Одержимость Грешника

9.

Возле кабинета меня встретила светловолосая женщина в темном строгом костюме. Ирина, я знаю её, она один из штатных дизайнеров помимо меня. Видимо, она и заменяла меня все эти дни. Вполне логичный выбор.

— Доброе утро, Таисия Константинова, — поздоровалась со мной она. — С возвращением вас!

— Доброе утро, Ирина, — кивнула я ей. — Спасибо. Я и сама рада вернуться.

— Как сейчас ваше здоровье? — поинтересовалась она с заботой в голосе. — Говорили, вы долго болели.

— Сейчас всё в порядке, спасибо, — ответила я.

— Я очень рада. Алексей Сергеевич попросил меня ввести вас в курс последних дел и находиться рядом с вами, пока это требуется. Мне организовали место рядом с вашим кабинетом.

Она указала рукой: у самого окна, где раньше стоял только огромный фикус, установили стол с компьютерным креслом, компьютер, небольшой шкаф для папок и все принадлежности для работы. Мило.

— Понятно, — перевела я взгляд с нового стола на Ирину. — То есть вы пока будете моим помощником?

— Да, — кивнула женщина. — Сколько потребуется.

— Хорошо, — ответила я. — Тогда я пойду приведу в порядок кабинет и позову вас.

— Конечно, Таисия Константиновна. Если что — можно и позвонить.

— Я учту, — сказала я ей и вошла в кабинет.

Маленький, совсем не такой шикарный, какой былу Паши был, и тем более у Алекса, но отдельный и уютный. Большое окно пропускает много света, мягкий диван в углу делает его не столь официальным. Прошла к шкафу и сняла с себя пальто, повесила его на плечики и убрала внутрь гардероба.

Села за стол и включила компьютер. Сейчас сварю себе кофе и начну потихоньку вливаться в работу. Это лучшее лекарство от депрессии. К тому же свою работу я люблю, а проектов скопилось наверняка много.

Вышла в коридор и стала заниматься кофе у аппарата.

— Таисия Константиновна, вы кофе хотите? — тут же встала на ноги Ирина и вышла из-за стола.

— Ну да, — пожала я плечами. — Разве не видно?

— Я не об этом, — подошла ближе женщина. — Зачем вам самой? У вас же есть помощник. Идите к себе, я сейчас всё принесу. Вам молоко, сахар нести?

— Действительно, — хмыкнула я. — Как-то я не привыкла пока к помощнику.

— Привыкайте, — улыбнулась она. — Можно даже просто мне позвонить, и я всё принесу. Так как насчёт молока и сахара?

— Молока — да, сахар — два кубика, — ответила я и ушла в кабинет.

Работала я раньше прекрасно без помощников и кофе себе сама делала. Но раз уж у меня теперь есть секретарь, то почему бы и не пользоваться этой привилегией?

Вернулась за стол, и взгляд упал на фотографию, стоявшую в рамочке на углу. Я и Паша у друзей на даче. Я очень любила это фото: трава зелёная, везде свет, солнце и мы такие на ней счастливые. Ксюшке тогда всего полтора года было, ещё малышка совсем. Мы её оставили Юле и уехали с друзьями на дачу, на обычные шесть соток. И тогда мы были настоящей семьёй. Мы жили небогато, но мы любили друг друга… А когда Паша устроился сюда, а потом привёл по цепочке и меня, всё переменилось. У нас появились деньги, новый дорогой дом и машины, а вот счастье… покинуло чат.

Если раньше я улыбалась, глядя на это фото, то теперь оно мне причиняет невероятную боль. Ведомая непонятной силой, я вынула снимок из рамки, рамку отложила в сторону, а фото просто разорвала на мелкие кусочки. Потом опустила голову на руки и снова предалась боли и горю, тихо рыдая рядом с этими обрывками. Так сейчас и выглядела наша семья — невнятные уродливые клочки некогда любящих друг друга людей…

— А вот и ваш… Таечка, что с вами?

Ирина принесла кофе, до которого мне теперь не было дела.

— Выйдите, — попросила я сдавленным от слёз голосом. — Я хочу побыть одна.

— Но вы же плачете.

— Выйдите. Прошу вас. Мне надо успокоиться.

— Кофе оставить?

— Ничего не надо! Уйдите просто!

— Зовите, если что… — растерянно ответила Ирина и тихо ушла.

Я опять опустила голову на руки и закрыла глаза.

