инфантильность — эти надписи на заборах или дедовщина (инициация). Да и когда человек молодится, это не радует глаз. Пушкин говорил: каждый должен выглядеть на свой возраст. Правда, мои дочери говорят: он не дожил до твоего возраста, мама, неизвестно, что бы сказал тогда...

Х. тут давала интервью по ТВ: ее силиконовые губы так ужасны, что кажется — присосется и начнет пить кровь.

8 июля 2006 г.

Слава прочел Евангелие. С каждым чтением мне кажется, что я чуть-чуть больше понимаю апостола Павла. Но все равно очень мало. Слушаю, как Наташа Ростова (когда она говела): не все же я должна понимать.

Вчера были внуки. Я включила мультик про Снежную королеву. Там разбойники такие интересные, веселые. И поют так хорошо, что внуки начали подпевать. Конечно, внукам от 3 до 5 лет, но и создатели мультика не должны делать разбойников такими интересными! Мы решили срочно малышам объяснять, какие это ужасные разбойники: разденут, изобьют, выбросят на мороз...

М. рассказала, как мужа избили гаишники. Ехал с матерью в машине, их оштрафовал гаишник за тонированные стекла. Едут обратно — он опять штрафует. Водитель стал возражать, что он уже получил штраф, вот корешок квитанции, что у него десять дней на смену стекол. Гаишник стал его избивать. Мать выскочила, и ей тоже досталось — от другого гаишника. Сейчас и мать, и он лежат с сотрясением мозга в больнице, а на них уже гаишники подали в суд: якобы пострадали. Мы ясно представляем этих гаишников: это клоны нашего соседа, только развращенные властью.

Ю. рассказала: в магазине одна продавщица покончила с собой после тренинга по Хаббарду. Хочу написать рассказ, расспросила подробно.

В “Звезде” № 5, 2006 хороша статья Ст. Яржембовского “Нас принижающий обман” (резко о взглядах Фрейда). А мы всегда говорили, что сублимация невозможна (не может низшее превратиться в высшее). И подсознание немного скажет: оно хитрое и невзрослое. Тут хоть заанализируйся.

...Агния рассказала, как впали в отчаяние две ее подруги молодых. У первой муж закодированный развязал, и она хотела повеситься. Но ее, к счастью, остановило то, что она на подругу оформила кредит и купила для себя стиралку. И вот представила, что та будет выплачивать кредит, и ей стало стыдно. А у той в это время пьющий брат украл золотые цепочку и сережки. Это муж ей подарил, пока не бросил, а она все время спасалась: закладывала эти вещи в ломбард.

После этого я включила радио “Эхо Москвы”. Юлия Латынина призывала россиян образовать гражданское общество. Мол, тогда Путин бы не смолчал, когда корейские ракеты упали возле города Находки. Хорошее это дело — гражданское общество. Но кто же его пойдет создавать? Первая подруга Агнии, которая в отчаянии, или вторая, или я, замученная соседом по кухне? Или сама Агния, засыпающая уже третий месяц при свете? Она замучена этим диким капитализмом.

И тут раздался звонок телефона. Обычно так я получаю ответ на какой-то вопрос. Это разбогатевшие друзья пожаловались, что чуть не плачут. Надо все время читать инструкции к умному душу с пультиком, умному унитазу с пультиком и пр. Богатые тоже плачут (от инструкций). Им некогда строить гражданское общество...

Еще есть котик-приблуда. Он вчера скользнул вечером за входящими внуками. Я ему говорю: “Будешь бороться за гражданское общество — дам кусочек кальмара!” Он всем видом показал, что будет, и получил грант в виде кальмара.

Затем позвонила сватья и долго рыдала.

— Что случилось, Ю.М.?

— Подождите, успокоюсь — скажу.

И продолжала громко рыдать минут пять. Я думала: зять попал в аварию с внуками, с Соней! Наконец она говорит:

— Помогите отредактировать письмо, чтобы Коле дали квартиру за Афганистан. Он был награжден, а сам не пишет в правительство. Говорит: офицер не может вымаливать с протянутой рукой!

— Ю.М., ну зачем же меня так напугали! Само собой, что я отредактирую это письмо, молебен закажем. Завтра Агния идет в храм, дам ей денег.

Слава в это время уехал к Наде Г., увез лекарство. Звонит: мы тут решили выпить втроем.

Я страшно расстроилась, сама собой составилась внутри пьеса “Гибель сустава”: Слава напился, упал, искусственный сустав треснул, бегай потом к нему в больницу...

Слава пришел невредимый, сказал, что М. надоел своим следствием: “Сколько у вас денег? Всюду вас печатают”. Слава не спорил: да, денег у нас очень много, приходи, только тебе покажу.

