Одиночка. Том III

Глава 16

Шок от системных уведомлений был подобен уколу в задницу.

Провал основного задания.

Штраф.

Проклятье. Всё рухнуло в одно мгновение. Но моя основная цель… даже не сама цель, а мысль о ней, сработала быстрее отчаяния. Я моментально открыл интерфейс системы, открыл инвентарь и достал нужное мне ядро. В тот же миг, почти не глядя, я выдернул кинжал из шеи эльфа и швырнул его в сторону приближающейся охотницы с клинками, чтобы выиграть секунду. Всего секунду.

Ладонь сжала появившееся ядро, и я активировал навык. «Воскрешение».

Внутри меня что-то щёлкнуло. Мир замедлился, звуки боя внизу превратились в протяжный, низкочастотный гул. Из ядра в исчезающее тело босса хлынула струя света, а из него — встречный поток чего-то своего.

Но в оскрешение сработало не так, как я ожидал.

Я себе это представлял с пафосом и хрестоматийным блеском. Как в тех дурацких книгах и фильмах о героях: ядро вспыхивает в моей руке ослепительной сферой, эльф вскидывается с земли, будто от удара током, его раны затягиваются золотистым сиянием, а в глазах загорается новая жизнь и безмерная благодарность ко мне, великодушному спасителю. Он должен был встать, отряхнуться, кивнуть и с новыми силами ринуться в бой против охотницы, крикнув что-то пафосное вроде:

«Наш долг ещё не оплачен!».

И зрители бы рыдали.

Но нет, всё было иначе.

Свет из ядра будто бы втянулся внутрь самого тела. Аранис не вздрогнул и не открыл глаза. Вместо этого его бренная тушка, на которую я все еще давил коленом, просто… растворилось. Не с яркой вспышкой, а тупо, как сахар в воде. Растворился и его доспех, и его палаш, валявшийся рядом. В моей руке, сжимавшей ядро, осталось лишь ощущение пустоты и легкое, быстро исчезающее тепло. Ядро тоже исчезло, обратившись в горстку серой пыли, которую ветер тут же унес.

«Вот и всё, — тупо подумал я, медленно поднимаясь. — Проклятие есть, штраф есть, а цели нет. Ядро потрачено впустую. Идеальный вечер».

Охотница с клинками замерла в пяти шагах, её взгляд метнулся от меня к пустому месту, где только что лежал эльф, и обратно. На её обычно бесстрастном лице читалось что-то типа недоумения. А оно и понятно.

Увидела свет в моих руках, затем, оценила обстановку, мол босс мёртв, и… нихера не понимала.

В этот момент в углу моего зрения материализовалось новое, единственное уведомление, лишенное всякой пафосной анимации, скромное и белое.

«Умение „Воскрешение“ успешно применено. Цель „Эльф высшего порядка, принц Аранис“ перемещена в ячейку хранения „Резерв“. Статус: стабилизирован. Время до возможности призыва: 23 ч. 59 мин. 59 сек.»

Я уставился на эти строчки. Потом перечитал.

«Ячейка хранения „Резерв“?»

В голове крутилась единственная мысль: «Что за бред?».

Я мысленно открыл интерфейс системы, залез в инвентарь, который был больше похож на хаотичный склад хлама в карманах измерений. И увидел. Среди значков и прочего барахла, затесалась одна новая, мерцающая мягким синим светом иконка.

Я открыл её и попал в новое поле пустых ячеек. Точнее, одна была «забита». Внутри неё, в позе, напоминавшей ту, в которой он умер, с запрокинутой головой и раной на шее, находился Аранис. Уменьшенный, полупрозрачный и совершенно неподвижный. Надпись под ячейкой гласила: «Эльф высшего порядка, принц Аранис. Восстановление».

Вместо эпического союзника я получил питомца в стазисной капсуле, которого даже погладить нельзя — только смотреть на иконку и отсчитывать сутки до непонятного «призыва».

Величие момента стремительно испарялось, оставляя после себя легкий привкус абсурда и недоумения. Я убил его, воскресил, и теперь он тихо висел у меня в «кармане». Грандиозный план дал максимально идиотскую осечку.

Охотница, кажется, наконец перезагрузилась. Её клинки снова засверкали в тусклом свете.

«Ну конечно, — подумал я с горькой иронией. — Пафосного финала не будет. Будет просто ещё одна попытка меня убить».