Эта боль не утихает. Время лечит? Врут.

Заставил меня снова поднять голову звук открывающейся двери. Я увидела идущего к столу Северова и отвернулась в кресле к стене, чтобы утереть слёзы. Ненавижу, когда меня видят такой — слабой, разбитой. Алекс меня такой уже видел, конечно, но это вовсе не значит, что я хочу, чтобы мужчина стал свидетелем очередного проявления моей слабости и уязвимости.

Он дошёл до стола и развернул моё кресло обратно. Поднял пальцами мой подбородок и вгляделся в заплаканное лицо.

— Ты опять? — спросил он.

— Да, — ответила я и убрала от себя его руку. — Опять.

Северов поднял один из клочков фотографии и перевернул.

— Понятно, — сказал он и ухватил меня за руку.

— Ты чего, Лёш? — не поняла я и от невозможности вырваться пошла за ним следом. — Куда ты меня тащишь?

Он довёл меня до дивана в углу кабинета и усадил.

— Я план работы принёс, а ты тут опять сырость разводишь.

— Извини, я… Понимаю, что на работе, дала слабину и… Я сейчас соберусь, обязательно. Просто эта фотография, она… — заговорила виновато я.

— Да к чёрту работу, — перебил Алекс, вглядываясь в моё лицо. — Тебе надо успокоиться.

Он принёс мне стакан воды.

— Пей.

— Не хочу пить.

— Пей, Тая. И не спорь со мной.

Протянула руку и забрала стакан из его пальцев. Сделала буквально несколько глотков и вернула воду обратно, лишь бы только отвязался от меня. Сейчас только его не хватало мне в таком состоянии.

Алекс сел рядом и устремил взгляд тёмных глаз на меня. Откуда-то появились салфетки, которые он положил мне на колени. Я взяла одну из пачки и промокнула глаза.

— Может, тебе к психологу походить ещё? — спросил он.

— Не знаю… — ответила я.

— Он может помочь тебе тоже. Пора выходить из этого состояния, Тай.

— Да я пытаюсь!

— Я знаю, — ответил Алекс. Тон его был не деловым, а очень личным. Я будто чувствовала, что он в самом деле переживает и беспокоится обо мне. Очень странное чувство. Алекс всегда был только начальником и приятелем моего мужа. Бывшего мужа…

— Я всё-таки поищу специалиста.

— Не стоит тратить на меня время, Лёш, — посмотрела я на него. — Не стоит.

— Найду, — настоял на своём он. — Походишь какое-то время. Ты мне и как работница не нужна в слезах вся.

Я опустила глаза. Ну уж простите, в себя прийти я не могу так скоро.

— Тебя фотография так выбила из колеи?

— Да, — кивнула я, комкая салфетку в руках. — Очень тяжело было её увидеть. Паша там… улыбается. Я счастливая. Тогда у нас была семья, а теперь…

Алекс взял мои руки в свои горячие большие ладони. Меня раздирали противоположные чувства от его мягких и бережных касаний — хотелось забрать руки и оставить, потому что тепло и приятно… Я смотрела, как он оглаживает мои ладони большими пальцами, пока он говорил со мной.

— Всё пройдёт, Тая. Всё проходит, и это тоже. Скоро станет легче, когда ты свыкнешься с тем, что… так всё сложилось. Я понимаю, что в один миг все годы совместной жизни не выкинуть на помойку, но нужно постараться принять эту ситуацию. Ты же сильная девочка, я знаю. Гораздо сильнее, чем хочешь казаться.

Я ощущала его поддержку и действительно успокаивалась. Ещё утром я мечтала его прибить в этом лифте, а сейчас мы говорили на такие личные темы…

— Паша значил для меня очень много. Больше чем муж и больше чем мужчина. Он появился в моей жизни тогда, когда я не знала, как жить и куда себя деть. Я привыкла, что всегда под его защитой, а теперь всё не так. Меня как будто на мороз выгнали, понимаешь?

— Почему ты не знала, как жить? — свёл брови вместе Алекс.

— Моя мать, она… — вроде бы начала говорить я, но слова просто не шли. — Я не могу об этом говорить. Тебе не нужно это знать.

— Почему не нужно?

— Потому что для тебя это не имеет значения.

— Всё, что связано с тобой — для меня имеет значение, — серьёзно ответил Алекс.

Я подняла на него глаза. Неужели он действительно ко мне испытывает какие-то серьёзные чувства? Тем хуже. Потому что я ответить взаимностью ему не могу.