К счастью, я читала Попова в “Звезде”, очень смешную повесть. И так она меня улучшила, что я опять перестала все трагически воспринимать, а сказала: “Разве нельзя было не пить, а просто посидеть?” Слава в ответ пересказал историю лайки по кличке Бакай, которая была у М.

— Такой был умный! Не я его натаскивал, а он меня. По-разному лаял по белке, по бурундуку (тут примерно так: не обращай внимания, я развлекаюсь). Единственный был недостаток у Бакая: в щенячестве его ужалила пчела в язык, сильно все распухло, и с тех пор он боялся всего, что жужжит... Один раз Бакай исчез, и нашел я потом немного костей. По следам расшифровал, как это случилось. Волчица его сманила в место, где его ждал ее муж, матерый бирюк. Для них собака — это деликатес... (Я только не понимаю, как волчица и ее муж ДОГОВОРИЛИСЬ эту сложную интригу в жизни воплотить. — Н.Г.)

10 июля 2006 г., первый час ночи, то есть ночь с 9 на 10-е...

День рождения Агнии уже наступил. Ей исполнилось 22 года. Помню, как она родилась — в рубашке! Единственная из четверых в рубашке. Все в родовой закричали: смотрите! Эта рубашка — словно густая мыльная пена вокруг тела. И вот уже сказала, что завтра переезжает от нас — начинает самостоятельную жизнь (будет снимать квартиру с подругой). Как я страдаю! Так привыкла, что была большая семья, и вот — мы остаемся вдвоем.

11 июля 2006 г.

Соня привезла Агнии стихи на день рождения:

“Сестра моя! С тобой фактически

Мы очень схожи:

А) единый код генетический;

Б) цвет кожи...

Очевидна наша идентичность,

Но все же есть различия,

Ведь всякий — личность,

И личность пусть твоя будет гармоничной...”

Вчера “Урал” опубликовал нашу повесть о герое Василии.

Хотела найти в интернете мою вагриусовскую книжку, нашла на Яндексе 30 страниц о себе, чего только не выдумано: якобы мы начинали писать фантастику под приглядом Л. (Л., конечно, хороший человек, но никакой пригляд писателю не нужен и не поможет).

Вчера звонил С.:

— Я жил в коммуналке, но умел как-то ладить с соседом.

Я как закричала: твой сосед в коридоре по-большому ходил — ты за ним убирал? А за его собутыльниками?! Это совсем другой уровень. Надо убирать, а тошнит.

— Сиют, мамаш сиют! — бормочет Слава на иврите (кошмар, просто кошмар).

Алексиевич написала: когда не на что опираться, опирайтесь на звезды.

Высокое искусство и массовое влияют друг на друга. Масскульт берет внешние тонкие приемы искусства: описание психологии, какой-то юмор, операторское мастерство. Но пошлость от этого только усиливается. А искусство берет из масскульта тоже приемы, но от этого становится только лучше, п.ч. создает новые смыслы.

Внук Тема (4 года), входя, спрашивает: “А дедушка вообще-то есть?”

Позвонил Асланьян: похороны поэта С. сегодня. Но у меня температура и кашель ужасный. Говорю Славе: он не признал своего сына от Тани-покойной — ТАМ она все ему выскажет? — Не уверен, что они встретятся, — сказал Слава.

Сеня вспомнил, как покойный в молодости ворвался в литобъединение, сияя:

— Друзья, поздравьте меня: я открыл для себя Грина!

12 июля 2006, среда.

Господи, помоги мне справиться с депрессией после отъезда Агнии!!! Прошу Тебя горячо-горячо!!! Она уехала в 11 часов вечера, и я всю ночь почти плакала, перечитывая “Дуэль и смерть Пушкина” Щеголева.

Начала вчера опять антибиотики (температура поднялась), может, еще от них печень напряжена, и я в такой депрессии...

“Ну и дура!” — сказал Слава о прототипе нашей повести. “А если б все были умные, о чем бы мы писали?” — “О глупостях умных людей”.

Тургенев звал плохую погоду хавроньей: “Хавронья надоела” и т.д. (видимо, в каждом писателе сидит маленький Хармс).

Генри Джеймс пишет о Тургеневе: его сознание не было сознанием отдельной личности, но сознанием целого народа. Но любая личность включает в себя народ.

Сегодня день апостолов Петра и Павла, моих любимцев. Без слез счастья о них думать невозможно. Петр и Павел, помогите мне выйти из депрессии!!! Я знаю, что вы поможете!

Включили новости: конфликт между хезболла и Израилем. Помолились за Израиль.

14 июля 2006 г.

Господи, храни меня!!! Слава прочел главу Посл. к римл. Я помолилась Так я тяжело все еще переживаю, что нас двое всего осталось на каждый день... Какие волшебные разговоры вели за завтраком Слава и Агния (а я записывала)...