Моё «воскрешение» обернулось не триумфом, а всего лишь передышкой, купленной ценой редкого ядра и появления в моём инвентаре нового, крайне сомнительного «актива». Дебафф от провала задания уже тяготил плечи невидимой тяжестью, а впереди был ещё целый день с этим «Проклятием Белого Разлома», о котором я пока даже не знал. Всё было хреново. Но, по крайней мере, эльф был мой. Пусть и в таком, максимально нелепом формате.

Охотница с клинками не бросилась в атаку. Вместо этого она медленно опустила оружие, а её сестра, которую я от души впечатал, с глухим стоном отлепилась от каменной кладки, отряхнулась и, хромая, подошла к ней. Они переглянулись. На их лицах не было ни злобы, ни даже готовности к бою. Чистейшей воды недоумение, приправленное изрядной долей «чё за херня».

— Эм, — начала та, что с клинками, её голос звучал неестественно обыденно после всей этой мистической движухи с воскрешением. — Что это было?

— Плевать, что это было, — ответила вторая, потирая ушибленный бок и не сводя с меня широких глаз. — Эй, ты вообще: кто такой⁈

«Клинки» повернулась ко мне, оценивающе осмотрела с головы до ног, задержав взгляд на моих руках, и произнесла с плохо скрываемым подозрением:

— Слушай, мужик… ты… S-ранговый, что ли? Не местный?

Мой мозг, ещё переваривавший абсурдность ситуации с эльфом-в-кармане, с трудом переключился. Они не атаковали. Они задавали вопросы. И в их тоне сквозило не враждебность, а какое-то почти испуганное любопытство.

— Что-то вроде того, — буркнул я, стараясь, чтобы голос не дрогнул от нарастающей усталости и «боли» от штрафных статусов.

Говорить что-то о Е-ранге было бесполезно, признаваться в том, что я просто скрывал свой настоящий ранг, да и типа — местный, тоже. Пусть думают, что хотят. Главное — выиграть время и понять, как свалить отсюда, пока «Проклятие Белого Разлома» не проявилось во всей красе.

А появится ли⁈ Что дальше-то⁈

— «Что-то вроде»… — прошептала «тесак», обменявшись с сестрой ещё одним красноречивым взглядом. — Вик, ты видела его на регистрации?

— Нет, Свет, — коротко бросила охотница с клинками, Виктория. — Я бы точно его запомнила.

Она сделала шаг вперёд, всё ещё держа клинки наготове, но уже опустив их остриём к земле. Её взгляд был пристальным, сканирующим, как у следователя на допросе.

— Объяснись, — её голос потерял оттенок обыденности, в нём зазвучал металл служебного долга. — На территории ТРЦ действует режим чрезвычайной ситуации. Все операции согласуются с «ОГО». Кто ты и по чьему мандату действуешь?

Света, та самая, что отлепилась от стены, хмыкнула, потирая челюсть.

— Мандат, Вик… Смотри на него. Он сильный… не местный, явно! Откуда ты?

Вопросы сыпались, как град. Мысли путались. Нужно было дать им хоть какой-то ответ, который остановил бы поток любопытства и отвёл угрозу немедленного задержания. Истину говорить было нельзя.

— Бюро, мандаты, реестры… — я с усилием выпрямил спину, стараясь, чтобы голос звучал уставленно-презрительно. — Вы тут бумажки заполняете, пока реальные угрозы ходят у вас под носом?

Я сделал паузу, наблюдая, как на их лицах недоумение постепенно сменяется настороженным интересом.

— «ОГО» не знает о моем присутствии, — продолжил я, делая вид, что смахиваю невидимую пыльцу с плеча. — И, мне бы хотелось, чтобы вы тоже держали рот на замке.

Виктория медленно кивнула, но ее пальцы все так же лежали на рукоятях клинков. Света, напротив, расслабилась и даже ухмыльнулась, явно считая, что столкнулась с чем-то бесконечно более интересным, чем очередной скучный босс.

— Не хочешь… — протянула Вик. — Значит, фриланс! Незарегистрированный охотник на закрытой территории! Это само по себе нарушение!

— Нарушение — это позволить ему, — я кивнул в сторону пустого места, где растворился Аранис, — убить людей в ТРЦ. Плюс ко всему, от «ОГО» было уведомление о ЧС. Я здесь имею право находиться, без СМС и регистраций. Что было бы, если бы я не вмешался? Сколько трупов? Или мне припомнить, с какой скоростью эти боссы из разлома срезали обычных охотников⁈

Моя тирада повисла в воздухе. Аргумент был груб, как кирпич, но действенен. Виктория слегка опустила подбородок — жест признания, пусть и неохотного. Света перестала потирать бок и смотрела на меня с откровенным любопытством, будто перед ней внезапно открыли секретный отсек в скучной игре.