— Больная тема, Лёш, — ответила я. — Давай не будем об этом.

— Как скажешь, — сжал он мои руки крепче, словно бы показывая, что он рядом и он меня понимает. — Может быть, когда-то ты захочешь поделиться сама и тогда всё расскажешь.

— Может быть… — сказала я. — Паша стал моей семьёй. И теперь мне тяжело, что я осталась одна.

— Ты так рано замуж вышла. Неужели так полюбила? — спросил Алекс. — Или это связано с тем, что… происходило у тебя в семье?

— Связано, — ответила я, а потом тут же пожалела об этом. Я могу дать этими словами надежду Алексу, говоря о том, что любовь — далеко не самое важное, что связало меня и Пашу. Но я надежд ему давать не хочу. Я никого обманывать не стану. Лёша красивый мужчина, оказывается, может быть заботливым и нежным, но… я не люблю его. И ничего с этим поделать не могу. После такого предательства от Паши я вообще больше никого любить из мужчин не могу и не хочу. — Ну и любовь тоже была. Да, мне было всего восемнадцать, когда Паша сделал мне предложение. Он старше меня, ему как раз в ту пору жениться было самое время. Он выбрал меня. Влюбились мы, так бывает.

— Не верю я в твою любовь почти ребёнка. Ты и сейчас девчонка ещё совсем… — ответил Алекс.

— Как хочешь — так и думай, — шмыгнула я носом и высвободила свои пальцы из его больших ладоней. Пора это всё прекращать, пока он не решил, что я готова позволить ему больше. — А я его любила и сейчас… пока не могу так резко забыть.

Алекс не ответил. Попросил принести нам кофе и взял папку, которую принёс с собой, в руки.

— Давай всё же о делах поговорим, — сказал он, открывая папку. — Итак, сейчас у нас активные проекты — это…

Алекс говорил о делах фирмы, и я не заметила сама, как переключилась на них, сумев сосредоточиться на том, что говорил мой начальник. Я кивала, слушала и делала заметки в блокноте, который принесла с рабочего стола в нашу рабоче-диванную обстановку.

— Вопросы есть? — спросил Алекс, поднимая глаза на меня и закрывая папку с файлами.

— Пока нет, — ответила я. — Сейчас начну заниматься всем по порядку.

— Отлично, — кивнул Северов.

Мужчина поднялся на ноги и вдруг положил ладонь на моё плечо, мягко сжав его пальцами. Я подняла на него глаза. Тёмный взгляд завораживал своей силой.

— Только помни, пожалуйста, что есть и другие мужчины на этом свете, способные тебя уберечь от невзгод. Стоит только сделать шаг навстречу.

Я не ответила, хотя сердце от его слов почему-то вдруг забилось быстрее. Алекс тоже больше ничего не сказал, взял папку со стола и ушёл.

***

Я взяла в руки оставленные Лёшей листы и пошла к своему рабочему месту. Положила бумаги на край стола и вздохнула, глядя на остатки фотографии. Подставила мусорную корзину и смахнула их туда. Рамку оставила — распечатаю сейчас фотографию Ксюшки, поставлю.

Корзину убрала под стол, чтобы и не смотреть на клочки нашей семьи. Жаль, что нельзя так же и сердце своё в урну выкинуть. Порвал, выбросил — и не болит больше.

Только, как ни пыталась я, сосредоточиться на работе было сложно — мысли так и расползались в разные стороны. Ни новая порция кофе, ни передышки не спасали — работать было тяжело. К вечеру я была уже словно выжатый лимон.

— Ну, как идёт процесс? — снова заглянул ко мне Северов. Он подошёл к столу и сел напротив, опершись локтями о столешницу, и смотрел на меня.

— Ну-у… Вот так.

Я протянула ему свои наработки, где несколько раз было всё зачёркнуто карандашом. Алекс забрал листы и стал просматривать.

— Понятно, — поднял он глаза на меня снова. — Первый рабочий день так себе получился?

— Да.

— Выглядишь уставшей.

— Я и устала, — вздохнула я. — Трудно после перерыва такого вливаться в работу. Но я обязательно возьму себя в руки, обещаю. Фирма не должна страдать от того, что я расклеилась.

— Похвальные мысли, — хмыкнул Северов. — Ты хоть обедала сегодня?

— Обедала? — подняла я брови вверх. — Нет… Забыла как-то.