Вчера вернулись мы из гостей (от Запы), у меня сразу в коридоре мысль-вопрос: “Агния дома, нет?” (то есть всегда я так думала, приходя откуда-то). И тут же я вспомнила, что ее не должно здесь быть...

Запа хвалил новый роман А. так:

— Все мы не стоим его выеденного яйца.

На почте видели: сигареты продаются “Прима-Ленин” и “Прима-Сталин”, и изображены эти два служителя сатаны. Но вот что интересно: сталин дороже на 10 коп. Слава говорит: неужели родственники сталина потребовали больше за бренд? Я: да, ленин ведь делал зло бескорыстно, хотя власть — это высшая корысть.

Китайские переводчики спрашивают у нас: что такое “звономуд” и “слабиссимо”?

Вчера звонил А. На дне рождения повредил плечо кому-то... И решил год в рот не брать. Помоги ему, Господи!!!

— Если на рейтинг ориентироваться, то через несколько поколений люди превратятся в обезьян. (Слава)

18 июля 2006 г.

Господи, благослови!

Слава прочел главу Послания к Римлянам. Наш квартирный хезболла (по словам М.) всю ночь носился, утром сжег свой завтрак и с досады начал нас поливать по-матерному. Самое цензурное было: “Животное! Убью!”

Звонила Наденька: мол, отменены отсрочки от армии у детей одиноких матерей. Какое-то самоубийство государства. Кто им вообще будет рожать?

Все время снится, что я хочу удочерить маленькую девочку...

19 июля 2006 г.

Вчера мы ездили на встречу с Рудиком. По дороге заглох троллейбус. Водитель попросил молодых людей подтолкнуть. К моему удивлению, всего четырех юношей хватило, чтобы сдвинуть троллейбус, полный народу! Я говорю Славе:

— Если наши юноши такие мощные, может, Россия не пропадет?

Неожиданно большинство собравшихся поддержало мое предложение начать сбор средств на памятник Б.Л. И я за 5 мин. собрала больше тысячи рублей.

— А где он будет стоять?

— Есть же в Перми Пушкин за киоском, давайте Пастернака тоже за киоском (я)...

Да кому это надо?

Когда своим романом “Доктор Живаго” Борис Пастернак “весь мир заставил плакать над красой страны...”, имелась в виду и аура пермского края с ее белыми ночами, так волшебно переданная в романе. Ведь Юрятин — это Пермь. И я давно уже показываю гостям Перми (моим друзьям) библиотеку, где снова встретились Юрий Живаго и Лара, дом Лары, что напротив дома с фигурами и пр. Так в Москве показывают дом Ростовых, а в Вероне — дом Джульетты.

В 1916 году Борис Леонидович жил во Всеволодо-Вильве и часто бывал в Перми. В это время им созданы настоящие шедевры о наших прекрасных — в те годы — краях:

“Был утренник. Сводило челюсти,

И шелест листьев был, как бред.

Синее оперенья селезня

Сверкал за Камою рассвет...”

И что — пора уже поставить в нашем городе памятник Борису Пастернаку.

Все началось на телевидении — в рамках краеведческой программы “Пермский период” — удалось провести дискуссию: нужен ли Перми памятник Пастернаку (был прямой эфир), в студию все время звонили пермяки и говорили, что нужен памятник... Ермаку. Видимо, для многих что Ермак, что Пастернак — все едино (тем более что в рифму). Но ведь наше дело — игра на повышение. Если людям рассказать о поэте, они все поймут, оценят, будут гордиться.

Однако для этого нужно приложить усилия, а уж так все сложилось, что в Перми нет мифологемы византизма — нет внимания власти к культуре. Я об этом и писала много раз, и говорила. Не только литература страдает — без внимания остается архитектура, памятники.

А стоит мне выехать на съезд пен-клуба или какой другой, как неизменно подойдет писатель-диссидент — тот или другой:

— Нина, а я у вас в Перми сидел!

— Так у нас все сидели: Мандельштам, Шаламов, Буковский, Ковалев, Щаранский. Пермь — такая гостеприимная...

Сидел в том же лагере, где Ковалев и Щаранский, пермский скульптор Рудольф Веденеев.

В 1971 году в нашем городе состоялся оглушительный политический процесс: судили группу молодых людей, которые были связаны с Якиром и Красиным... Три года строгого режима давно позади, но с тех пор у Рудольфа лучше всего получаются скульптуры тех, кто пострадал от советской власти.

Шаламова под Пермью однажды ночью голым выставили на мороз за то, что вступился за товарища, избитого конвойным. Был такой страшный момент. И у Рудольфа Веденеева великий страдалец так именно изображен: голый, а в спину штыки уткнулись.

Ну, что сказать — по-моему, это тот уникальный случай в мировой скульптуре, когда обнаженная фигура не только уместна, но и необходима! Но власти этого не признают.