— Ладно, — наконец произнесла Виктория, пряча клинки в ножны за спиной. Звук был сухим и окончательным. — Допустим. Но доклад я подать обязана. Без имени и ранга. Только факт: неизвестный фрилансер нейтрализовал цель класса «S» методом…

— Фиксируй что угодно, — я пожал плечами. — Главное, чтобы моего описания в нем не было. Считай, что я призрак. Разовый и анонимный.

Я уже повернулся, чтобы уйти, но голос Светы остановил меня.

— Да с чего бы вдруг мы его отпускаем? — спросила она, кивнув в мою сторону. — Он не дал мне убить босса ещё там, внизу! Из-за него убили троих после! Если бы только…

Она была права. Я не дал ей убить эльфа, потому что он нужен был мне.

Я уже сделал шаг в сторону ближайшей аварийной лестницы, но слова Светы врезались в спину, как нож. Она была права, чёрт возьми. Если бы я не остановил её в тот момент на нижнем уровне, если бы она успела убить Аранисом раньше…

Возможно, те трое были бы ещё живы. Мой расчёт, моя жажда заполучить S-рангового босса обернулись для кого-то смертельным приговором.

Я обернулся. Света смотрела на меня не с ненавистью, а с холодной, неприкрытой горечью. Это был взгляд человека, который видел последствия чужих амбиций. Виктория замерла, её рука снова легла на рукоять клинка. Логика долга и служебной инструкции вступила в конфликт с логикой поступка, и чаши весов качнулись.

Моя рука непроизвольно сжалась в кулак. Тяжесть проваленного квеста и назойливое давление проклятия создавали фон, на котором её слова отдавались особенно горькой правдой. Она не кричала, не обвиняла истерично. Она констатировала факт, и этот факт был железобетонным.

Из-за моей амбиции, из-за желания заполучить «эпического союзника», которого в итоге засунули в карман как покемона, погибли люди. Логика была безжалостна и проста. Если бы я не вмешался тогда, на нижнем уровне, эльф был бы мёртв, а трое охотников — живы.

В голове, сквозь туман усталости и боли, метались обрывки мыслей.

' Да мне плевать. Я сделал что хотел. Цель добыта, пусть и в идиотской форме. Эти люди… они просто… такое бывает! В этом мире так всегда: кто-то живёт, кто-то умирает на пути к чужой цели'.

Но это была натянутая, трусливая философия. Плевать-то не выходило.

«Что делать?»

Вариантов, по сути, было два. Сражаться или бежать.

Сражаться? Убить их?

Мысль вызвала не страх, а ледяное, рациональное отторжение. Во-первых, они сильны. Охотница с клинками — Виктория — явно S-ранг или около того. Её сестра, Света, выдержала удар, который должен был вывести из строя надолго. Они не боссы, их механика иная.

Они мыслят, координируются, у них есть тактика, да к тому же, они из «ОГО». Даже в моём текущем, подшатнувшемся состоянии, один на один с одной из них я бы, возможно, и справился, ценой последних сил. Хотя нет… я бы справился. Есть ещё Чогот.

Плюс убийство охотников «ОГО» — это уже не самооборона против монстра из разлома. Это совсем другая лига проблем, точка невозврата, после которой любая тень легальности исчезнет навсегда.

Бежать?

Осмотрел площадку взглядом, не поворачивая головы. Аварийная лестница — в пятнадцати метрах за спиной. Лифтовые шахты — где-то справа, но они, скорее всего, заблокированы по протоколу ЧС.

Чтобы прорваться к лестнице, нужно было пронестись мимо них, подставив спину. Виктория была уже на взводе, её рука на рукояти — не просто жест, это готовность. Она ждала моего движения. Первый шаг к отступлению мог стать для неё сигналом к атаке. Бегство провоцировало погоню.

Да и куда бежать? На улицу, под камеры, в объявленный район ЧС?

Третий путь, тупой и очевидный, — попытаться договориться.

Но что я мог предложить? Извинения? Они стоили меньше ничего. Обещание помочь? С моим-то статусом? Всё упиралось в одно: им нужен был ответственный.

Им нужен был кто-то, кого можно было предъявить своему начальству, чтобы закрыть отчёт по трём трупам.