— Ты опять не ешь, Тая? — уставился на меня Алекс.

— Нет, просто забыла.

— А ты не забывай, — ответил он, а потом подошёл к шкафу, снял моё пальто с плечиков и принёс мне, предлагая надеть его на себя. — Пойдём.

— Куда? — не двинулась я и с места.

— Кормить тебя буду опять, как тогда бульоном.

Я продолжала молча смотреть на своё пальто. В животе вдруг заурчало — я была голодная, как оказалось.

— Пошли-пошли, — подогнал меня Алекс, поднимая с кресла. — Как раз ещё обсудим и кое-что по работе. Считай, что у нас деловой обед.

— Но все увидят, что мы вдвоём везде ходим, — сказала я, с неохотой всё же принимая от него пальто.

— Мне абсолютно плевать.

— Мне — нет.

— Я твой начальник, и ничего особенного в том, что мы вышли вместе пообедать, нет, — ответил он, пока я застёгивала пуговицы.

По пути к выходу Алекс захватил и своё пальто и накинул его на свои широкие плечи. В неловком молчании и под его пронизывающим взглядом, будто он всё пытался во мне что-то найти, мы спустились в лифте на первый этаж. К машине не пошли, Алекс повёл меня по тротуару.

— Идём пешком? — спросила я, снова ощущая, что для прогулок это пальто тонковато.

— Тут буквально через дорогу хорошее кафе, пешком дойдём, — ответил он. — Ты почему себе тёплое пальто не купила до сих пор?

— Да времени всё не было…

— Понятно, — ответил Алекс и зашагал дальше.

— Только не надо мне пальто покупать.

— Куплю, раз ты не в состоянии сама это сделать, — ответил как ни в чём не бывало Алекс. — И шапку тоже. Ходит нараспашку, а потом она болеет...

Я даже остановилась на месте. Повернулась на него. На его тёмные волосы и ткань дорогого пальто мягкими хлопьями падали снежинки. Красиво...

— Не помню, чтобы я говорила, что мне очень требуется твоя забота до такой степени. Я в состоянии купить себе вещи сама, а твоего участия никто не просит.

— А я и не спрашивал, нужно ли тебе моё участие в этом вопросе.

— Обращаешься со мной, будто я маленькая девочка.

— Ты и есть маленькая девочка, Тая.

— И ведёшь себя так, словно уже мой муж, только я об этом не в курсе! — вскинула я подбородок.

Мужчина в ответ хмыкнул, ничего не ответил и пошёл вперёд, размышляя о чём-то своём.

Я шла рядом, едва поспевая за его скорым шагом, как вдруг почувствовала, что мой сапог поехал по льду под снегом.

— Ай! — я стала стремительно терять равновесие и схватилась за единственную опору — руку Алекса.

— Осторожнее, — поддержал он меня за талию, на мгновение, как мне показалось, специально притянул меня к себе и впечатал в свою мощную грудь.

Я уткнулась носом в его шею. Его парфюм проник в лёгкие, и я поймала себя на мысли, что застыла на месте и вдыхаю его. Выставила вперёд руки, увеличивая расстояние между нами.

— Всё-всё, — сказала я, освобождаясь из внезапных объятий. — Я больше не падаю. Нас могут увидеть сотрудники компании, а потом будут сплетничать.

Алекс нехотя отпустил меня, и мы пошли вперёд снова, но через двадцать метров я поскользнулась ещё раз.

— Да блин! — опять схватилась я за его пальто. — Что тут за тротуар такой?!

— Я попрошу службу посыпать тут песком, — сказал Северов и обхватил мою руку, положив её на свою и прижав к себе. — А ты так иди, а то ещё навернёшься на самом деле… Ты можешь.

Могу. И уже два раза пыталась. Пришлось согласиться с ним и идти до самого кафе так.

***

Внутри Алекс помог мне раздеться, снял пальто сам и отдал наши вещи в гардероб. Мы заняли столик у окна, и официант в белой рубашке принёс нам два меню. Мы принялись в молчании изучать список блюд.

— Нам: две порции куриного супа, мясо в белом соусе с рисом и два салата “Цезарь”. Чай ещё, с вишней, — сделал заказ Алекс сам, не спрашивая меня, когда к нам снова подошёл официант.

— Отличный выбор, — кивнул парень в форме официанта. — Чай принести, пока готовят ваш заказ?

— Да, принесите, — ответил Алекс.

— Хорошо, сейчас приготовят, — сказал парень и ушёл.