Очень хорош у Веденеева памятник Пастернаку! Очень! Словно сгусток неведомой энергии — уральской, или почерпнутой от наших гор... И вот что: свобода пришла на плечах таких людей, как Веденеев (который за нее отсидел 3 года), так давайте не будем делать вид, что мы ничего не должны Веденееву! Должны! Хотя бы один памятник его работы поставить! А иначе — не по-Божески! У Данте в последнем круге ада, на самом дне, мучаются не убийцы, а предатели — неблагодарные (те, кто злом заплатил за добро)...

А во Франции давно переименовали Ильер в Ильер-Комбре (в честь романа Пруста)...

...Во время застоя говорили: есть три города со словом “мать” (Москва-матушка, Одесса-мама и Пермь-так-твою-мать). Мне всегда это казалось обидным! Я так люблю Пермь и так хочу, чтоб она стала цивилизованней. Но в советии город был закрытым для иностранцев, военная промышленность диктовала сие... и для людей ничего не делали (иностранцы не увидят, а для своих-то чего стараться). На благоустройство улиц и то отпускалось денег в десять раз меньше, чем на любой открытый город. До сих пор в Перми живут меньше, чем даже в Челябинске и Екате. Так давайте строить Пермь-небесную, которая поможет побороть Пермь-подземную (слишком много невинных людей замучены в местных лагерях за годы репрессий).

Сегодня мы открыли счет в Сбербанке.

20 июля 2006 г.

Видела во сне, что я в лагере, хочу бежать.

Вчера была Оля, жена Наби. Она снимала на видео, как я открывала счет на памятник Пастернаку. Слава г-т:

— Хорошо бы там в кадр попали руки подбегающего народа, сующие деньги.

— Так пойдем с нами, — предложила я.

— Меня все узнают. Разве что в маске...

Оля: Тогда подумают, что это ограбление.

...Прервалась. Подремала. Жара спадает, и спится. Приснилось мне, что мы с Олей открываем счет Пастернаку, и вдруг сберкнижка вылетает из моих рук в виде бабочки-парусника. И дальше не помню, вроде бы она на памятник садится, но я не уверена, что это памятник Пастернаку.

Вчера у нас была Дашенька, говорит, что видела по ТВ: на Рублевке магазин розыгрышей, где подарки для богатых — дешевые машины, лапша доширак (а ее мы себе и не позволяем — дорого).

Сегодня — Казанская. Пресвятая Богородице, обращаемся к Твоей чудотворной иконе: помоги России!

21 июля 2006 г.

Во сне мы с Юлей Баталиной (Грузберг) выбирали место для памятника Пастернаку. Обе такие счастливые.

Наш хезболла с доставкой на дом опять всю ночь носился. Я сказала: “Мы вчера заплатили за свет, посчитай свою долю и отдай нам”. Он закричал:

— Кто вы такие, чтобы с меня каждый месяц требовать? Не закрывайте дверь! — Стал врываться.

Слава не выдержал и г-т ему:

— Мы на тебя второй раз подали мировому судье.

Он закричал:

— Юмористы! Юрии Никулины! На меня, на такого хорошего парня! Ну теперь я уже не буду руки марать, натравлю на вас пацанов двадцатилетних. И мать свою на вас натравлю. Скажу ей: фас!

Слава не сдержался и говорит:

— Эх ты, динозавр вонючий!

— А ты вообще-то кто по национальности? А я хотя бы патриот Перми! Настоящий обрезанный мусульманин! (Он слышал, как Слава в коридоре разговаривал с ученицей на иврите.)

К. написал в НГ, что все благостно с культурой в Перми. Если бы все было благостно, разве мы бы мучились в коммуналке?

Вчера по “Новостям” показали, что сын Трутнева строится возле самого святого источника. Экологи и верующие показывают копии документов и говорят, что никакой экологической экспертизы не было. Со мной что-то такое сделалось, я вскочила перед иконами в слезах:

— Господи! Господи! Все они уже у нас отняли, и последнее, что осталось, хотят загадить. Мы уж молчим, согласны одним святым источником питаться, но и это отбирают. Да что же это делается!

Ночью сосед спать не давал, включила “Эхо”, там Барщевский разглагольствует:

— Если ты бедный, значит, ты или дурак, или не хочешь вкалывать.

У нас трудолюбивые зятья, дочери, и что — их можно так оскорблять, что ли?

Вчера мелькнула по ТВ реконструированная доисторическая рыба — красота невероятная. Хочу ее написать.

22 июля 2006 г.

Во сне якобы говорила по мобильнику с Линой, а затем — Ритой. (У меня нет мобильника — это все отголоски того, что вчера Лине я звонила по простому телефону, а Рита попала в сон из молитв: каждый день молюсь за Израиль.)