«Неизвестный фрилансер» для Виктории был уже не подходящей формулировкой. Теперь это был «неизвестный фрилансер, чьи действия привели к гибели трёх лиц». Разница — как между подозреваемым и обвиняемым.

И тогда, глядя на её напряжённую позу и на горькое выражение лица Светы, я понял простую вещь. Они тоже не хотели драться.

Виктория была обязана, по долгу, но она видела мою силу, которая размазала S-рангового эльфа, пусть и странным способом. Она не была самоубийцей. А Света… Света хотела не мести, а хоть какого-то смысла. Объяснения, почему её товарищи умерли зря. Этим и нужно было играть. Не силой, не угрозами. Нужно было дать им хоть что-то, что позволило бы им внутренне оправдать мой уход. Какой-то козырь, пусть и блефовый.

Я медленно выдохнул, снимая мнимое напряжение с плеч. Именно в этот момент, когда дилемма «бить или бежать» достигла своего пика, в углу моего зрения дёрнулось и всплыло уведомление.

Сообщение было кроваво-красным и пульсирующим.

«Внимание! Активация дебаффа „Проклятие Белого Разлома“ через: 00:01:00».

Под заголовком была шкала обратного отсчёта, которая уже начала тикать:

00:00:59… 00:00:58…

Всё внутри меня сжалось в ледяной ком. Охренеть. Охренеть! Что «активируется»? Что это за пиз… такой? Проклятие уже было на мне, я чувствовал «его гнетущую тяжесть»!

Ну, шучу, не гнетущую тяжесть, а понимал, что рано или поздно что-то случится.

Значит, то, первое уведомление — это была только первая стадия? Прелюдия?

Сёстры, заметив, как я «окаменел» и уставился в пустоту, снова переглянулись, на этот раз с молчаливым вопросом.

— Эй, ты чего? — осторожно спросила Света.

Я не ответил. Мой взгляд был прикован к цифрам:

00:00:47… 00:00:46…

Мир вокруг потерял всякую значимость.

«Белый Разлом… его проклятье… чё дальше? Эта хрень сейчас 'активируется» прямо здесь⁈

— У меня, — с трудом выдавил я, и мой голос прозвучал хрипло и чуждо, — сейчас дела. Мне некогда с вами… говорить…

— Что ты несёшь⁈ — спросил кто-то из них…

Но мне было пофиг… я не понимал, что мне делать! Бежать⁈ Чтобы активированный Белый Разлом не начал извергать тварей прямо на людей под стенами ТРЦ? Или…

«Нет, бежать некуда. Я… я не знаю, что мне делать!»

Отсчёт показывал: 00:00:15.

Я смотрел на девушек, на их лица, на пустую крышу, на груду камней, где минуту назад лежал эльф. Мысль о том, чтобы их убить, чтобы они ничего не рассказали, улетучилась, растворилась в нарастающем, всепоглощающем чувстве надвигающейся личной катастрофы.

Ирония судьбы достигла апогея. Я так хотел заполучить эльфа-союзника для грандиозных целей, а вместо этого получил дебафф с непонятным концом и двух свидетелей, которые сейчас обосрались бы, если бы услышали о том, что со мной должно произойти.

00:00:05… 00:00:04…

— Простите, — тупо пробормотал я, уже не зная, кому это говорю: им, системе, самому себе или тому самому эльфу, тихо висящему в резерве.

00:00:01… 00:00:00.

Тишина. Резкая, оглушающая. Потом не звук, а ощущение — тихого, высокочастотного звона, идущего не извне, а из самой глубины костей. Край зрения начал белеть, не слепнуть, а именно белеть, терять цвет, детали, превращаясь в чистый, безжизненный лист бумаги. Тяжесть «гравитации» вдруг исчезла. Её сменило новое чувство — лёгкости, пустоты, стремительного и неумолимого растворения.

Не боли. Пока не боли. Просто… стирание.

«Активация завершена. Дебафф „Проклятие Белого Разлома“ вступил в силу. Статус: Наложение реальности».

Я видел, как сестры что-то говорили, но не слышал их. Я видел, как они сделали шаг назад, убрав руки с оружия.

И их фигуры, начинали расплываться, терять чёткость, как картинка на старом телевизоре без антенны. Мир не разрушался. Он затихал. Он выцветал. Он становился белым. И я понимал, что это белизна поглощает не мир вокруг. Она начиналась со меня.

Следующий том тут! https://author.today/reader/554180