— Куда ты столько всего заказал? — спросила я. — Это мой недельный рацион.

— Ну, сколько съешь — столько съешь, — пожал плечами мужчина. — Ничего страшного. Это ты как цыплёнок ешь, а для нормальных людей — стандартный обед.

Нам довольно быстро принесли чай, и я с наслаждением приняла из рук официанта горячую чашку. Чай в кафе всегда почему-то кажется вкуснее и красивее.

— А о чём ты хотел побеседовать? — задал я вопрос Северову. — Ты говорил, что и по работе есть вопросы.

— Ни о чём, — ответил он, глянув на меня. — Я так сказал, чтобы ты со мной пошла. Но ты же не можешь отказать начальству, так ведь?

Хотелось ему высказать, что я думаю по этому поводу, но Лёша действительно мой начальник, не стоит его злить. В конце концов — это же просто обед. Ну хочется ему со мной пообщаться за тарелкой супа — пусть общается. От меня кусок не отвалится.

— Но раз уж ты сама начала этот разговор, то у нас послезавтра командировка, — снова заговорил Алекс, отпивая из своей чашки чая.

— Командировка? — подняла я брови вверх. — Куда это?

— На Кавказ, — ответил он. — Скажи Кате, что несколько дней и ночей тоже ей придётся смотреть за ребёнком.

— То есть ещё и ночёвка будет?

— Да. Два дня и две ночи.

Я недовольно поджала губы. Но отказаться никак нельзя — в договоре прописаны возможные командировки. Но и находиться рядом с ним в неформальной обстановке в отеле после рабочего дня не очень хочется. Я знаю, что Лёша будет пытаться подойти ближе — он не упустит такой шанс, когда мы практически наедине, разделяемые только стеной отеля.

Может, он эту командировку выдумал, чтобы меня заставить поехать с ним? Понял, что давление не работает, и решил сменить тактику? Хотя, вообще-то, я думала, что он так и продолжит настаивать на своём. Видимо, моё болезненное состояние после потрясения вынудило его притормозить и задуматься о поиске другого подхода. Только у меня для него плохие новости — мне не нужен Северов ни в роли доброго полицейского, ни тем более в роли злого...

Вот чёрт.

— А что за объект? — поинтересовалась я.

— Покажу потом, как вернёмся в офис, — ответил Северов.

— Ладно. Я предупрежу Катю и Ксюше объясню, что несколько дней мамы дома не будет.

— Отлично.

Значит, не врёт. Проект существует, иначе он бы не смог его показать. Возможно, я зря себя накручиваю. Но ведь он пытается заботиться обо мне — видимо, попыток заполучить меня себе не оставляет. Только я его желания не разделяю.

Принесли обед, и тарелку горячего супа я съела всю. Мясо тоже ликвидировала почти наполовину, закусывая салатом.

— А говорила, не съешь, — усмехнулся Алекс, допивая чай.

— Аппетит приходит во время еды, — ответила я ему крылатой фразой. Но от сытости действительно стало так хорошо, настроение появилось. В общем-то, я была даже благодарна ему за эту вынужденную вылазку в кафе.

Алекс подозвал официанта и расплатился за наш обед.

— Ты потом из моей зарплаты вычти, хорошо? — сказала я ему и наткнулась на ледяной, пробирающий до костей взгляд его тёмных глаз. Смотрел так, будто я его как-то очень сильно оскорбила.

— Накосячишь — вычту, — ответил он, поднимаясь со своего места. — Не переживай. Какие твои годы…

Шутник чёртов.

Он пошёл в гардероб забирать нашу верхнюю одежду. Я шла следом, наблюдая его мощную спину с размахом широких плеч.

Но выходить из торгового центра, на первом этаже которого и располагалось кафе, он не спешил и вдруг повёл меня в сторону лифта.

— Куда ты идёшь, Лёш? — спросила я его.

— Пальто тебе покупать, — ответил он.

— Да потом я куплю, ну что ты…

— Нет. Сейчас купишь, — настоял он.

Я вздохнула, но пошла следом. Спорить с ним без толку — даже если я развернусь и уйду, он всё равно притащит мне пальто, выбранное уже на свой вкус. Скорее всего, настолько дорогое, что страшно будет на ценник смотреть. Поэтому уж лучше сама выберу и попытаюсь успеть заплатить раньше Алекса.

Мы с помощью миловидных девушек, консультантов модного бутика кожи и меха, померили несколько вариантов, и я остановилась на одном из самых классических, которое я сама себе могла бы позволить купить — утеплённое серое пальто с аккуратной отделкой мехом.

— Ещё нам шапка нужна, — обратился Алекс к девушке, которая несла выбранное мной пальто на кассу.

В отделе аксессуаров я присмотрела белую вязаную мягкую шапочку. Она не имела более никаких деталей, кроме красивой вязки.

— Эту, — принесла я её на кассу.

Девушка пробила оба товара, но я даже не успела достать телефон, чтобы оплатить покупки — Алекс уже поднёс к терминалу свой, и деньги списались. Его деньги. Я нахмурилась, но выяснять отношения при служащих магазина я, конечно, не стану.

Алекс оторвал бирки от моих покупок. Шапка внезапно оказалась у меня на голове. А потом он развернул новое пальто, предлагая мне его надеть.

— Снимай старое пальто, — сказал Алекс.

Я послушно расстегнула пуговицы и отдала старую верхнюю одежду кассиру, которая свернула моё пальто и убрала в фирменный пакет. Алекс помог мне надеть новое, я застегнула пуговицы и забрала пакет из рук кассира.

Я слышала, как девушки перешёптывались за спиной о том, какой красивый и заботливый мужчина сопровождает меня. А мне с этим заботливым не мешало бы перекинуться парой слов!

— Чек в пакете, — сказала она мне.. — Носите с удовольствием. Ваш муж сделал вам чудесный подарок.

— Спасибо, — криво улыбнулась я на слова о “муже” и пошла к выходу.

Алекс догнал меня и шёл рядом. Уже на улице я повернулась к нему.

— Обязательно было устраивать шоу? Переодевать меня на зависть всем кассирам магазина.

— Обязательно, — ответил он. — Купила тёплые вещи — вот и носи, чего их таскать в пакете?

— Я купила?

— А кто? Я?

— Заплатил ты, — ткнула я в него пальцем. — Не спрашивая меня. Я переведу тебе эту сумму.

— Не стоит.

— Стоит. Я не желаю быть тебе чем-то должной.

Я зашагала в сторону офиса.

— Ты мне ничего и не должна, — догнал он меня и взял мою руку.

— Что? — спросила я, чувствуя, как кожапокрывается мурашками от прикосновения его горячих пальцев к моим. Попыталась высвободить руку, но Алекс вечно как схватит, так схватит…

— Ты любишь падать. Забыла? — изогнул он одну бровь и настырно уложил мою руку поверх своей, чтобы при падении я могла удержаться за него.

Я вздохнула и не ответила, семеня рядом с ним и еле поспевая за его скорым шагом. Пакет из моих рук он забрал, хотя тот вовсе и не тяжелый был.

— Мёрзнут? — спросил Алекс почти уже у офиса, проведя большим пальцем по моим ладоням.

— Немного, — пожала я плечами, пытаясь увернуться от его внезапной ласки. — Мороз на улице.

— Варежки мы забыли купить.

— Ну, ничего страшного, — ответила я.

— Я куплю завтра.

Я остановилась у входа в здание офиса и повернулась к нему. Подняла голову вверх. Чёрт, высокий какой… Заглянула ему в глаза.

— Слушай, а тебе не кажется, что уже перебор, Северов?

— Нет, мне так не кажется, Вострова.

Непробиваемо наглый тип!

— А если у меня порвутся трусики и мне понадобятся новые, тоже можно к тебе обращаться по этому вопросу?

Взгляд Алекса тут же полыхнул огнём. Он прошёлся по моей фигуре в пальто, затем остановился на моих губах. Он так смотрел на них, что у меня от волнения во рту пересохло. Неудачный я пример взяла для своей колкости.

— С удовольствием куплю тебе бельё, — ответил он с лёгкой улыбкой и хрипотцой в голосе. — Много белья…

— Лёш, извини, — отвела я глаза в сторону. — Я… неудачно пошутила.

— А я — не пошутил, — хмыкнул он и подтолкнул меня к дверям. — Пошли, рабочий день ещё не закончен. Бельё надо выбрать опять же… Сейчас как откроем каталог, как закажем, потом будешь мерить и показывать. Я должен оценить — вдруг чашечки не сядут?

— Лёш! — возмутилась я, заходя внутрь.

— Да шучу, шучу…

— Слава богу!

— А может, и нет…

— Лёша!!

— Да всё-всё… Пойдём уже.